Незабываемые годы…

Гремит гражданская война.

Еще в огне, в крови свобода,

Еще в тисках врага она.

Но реет ленинское знамя

Над трижды раненной землей,

И с воспаленными глазами

Идут бойцы в смертельный бой.

Враг, наседая,

Целит метко.

В дыму войны

Уральский бор.

Чапаев Петьку шлет в разведку:

Отважен Петька и хитер.

А там, в просторах Украины

Такой же смелый паренек,

На лоб буденновку надвинув,

Сжимает яростно клинок.

Он мчится в бой.

Покой лишь снится.

Нет, и во сне

Гремят бои.

И надо жить,

И надо биться,

Пока клинок не притупится,

И коль упасть в бою случится —

Крепись и раны утаи!..

Таким он был

Островский Коля

В числе прославленных имен,

Таким остался в комсомоле

С незабываемых времен.

И, стоя у его портрета

В какой-нибудь из наших школ,

Мы узнаем по всем приметам

Твой гордый облик, комсомол!

А годы первых пятилеток…

Картин рабочих акварель.

Палатки… Степь…

Костры из веток

Сметает шалая метель…

…Но вот они —

Кузнецк!..

Магнитка!..

Дивись, любуйся, человек!

Ведет дорога от калитки

В индустриальный новый век.

Земля в лесах,

В следах бетона…

И вдруг ударила война.

Идут немецкие тевтоны.

И ополчается страна.

— Прощай, жена.

— Прощай, невеста.

Надейся, верь

И не забудь!..

Осаждены герои Бреста,

И в Ленинград отрезан путь.

Враги у Волги,

В Подмосковье

Чинят свой дикий произвол.

И, как в бою, в тылу, в подполье.

Идет на подвиг комсомол.

…Кто гордо поднялся на плаху

В мороз и вьюгу босиком!

Чей голос девичий без страха

Звенел над страшным палачом!

Об этом песня не умолкнет,

Она до правнуков дойдет.

Бессмертна Зоя-комсомолка,

Как все, чем Родина живет.

.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .

Мы изменяем степь России

Ведем войну с глухой тайгой.

Нас вдохновляют,

Как живые,

Островский, Зоя, Кошевой.

Они и ныне с нами рядом,

Мы слышим их дыханье тут —

В коммунистических бригадах,

Где переходит в подвиг труд.