Постучав в дверь комнаты, я пару раз зевнул, прогоняя сон. Хотел было потянуться, до хруста в суставах, но вовремя вспомнил о больном плече. Чтобы окончательно не травмировать его и дать время восстановиться, я воспользовался пластиковым фиксатором. Особой надобности в этом не было, но иначе я никогда не поправлюсь. Тяжело, когда рядом нет кого-нибудь, кто будет заставлять тебя отдыхать, выздоравливать и не перенапрягаться.

Дверь в комнату открылась и на пороге появился сонный Оскар, успевший натянуть только спортивные шорты. Надо отдать ему должное, фигура у него была подтянутая и жилистая. Видно, что тренируется он много и часто, но так как постоянно ходит в костюме, то со стороны это не заметно. Опытного бойца в нем можно отличить только по походке, по уверенным движениям и осанке, даже по тому, как держит кружку. Он столовый нож или вилку в руке сжимает так, словно в любой момент может нанести удар. Сильные кисти, крепкие пальцы и характерные мозоли на ладонях, все это за костюмом не спрячешь.

— Что, опять? — сонно протянул он, увидев меня.

— Хватит спать, пошли тренироваться, — бодро сказал я.

— Что? — не понял он. — Зачем?

— Странный вопрос. Понимаешь, так люди иногда делают, чтобы становиться сильнее.

— Который час? — он оглянулся.

— Почти семь часов утра.

— Ты прямо сейчас хочешь тренироваться?

— Нет, блин, завтра после ужина! Конечно, сейчас, иначе стал бы я тебя будить.

— Хорошо, пять минут. Где?

— На заднем дворе, там просторно и никто не мешает.

Он кивнул и ушел вглубь комнаты, забыв про дверь. Проворчал что-то на испанском, звучащее как «беспокойные русские».

— Нож захвати, или трофейный кинжал — сказал я вдогонку, на что он только махнул рукой. Гостевая комната у Оскара была очень похожа на мою, с отдельной гостиной и спальней, только обставлена мебелью на современный манер.

С утра пораньше во дворце было необычно тихо. Хозяева и гости спали, лишь усиленная охрана дежурила у лестниц на первом этаже и у дверей на улицу. Я специально прошел по первому этажу, выходя на задний двор через главные двери. Охранники, среди которых был незнакомый мне мастер в форме полиции, провожали меня слегка недоумевающими взглядами.

Пока Оскар собирался, я неспешно прогулялся по бетонной дорожке к круглой площадке. Погода с утра была отличная, безоблачное небо, безветренно, в воздухе почти не чувствуется городской смог. Закрыв глаза, я сосредоточился на внутреннем состоянии, оценивая рост ледяного лотоса. Он определенно увеличивался в размерах и довольно быстро. Чувство такое, как будто он не собирается подниматься к поверхности внутреннего моря, так как ему и под водой неплохо. Может, я его перекармливаю? Надо бы посоветоваться с Сяочжэй, но как с ней связаться? Я снова подумал, что этого проглота вырастил для принцессы ее дед, а она так просто отдала его мне.

— Кузьма? — меня окликнул Оскар, заходивший на площадку. — Ты всегда так рано просыпаешься?

— Почти всегда, — кивнул я, открывая глаза.

Оскар переоделся в модный темно-зеленый спортивный костюм и нес на плече сумку.

— Одежду для занятий всегда с собой вожу, — ответил он на мой изучающий взгляд. — Стараюсь держать себя в форме.

Расстегнув молнию на костюме, продемонстрировал ремень с креплением для складного ножа.

— Почему нож? — спросил я. — Неудобное ведь оружие.

— Он небольшой, — Оскар начал загибать пальцы, — складной, всегда под рукой, ну и традиции надо соблюдать. Кинжалы с удобной рукоятью я люблю больше, но их не всегда можно с собой взять.

— Мне казалось, что режущее оружие мастера ценят выше, чем колющее.

— Дело вкуса, привычки и техник. У кинжала пробивная способность выше, чем у меча. Лучше и сильнее только копье. Его все изучают, как самое простое в освоении оружие, но в бою используют исключительно маргиналы.

— Не знаю, получится ли задуманное против небольшого оружия, — с сомнением протянул я.

— Могу топор с пожарного щита взять, — улыбнулся Оскар.

— Лопату, — рассмеялся я. — Она пострашнее любого копья будет. Ладно, давай ближе к делу. Ты про защитные техники Лу Ханя знаешь?

— Сталкивался. Они останавливают пули, гасят взрывы и не дают распространяться огненным техникам.

— Видишь окружающее нас кинетическое поле?

— Немного, — он снова кивнул.

— Попробуй использовать пару умений ближнего боя с оружием, а я буду тебя немного сдерживать. Только кисть не сверни.

— Любые умения? — уточнил он.

— Которые дворец не разрушат, а то на нас герцог осерчает.

— Шутник, — фыркнул он.

Вынув из кобуры складной нож, он отработанным движением раскрыл его, повел пару раз кистью. Нас разделяло шагов пять, небольшое расстояние для нужной техники. Любой мастер по оружию считается опасным уже на расстоянии десяти метров от тебя, а смертельную угрозу несет на расстоянии как раз в пять метров. Просто, чем больше дистанция, тем легче уклониться от атаки, поэтому они всегда стараются подойти примерно шагов на пять. В отличие от бойцов ближнего боя, как я или Василий, им не обязательно подходить вплотную.

Оскар сделал короткий выпад, вкладывая в удар немного силы и целясь в сторону дальних деревьев. На середине пути кинжал резко увяз, словно в густой смоле, отчего Оскар едва кисть не вывернул.

— Предупреждал, — сказал я, пытаясь оценить, насколько сильно он ударил. — Защитное поле погасило удар, сопротивляясь воздействию силы. Чем больше ты вложишься в удар, тем активнее и резче будет сопротивление, поэтому руками особо не размахивай.

— А сразу об этом сказать можно было? — недовольно проворчал он, разминая кисть.

