Вместо того, чтобы напасть первой, она была достаточно умна, чтобы сконцентрироваться на бреши в своей системе безопасности и убедиться, что подобное больше никогда не повторится. Тем временем я боролась с желанием броситься вперед и обнять ее. Я так сильно скучала по ней, и даже когда я прижала руку к груди, я не могла остановить огромную волну силы, бьющуюся во мне, как в барабане, прямо в том месте, где она впервые прикоснулась ко мне, чтобы связать нас.

Ее взгляд метнулся к моему, впиваясь в меня, когда она тоже прижала руку к груди. Мы рассматривали друг друга, и, хотя было ясно, что она меня не помнит, она почувствовала связь.

— Что происходит? — рявкнула она, подходя ближе. В ее руках появились изогнутые лезвия, давая понять, что наше присутствие не на шутку ее напугало. Мы вторглись в ее покой. Ее покой. Мы ступили туда, куда, рискну предположить, никто другой не ступал с тех пор, как умерла ее семья.

И хотя она, возможно, научилась доверять Тени за то время, что была связана со мной, этого времени в ее памяти больше не было.

— Ты можешь разрушить чары Дэнни, наложенные на нее? — прошептала я Тени.

Он покачал головой.

— Не с такого расстояния. Она слишком могущественна здесь, в своих владениях.

— Говори громче! — скомандовала она, и воздух вокруг нас загудел в такт ее голосу. — Или я нападу, и даже Теневой Зверь не сможет противостоять мне здесь, окруженный силой моей семьи.

Его взгляд встретился с моими.

— Мы должны быть ближе, — неохотно признал он. Что само по себе говорило мне обо всем. Моя девушка была настоящей задирой.

Я шагнула вперед, чтобы привлечь ее внимание, оставаясь в тени, потому что он ни за что не позволил бы мне выйти из своего защитного круга. — Ты меня не помнишь, — сказала я, повышая голос, — потому что нашими воспоминаниями манипулировала могущественная богиня, но я — Мера Каллахан. Я волчица-оборотень, богиня Нексуса. И мы с тобой связаны, потому что мы — семья. Трисора.

Она побледнела, ее руки задрожали так, что стало заметно, как дрожат лопатки.

— Ты лжешь.

Я грустно улыбнулась, ненавидя это расстояние между нами.

— Ты чувствуешь нашу связь. Она взывала ко мне несколько недель. Даже когда я забыла обо всем на свете, трепет в моей груди не прекращался.

Она резко мотнула головой, словно пытаясь привести мысли в порядок.

— Я слишком сильна, чтобы кто-то мог проникнуть в мой разум. Я защищаю его превыше всего. И я бы никогда не связалась с кем-то не из моего мира. Я предупреж…

— Предупреждала, — закончила я за нее. — Да, я знаю. Но ты мне доверяешь. Ты не хотела, чтобы твоя семейная линия прервалась на тебе, хотя, если я что-то в этом понимаю, ты все равно переживешь меня, так что это спорный вопрос.

Из-за спины донеслось раздраженное ворчание Тени, но мы проигнорировали его.

— Ангел, — сказала я, позволив ее имени прозвучать шепотом. — Я называю тебя Ангел, потому что ты самое прекрасное, ангельское создание, которое я когда-либо видела. Ты напоминаешь мне земную версию ангела-хранителя, и я знаю, что твоя семья выполняла эту роль в прошлом.

Ее глаза расширились, и теперь все ее внимание было приковано ко мне.

— Если ты позволишь мне прикоснуться к тебе, я смогу высвободить твои воспоминания, — сказал Тень.

Она снова зарычала, и остатки доверия, которые только начали зарождаться, мгновенно исчезли.

— Ты прикоснешься ко мне, чтобы украсть мою силу. Или посеешь в меня те воспоминания, которые хочешь. Шансы на то, что я позволю тебе прикоснуться ко мне, равны нулю.

— Отличная работа, — пробормотала я Зверю, желая вздохнуть от того, что мы только что сделали шаг назад.

— Мне не нужна ее чертова сила, — проворчал Тень. — С тех пор как я вернулся в царство и соединился со своим камнем, я стал сильнее, чем когда-либо, и если бы Ангел на пять минут вытащила голову из задницы, она бы это увидела.

И вот он, мой Теневой Зверь, демонстрирует свои навыки общения с людьми со времен динозавров.

К счастью, Ангел, которая тоже была древней, нашла минутку, чтобы обдумать его слова и оценить его силу. Когда она закрыла глаза, я поняла, что она оценивает правдивость его слов. Увеличение силы было ощутимым показателем, придававшим нашей истории некоторую достоверность.

— Ты сильнее, — сказала она, снова взглянув на нас. В ее взгляде читалась настороженность, но было и любопытство. Ангел была древней, уставшей от жизни и не в меру сломленной, но в глубине души она была существом, которое страстно любило и заслуживало такой же любви в ответ.

