Поколения – сплошной вымысел.
Соотнесение группы людей с неким ограниченным временны́м интервалом – способ навязать определенный нарратив, позволяющий придать идеям форму. Это интересно (и даже необходимо). И всё же поколения – вымысел, который чаще всего обслуживает интересы демографов, журналистов, футурологов и маркетологов.
В 1990 году Нил Хоу и Уильям Штраусс – бумеры и самопровозглашенные социальные прогнозисты – изложили в книге Поколения: история будущего Америки с 1584 по 2069 год (Generations: The History of America’s Future, 1584 to 2069) четкую теорию американских поколений. Собственное поколение они назвали поколением «пророков» – идеалистов, повзрослевших в период «пробуждения». Поколение своих детей они отнесли к «героям». Воспитанные одухотворенными родителями, «герои» должны были вернуть Америку в «высокую» эру. Между ними были «странники», поколение настоящего, описанное авторами как «развивающееся». Самонадеянной теории Хоу и Штраусса не хватало обоснованности, но ее компенсировала публикация в нужное время – когда в медиа распространился термин «поколение Х», заимствованный из одноименного романа Дугласа Коупленда, который, кажется, специально для бумеров раскрыл загадочную сущность нового поколения.
Книгу Хоу и Штраусса продвигали как взгляд в будущее. Авторы утверждали: исторические циклы – лишь производная от циклов поколенческих, что дает возможность предсказывать будущее. Безусловно, история циклична. Однако поколения – вымысел, к которому прибегают стороны в более масштабной борьбе за власть.
Истории о разнице поколений стары как мир. Обычно новое поколение формируется и определяется предшествующим; этот рассказ выражает шок и ярость, которые сопровождают два главных откровения: «Господи, я старею» и «Да кто, черт возьми, эти дети?».
Кажется, бумерам трудно представить своих потомков. Именно бумеру принадлежит удручающая формула конца истории[3]. В сравнении всё, что будет после, представляется упадком, упрощением и разложением.
До недавнего времени наше поколение в основном определяли при помощи приставки пост-. Нас относили к эре постгражданских прав[4], к постмодерну, постструктурализму, постфеминизму, постчерным, постдуховности. Мы – дети с постера, рекламирующего пост-, объедки вчерашнего праздника, оставшиеся на грязной кухне. Мы были эхом беби-бума (беби-бум-нарциссы, отзовитесь). Мы были «поколением Х». Сейчас говорят даже о «поколении Y». А почему? Возможно, потому что Y следует за X.
К середине 1990-х многие молодые авторы, которых тошнило от писанины Хоу и Штраусса и их единомышленников, стали именовать себя хип-хоп-поколением. Узкое определение предложил Бакари Китвана в важной книге 2002 года Поколение хип-хопа: черная молодежь и кризис в афроамериканской культуре (The Hip-Hop Generation: Young Blacks and The Crisis in African American Culture). Он отнес к этому поколению афроамериканцев, рожденных между 1965 и 1984 годами – в период, начавшийся с принятия Закона о гражданских правах и убийства Малкольма Икса и закончившийся эпохой Рейгана / Буша-старшего, когда хип-хоп приобрел всемирную популярность.
Китвана акцентировал внимание на последствиях разрыва между чернокожими, которые выросли во времена борьбы за гражданские права и движения «Черная сила», и теми, кто вырос с хип-хопом. Его идея проста: невозможно вести плодотворную дискуссию о преодолении расового неравенства без осознания произошедших перемен.
Дьявол, как водится, в деталях. Предложенное определение хип-хоп-поколения оставляет за бортом пионеров этой культуры вроде Кула Герка или Африки Бамбаатаа только потому, что они слишком рано появились на свет, и исключает тех, кто заявлял о правах людей и менял хип-хоп-культуру, но не был при этом чернокожим или родился за пределами Америки. Вопрос, с какого именно момента вести отсчет хип-хоп-поколения и кто в него входит, остается, соответственно, открытым.
На мой взгляд, идея хип-хоп-поколения объединяет время и расу, место и поликультурализм, страстные биты и гибридность. Она описывает переход от политики к культуре, процесс распада и последующей перестройки. Она запечатлевает коллективные надежды и кошмары, амбиции и неудачи тех, кого в ином случае описывали бы как «пост-что-то».
Так когда же, спросите вы, возникло хип-хоп-поколение? После диджея Кула Герка и Африки Бамбаатаа. Кто в него входит? Все, кто в теме. Когда оно заканчивается? Когда следующее поколение скажет нам, что оно закончилось.
Это невымышленная история вымысла – история, немного тайн и совершенно точно никаких предсказаний. Это всего лишь одна из версий, наложение историй – подарок от тех, кто освещал путь и вдохновлял, а все ее недочеты – мои собственные.
Мы услышим еще множество версий. Пусть все они существуют.
Джефф Чанг
Бруклин и Беркли
Январь 1998 – март 2004
«Леди и джентльмены, вот и оно». © Matt Daly/Code Red/911 Pictures