— Хотел посмотреть на твое удивленное лицо. Давай еще раз. Можешь не сдерживаться, но не увлекайся, а то поле рассеешь и прибьешь кого-нибудь из любопытных зрителей.

Я показал подбородком на пару охранников, стоявших под деревьями в саду. Оскар кивнул, уверенно перехватил нож и повел рукой в сторону. Вот теперь я почувствовал резкое давление на поле. Его можно сравнить с броском железного шара, когда мы с Джимом тренировались. С одним из первых, когда он не увлекся и бросал с осторожностью. Отсюда выходило, что погасить воздействие силы мастера гораздо сложнее, чем поймать летящий снаряд. Минут пять мы боролись, я старался удержать поле, не тратя слишком много сил, Оскар же использовал разные техники, проверяя защиту на крепкость.

— Перекур, — первым сдался я. — Тяжело. Надо как-то защиту усовершенствовать.

— Слушай, — Оскар сложил нож и убрал обратно в кобуру, — как ты это делаешь?

— Когда ты пропускаешь силу через оружие, поле реагирует на чужеродное «ци» и сопротивляется ему. Проще уже не объясню. Думал, что это будет легче и я так быстро не выдохнусь.

— Это очень странное чувство, когда ты не можешь выполнить ни одну технику, — серьезно сказал он. — Не знаю, с чем сравнить. Ты словно прыгаешь в воду, привычно пытаешься плыть, но тебя как будто за руки хватают. Неприятно.

— Значит, ты ни одну технику так и не выполнил до конца? — уточнил я, на что Оскар кивнул. — Уже неплохо.

— А защититься от этого можно? — спросил он.

— Противостоять, — поправил я. — Не знаю, надо пробовать и экспериментировать. Покажу на примере. Попробуй сейчас направить силу через оружие.

Он снова достал нож, пропустил через клинок поток силы.

— Слышал когда-нибудь про обезьянку, которую ловят на коробку с бананом?

— Слышал.

— Пока ты нож держишь, я тебя поймал.

Оскар попытался сдвинуть нож, но тот намертво вклеился в пространство. Почти минуту он пытался сдвинуть его, затем отпустил силу и нож оттаял.

— Скажи, что кроме тебя так никто не умеет, — попросил Оскар.

— Я эту технику только вчера придумал, — рассмеялся я. — И она еще не отработана.

— А мастера обездвижить?

— Доспех духа помешает.

— Тебе можно с профсоюза мастеров оружия деньги брать за то, чтобы этот секрет никому не раскрывать, — улыбнулся он.

— А такой есть? В смысле, профсоюз.

— Как только общественность узнает, обязательно создадут. И протесты будут подавать во все организации. А по-хорошему, надо бы такую технику передать тем, кто правителей охраняет. У меня кузен в охране короля. Когда мы с ним в последний раз встречались, он сетовал на то, что как раз такой защиты им и не хватает.

— Дельная мысль, — согласился я.

— Он, вообще-то, о тебе не самым добрым словом отзывался, — сказал Оскар. — Говорил, что у них и так работа не простая, а ты ее усложнил.

— А давай сделаем так, — задумчиво произнес я. — Если весь мир узнает о той технике, что я сейчас продемонстрировал, то я твоему кузену ее покажу. А там уже от него будет зависеть, сможет он ее осилить или нет. Как раз и протестируем на нем одну мою теорию. Безопасную.

— Договорились, — быстро сказал он и потер руки в предвкушении. Рассчитывает заработать пару баллов перед королем? — Ну что, тебе эту технику надо отточить, я помогу.

— Не так быстро, — рассмеялся я. — Отдохнуть надо пару минут.

Тренировка с Оскаром растянулась почти на час. К последней попытке он уже лучше контролировал силу, доставляя больше неприятностей, чем в начале, но пройти защиту так и не смог. Для меня же было важным, что защитное поле работало именно так, как я и предполагал, что открывало просто безграничный простор для экспериментов. В текущем состоянии у техники слишком много недостатков, но кое-какие мысли по этому поводу появились уже сейчас.

Во время перерывов между подходами, мы с Оскаром неплохо поговорили на самые разные темы. Выяснилось, почему они с Мартиной так дружны с детьми герцога Бурбона. Оказывается, их связывала какая-то дальняя родственная связь по линии матери и общие интересы между Испанскими и Итальянскими портами. Долгое время герцоги были деловыми партнерами. Между ними даже была договоренность поженить Мартину и Роберто, но пару лет назад планы нарушились. Мартина рассорилась со своим отцом, а Роберто разочаровал своего.

— Его сын и дочь, — говорил Оскар, — сейчас самые желанные жених и невеста в Италии. Я не знаю, почему герцог тянет со свадьбой Роберто. Может, не нашел подходящую по статусу кандидатуру. С Сабиной же все проще. У нее такой характер, что перспективные женихи сбегают без оглядки. Вот, стоит только помянуть…

Он показал взглядом в сторону дворца, от которого в нашу сторону шла Сабина в компании Мартины.

— Завтра еще потренируемся? — спросил он. — Мне кажется, что я вот-вот пойму, как работает эта защита и смогу ее пройти.

— Можно, — согласился я. — Слушай, у меня вопрос. Когда вы пропускаете через оружие силу, как контролируете, чтобы поток энергии не улетал в бесконечность. Я когда пытаюсь, то он выстреливает сплошным потоком.

— А, — Оскар заулыбался. — Проблема всех новичков, кто впервые берет оружие в руки. Чтобы контролировать длину лезвия, есть особая методика тренировок. Если решил попробовать себя в этом направлении, то могу достать брошюру. Можно даже позаниматься вместе. В оружейной комнате дворца храниться немало прекрасных экземпляров копий и мечей. Подберем что-нибудь из раритетного…

Он мечтательно улыбнулся, словно и сам был не прочь пощупать оружие из коллекции герцога.

— Нет, не совсем так, — я вынул из поясной сумочки стержень. — Хочу сделать клинок из чистой силы, пропуская ее через стержень. Это вообще возможно? Вы делаете что-то похожее, как мне кажется.

