В понедельник в школу Димка пришёл как обычно, не опаздывая. С утра мама смотрела на него как-то особенно внимательно, и Димка понял, что ей интересно узнать, что было в письме, но она не знает, как спросить. Димке же пока не хотелось ни с кем делиться. Да и как о таком расскажешь? Ахать, охать начнёт, переживать.

«Ладно, потом придумаю что-нибудь», – подумал он.

Друзья встретили его подмигиваниями и возмущением:

– Ты чего вчера не отвечал на сообщения толком?

– Да некогда было, – сказал Димка. – Я тут такое узнал!.. Пока перевариваю. Потом расскажу, не в школе. Это долгая история.

Тамара Михайловна в строгом синем костюме поправила очки на тонком носу и внимательно взглянула на Димку:

– Пуговкин, надеюсь, ты хорошо себя чувствуешь? Здоров? Справку я с тебя не требую, понимаю, что выходные были. Поздравляю тебя с прошедшим днём рождения!

Она вдруг улыбнулась, и Димка понял, что она только притворяется строгой. И как он раньше этого не замечал? Как будто нюх открыл ему глаза. Удивительно!

На уроке Тамара Михайловна, она же классная руководительница и организатор разных мероприятий, напомнила, чтобы сдавали деньги на экскурсию, которая состоится в субботу.

Димка уже и забыл об этом. Просто из головы вылетело из-за всего, что успело случиться. А ведь они с друзьями так обрадовались, что наконец-то поедут в предгорье! В городе снег, конечно, был, но разве сравнится он с белым, нетронутым снегом в горах! Димка был там зимой два раза с родителями, и ему очень хотелось поехать теперь с друзьями. Кататься там классно. И вообще природа красивая.

Единственное, что его расстраивало, так это то, что вместе с ними должен был поехать параллельный класс «Б», в котором учился Вовка Букин.

«Но, может, он не поедет, – думал Димка. – Ведь не все едут, а только кто захочет».

Да и не особо Букин его сейчас доставал.

В школе, при встрече на переменах, он всё-таки держал слово и молчал, хотя и кидал на Димку исподлобья недобрые взгляды. Надо бы наплевать и не обращать внимания, но всё-таки неприятно, когда на свете есть человек, который тебя почему-то так не любит. Да ещё непонятно за что. Неужели только из-за носа?

– Да забей ты, – посоветовал Костик, а Толька философски промолчал.

Всю неделю до субботы Димка проводил эксперименты, исследовал свой нюх. Погода была снежная и ветреная. На улицу даже вылезать было неохота, не то что гулять. Вот он и развлекался на всю катушку.

Димка постепенно понял, что если он захочет, то сможет включать и выключать ароматы, как лампочки. Причём это относилось не только к самому предмету, но и к его составляющим.

Вот, например, суп. Он состоит из нескольких «лампочек». «Лампочка» – мясо, «лампочка» – морковь, «лампочка» – лаврушка, ну и прочая дребедень. Всё вместе можно объединить в одну большую мозаику из лампочек. Но если нужно, их все можно выключить, кроме одной, и тогда различишь все нюансы только одного этого продукта. Например, морковка – сладкая, сочная, поджаренная, этого года! Димка бы и сорт разобрал, но не знал, как какой сорт называется. Всё-таки прав был дед. Много нужно знать, чтобы хорошо в запахах разбираться.

Друзья с восторгом выслушали Димкин пересказ письма, возбуждённо подпрыгивая.

– Ох, Димон, тебе с твоим носом в цирке можно выступать, – говорил Костик.

– Не слушай его, Дима, нельзя такое добро разбазаривать! Надо подумать, как можно применить твой нюх. – Толик, как всегда, был практичен. – Что ты можешь с помощью него делать?

– Быть поваром, работать в полиции, в лаборатории какой-нибудь, ну, или парфюмером.

– Парфюмером скучно! – заявил Костик.

– Ну не скажи, – возразил Толька. – Ты же слышал, что Дима про своего предка рассказывал? Можно же изобрести такие духи, которые, например, человека обездвиживают. Или лишают силы воли. Химическое оружие можно сделать, только я против. Наша планета и так на грани катастрофы. Лучше, конечно, на экологию поработать.

Что может сделать для человечества твой нос? – спросил он у Димки.

Димка пожал плечами:

– Ну, пока не знаю. Вот помойка возле дома для меня так воняет, ужас! Хорошо, что я теперь могу отключать те запахи, которые мне не нужны. Но если бы всем людям дать понюхать, как она реально пахнет, и ещё этот запах усилить, то они быстро перестанут столько мусора делать.

– Точно! – воскликнул Толька. – Мусор – это же бич планеты, а так люди научатся использовать всё без остатка! Вот мне бабушка рассказывала, что они пакеты целлофановые мыли, чтобы их по много раз использовать. А сейчас из-за этих пакетов черепахи гибнут!

– Ага, – подхватил Костик, – или ещё упаковки пластиковые! Пусть их съедобными делают. Купил, например, лапшу, заварил, съел и упаковкой закусил. И полезно, и вкусно!

– А ты сам-то мусор сортируешь? – ехидно спросил Костика Толька. – С этого ведь надо начинать.

– Так если у нас разделение не организовали, – вспыхнул тот.

– Ну, значит, надо с этим что-то сначала сделать.

Костик отмахнулся. Для него это было скучно. Ему хотелось чего-то необычного, и он продолжал фонтанировать идеями. А Толик, как человек практичный, пытался его приземлить и направить в реалистичное русло.

Димка слушал ребят, сам загорался от их слов, но никак не мог решить, что же ему делать со своим супернюхом.

«Ничего, жизнь покажет!»