Чтобы унять дрожь в ногах, я сажусь на унитаз и пытаюсь перевести сбившееся дыхание.

Стоит ли рисковать, чтобы снова увидеться с Лукой?

Я не могу позволить Данте узнать о нем, только не сейчас, когда на кону безопасность Евы.

Но я знаю, что Лука не из тех людей, которые легко сдаются. Он смог вытащить меня из прошлой жизни и, возможно, однажды поможет еще раз. Я была так близка к тому, чтобы рассказать Луке правду, но он защищает свою семью. Он убьет Данте, как и того парня, который напал на меня у него в доме.

И если семья его жены узнает, опасности подвергнутся все мы.

Я делаю глубокий вдох и вытираю глаза. Я уже не та слабая девушка, которую когда-то знал Данте. Теперь я могу дать отпор. Я могу сказать «нет». Я знаю, что он тот еще монстр. Я просто должна найти выход, который сохранит мне жизнь, а потом меня ждет счастливое будущее.

С Лукой.

– Роза, какого черта ты там делаешь? – орет Данте, стуча тяжелым кулаком в дверь.

– Иду! – кричу я в ответ, отодвигая защелку.

Приготовившись к удару, я медленно открываю дверь. Он оглядывает меня с головы до ног.

– Пойдем, – ворчит он, крепко хватает за запястье и тащит меня обратно в столовую.

Все взгляды устремлены на нас. Данте наигранно улыбается, и я следую его примеру. Мои глаза ищут Луку, но он смотрит на руку, держащую меня. Я вырываюсь из крепкой хватки Данте, и, хоть он и хмурится, ему приходится отпустить меня.

Рука болезненно пульсирует, но я не могу ее потереть, потому что Лука сразу поймет, что мне причинили боль.

Когда мы занимаем свои места, мое тело касается плеча Луки, посылая искры прямо в сердце. По тому, как он напрягается, я знаю, что он тоже это чувствует. Лука пристально смотрит на Фрэнки, сидящего напротив него, а его большой палец под столом соприкасается с моей правой рукой и принимается нежно поглаживать мою руку. В том же месте, где меня только что держал Данте.

Я пытаюсь незаметно отстраниться. От страха разоблачения мое сердце колотится так, будто у меня вот-вот случится сердечный приступ. Но Лука незаметно возвращает мою руку в исходное положение и продолжает массировать все еще ноющее запястье.

– За нас! – объявляет Данте, поднимая в воздух бокал с шампанским.

Сестра улыбается мне и присоединяется к тосту. Я знаю, что причиняю ей боль, скрывая правду, но это единственный способ обеспечить ее безопасность.

Я застываю, когда Лука подается вперед и протягивает ладонь Данте – прямо перед моим лицом, неуловимо подмигивая. Он хочет пожать руку моему жениху теми же пальцами, которые несколько минут назад были во мне. Мое тело пылает. Та его рука, что скрыта от глаз, продолжает нежно сжимать мои пальцы.

– Поздравляю. Тебе очень повезло.

Их рукопожатие выглядит напряженным, будто они оба борются за власть. Костяшки белеют, выступают вены, и только после того, как Данте натужно крякает, Лука отпускает его руку.

– Ну же, поцелуй меня, любимая. – С этими словами Данте кладет руку на мое плечо и привлекает меня к себе.

Это похоже на то, как если бы на меня вылили ушат холодной воды.

Я чувствую волны злобы, исходящие от Луки, сидящего рядом со мной, поэтому я отнимаю свою руку и принимаюсь выводить квадрат вокруг его колена. Что угодно, лишь бы расслабить его, напомнить ему о нас.

Когда он рядом со мной, я могу сделать все что угодно.

Вдохнув, я закрываю глаза и позволяю Данте прижаться губами к моим. Я не целую его в ответ, а остаюсь неподвижной, надеясь, что все поскорее закончится, и с облегчением выдыхаю, когда он отстраняется, но он наклоняется ближе.

– В следующий раз я ожидаю от тебя чего-то большего, – зловеще шепчет Данте на ухо.

Шеф-повар итальянского ресторанчика Фрэнки приготовил для нас изысканный ужин, состоящий из трех блюд. Они выглядели настолько вкусными, что я не могу удержаться и не попробовать. Это первая еда, вкус которой я чувствую за долгое время.