— Опасная техника, — сказал Оскар, бросив плотоядный взгляд на стержень. — Можно себе ненароком что-нибудь отрезать. Или покалечить кого-нибудь оказавшегося достаточно близко. Поэтому подобное рекомендуется делать только с мечами. Придать форму чистой энергии очень сложно. Разумнее всего ее закольцевать, чтобы она бежала вдоль клинка, делая его очень острым. Чтобы разобраться, советую начать с азов. Постараюсь сегодня достать учебник для начинающих. Почитай, посмотри, подходят ли тебе подобные техники. Они гораздо сложнее в освоении, чем огненные или электрические.

К этому моменту девушки дошли до нас, глядя на Оскара недовольными взглядами. Он сделал вид, что не заметил.

— Тренируетесь? — спросила Сабина.

— Могли бы нас позвать, — добавила Мартина, немного недовольная тем, что была в платье, а не в спортивном костюме.

— Тренируемся, — кивнул я.

Под взглядами девушек, Оскар подхватил спортивную сумку и направился к дворцу.

— Может, стоит взять перерыв на пару дней, пока не поправишься? — спросила Сабина, показывая взглядом на фиксатор.

— Мы не напрягались сильно и лишь оценивали новую защитную технику. Как у Вас дела, как настроение с утра?

— Настроение — тревожное. Ты уже знаешь, что король приехал?

— Вчера встречался с ним. Странно, что он без свиты в сотню человек приехал.

— Его свита существенно меньше, чем ты думаешь, — она улыбнулась. — Но шума от них и беспокойства на сто человек хватит с лихвой.

— Какие у нас планы на сегодня, опять прятаться целый день?

— Уже к вечеру во дворце будет не продохнуть от аристократов, — Сабина недовольно поморщилась. — Мы посовещались и решили, что можно поехать в Неаполь сегодня, сразу после завтрака. Устрою вам экскурсию по городу, потом отправим автобус на пароме, а к вечеру будет готова наша яхта.

— Идея хорошая, но у меня встреча с королем, — я виновато развел руками. — После обеда.

— Можно было догадаться… Странно, что мне папа ничего не сказал об этом.

— Предлагаю отложить планы на один день. За это время ничего страшного не должно случиться, наверное.

— Плохое у меня предчувствие, — Сабина оглянулась в сторону дворца.

На обратном пути мы сделали небольшой крюк, чтобы посмотреть за суетой на стоянке. Судя по количеству продуктов, выгружаемых из двух грузовиков, предстоял большой обед или ужин. Несмотря на раннее время, у выезда в город работало несколько телекомпаний, кто-то даже вел прямой эфир. Как раз в это время мимо них проехало несколько дорогих автомобилей с очередными гостями. Мне происходящее нравилось все меньше, поэтому я попросил Сабину устроить завтрак все там же, в тихой обеденной комнате на третьем этаже. Пока девушки ушли решать этот вопрос, я заскочил к себе, чтобы переодеться. Хотел оставить боевой стержень в комнате, но, подумав, взял его с собой. В поясном чехле он почти не привлекал внимания.

Еще до выхода из комнаты, я услышал голоса в коридоре и какой-то шум. Почти рядом с дверью парочка парней на повышенных тонах разговаривала с Аленой. Тот, что постарше, мерзкий на вид тип, схватил ее за запястье и смотрел так, словно собирался ударить. В общем, не понравилось его лицо. Меня он заметил почти сразу, но Алену не отпустил. Это был мастер, ровесник Оскара, но существенно слабее. Я в пару широких шагов оказался рядом и резко ударил ребром ладони по его предплечью. Может, что-то не рассчитал, но руку ему сломал капитально, с громким и неприятным хрустом. Он заорал противным голосом, схватившись за руку, забыв, что мастер и даже доспех не активировал. А между прочим, от его ладони и пальцев у Алены остались темные синяки на запястье. Она, в отличие от него, не кричала и не плакала. Вот почему так всегда бывает, что подобные уроды могут демонстрировать силу только перед слабыми, а столкнувшись с сопротивлением, сразу в крик? Стиснув зубы, я наотмашь врезал ему в челюсть, отбрасывая метров на пять в сторону лестницы.

Алена слегка поморщилась, потерла синяк и бросила сердитый взгляд на второго парня, выглядящего лет на двадцать. Тот стоял в некой прострации и смотрел вдоль коридора на лежащего без сознания мастера. Нет, этого бить я не стал, так как боялся, что зашибу. Взяв Алену под локоть, повел к лестнице. Только когда мы поднялись на третий этаж, снизу послышались громкие голоса на итальянском.

— Он ко мне приставал, — сказала Алена, хотя я и не спрашивал. — Тот напыщенный пижон. Я ему коленом промеж ног стукнула.

— Сильно? — улыбнулся я, на что она кивнула. — Он же мастер, могла бы и доспех подключить. Он бы встречу с тобой запомнил надолго, таская в штанах пакетик со льдом. И отделался бы гораздо легче. А что второй?

— Лапать полез, только я его стукнуть не успела. Кузя, — она удержала меня за руку и посмотрела серьезно.

— Я аккуратно… Ну, пожалуйста…

— Нет, — отрезала она. — Оставь.

Насупившись, посмотрел на Алену, но она так улыбнулась, что я готов был простить кого угодно, даже этого мелкого засранца. Ладно, пусть только на глаза мне не попадается и живет спокойно. Дойдя до обеденной комнаты, я немного успокоился. Подумал, что все это произошло не случайно. Эта мысль мелькнула как раз в тот момент, когда мы вошли в комнату. Я встал на пороге, задумчиво глядя на девушек. Они, в свою очередь, вопросительно посмотрели на меня.

— Что-то случилось? — спросила Мартина.

— Прямо напротив моей комнаты двое парней приставали к Алене. Один, падла, руки распустил, а второй только собрался.

— Кто? — нахмурилась Сабина, вставая со стула. — Прямо сейчас?

— Понятия не имею, кто это был. Но первому я руку сломал и, наверное, челюсть.

— А второму? — с живым интересом полюбопытствовала Мартина.

