Погибшей женщине было за тридцать. Ее некогда привлекательные формы раздулись из-за процессов гниения; одежда задралась выше груди, обнажая черный бюстгальтер и следы засохшей крови.

Перед Праздником середины осени на улице стояла теплая погода, но в последние несколько дней сильно похолодало, поэтому определить время смерти женщины было непросто. Степень разложения тела была умеренной, оно только-только начало раздуваться, но этого было достаточно, чтобы от трупа начал исходить неприятный запах.

Кожа на животе трупа позеленела – появилась трупная зелень. По моему опыту можно было предположить, что, если при такой температуре весь живот покрылся трупной зеленью, женщина была мертва уже около четырех-пяти дней.

Во всех случаях, кроме когда покойник умирает у себя дома, или есть люди, могущие его опознать, или у него есть при себе документы, перед судмедэкспертом лежит безымянное мертвое тело. И тогда самой важной задачей становится выяснить, кто это.

– Хотите анекдот? – Дабао уже какое-то время был в очень приподнятом настроении, поэтому частенько травил анекдоты. В нашем окружении принято считать, что судмедэксперт, который, вопреки своей профессии, становится весельчаком, достиг последней стадии развития профессиональной травмы и теперь тоже полон безразличия.

– Когда я работал в полиции Цинсяна, – продолжил Дабао, – мы как-то раз нашли скелет в одежде. У меня тогда был коллега, который вечно хвастался своими безупречными познаниями в судебной антропологии, поэтому мы в отделении между собой часто шутили, что обнаружению костей рады только он и собака-ищейка. Так вот, он очень обрадовался этому скелету. Кости тут же доставили в прозекторскую, где он потратил полдня и выяснил, что скелет принадлежал мужчине пятидесяти лет. Он собирался продолжить изучение останков, как вдруг криминалист, который обычно всегда стоял рядом с ним и помогал, залез в карманы одежды жертвы и нашел удостоверение личности, где было всё: имя, фамилия, адрес… Начальник тогда ужасно разозлился и перевел моего коллегу на место тюремного врача в СИЗО.

Вместе с историей закончился и поиск зацепок в одежде:

– Ох, мама дорогая! Хорошо, что я проверил карманы ее брюк… Тут ведь ее удостоверение личности!

* * *

По документу следователи быстро установили личность погибшей. Ли Илянь жила на одиннадцатом этаже этого дома.

– Предварительные этапы расследования завершены, – сказал следователь. – Погибшей тридцать четыре года, она работает в Государственной налоговой службе. Ее муж управляет крупной строительной компанией в Юньтае, дома давно не был.

– А примерно неделю назад ее муж домой не приезжал? – спросил Дабао.

Следователь помотал головой:

– У супругов не очень хорошие отношения, и муж возвращается домой пару-тройку раз в месяц. Коллеги из Юньтая выясняют, чем он в последние несколько дней занимался, но ничего подозрительного пока нет.

Я взял слово:

– Коллеги уже прочесали канализационный колодец, никаких личных вещей погибшей не нашли. На ней деловой костюм – должно быть, убийца напал на нее, когда она шла или возвращалась с работы, а значит, у нее должна была быть с собой сумочка или что-то типа того… – Я приподнял правую руку покойницы: – Смотрите, в районе дуги безымянного пальца есть углубление – это след от постоянного ношения кольца. – После этого я обратил внимание на мочки ушей жертвы: – В мочках есть дырки для сережек; вероятно, погибшая при жизни носила серьги. Раз уж мы не можем найти ее кольцо и предполагаемые серьги, то явно имеем дело с грабежом.

– Грабеж? – повторил следователь. – Ее в колодце, что ли, пытались ограбить? У нее, кстати говоря, одежда задрана; может, это изнасилование с последующим убийством. Или муж поймал ее на измене и вот так отомстил?

– Как бы то ни было, напали на нее не в квартире, – сказал Линь Тао. – Мы только что вскрыли отмычкой ее дверь – внутри все чисто.

Я опустил верхнюю одежду погибшей – на ощупь она была сухой и жесткой от крови, пропитавшей ее, – и обратился к следователю:

– Давайте я сначала отвечу на ваш первый вопрос. Погибшая получила несколько ножевых ранений в грудь, что и привело к смерти от потери крови.