Лука встает из-за стола и кивает дяде Фрэнки.

– Мне нужно идти. Поздравляю еще раз.

Он поворачивается ко мне, но взгляд останавливается на моем женихе. Его глаза темнеют.

Поравнявшись с креслом Данте, Лука берет того за плечи, наклоняется и что-то шепчет на ухо. Думаю, ничего хорошего. Лицо Данте краснеет, а челюсти сжимаются. Он не успевает произнести ни слова в ответ, Лука уже поворачивается и уходит.

Он оставил меня одну с этим монстром. Ева бросает на меня вопросительный взгляд, а Данте поднимается из-за стола.

– Что ж, спасибо за прекрасный ужин, Фрэнки. Но мне пора везти Розу домой.

Данте ждет, пока я отодвину свое кресло.

Я встаю и фальшиво улыбаюсь Фрэнки. Держи себя в руках, Роза. Данте крепко сжимает мою дрожащую руку, я машу сестре, пока он почти тащит меня из столовой.

Мы молча идем по длинному коридору, затем оказываемся в самом конце. Затем он выкручивает мне руку, выворачивая запястье.

– Ай, отпусти! – шепчу я.

– Кто, блядь, для тебя этот Лука? – злобно спрашивает он, пока мы выходим из дома.

– Н-никто. Он просто деловой партнер Фрэнки.

– Я тебе не верю. Ты маленькая шлюшка.

Он поворачивается ко мне лицом, и я отступаю. Он приближается, и ярость пылает в его янтарных глазах. Я вздрагиваю, ожидая удара, когда он поднимает свою мускулистую руку. Но он лишь прижимает кривые пальцы к моим губам.

– Ты вся моя. Тебе стоит об этом помнить. Я обещал, что не сделаю тебе больно. Не заставляй меня нарушать обещание.

Я судорожно выдыхаю. И я жду, когда он наконец-то сорвется. Этот человек не может быть никем иным, чем чудовищем.

– Ты понимаешь? – мягко говорит он, проводя уродливым пальцем по моему плечу.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки и киваю ему.

– Всегда такая послушная, – бормочет он, вновь прижимаясь ко мне губами.

Зажмурившись, я замираю в его объятиях, пытаясь сосредоточиться на том, чтобы меня не стошнило.

– С таким же успехом я могу целовать кирпичную стену. Поработай над этим, – ворчит он, грубо отталкивая меня.

Я опускаю голову, он хватает меня за руку, тащит к своей машине, распахивает дверь и заталкивает меня внутрь. Хлопок двери эхом разносится по парковке. Глядя перед собой, я едва сдерживаю слезы. Как бы хотелось, чтобы в жизни все было иначе – чтобы я ехала домой с человеком, которому принадлежит мое сердце.

После молчаливой поездки мы останавливаемся у его дома. Данте сжимает руль с такой силой, что костяшки пальцев кажутся белыми. Он глушит двигатель.

– Заходи в дом. Я хочу, чтобы ты голая лежала на кровати и ждала меня.

Кровь отливает от моего лица.

Качаю головой, мои руки дрожат, и я хватаюсь за ручку дверцы. Я могу убежать, но это только усугубит наказание.

– Больше не буду просить, Роза. Я вытрахаю из тебя этого парня. До этого момента я был добр к тебе. Теперь ты станешь моей женой, а это значит, что ты позволишь мне трахать тебя, когда я захочу, – цедит он, сохраняя каменное выражение лица.

– Ты же сказал, что не будешь давить на меня. Ты этого не сделаешь! – возражаю я.

– Тебе стоило подумать об этом прежде, чем ты стала шлюхой. А теперь будь хорошей женушкой и приготовься. Я ждал шесть лет, чтобы снова погрузиться в твою маленькую тугую киску.

Он ухмыляется, а я хочу блевануть.

Склонив голову, я открываю дверцу и выхожу из машины. Он следует по пятам, как охотник, выслеживающий добычу.

Пока Данте возится с входной дверью, а я бегу в ванную в своей комнате.

– Почему ты не можешь выполнить простую просьбу, тупая сука?! – кричит он, я вздрагиваю, упираясь спиной в шкаф.