Принцесса София Луиза покачала головой, как-то странно улыбнувшись, но вопрос Мартины поддержала заинтересованным взглядом.

— Второй от возмездия ушел, — печально вздохнул я.

— Проходите, садитесь, пейте чай, — Сабина прошла к нам, взяла Алену за руки, заглянула в глаза. Специфический синяк на запястье она сразу заметила. — Все хорошо?

— Все в порядке, — улыбнулась Алена.

— Дайте мне пять минут, — сказала Сабина и вышла из комнаты.

— Алена, проходи, — Мартина поспешила усадить подругу рядом с Софией. Она спросила что-то на испанском, на что Алена ответила отрицательно.

В это время появилась прислуга, вкатив в комнату две тележки с завтраком.

— Подобные скандалы происходят довольно часто, — сказала мне София. — Но на моей памяти впервые, чтобы подобное перешло в драку.

— Если бы это перешло в драку, им бы досталось еще больше, — сказал я. — И вообще, у меня скверный характер, Оскар не даст соврать.

— Мой дедушка тоже никому не давал спуску, — улыбнулась принцесса. — Не любил, когда кто-то вел себя неподобающе, особенно по отношению к девушкам. Мог вызвать любого на дуэль, поэтому во дворце всегда было тихо, а во время приемов даже злейшие враги обращались друг к другу вежливо.

— Твой дед был великим мастером, поэтому его все боялись, — вставила Мартина. — Никто в здравом уме не вышел бы против него.

— Это что-то меняет в моих словах? — принцесса приподняла бровь, посмотрев на нее. — Он не сразу стал великим мастером. И дуэль — это не соревнование, когда у каждой из сторон одинаковые шансы на победу. Это способ отстоять честь и убеждения. К тому же он всего однажды убил соперника во время поединка и вполне заслуженно. Кузьма, а ты дрался на дуэли с кем-нибудь?

— Проще вспомнить, когда я с кем-нибудь не дрался. Это было в то время, когда меня отправили в монастырь.

Пока я вспоминал школьную жизнь и драки с гопниками из соседнего колледжа, прошло минут десять, но Сабину мы так и не дождались. Еще через пару минут прибежала взволнованная женщина, натянуто улыбнулась и передала извинения Сабины, сказав, чтобы мы завтракали без нее.

Во время завтрака нас навестил Вито. Точнее, я почувствовал его присутствие в коридоре, но заходить он не спешил и минут пять ходил по этажу туда-сюда. В итоге я не выдержал, вышел сам, когда он в очередной раз приблизился к обеденной, постоял немного и решил навернуть еще один круг. Увидев меня в коридоре, он обрадовался, сделал вид, что случайно оказался на этаже. Странно было видеть такую нерешительность у взрослого мужчины и серьезного мастера.

— Доброе утро, — Вито подошел и пожал мою руку.

— Здравствуйте, — кивнул я. — Насчет утра, не знаю, было добрым, а потом как-то резко начало капризничать. Ругать будете?

— Нет, — он искренне удивился, говоря с еще большим акцентом, чем обычно. — Должен? За что?

— За драку. Но если вы не знаете, то не важно.

— За драку? — уточнил он. — Видел беспокойную охрану и синьора Гранде. Что случилось?

— Какой-то наглый мастер пристал к Алене и получил коленом промеж ног. Он хотел сломать ей руку, но я успел раньше.

— Он жив? — серьезно спросил Вито.

— Жив. Отделался сломанной рукой и челюстью. Если у него был мозг, возможно, еще сотрясение добавится. Если честно, странно все это произошло.

— Я разберусь. Сейчас этим займусь. Алена в порядке?

— В порядке. Знаете, это долго объяснять, а я очень не люблю оправдываться. Исключительно из уважения к герцогу, которому я доставил неприятности, когда у него и своих полно. Минуту.

Я заглянул в обеденную и, поймав взгляд Алены, жестом поманил в коридор.

— Беспокоит синяк? — спросил я, когда она вышла, провожаемая любопытными взглядами девушек. Взял ее ладонь.

— Не очень, — ответила она. — После твоих тренировок — это пустяк.

— Второй уровень укрепления используешь, чтобы быстрее прошел? Хорошо.

Я показал Вито синяк на запястье Алены, ставший немного темнее, за это время. Взяв ее за другую руку, подвел поближе к Вито.

— Попробуйте сжать запястье Алены. Можете со всей силы, только без способностей мастера. Мы с ней изучаем укрепление тела, поэтому ничего страшного не случится.

Вито все так же серьезно кивнул, взял Алену за руку, осторожно сжал. Посмотрев на девушку, он сжал сильнее и сразу понял, о чем я говорил.

— Я понял, — кивнул он, отпустив руку Алены, на которой не осталось и следа. Если бы на ее месте был обычный человек, Вито бы сломал ему запястье. — Оставьте мне этот вопрос.

— А Вы зачем приходили? — остановил я его в последний момент, когда он уже собрался уходить.

— У меня личная просьба, — вспомнил он. — Хотел спросить насчет умения, которое Вы показывали Оскару Фернандесу де Кардона. Могли бы Вы продемонстрировать его мне?

— Могу, это не сложно, — я пожал плечами. — Завтра утром приходите на нашу тренировку. Как раз будет возможность оценить защитную технику против сильного мастера. Только… что с Вашим оружием?

— У меня есть запасной меч, — сказал он. — Завтра утром. Я приду.

Он еще раз кивнул и ушел в сторону западной лестницы.

— Нас выгонят, как… ту актрису? — спросила Алена.

— Нет, вряд ли. Хотя скандал будет, к гадалке не ходи. Сейчас выяснится, что пострадавший наследник какого-нибудь влиятельного рода, близкого к герцогу. Начнут давить на него, добиваясь справедливости для себя. Только герцог — человек серьезный, быстрее давилку сломаешь, чем своего добьешься. Не переживай, все путем.