Если бы она рискнула сейчас, то обнаружила бы, что у нее есть семья, которую она обрела в нас. Ее трисора.

Ее семья.

Когда это слово повисло в воздухе между нами, она посмотрела на меня своими бездонными глазами.

— Ты что, только что заговорила у меня в голове? — спросила она.

Я покачала головой.

— Мы связаны, и хотя я не могу говорить в твоем сознании, иногда эмоции или слова проникают сквозь нашу связь.

На этот раз она не стала отрицать нашу связь.

— Я знаю тебя, — прошептала она. — Я чувствовала себя такой потерянной, какой не чувствовала с тех пор, как моя семья погибла в финальной битве на лугах. Я не могла понять, почему после стольких столетий я снова оказалась в пучине отчаяния. Что я могла потерять снова, когда у меня не осталось ничего ценного?

Ее слова раскололи меня на части и заставили истекать кровью, слезы текли по моим щекам, когда она рассказывала свою историю о боли, потере и пустоте.

— Мера была той, кого ты потеряла, — прямо сказал Тень. — Мы все потеряли ее, и, очевидно, она — та часть человечности, которая объединяет нас всех.

Еще до того, как он закончил это довольно милое заявление, Ангел прыгнула вперед. Я ожидала, что Тень отреагирует оборонительно; в конце концов, такова была его натура, особенно когда она все еще была вооружена. Однако он не двинулся с места, и я вспомнила его предыдущие слова о том, что она никогда не причинит мне вреда. Он, очевидно, верил в это, и я тоже, потому что даже не вздрогнула, когда ее лезвия скользнули вверх и уперлись мне в горло.

В груди Тени заурчало, но он остался на месте. Единственное, что спасло Ангел в этот момент, было отсутствие агрессии на ее лице.

— Сейчас я собираюсь прикоснуться к тебе, — тихо сказала она. — Если я почувствую хотя бы малейшее покалывание энергии Тени рядом со своей собственной, я оборву ваши жизни.

Тень добавил к своему ворчанию насмешку, которую Ангел проигнорировала, сосредоточившись на мне. Один клинок остался у моего горла, а другой превратился в ничто, чтобы она смогла прижать свободную руку к моей груди.

В тот момент, когда наши тела соприкоснулись, между нами пронесся поток силы. Прошлое, настоящее и будущее, украденные Дэнни, закружились, как сорняки на быстром ветру, пока мы оба не погрузились в нашу связь.

Ангел ахнула, издав сдавленный звук. В следующую секунду другой клинок погас, когда она крепко обняла меня. Как и в случае с Тенью, редкие объятия, которые я получала от этих богоподобных созданий, ценились выше любой власти или золота. Они заставляли меня чувствовать себя защищенной, любимой и сильной; они заставляли меня чувствовать, что у меня есть семья.

— Дэнни умрет, — хрипло и яростно произнесла Ангел. — Она обокрала не тех существ, и мне все равно, кого она называет братьями, — ее кровь прольется.

Ее ярость была осязаема, на вкус она напоминала горькие апельсины. И хотя никто с ней не спорил, часть меня все еще надеялась, что наш первоначальный план сработает и что есть шанс спасти Данамэйн.

Глава 32

— Вы должны пойти за мной, — сказала Ангел, когда мы закончили обниматься.

Она повернулась и пошла прочь, а я обменялась взглядом с Тенью, понимая, что у нас не так много времени. Мы планировали встретиться с остальными в библиотеке через два дня, и я понятия не имела, изменилось ли течение времени между Лугами Благодати и библиотекой, но даже если бы это было не так, часы все равно тикали.

Когда Тень не стал спорить, мне пришлось признать, что мы все еще укладываемся в сроки, что позволило мне насладиться наблюдением за Ангел в ее естественной среде обитания. Не говоря уже о том, что у меня было к ней около пятидесяти вопросов.

— Пошли, — с улыбкой сказала Ангел, когда я поравнялась с ней. — Возможно, я еще не все помню о тебе, но благодаря нашей связи у меня сохранились фрагменты воспоминаний о том, как ты подвергала сомнению все на свете.

Я рассмеялась и взяла ее за руку, как в старые добрые времена.

— Видишь ли, — сказала я, — мне около двадцати лет. — Я сбилась со счета, сколько мне лет, из-за всех этих перемещений между мирами и провалов в памяти. — Вам всем по тысяче лет. Эти миры для меня в новинку, как и магия и… в общем, все остальное. Мне нужно все это знать, а учитывая, как складывается моя жизнь, на следующей неделе мы все можем умереть. — Сейчас самое подходящее время, чтобы спросить.

— В этом есть смысл, — тихо сказала она. — Но, пожалуйста, не будем больше говорить о твоей смерти. Если чье-то время истекло, то это мое. Я и так прожила слишком долго и устала.

Я резко затормозила, и, как ни странно, она остановилась вместе со мной.

