Глава 37: Цена истинности

Каэльгорн.

Воздух в опочивальне всё ещё был густым от её запаха. Не от духов Солáрии, не от пыли веков. От неё. Травы, земли, пота и чего-то острого, чужого… и безумно знакомого. Этот запах въелся в ковёр, в портьеры, в мою кожу.

Я стоял по центру комнаты, не в силах шевельнуться. Не из-за чар. Из-за шока, который парализовал волю и сжигал разум белым огнём.

ЭТА… ЭТО…КАК ОНА МОГЛА…

Слова были пустыми, бессмысленными ракушками, выброшенными на берег сознания приливом хаоса. Пророчество. Проклятое, тысячелетнее пророчество об Истинной Паре. Ключ к силе Дома. Спасение Пиков. Оно должно было свершиться с кем-то… достойным. С принцессой крови, с могучей волшебницей. Не с… с ней.

НЕВОЗМОЖНО!

Ярость поднялась из самой глотки, горькая и удушающая. Она сожгла остатки оцепенения. Это был обман. Новый, изощрённый розыгрыш. Она что-то подстроила, какая-то тварь, какая-то шпионка, наславшая на меня эту… иллюзию! Она осквернила самую священную традицию моего рода!

ГДЕ ОНА?!

Рев вырвался из меня, не слова, а чистый звук ярости дракона. Он выбил стёкла в окнах, заставил задрожать каменные стены. Мне было всё равно, что услышат гости, Солáрия, весь замок. Мир сузился до одной цели — найти её.

Я ринулся из опочивальни, снося с петель массивную дверь. В коридоре застыли в ступоре двое стражников. Их бледные, испуганные лица вызвали во мне лишь новую волну гнева. Как они ее упустили?

— Искать! — проревел я, и они бросились прочь, словно ошпаренные. — ВЕЗДЕ! Поднять на ноги весь замок!

Но я не стал ждать. Моё чутьё, древнее, звериное, уже вело меня. Оно тянуло, как верёвка, привязанная к солнечному сплетению. Я чувствовал её панику, её страх — острый, как у загнанного зверька. И под этим страхом — тот самый, новый, едва уловимый шлейф… связи. Той самой, что должна была возникнуть с Истинной Парой. Она была слабой, оборванной, но она была. И от этого бесило ещё больше.

Я нёсся по коридорам, как ураган, не разбирая пути. Гости в парадных одеждах шарахались от меня с вскриками. Где-то мелькнуло бледное, искажённое беспокойством лицо Солáрии. Я проигнорировал всё. В ушах стоял только звон собственной крови и её учащённое, далёкое дыхание.

Выбежав в ночной сад, я на мгновение замер, втягивая воздух. И почуял. Слабый, но явный — её запах, смешанный с чем-то… синим? Холодным, как звёздная пыль. И тут же — шелест в кустах у дальнего фонтана. Мелькнуло пятно простого, грязного платья.

— Стой! — мой рык сотряс гирлянды из светляков, и они погасли, осыпаясь на землю. — Стой же, ведьма!!

Я ринулся вперёд, но сад, обычно подчинённый моей воле, вдруг восстал против меня. Низкие ветви вековых дубов скрючились, преграждая путь именно там, где она проскользнула с лёгкостью тени. Колючие кусты роз сплелись в непроходимую стену, о которую я порвал рукав камзола. Я пробирался сквозь заросли, чувствуя, как моё тело, сильное и могучее, стало вдруг неуклюжим, слишком большим, слишком грубым для этой игры в прятки.

И я видел его. Мельком. Синий свет в глубине аллей. Нечто маленькое, плавающее в воздухе. Оно двигалось с нелепой, кошачьей грацией, указывая ей путь. И самое отвратительное — оно словно насмехалось. В одном месте оно запрыгнуло на высокую вазу, столкнуло её с постамента. Грохот отвлёк стражу, бросившуюся не в ту сторону. В другом — мелькнуло справа, и я, повинуясь инстинкту, свернул за ним, а её запах ушёл налево, в узкую щель между живой изгородью и стеной, куда я бы никогда не протиснулся.

Я видел, как она, забыв о всяком достоинстве, ползла на четвереньках под скамейкой, её платье цеплялось за корни. Она была грязной, испуганной, жалкой. И самой желанной, самой ненавистной и самой важной добычей в моей жизни.

— Лучший сотрудник месяца… — донёсся до меня её сдавленный, истеричный шёпот, обращённый к синему призраку, — даже без трудовой книжки…

Этот абсурд, эта глупая шутка в момент смертельной опасности добили меня. Что-то в моём разуме перещелкнуло. Это была уже не просто охота. Это было нечто большее.

Я остановился, тяжело дыша. Ярость никуда не ушла, но теперь её оттеняло ледяное, ясное осознание. Пророчество сбылось. Но оно пришло не в сиянии славы, а в грязи, панике и насмешке какого-то звёздного кота. И цена этой истинности… была моим унижением.