Сабина вернулась только через полчаса после начала завтрака, когда мы перешли к десерту. Внешне она выглядела спокойной, но я заметил на левой руке два сломанных ногтя, а между костяшек на правой красовалась парочка маленьких синяков. Как ни в чем не бывало она села за стол, благодарно кивнула, когда перед ней поставили капучино в небольшой кофейной чашке. Слегка поправила ободок, из-под которого выбилось несколько прядей светлых волос.

— Алена, Кузьма, я прошу у вас прощение за этот неприятный инцидент, — сказала она. — Из-за шумихи во дворце сложно за всем уследить. Это снова отличился мой брат. Хотел устроить скандал с участием Кузьмы, чтобы выставить его в плохом свете перед отцом. Недоумок!

Она сжала кулак, словно хотела стукнуть им по столу, но взяла себя в руки.

— Вроде бы мы с ним даже не ссорились, — удивился я. — Или он все нашу встречу в ателье забыть не может?

— Это было бы слишком глупо даже для него. Скорее всего, он не может простить отцу и мне, что отправили на север, решать безвыходную проблему в то время, когда здесь происходит столько всего интересного. И с этими pendejo он договорился еще три дня назад. Я всегда говорила, что его дружки находятся с ним на одном уровне умственного развития.

— Если упомянула pendejo, то это наверняка Ботелья? — заинтересовалась Мартина.

— Они самые. Кузьма, Алена, еще раз прошу нас простить. Давайте забудем об этом неприятном происшествии. Папа с ними разберется, как только решит насущные проблемы.

Глядя на искренне переживающую по этому поводу Сабину, я кивнул.

— Хорошо. Ален, простим негодяев, что приставали к тебе?

— Им уже неплохо досталось, — сказала она. — Можно простить.

— Спасибо, — улыбнулась Сабина.

До обеда больше ничего особого не происходило. Насчет продуктов, разгрузку которых мы увидели утром, то выяснилось, что во дворце решили провести большой прием, плавно перетекающий в ужин. Об этом с самого утра вещали новостные каналы на телевидении и пестрили сообщения в социальных сетях. Были и другие интересные новости. К примеру, кто-то уже связывал нападение на дворец с появлением там короля Италии. Вспоминали анархистов и разного рода бандитов. А вот чего не было, так это упоминаний личности нападавших и причастности к этому одной из местных и узнаваемых семей. Полиция тоже ничего толкового не сообщала, ссылаясь на тайну следствия и говоря об усилении безопасности.

Весь день я с нетерпением ждал запланированной встречи. Девушки видели мое волнение, понимая его по-своему, и старались успокоить. Сабина говорила, что король Италии один из самых вменяемых правителей Европы и от встречи с ним у меня останутся исключительно положительные эмоции. Мартина упомянула, что встречалась с ним и он произвел на нее хорошее впечатление. Ее отец несколько раз проворачивал деловые сделки с Карлом Альберто и остался доволен результатом. В общем, мне была приятна их поддержка.

К назначенному времени за мной зашел Вито. По пути рассказал, что никаких проблем из-за драки у меня не будет, что можно об этом даже не думать. Говорил, что мастер, попавшийся мне под горячую руку, никогда не отличался умом и часто попадал в неприятности. Теперь он будет расхлебывать последствия сначала на больничной койке, а потом объясняться с герцогом, что гораздо страшнее. Даже вскользь обмолвился, что для семьи этого идиота было бы лучше, если бы ему досталось сильнее, чтобы герцог простил его хотя бы из жалости.

Дойдя до нужного зала, мы прошли по коридору немного дальше, к соседней двери. За ней оказалась небольшая узкая комната со столом и парой стульев. За столом уже сидел Карл Мирбах, наливая себе кофе из небольшой кофеварки. Вито прикрыл за мной дверь, оставшись снаружи.

— Добрый день, — поздоровался я.

— Кофе? — предложил он, демонстрируя прозрачную колбу с темным напитком.

— Можно, — согласился я.

Я прошел к служебному столику, взял большую кружку и вазочку с сахаром, затем уселся напротив Карла. Сквозь два стекла на левой стене можно было увидеть роскошный зал, где уже находился король и герцог, что-то обсуждая. А вчера я на эти зеркала не обратил внимания.

— Гости нас не заметят? — спросил я.

— Не должны, — сказал он, наливая мне кофе. Карл, кстати, тоже предпочитал большую кружку.

— Думал, что мы встретимся с ними лицом к лицу.

— Король боится, что в этом случае они не будут достаточно откровенны.

Пару минут мы сидели молча, бросая взгляды через стекло в соседний зал. От Карла Мирбаха тянуло огромной силой, давящей на тебя только одним своим присутствием. Как я уже говорил, чувствуешь себя небольшой лодочкой рядом с крейсером. Он нависает над тобой, кажется неповоротливым и невероятно тяжелым. Одно неосторожное движение и эта махина подомнет тебя, разнесет на мелкие щепки и даже не заметит.

Немец к чему-то прислушался, повернув голову. Подняв руку, он использовал немного силы, создавая в комнате что-то похожее на барьер. Встав, он прошел к кофеварке, чтобы приготовить еще одну порцию. Пока он хрустел ручной кофемолкой, в соседнюю комнату заглянул двоюродный брат герцога, сообщив, что прибыл гость. Звук голосов шел от зеркал, усиленный явно стараниями Карла Мирбаха. В переговорную комнату вошел Вито с коротким мечом на поясе, напоминающим скорее большой нож. Занял место в центре стола, чтобы в случае проблем оказаться между гостем и королем.

Гость появился минуты через две. Пожилой мужчина шестидесяти лет, слегка опирающийся при ходьбе на деревянную трость. Одет в клетчатый английский костюм с жилеткой. Жаль я сквозь барьер не мог оценить его силу, но судя по перстню черепа на пальце, он не был простым переговорщиком. Зато я увидел, как напряженно сидит Вито, держа ладонь на рукояти меча.

— Где же барон, поручившийся за вас? — спросил герцог Бурбон-Сицилийский.

