— Я предлагаю вам девочек, — мудак передо мной активно подтверждал это звание. — Молоденьких, красивых. Свежих, как цветок. Но самое главное!

Ой, блядь…

Да меня уже тошнило. Куда еще-то?

— Они все девственницы! Это же чистое золото в вашем городе. Горячие кобылки, которых еще никто не объезжал, — он даже пальцами по столу пристукнул, словно барабанной дробью торжественную речь завершал.

Мне хотелось ему дать в челюсть.

Желательно, с ноги. Можно даже не вставая. Но пока было рано. Нужно было еще больше подробностей.

И я терпел.

— Это где ж ты такой клондайк надыбал? — я специально поднес стакан к губам, чтобы не оскалиться от злости.

— В любом нашем ауле можно взять по две-три девки. С разницей во времени, понятное дело, не сразу. Чтобы не напряглись те, кому не нужно и не начался вой. Представляете масштабы? Это же золотое дно!

Князь вопросительно посмотрел на меня.

Просил команды. Но я ничего отвечать не стал. Без меня он все равно ничего делать не будет.

— И что нам с твоими девками делать? — я повел плечами, разминая сведенные от бешенства мышцы.

— Ну, вы что, — насмешливо удивился Заур. — Вы серьезные люди или где? Да хоть в рабыни, хоть в проститутки. На девчонок нашего народа можно такую цену поставить! И все равно купят!

У меня свело судорогой челюсть.

Ур-ро-од…

Дилярка, зараза моя маленькая, как же хорошо, что ты быстро бегаешь. На меня навалилось осознание, что с ней могло произойти, попадись она этому говнюку в лапы.

Кто и что мог с ней сделать.

Я бы со всеми своими связями мог ее не найти уже никогда. А если бы и нашел, что могло случиться с ее бешеной головкой к этому моменту? Один Бог знает…

Пальцы Князя постоянно шевелились.

Сцеплялись. Сжимались в кулаки, но тут же расслаблялись. Друг психовал адски, как и я.

Я зацепился за его руки взглядом, чтобы попытаться просто хотя бы выдохнуть. Продышаться. Надо продышаться.

Иначе я прямо тут сейчас смертоубийство устрою путем удушения и запинывания под стол, при свидетелях.

— Ты реально готов красть и продавать девушек своего народа? — я поднял на Заура холодный взгляд.

— А какая разница, чьи они? — он довольно хмыкнул и забросил руки за спинку стула. — Деньги не пахнут. А Всевышний все равно спать ложится, когда солнце заходит. Так что я грехов не боюсь.

— А ты не боишься, что тебя свои же порвут за такое?

— А кто узнает? — он вдруг напрягся. Нагнулся над столом, и даже голос понизил. — У меня свои ребята, я совершенно автономен. Первая девчонка уже в городе. Протащили ее через все кордоны так, что никто и ничего не заметил. Могу показать, если хотите.

— И что, она всю дорогу молчала?

Перед глазами встала картина, как Зараза пинает омоновца по яйцам, а потом визжит как резаная, когда ее все-таки схватили и запихнули в микроавтобус.

Она бы шороху точно навела, дичь моя бешеная.

— Слушайте, вы точно умеете дела вести? — Заур нахмурился. — Или вы только по вот таким игровым делам? Полезные препараты давно изобрели, доехала в багажнике как тряпка, ни единого писка.

Все.

Это пиздец. Последняя капля.

Я слишком реалистично представил, как моя Зараза могла бы вот так, пару дней в багажнике лежать, накормленная всякой сранью. Чтобы потом отправиться к какому-то уроду за кучу бабла?

Нахуй!

Хватит!

— А с Дилярой ты то же самое хотел провернуть?

Заур вздрогнул. Как будто я его уже ударил:

— С какой Дилярой?!

— С племянницей твой, ублюдок! — я встал так, что стул из-под меня опрокинулся.

Загрохотал, падая. Заставил вздрогнуть официантку в дальнем углу. Вынудил охранников резво положить ладони на стволы под черными пиджаками.

— А ты кто? — Заур тоже вскочил.

— Смертушка твоя неумолимая, блядь! — я оскалился, делая знак охране возле двери. — Хотя, нет. Не я. Убивать тебя будут свои же. Не хочу руки марать о такое дерьмо. Князь?

— Запись четкая, все слышно и видно, — друг уже проматывал что-то в своем телефоне.

— Ах вы, шайтаны позорные! — заорал Заур, отскакивая от стола. — Это подстава!

Зашарил по поясу, но оружие у него еще на входе отобрали. Это было обязательное условия для прохода сюда.

Дверь в vip-зал широко распахнулась.

И от того, кто вошел, Заур побледнел.

Ладно, хер с ним, я тоже признаю, что Рахмат со своими абреками в черном смотрелся все же эффектно. Бородатые, с такими мордами, что любой адекватный человек испугается.

Мне-то ладно, я никогда адекватным не был.

И я знал, кто сюда войдет, когда все будет сказано.

Мне было не стремно отдавать этого урода Рахмату. В конце концов, это вопросы их народа, пусть решают их между собой. Главное — моя Зараза в безопасности и больше никаких угроз для нее существовать не будет.

Я волк.

Моя стая стая должна быть в безопасности и жить спокойно. Я ей это пообещал без слов. Я себе это пообещал, когда понял, что заберу ее.

— Ах, вы, ш-шакалы! — в Заура вцепились сразу несколько рук.

— Шакал — это ты. Позорная тварь, — брезгливо, через губу процедил Рахмат, останавливаясь перед ним. Дернул головой на выход. — Увезите его, куда Баха скажет.

— Ты! — брызгался на него слюной Заур. — Ты меня убираешь, чтобы я про тебя ничего не рассказал, да?

Резкий удар по шее от одного из людей кавказца и Заур обмяк на руках бородачей.

А вот я его слова запомнил.

Значит, не зря Рахмат с такой резвостью откликнулся. Ох, не зря! Стоило только начать аккуратно расспрашивать в диаспоре, как на Князя тут же вышли его люди. И живо заинтересовались вопросом. Явно же не просто так? Только надо ли это мне?

Мне нужно другое.

Я встретил черный взгляд Рахмата с мрачной решимостью:

— Теперь надо утрясти и наш с тобой личный вопрос. Поговорим?