Я медленно повернул голову, следуя за тончайшей нитью нашей новой, проклятой связи. Она вела к гроту, скрытому за водопадом. Я сделал шаг в ту сторону, уже не спеша. Пусть прячется. Пусть надеется. Дракон нашел след.

И теперь он не остановится.

Флорен

Мое сердце колотилось где-то в ушах, заглушая шелест листьев и далекие крики стражи. Я бежала, спотыкаясь о корни, чувствуя, как колючки ветвей цепляются за платье и волосы. Адреналин — единственное, что меня держало.

И он. Мой синий спаситель.

Он плыл впереди, его мягкое свечение выхватывало из мрака узкие тропки, невидимые глазу. Он не бежал — он скользил над клумбами с розами, проходил сквозь густые ветви плакучей ивы, за которыми я пробиралась с трудом, и терпеливо ждал, пока я, пыхтя, выберусь, вся в хвое и паутине.

— Ты уверен, что это кратчайший путь? — прошипела я, когда он заставил меня проползти под низко свисающей каменной аркой, поросшей мхом. — А не самый экстремальный?

Кот лишь обернулся, его звездные глаза блеснули весело, и он издал звук, похожий на тихое позвякивание колокольчика. В этот момент с другой стороны сада грохнула ваза. Я замерла, прижавшись к холодному камню. Лязг доспехов и яростный рык Каэльгорна послышались именно оттуда. Кот, довольный, лизнул лапку.

Этот нелепый, пушистый диверсант вел меня, как сквозь лабиринт, и я, бывший директор дендрария, ползала по грязи, благодарная каждому его мурлыку.

— Лучший сотрудник месяца, — выдохнула я, протискиваясь в узкую расщелину между скалой и стеной замка. — Премия — целая бочка сметаны. Даже без трудовой книжки.

Наконец, он привел меня к небольшому гроту, скрытому занавесом плюща. Внутри пахло влажной землей и тишиной. Я вползла внутрь и рухнула на холодный камень, пытаясь отдышаться. Кот вплыл следом и устроился у меня на коленях, принявшись громко мурлыкать. Его вибрации были такими мощными и успокаивающими, что дрожь в руках понемногу начала стихать.

И тут совсем рядом, в паре шагов от занавеса из плюща, раздался тяжелый, разгневанный шаг. Я застыла, вжавшись в скалу. Сквозь листья я увидела его.

Каэльгорна.

Он был похож на бурю, воплощенную в плоти. Его плащ был порван, в волосах — ветки, лицо искажено такой яростью, что по коже побежали мурашки. Он стоял, тяжело дыша, его взгляд метал молнии в ночную тьму.

— Где ты, маленькая саботажница… — его голос был низким, опасным шепотом, который резал слух острее крика. — Ведьма… моя…?

Слово «моя» прозвучало не как обладание, а как обвинение. Проклятие. Мое сердце укатилось в пятки. Истинная Пара? С этим драконом-начальником, который только и знает, что орать про KPI и дедлайны по спасению его цветочков? Мысль была настолько абсурдной, что хотелось смеяться и плакать одновременно. Это не трудовой договор, это пожизненное рабство с магическим бонусом! И премия — вечность в его личном каменном мешке!

Я осторожно погладила синюю шерстку на спине кота. Он в ответ уперся макушкой в мою руку, и его мурлыкание стало громче, словно говоря: «МУР-МЕТР НА МАКСИМУМЕ! ВСЕ ПУШЕЧКИ!»

Каэльгорн сделал шаг ближе. Он был так близко, что я видела, как напряжены его плечи, как сжимаются кулаки. Но потом его рука непроизвольно потянулась к запястью, к тому месту, где под одеждой скрывалась та самая метка, что вспыхнула от нашего прикосновения. Его лицо на мгновение исказилось не только гневом, но и смятением. Он почувствовал что-то. Тепло? Пульсацию? Эта связь, этот проклятый брачный договор от судьбы, работала в обе стороны.

— Я найду тебя, — проскрежетал он, но в его голосе вдруг прозвучала не только угроза, а какая-то одержимость. — И мы очень серьезно поговорим.

Он развернулся и ушел, его шаги постепенно затихли в глубине сада. Я сидела, не двигаясь, еще несколько минут, пока адреналин не сменился ледяной, всепроникающей усталостью.

Надо бежать. Сейчас, пока он ищет в другой стороне. Но куда? Замок — это каменная ловушка. Ворота на замке, стража повсюду. А с собой у меня… волшебный кот-проводник. Отличный набор для побега.

Я посмотрела на кота. Он устроился поудобнее и теперь в полусне ловил лапкой светящиеся мошки, проплывавшие в воздухе грота.

— Что же нам делать, батарейка? — прошептала я. Ответом было лишь довольное мурлыкание. Пока что его план «спасаться, создавая как можно больше абсурдных ситуаций» работал. Оставалось надеяться, что этого хватит до рассвета.