— В последний момент испугался предстать перед Его Величеством, — гость учтиво кивнул королю. Говорил он на хорошем английском, но медленно. — Надеюсь, вы простите его за эту слабость. Спасибо, что согласились встретиться со мной. Магистр Гленн, мое имя. Коди Гленн. До двенадцати лет жил в детском приюте в пригороде Бирмингема. Мои родители хорошо позаботились, чтобы никто ничего не смог узнать о них.

Карл Мирбах улыбнулся, отхлебнув кофе.

— Врет, — тихо сказал он.

Почему он так решил, я не понял, но принял во внимание.

— Прошу, — герцог показал ему на место за столом. — Я так понимаю, тем самым вы хотите сказать, что за вами не стоят благородные дома Англии или другого королевства Европы?

— Все верно, — кивнул магистр. — Орден находится вне политики.

— Смелое утверждение и очень спорное, — сказал герцог прищурившись. — Вы либо плохо разбираетесь в том, о чем говорите, либо лукавите.

— Орден находится вне политики, — повторил гость. — Это залог нашего выживания. Иногда те или иные наши действия могут оказать влияние на мир, но лишь косвенно. Орден существует ни одну сотню лет и никогда не вмешивался в процессы, происходящие в Европе. Наша цель — наблюдать за балансом силы и исправлять перекосы.

— Давайте внесем ясность, — сказал герцог. — Вы представляете некую организацию, имеющую серьезную боевую мощь и взявшую на себя роль мирового регулятора, следящего за нужным вам балансом?

— Понимаю, к чему вы клоните. Если упрощать все настолько, то да, вы правильно все поняли. Можете считать нас преступниками, если Вам так будет проще.

— Нам все понятно, — сказал герцог. Судя по его лицу, он уже пришел к какому-то выводу и остался этим доволен. — Тогда не могли бы сказать, какой именно перекос сил пытались устранить Ваши люди, напавшие на мой дворец? Так мне будет проще найти и уничтожить Вашу преступную организацию.

— Под Вашей защитой находится Кузьма Матчин, талантливый молодой мастер, — сказал старик, словно не заметивший угрозы. — Он распространяет крайне опасные знания, способные ввергнуть мир в хаос. Эти знания когда-то украл у нас его отец. Мы просили Матчина вернуть их и вести себя тише, чтобы мировой порядок не был нарушен, но он отказался. Пока он не перешел на следующую ступень развития, мы пришли к выводу, что эту ситуацию нужно решать кардинальным образом. Мы можем устранить его, даже когда он станет великим мастером, но это потребует больше сил.

— Вы и сейчас на это неспособны, — герцог улыбнулся. — А насчет опасности, то вы принимаете желаемое за действительное.

— Это не так, — парировал старик. — Что Вы знаете о технике, которую Матчин показывал на студенческой конференции в Мадриде и которую так охотно покупали на аукционе? Одаренные, изучая ее, будут сильными экспертами, превосходящими своих конкурентов, но уже не смогут стать мастерами.

Я неуютно заерзал на стуле, но продолжал слушать разговор с большим любопытством.

— Знаем, — сказал герцог. — Создать умение, способное внести такой серьезный перекос в баланс внутренней силы — это серьезное достижение. В этом Матчин превзошел теоретиков и практиков всего мира. В данном случае — это яд, который лечит, если принимать его в безопасных концентрациях.

— Вы слишком легкомысленно относитесь к этому. Техники укрепление тела — самые опасные знания, которые видел этот мир.

— Я вижу лишь желание устранить конкурента и попытку всеми силами сохранить собственные секреты, — покачал головой герцог. — Я знаю, что помимо Матчина, вы охотитесь за Свеном Беккером. Какую же опасность он несет для мира?

— Беккер — опасный преступник, — холодно произнес старик. Карл Мирбах при этом стал серьезным и собранным, но не из-за слов о Беккере. — Если он станет великим мастером, то это будет ударом по мировой безопасности.

— Ваша позиция ясна, — сказал герцог, словно подводя итог первой части разговора. — Так зачем вы хотели встретиться с Его Величеством?

— Хочу поставить Его Величество в известность, что как только мы добьемся своей цели, снова исчезнем. Мы не несем угрозы королевству и Европе.

— И по пути к этой цели, вы будете убивать всех, кого сочтете нужным, сея хаос и разрушения? — спросил Герцог. — И Вы всерьез рассчитывали, что мы отойдем в сторонку и позволим бандитам творить все, что им заблагорассудится?

— Противостояние невыгодно никому из нас, — сказал пожилой мастер. — Дороже человеческой жизни может быть только две жизни, десять, двадцать. Смерть одного человека в обмен на жизнь многих других и спокойствие в королевстве.

— Вы нас путаете с лавочниками и торгашами, — в голосе герцога послышалась насмешка. — Вопрос не в цене, а в уступках. Уступим один раз, значит, будем делать это снова и снова. И тогда это превратится в страх одних и власть над ними других. А пока Вы не напугали нас настолько, чтобы мы приняли этот ультиматум. Сейчас ваш культ может рассчитывать на снисхождение. Выходите из тени и разоружайтесь. Очень скоро весь мир узнает о вас, начнется большая охота и тогда на милость уже не надейтесь.

Карл Мирбах встал, обошел стол, положил руку мне на плечо, затем вышел из комнаты.

— Мне важно, что Вы услышали нашу позицию, — сказал старик вставая.

Дверь в переговорную открылась, пропуская Карла Мирбаха. Мне показалось, что старик не знал великого мастера в лицо.

— Задержитесь ненадолго, мистер Гленн, — сказал немец. — Кайзера очень интересует тайная ячейка террористов, засевших в Мюнхене и покушавшаяся на племянника герцога. А Его Величество Карл Альберто наверняка заинтересуется вашими друзьями в Италии…

Старик хотел что-то сделать, но не смог даже пошевелиться. Он выронил трость, зажатый невидимыми тисками. Что он сказал, я не услышал, так как звук из соседней комнаты полностью прервался. Герцог Бурбон-Сицилийский что-то сказал, покачал головой. Я тоже собрался присоединиться к веселью или хотя бы послушать, что будут говорить, но в это время старик выкинул какой-то фокус. Он начал шевелиться, сбрасывая невидимые оковы. С трудом и натугой, но он смог встать уверенней. Я почувствовал отдаленное и слабое присутствие силы. Магистр пытался бороться с великим мастером, используя доспех духа. Карл Мирбах удивился, посмотрел на него с любопытством. Они встретились взглядом и секунду спустя голову старика что-то смяло, как горшок из сырой глины. Сдерживающие магистра силы исчезли, и он рухнул на пол.