— Я не хочу ничего слышать, — передразнила я ее. — Ничего. Ты согласилась стать моей семьей, а это влечет за собой определенные обязанности. Никаких жертв. Никаких потерь. Никаких смертей. Понятно?

Тень усмехнулся, и я, прищурившись, посмотрела на него в следующий момент.

— То же самое касается и тебя, моя пара.

Ангел забыла, что хотела сказать, а собиралась она, вероятно, произнести что-то вроде: Смерть — это не конец семьи. Вместо этого она была очарована тем, как я произнес слово — пара.

— Ты — пара Даркора?

Я стиснула зубы.

— Мы с Тенью каким-то образом образовали истинную связь. Без каких-либо действий с нашей стороны, и он уверяет меня, что это означает, что нашим сторонам Нексуса суждено быть вместе.

К счастью, несмотря на отрывочные воспоминания, Ангел хорошо справлялась.

— Иксана? — спросила она у Тени.

— Мертва.

Зачем тратить слова, если можно ответить всего одним словом… Жизненный девиз Тени.

Однако Ангел хватило одного слова, и она, пожав плечами, потащила меня за собой. Несколько минут мы шли молча, и я восхищалась разнообразием серых, зеленых и золотистых растений, окружавших нас.

Некоторые из них были мне знакомы, другие — совсем нет, и я рискнула предположить, что Ангел моделировала различные виды растений из разных миров, когда создавала этот уровень.

Когда мы вышли на небольшую поляну, то остановились перед домом. Меня охватило волнение от того, что я, возможно, увижу ее дом. Все, что я знала об Ангел, было основано на нашей жизни за пределами ее мира, но я наконец-то смогу взглянуть на нее мельком.

Снаружи ее дом был ничем не примечательным, сливаясь с растениями вокруг. Многослойные панели были золотистыми, с акцентом на камень и дерево в оттенках зеленого и серого. В основном он выглядел как хижина, на которую претендовала природа. Входа видно не было, по крайней мере, до тех пор, пока Ангел не прижала ладони к массе переплетенных виноградных лоз на одной из стен.

Энергия потекла сквозь кончики ее пальцев, и лозы откликнулись, извиваясь и скользя, как змеи, пока не образовалось отверстие, достаточно большое, чтобы даже Тень мог пройти сквозь него, не пригибая головы.

Внутри все было так, как я и ожидала. Просто, практично, с несколькими штрихами ангельского стиля. Сверкающая стена доспехов самых разных цветов, включая золото, бронзу, серебро и темно-бордовый гарнитур, который выглядел древним и тяжелым.

— Я могу вызвать эти доспехи из любого места в любом из миров, — сказала она мне, когда я остановилась, чтобы посмотреть на них. — А также оружие.

Даже Тень был впечатлен, когда мы подошли к следующей стене в ее главной комнате, которая была сверху донизу увешана оружием. От мечей до небольших лезвий, топоров и других смертоносных предметов, которыми можно отрубить себе руку, их было так много, что я не смогла их все рассмотреть. Каждый из них был установлен на чем-то вроде кости, доведенной до совершенства. — Они сидят на останках наших врагов, — объяснила Ангел.

Останки ее врагов? Кости — я правильно услышала.

— Я кое-что знаю об этом, — сказал Тень, наклонившись ближе, но не настолько, чтобы коснуться ее вещей. — Если я что-то и знаю о древнем оружии Лугов Благодати, так это то, что оно не любит, когда с ним обращаются не члены семьи.

— Когда наша связь будет полной, — сказала она мне, — ты сможешь вызвать любой предмет из этих стен.

Это было захватывающе. Кроме…

— Тебе ведь не обязательно будет сначала умирать, верно?

Она даже улыбнулась. — Нет, стену может призвать не один человек. Все члены нашей объединенной семьи наделены этими древними боевыми материалами.

Ну и отлично, тогда подписываюсь.

Когда мы, наконец, смогли оторвать взгляд от стены с надписью «искусство», мы прошли вглубь дома. Ангел провела нас в гостиную, где стояло несколько деревянных стульев.

— В свободное время я люблю заниматься резьбой, — сказала она, жестом приглашая нас сесть за сложные фигурки. — Они прочнее, чем кажутся.

Это, вероятно, относилось к Тени, потому что, на мой взгляд, они выглядели достаточно прочными. Я села первой, и прежде чем Тень успел присесть на скамейку рядом со мной, Ангел встала перед ним.

— Освободи остальные мои воспоминания, — поспешно сказала она. — Я смогла высвободить некоторые из них благодаря своему нынешнему пониманию заклинания, но… существо, которое его наложило, слишком сильно, чтобы я могла полностью использовать его энергию.

— Всем нам нужна была помощь, чтобы вспомнить. — Я поднялась со своего места. — Тут нечего стыдиться. — Они оба стрельнули в меня взглядом, и я пожала плечами. — Просто пытаюсь помочь. Я подумала, что утомительно все время быть крутым. Приятно иногда позволять другим поддерживать тебя.