– Ага, – ответил следователь, – это я и так понял.

– Тогда если мы опустим одежду, то увидим лоскуты ткани на груди. Теперь сравним, совпадают ли разрезы на одежде с ранами на груди… Поскольку есть четкие совпадения, выходит, когда убийца наносил удары, одежда была опущена, так?

Следователь кивнул, соглашаясь.

Я продолжил рассуждать:

– Теперь отвечаю на ваш второй вопрос. Быть местом преступления колодец не может, просто потому что это неудобно: ствол шахты слишком узкий, а камера колодца чересчур глубокая. Кроме того, на штанах погибшей нет следов сточных вод, а это ясно указывает на то, что она не ступала ногами на дно. Ну и, естественно, вряд ли она сама спряталась бы в колодце. Получается, это место сброса тела.

Далее я указал на рану в области лба жертвы, которая не имела прижизненных реакций:

– Тело повисло на проводах, потому что убийца сбросил его ногами вниз. Из-за ускорения в начале движения оно согнулось во время падения, но когда голова ударилась о ступеньку лестницы, то голова и верхняя часть тела отскочили так, что труп повис на кабелях, зацепился и не упал на дно. А одежда поднялась из-за кабелей, поэтому и сложилось ощущение, будто ее могли изнасиловать перед смертью.

– Тогда где напали? – поинтересовался следователь. – Не мог же убийца напасть на жертву снаружи, а потом притащить в жилой дом, чтобы выбросить в канализацию?

– Не беспокойтесь, – сказал Линь Тао. – Предоставьте это мне.

– А я тогда пойду на вскрытие, – сказал я.

* * *

Женщина умерла от острой кровопотери. Ей семнадцать раз вонзили в грудь острый колюще-режущий предмет; одиннадцать раз лезвие вошло в грудную полость через межреберное пространство, пронзив сердце, аорту и легкое, что привело к обильной потере крови и смерти.

Мы тщательно описали расположение, контуры, длину и глубину каждого из ударов и пришли к выводу, что девушку убили ножом с шириной лезвия три сантиметра, а длиной, превышающей пятнадцать.

Многие люди считают, что описание орудия убийства не имеет никакого значения. Например, в данном случае мы очень подробно описали предмет, которым убили женщину, но, если подумать, почти у каждого дома найдется подходящий под описание нож. На самом деле описание орудия убийства не только сужает круг подозреваемых и рамки расследования, но и является хорошей подсказкой в поиске улики. Предположим, в доме подозреваемого ведется обыск, а у него коллекция ножей – тогда-то и пригодится описание орудия убийства. Следователи возьмут на анализ только подходящие ножи, что значительно сэкономит им время и силы.

Это было обычное убийство с применением ножа, поэтому от вскрытия в поисках зацепок и улик немного пользы; мы могли лишь описать раны и предмет, которым был убит человек, установить причину и дату смерти.

В желудке погибшей еще оставались кукурузные зерна, не попавшие в двенадцатиперстную кишку, поэтому мы сделали вывод, что женщина умерла в течение двух часов после последнего приема пищи.

Кроме того, как того требовала процедура, мы вели фотосъемку во время осмотра одежды погибшей. На спине пиджака жертвы были заметные следы пыли. Примечательно, что во внутренних карманах одежды были размазанные следы крови.

– Как думаешь, откуда кровь в карманах пиджака погибшей? – с ухмылкой спросил я Дабао.

Тот щелкал такие вопросы как орешки:

– Тут два варианта: либо покойница сама залезла туда, когда ее ранили, либо убийца шарил у нее в карманах окровавленными руками. Обычно первый вариант уместен, когда следы есть только в одном из карманов, а вот во втором случае кровь будет в каждом. Мы обнаружили кровь в трех карманах пиджака и двух карманах брюк, поэтому я склоняюсь ко второму.

– Все верно! – Я кивнул. – Следы в карманах подтверждают версию об ограблении. Отсутствие кольца и сережек тоже соотносится с этой версией. Раньше мы считали, что трупы умеют говорить, но оказалось, одежда тоже способна поведать о смерти своего владельца, и эта одежда свидетельствует о грабеже.