Я вышел из тайной комнаты, осторожно заглянул в соседнюю.

— Можно было иначе? — закончил фразу герцог.

— Вряд ли, — ответил немец. — Кузьма, проходи. Что скажешь?

— Да я вообще в шоке, — сказал я, косясь на тело. — Наглые они, до безобразия. Сначала напали на дворец, а потом пришли с предложением умыться и обиду проглотить. Думал, что юлить будут, извиняться и предлагать решить дело миром.

— Что он говорил об украденных знаниях? — спросил Карл Мирбах с хитрой улыбкой.

— Врал, — отмахнулся я. — Или заблуждался. Тетрадь отца, про которую он говорил, двадцать лет хранилась в сейфе у Ивана Шестого. За это время он оттуда полторы техники почерпнул и плюнул на неперспективные умения развития. Когда отца убили, мне еще трех лет не было. Жаба их душит, что Кузьма сильнее, хотя у самих интересных техник много, к которым я бы с удовольствием приобщился. Значит, Европа будет с ними открыто бороться?

— Естественно, — сказал герцог. — Терпеть подобные выходки нельзя, потеряем уважение. Я уверен, что они не без основания считают себя сильными, чтобы бросить нам вызов. Но эту язву нужно выжечь и чем раньше, тем лучше.

Король Карл Альберто встал, прошел к нам. И ведь скажет, что не говорил с магистром из ордена, чье название мы так и не узнали. Посидел в уголке, послушал, покивал и все.

— Я поговорю с нашими союзниками по поводу этого тайного ордена, — сказал король. — Вы правильно говорите, что эту язву нужно выжечь. Направить все силы спецслужб на поиски и уничтожение.

— Вито, сделай что-нибудь, чтобы он перестал заливать кровью полы, — сказал герцог, затем взял меня под локоть, направляя к выходу.

С герцогом мы прошли по коридору к небольшой переговорной комнате.

— Сабина сказала, что вы завтра планируете отправиться дальше? — спросил он.

— Планировали. Только учитывая, что за моей головой охотятся черепа, я сомневаюсь, что это хорошая идея.

— Отложите поездку? — не понял он.

— Брать с собой вашу дочь и принцессу Софию — плохая идея, — пояснил я.

— Об этом не переживай. Безопасность вашу обеспечим. Карл Мирбах тайно проследит за вами завтра, пока не подниметесь на борт яхты. На Сардинии мои люди уже занимаются этим вопросом. Ну и ты, Кузьма, доказал, что на тебя можно положиться в любой ситуации. Мои агенты уверенно идут по следу мастера, который покушался на Сабину. Он это знает и торопится. Что более любопытно, торопится его заказчик. Если бы не последние события во дворце, он бы уже дал о себе знать. Сегодня утром полиция спугнула убийцу, прятавшегося в доме рядом с дворцом. Там нашли вот эту интересную вещицу.

Герцог прошел к столу, достал что-то из ящика и принес мне длинный трехгранный стержень, чем-то напоминающий штык винтовки старого образца, только длиной около пятнадцати сантиметров. Необычные канавки вдоль всего стержня, закручивали его в полете. Хотя конструкция не самая удобная для метания.

— Очень твердый и хрупкий сплав, — сказал герцог.

— Можно сфотографирую? — спросил я. — Хотел ведь сообщение отправить знакомому охотнику за головами, но запамятовал.

— Бери, — он протянул мне стержень. — Что касается ордена, то вряд ли в их рядах несколько десятков сильных мастеров. В этом случае им было бы сложно скрывать организацию от всех. Как только они понесут серьезные потери, то надолго залягут на дно.

Я все равно считал, что герцог поступает слишком опрометчиво, отправляя дочурку со мной. Хорошо, что это должно занять всего пару дней. Завтра мы погуляем по Неаполю под присмотром великого мастера, затем прокатимся на яхте, и мы уже на Сардинии, где я сдам Сабину с рук на руки людям герцога. Еще бы поговорить с королем, насчет его родственницы, у которой тоже были проблемы с наемным убийцей. Им проще было бы нанять серьезную фирму наемников, тех же индусов из Бхарат Групп. Они свое дело знают и в обиду девушек не дадут.

Вернувшись в комнату, я сделал пару снимков стержня, описал ситуацию и отправил сообщение Бэру Пойзону. Он как-то говорил, что знает почти всех наемных убийц, обладающих большой или особо хитрой силой. Будем надеяться, что с этим мастером воздуха он тоже знаком.

Вечером во дворце начался большой прием, на который я не пошел, хотя меня приглашали. Король и герцог проводили смотр сторонников, поэтому на празднике я бы смотрелся неуместно. Никто на моем присутствии не настаивал, что уже хорошо. Для нашей компании вечер тоже закончился праздничным застольем, с очень вкусными деликатесами и просмотром фильма ужасов.

Рано утром, когда я уже собирался на обещанную тренировку, в комнату заглянула Алена. Вошла без стука, когда я выходил из ванной, вытирая голову. Она хотела протянуть мне планшет, который держала в руках, но опомнилась, прижав его к груди.

— Что? — улыбнулся я.

— Хотя бы спортивную куртку надень, — тихо и немного смущенно сказала она.

Я уже все подготовил, поэтому много времени это не заняло. Попутно показал ей в сторону шкафа, рядом с которым стоял продолговатый и немного пузатый кейс.

— Сабина нашла чемодан, в который можно маску убрать.

— Ты так и не сказал, зачем тебе эта страшенная маска, — тихо сказала Алена. Придирчиво оглядела меня и протянула планшет.

