C умывальника

во дворе, со ступеньки разбитой, третьей

сверху, с голосами,

такими знакомыми –

кажется, до сих пор разговаривают и

разговаривают,

с урчания

подъезжающих к воротам отцовских жигулей,

с мелкой речки

началось

то, что осталось – обязательства нежности,

нытье ласки,

уважение к немногословности,

пронзительная жалость к бессловесности,

тихость крика,

бульканье скуки,

робость рассуждения и жуткое,

болеть не прекращающее, желание взаимности.