Данте уже рядом, с яростью в глазах он кидается ко мне, хватает за руки, и я безуспешно пытаюсь стряхнуть его руки.

– Данте, пожалуйста, – шепчу я, царапая его предплечья.

Я дергаюсь всем телом, пытаясь стряхнуть его с себя, но он только крепче прижимает меня к себе.

– Люблю, когда ты сопротивляешься, – бормочет он и начинает целовать мой подбородок.

Слезы текут по моим щекам.

Его толстые пальцы обхватывают мою шею.

– Господи, Роза. Я чувствую страх, просачивающийся сквозь твою кожу, и биение твоего сердца под моими пальцами.

Я вскрикиваю, когда он прикусывает мочку моего уха.

– Пожалуйста, не надо, я умоляю тебя…

Данте отстраняется, заглядывает мне в лицо. На долю секунды я думаю, что он может остановиться. Но он бросает меня на пол, я ударяюсь о мраморную плитку, переворачиваюсь на спину, а он хищно возвышается надо мной.

Я отползаю от него, пока не упираюсь спиной в стену.

Он медленно идет ко мне, расстегивает брюки и уже держит в руке твердый член. Я борюсь с желанием выплеснуть содержимое своего желудка. Мои легкие пылают. Это не может быть реальностью. Я закрываю глаза и думаю о Луке. Пытаюсь представить, как он врывается в комнату и уносит меня прочь. Мой спаситель.

Но этого не произойдет.

Я должна хоть раз постоять за себя.

На ум приходят те же слова, что однажды сказал этот психопат:

– Как я могу любить тебя, если ты так поступаешь со мной?

Он замирает. У меня звенит в ушах, а ладони покрываются потом, но я набираюсь сил, чтобы встать и посмотреть ему в лицо.

– Мне нужно время, – шепчу я, скрещивая Руки.

Кажется, я только что нашла свой шанс – нужно подыграть его больному воображению.

– Черт! – рычит он, ударяя кулаком в стену позади меня, отчего я вздрагиваю.

Быстро прихожу в себя и делаю шаг вперед.

С яростью в глазах и раздувающимися ноздрями, он дергает себя за волосы, мечется, как зверь в клетке.

Несмотря на тошноту и дрожь в руках, я провожу пальцами по его щеке.

– Думаю, мы сможем справиться, Данте. Я и правда так думаю.

Его лицо смягчается, но он все еще пребывает в сомнениях. Я сглатываю. Ему нужно нечто большее, чтобы это выглядело правдоподобно.

– Со временем я отдамся тебе. Я хочу, чтобы ты понял, как выстроить наши отношения. Если ты действительно хочешь моей любви…

– Я могу дать тебе немного времени, – хмыкает он, кладя свою руку поверх моей и прижимая ладонь к шрамам на своем лице.

Сопротивляюсь желанию отдернуть пальцы.

– Спасибо, – шепчу я, улыбаясь ему.

Он наклоняется ко мне, я закрываю глаза, пока он оставляет на лбу поцелуй, прежде чем уйти на кухню. Я слишком напугана, чтобы двигаться.

Хлопает дверца холодильника. Мне отчаянно хочется выпить, но у меня есть проблеск надежды, поэтому нужно трезво мыслить, чтобы переиграть зверя.

Я вздыхаю, когда Данте снова появляется в поле зрения. Он подносит руку к моему лицу, мое сердце неровно стучит о грудную клетку, но я стараюсь не шевелиться.

– Прости меня, детка. – Данте нежно касается меня. – Я бы никогда не причинил тебе боль, если бы ты этого не заслужила.

Я смотрю на его обеспокоенное лицо. В мыслях возникает образ сестры. Теперь я действительно знаю, с какой степенью сумасшествия имею дело.

– Хорошо. – Это все, что я могу сейчас сказать.

– Я уеду на пару дней. Я все тебе сказал. Хочу, чтобы ты полюбила меня, Роза. Я исправлюсь. Обещаю. Только не делай глупостей. Ради Евы.

Я киваю и смотрю, как из его глаза катится крокодилья слеза.

Он вздыхает и отступает, оставляя меня в одиночестве.

Я пережила еще один день. И теперь знаю его бредовую слабость.

Может, у меня есть надежда.