Федель, уставший, но довольный, выбрался из подвала башни через два часа. И некромантка, и рабьер успели порядком заскучать. Даже приготовление еды для единственного живого существа не сильно скрасило их ожидание.

— Она свободна, — довольно сказал Федель, прижимаясь плечом к стене.

— Выглядишь уставшим, — заметила Мальдира, протягивая ему запечёную кроличью ножку.

— Ритуалистика никогда не была моей сильной стороной, — виновато разведя руками, признался Федель, забирая из рук некромантки еду и жадно вгрызаясь зубами в мясо. — Фкуфно! — вместо благодарности выдал он.

— Ну и хорошо, — улыбнулась Мальдира.

Когда она была рядом с Феделем, на душе становилось чуточку спокойнее. Хотя… души у некромантки как таковой и не было, но её всю охватывало странное чувство уверенности в том, что всё будет хорошо, что они обязательно справятся. И некромантке очень нравилось это ощущение.

— Собираемся, — скомандовал рабьер.

— Куда на ночь глядя? Это мы не спим, а он, знаешь ли, живой.

— Вот на коне и поспит. Неужели ты думаешь, что Кустоде Тачито не в курсе, что его творение отправили на заслуженный отдых?

— М-м-м, наверное, даже в курсе, — кивнув, согласилась Мальдира.

— Как думаешь, насколько он будет этому рад?

— Не очень. Но… не пойдёт же он за стены города на ночь глядя? — спокойно заметила Мальдира.

— Не пойдёт. А вот утром явится. И в наших же интересах сделать так, чтобы примятая нами трава успела восстановиться, и нас было сложнее выследить. Он нам точно не нужен в том месте, куда мы хотим попасть.

— Логично, — согласилась Мальдира. — Тогда Феделя на лошадь, а мы пешком?

— Да, именно так.

Клирик как-то неуверенно покосился на мёртвого коня. Ему совершенно не хотелось прикасаться к нежити. Он и к Мальдире-то поначалу прикасался с опаской, постоянно напоминая себе, что она чуть более живая, чем вся известная ему нежить, а тут… совершенно мёртвый конь. Ни дать ни взять. И хоть что ты делай, живее от этого это копытное не станет!

— Ты чего? — спросила у него Мальдира, собирая остатки пожаренного мяса в дорогу.

— Ну… давай скажем так. Я и живых лошадей-то не очень жалую, а тут… неживая!

Он сглотнул и кроликом, загнанным в угол, посмотрел на некромантку.

— Ну и что?

— Давайте я лучше пешком пойду, — предложил он.

— Ну уж нет. Садись на лошадь и не дури. Ты по болотам не пройдёшь, а она пройдёт. Не хватало с тебя ещё пескеров снимать, живой ты наш, — решительно возразил рабьер и, не обращая внимания на вялые попытки Феделя вырваться, уверенно посадил его в седло, а потом с таким же невозмутимым видом принялся вставлять ноги в стремена и закреплять их ремнями.

Федель недовольно поёжился. Неживая лошадь была холодная. Не помогал даже удлинённый чепрак, а потник мёртвой лошади был попросту не нужен.

— Холодно, — буркнул под нос Федель.

— Зато доедешь спокойно. И вообще, ешь давай и на боковую.

Рабьер забрал у Мальдиры мясо, всунул в руки Феделю, взял лошадь под уздцы и повёл к выходу из башни. Некромантка подхватила посох и отправилась следом.

Стоило им отойти на три десятка шагов, как сзади раздался неприятный скрежет. Все обернулись и увидели, как башня начала медленно зарываться в землю, по которой прошла волна дрожи, как от землетрясения.

— Чудеса, — удивлённо прокомментировала Мальдира.

— Башня сделала то, что была должна. Таков был великий замысел. Теперь… она сможет отдохнуть, Если она понадобится, она вновь явит себя миру, уверенно заявил рабьер, поворачивая свободной рукой голову в сторону от башни и шагая вперёд.