— Как-нибудь потом расскажу. У меня самого до нее руки не дошли…

Я посмотрел на экран планшета, с которого на меня смотрели принцессы Цао. Судя по всему, они сидели за столом, установив планшет перед собой. Обстановка комнаты была знакомой, красные тона шелка с золотыми оттенками. Их дворец в Китае.

— Привет, — удивленно поздоровался я.

— Доброе утро, — поздоровалась на японском Чжэнь. Сяочжэй пожелала доброго утра на китайском. — В Италии не слишком рано? Прости, если мы тебя разбудили.

— Разбудили вы только Алену, а я как раз собрался на тренировку, — я рассмеялся. — Интересно, как вы до нее дозвониться умудрились.

— Ты трубку не берешь, — с укоризной произнесла Чжэнь.

— Что у вас случилось? Только не говорите, что поблизости рыскает злой и страшный наемный убийца, а то я подумаю, что мир сошел с ума.

Судя по лицам девушек, шутку они не поняли. Сяочжэй подняла со стола газету, продемонстрировала мне.

— Красивые иероглифы. Что пишут?

Сяочжэй произнесла долгую и проникновенную речь, отчего сестра покосилась на нее удивленно. Затем повисла небольшая пауза.

— Старшая сестра говорит, что заголовки газет пугают. Они говорят, что мастера оружия могут закапывать мечи и копья, так как Матчин сделал их бесполезными. Что он… то есть ты переделал поле Лу Ханя, превратив мастеров в марионеток для битья. Звонила мама, сказала, что Император все утро совещается с помощниками как раз по этому вопросу.

— Ну вы даете, — я рассмеялся, едва планшет не выронив. — Император Цао газетам верит?

— Он их не читает, — перевела она слова Сяочжэй. — У него свои источники. А вообще, новость очень громкая. В Империи Цао традиционно много мастеров оружия…

— Ничего страшного не случилось, — я стал немного серьезней, но все же не смог сдержать улыбку, глядя на их лица. — Звоните отцу, успокаивайте. Скажите, что я всего лишь технику Лу Ханя немного доработал и защитное поле теперь может остановить не только летящие предметы, но и использование техник, связанных с холодным оружием. Зная, каких специалистов вы готовите, они смогут остановить один, может, два удара, прежде чем выдохнутся. Но немного времени для охраняемой персоны выиграют. Это просто защита от неожиданностей и внезапных атак. И недостатков в ней столько, что пока рано говорить про эффективность. К примеру, мастер оружия должен зайти в поле, иначе атаку остановить не получится. Дистанционные умения по-прежнему опасны.

— А те, кто технику Лу Ханя не способен использовать? — уточнила Сяочжэй.

— Для них у меня грустные новости.

— Великий мастер, что сейчас рядом с тобой?

— А что он? — не понял я. — Мы с ним бандитов и террористов ловим. Я вам об этом потом расскажу, при личной встрече.

— Ты сейчас где? — спросила Сяочжэй.

— Здесь, — осторожно ответил я.

— Мы эту доработку техники у тебя купим, — с горящим взглядом заявила она.

— Да я…

— Купим, — на русском добавила она, перебив.

— Рядом со мной сейчас небезопасно, — я вздохнул. — Бандиты, террористы, наемные убийцы. Мы об этом поговорим, когда я в сентябре в Москву вернусь.

— Мы сможем позаботиться о нашей безопасности, — улыбнулась она.

— Ладно, не смотри так кровожадно. Я сегодня буду в Неаполе, а завтра ближе к вечеру — на Сардинии. Где конкретно, не знаю, мне не говорят.

— Никому не показывай технику, — сказала она. — Мы выкупим.

— Я ее позавчера только придумал, она еще не готова. Но одному мастеру я ее уже пообещал.

Когда Чжэнь перевела мои слова, Сяочжэй аж застонала, схватившись за голову.

— Не переживай, техника не такая простая, как может показаться. Ее, кроме нас с тобой, никто и не осилит. Я еще не думал, как ее упростить для других. Точно не хочешь подождать до сентября? Как раз за это время я ее доработаю.

— Я приеду, — решительно сказала она. — Как только самолет подготовят.

— Отцу не забудьте позвонить и успокоить, — напомнил я.

— Обязательно, — она кивнула. — И телефон включи!

— Все, я на тренировку опаздываю, — я помахал им рукой. — А то без завтрака оставите меня.

Чжэнь хотела что-то сказать, но не решилась. Только улыбнулась, помахав рукой.

— Рада была тебя увидеть, — в итоге сказала Чжэнь. — Пока.

Экран погас, и я вернул планшет Алене, удобно устроившейся на моей кровати.

— Что они хотели? — спросила она.

— Соскучились, — отмахнулся я. — Надо одного испанца поблагодарить, что у них такое сильное желание со мной поговорить появилось, что они аж до тебя дозвонились. Лежи, час у тебя точно есть.

— А с вами позаниматься?

— Не надо. Если сегодня мастер Вито сдерживаться не будет, это может быть небезопасно. Лучше девушек предупреди, чтобы не мешали.

В дверь комнаты нетерпеливо постучали.

— Вот, — кивнул я в ту сторону, — не терпится им. Хотят до секретных и очень нужных всем техник на халяву добраться.

Открыв дверь, я ожидаемо увидел Оскара в знакомом спортивном костюме. Он улыбнулся от уха до уха.

— Как насчет тренировки? — спросил он.

Я немного наклонил голову, посмотрев на незнакомого мне мужчину, тоже в спортивном костюме.

— Мой кузен, — сказал Оскар. — О котором я говорил.

— Знаешь, если мне когда-нибудь еще понадобится слухи пустить, я тебе позвоню.

— Ага, обращайся, — рассмеялся он.

— Ты… зараза, что такого рассказал всем, что мне сейчас прямо из дворца Цао звонили?

— Ого, — он удивленно покачал головой, при этом довольно улыбаясь.

В коридоре появился Вито, в отличие от испанцев в строгом костюме, с ремнем для меча на поясе.

— Так уж и быть, пошли тренироваться, — сказал я, выходя и прикрывая за собой дверь. — С утра пораньше я в отличной форме.