Было еще светло, когда мы закончили со вскрытием, поэтому на всех парусах помчались к оперативной группе.

– Мужа можно исключить из списка подозреваемых – он не успел бы совершить преступление, – заговорил первым следователь.

– Угу, – отреагировал я. – Убийца забрал с собой украшения погибшей, на теле остались следы от их ношения. Кроме того, во всех карманах есть кровяные мазки, которые, вероятнее всего, остались из-за того, что преступник залезал в карманы жертвы. Из этого мы можем сделать вывод, что эту женщину убили с целью отъема собственности.

– По данным следствия, – добавил следователь, – Ли Илянь в последний раз видели пять дней назад, в пятницу. Вечером она вместе с несколькими коллегами вместе ходила в ресторан, примерно в восемь ушла домой. С тех пор о ней ни слуху ни духу. В понедельник она не вышла на работу, на телефон не отвечала. У нее была не самая важная должность, да и работала она через пень-колоду, поэтому все подумали, что она поехала к мужу в Юньтай. В общем, никто ничего не заподозрил.

– А что они ели тогда? – спросил я. – У нее в желудке только кукурузные зерна, не похоже на еду для веселой компании… Может, она все-таки умерла не в пятницу вечером?

– Мы выяснили, что Ли Илянь придерживалась диеты, пыталась похудеть, поэтому на ужин обычно почти ничего не ела. Тем вечером она съела всего один початок кукурузы; это совпадает с тем, что вы обнаружили в желудке, так что убили ее тем самым вечером.

– Если говорить о месте убийства, то мы его пока не нашли. – Линь Тао переключил слайд. – Прошлись по лестнице с первого этажа до квартиры погибшей на одиннадцатом. Только на пролете между вторым и третьим этажом нашли следы мытья, предположительно шваброй, но на стене не было брызг крови. Как я понял, она умерла от остановки сердца из-за многочисленных ран, и крови должно было быть много, наверняка что-то попало бы на стену. Сама по себе лестница узкая, места мало, а стены невозможно отмыть от крови, поэтому мы предполагаем, что ее убили в помещении, а потом избавились от трупа.

Я нахмурился и помотал головой:

– Не совсем согласен. Смотрите, на спине пиджака женщины много пыли; получается, она лежала где-то в не очень чистом месте. Если б ее убили в квартире, то она не испачкалась бы так сильно. На твоих фотографиях видно, что на пролете с первого по второй этаж лестница выложена кафелем, а вот после первого этажа идут обычные цементные ступени. Жители этой многоэтажки редко пользуются лестницей, так что это достаточно пыльное место. Предполагаю, ее убили все-таки где-то на лестнице.

– А разве он не мог волочить ее по лестнице после убийства? – спросил Линь Тао.

Я снова помотал головой:

– Нет. Если б ее тащили, то по пыли было бы видно направление, а на пиджаке пыль лежит ровным однородным слоем; это возможно только при полном контакте с поверхностью. Кроме того, мы еще на месте сбрасывания трупа осмотрели тело женщины; у нее сзади на пояснице трупные пятна, значит, после смерти она точно пролежала на спине тридцать шесть часов.

– Следы растирания есть только в пролете между вторым и третьим этажом. Мы взяли бензидиновую пробу на скрытую кровь, сейчас делаем анализ ДНК. Говоришь, женщина, скорее всего, умерла тут? Но почему тогда нет брызг крови? Этого ты не говоришь, – возмутился Линь Тао.

– Это несложно объяснить, – сказал я. – Не каждое место преступления, где у жертвы было кровотечение, в брызгах. Артерию перерезали не на открытом участке кожи типа шеи – убийца пронзил внутренние органы груди. Хотя несколько дней назад погода на улице все еще была теплой, женщина уже была одета в офисный костюм с длинными рукавами, и грудь была закрыта бюстгальтером. В области, куда наносились удары, было очень много одежды; даже если и были какие-то брызги, они были прикрыты ею и быстро впитались. Поэтому, если человек был одет в несколько слоев одежды, при травмах груди крови останется немного.

– Есть подозреваемые? – спросил следователь.

Я резко хлопнул ладонью по столу:

– Я уверен, убийца живет в этом доме.