— Звучит жутко. Сколько этих Башен тогда у нас закопано?

— Много. Большинство поселений построены рядом с подобными строениями. Они… защищали живых. Фурьос их для этого создавал.

— Что-то часто в последнее время слышно о делах безумного мятежника, — заметил Федель.

— Мятежник? О да, — хмыкнул рабьер.

— Кстати… а как ты говоришь? У тебя же… головы нет.

— Ну… магия, дружок. Я нежить. Нежить, напитанная изрядным количеством магии. Когда-то давно… я был магом там, в Бенифтерре. Подающим надежды и по-своему уважаемым. И я постоянно искал знания. Хотел ещё… и ещё… и ещё. Разобраться в том, что происходит в этом мире. Как можно помочь тем, кто родился за стеной.

— Мы похожи, — неожиданно тепло улыбнулся Федель. — Хотя методы у нас, похоже, разные.

— Ну… судя по всему, мы оба убежали из светлых земель в тёмные. Так что… не такие уж и разные методы, если так подумать. Но… различия, конечно, есть. Ты опьянён святостью Всеблагой, я же захмелел от волшебства другого рода. И мы оба хотели изменить этот мир к лучшему. Что ж… пришло время. Я так долго этого ждал.

— Сколько?

— Кажется, три сотни лет, — пожав плечами, ответил рабьер. — Когда ты не живой и не мёртвый, время начинает течь немного иначе. А вы, смертные… часто теряете ход времени, ваша история переписывается, и остаётся лишь ложь. В общем… не знаю я точно. Но я очень хорошо помню, что писалось про короля-мятежника в наших хрониках. И я сравнивал это с тем, что попадает в Мортерру сейчас.

— И? Что же? — обеспокоенно спросила Мальдира.

— С каждой новой книгой повествование менялось. В самой древней, которую я находил, было два брата. И один из них нашёл что-то, что заставило его пересмотреть отношение и к жизни, и к религии. Он попытался запретить служение Всеблагой. Но сделал это очень резко. И второй брат пошёл на него войной, изгнав в земли, которые сейчас называются Мортеррой. А потом… всё менялось и менялось, и из первого всё больше и больше делали безумца, а из второго — героя. Хотя, как по мне, нет ни хороших, ни плохих в междоусобной войне.

— Война — это всегда смерть, — согласилась Мальдира.

Дрожь земли под ногами постепенно утихала, и вокруг становилось тихо. Поразительно тихо. Даже вездесущие комары, налетающие на живых, не жужжали рядом с Феделем.

— Иногда нужно умереть для того, чтобы в будущем что-то изменилось. Впрочем, тебе сложно это понять. Ты никогда не была по-настоящему живой, — с каплей тоски в голосе заметил рабьер. — Это такая странная шутка природы. Мы начинаем ценить то, что потеряли. А пока оно у нас есть, нам кажется, что так и должно быть. Впрочем, это не так уж и важно. Важно то, что история писалась и переписывалась. И… совсем скоро мы сможем докопаться до истины. Я уверен!

Мальдира не разделяла его восторгов. Она успела порядком вымотаться, и даже кровь и кости пойманных кроликов не восполнили её силы до конца. Тем не менее некромантка уверенно шла слева от лошади и не забывала проверять, хорошо ли держится дремлющий Федель в седле.

Сотрудничество с рабьером не сулило ничего хорошего, но иногда приходится выбирать между плохим и очень плохим. Жизнь Феделя была важнее. Главное — спасти его, увести подальше от этого странного Тачито, а там…. что-нибудь да будет. Выкрутятся..

Мальдиру не покидало странное чувство, что поход к башне был ловушкой. И что им не оставят просто так упокоение призрака… да и само исчезновение башни тоже. Но это всё будет потом. А пока… можно немного расслабиться и отдать управление в руки рабьера. Он явно знает, что делает.