Обежав группу студентов, собравшихся у второй арены, я успел догнать Марину и подхватил ее под руку. Она заметно хромала, направляясь к секции трибун, отведенных для участников. Подставил ей плечо, помогая идти.

— Пусти, — она сердито дернула плечом. Так умеют только девушки, вроде бы вырываются, но при этом крепко держат.

— Не сердись, — рассмеялся я. — Сильно досталось?

— Не очень, — отозвалась она отворачиваясь.

Я довел ее до кресла и помог сесть. Опустился перед ней, подтягивая штанину комбинезона. Она поморщилась.

— Синяк знатный будет, — констатировал я, глядя на припухшую голень. — Надо накладки использовать. Думаю, это просто ушиб, поэтому холод приложить бы не помешало.

Я поднялся, посмотрел в сторону палатки, где всем пострадавшим оказывали первую помощь. С утра пораньше был всего один случай, когда хрупкую девушку с первого курса отправили в нокаут. Соперница ее не виновата, просто перевес сил был слишком существенным. Из палатки как раз выходила Катя с парой охлаждающих пакетов. Что касается ее, то она сразу сказала, в соревнованиях участвовать не будет, так как не видит в этом смысла и вообще. Она подошла, вручила пакеты, рулон эластичного бинта и поспешила обратно к палатке.

— Поворачивайся и ногу сюда, — я показал на соседнее кресло. Приложил пакет к ушибу. — Ну что ты плачешь?

— Больно, — она всхлипнула.

— Незачем было упорствовать. И не переживай, со временем ты станешь гораздо сильнее. Просто Тамара укрепляет тело за счет уменьшения силы. Растрачивает свое будущее и гробит потенциал ради сиюминутного превосходства над еще неокрепшими… какой бы слово подобрать… будущими мастерами.

— Правда? — Марина посмотрела на меня мокрыми глазами.

— Правда, — улыбнулся я, протягивая ей платок. — Только это секрет, поэтому никому не рассказывай. А то огорчится очень много людей раньше срока.

— А как же ты? — спросила она, вытирая слезы. — Ты тоже мог стать гораздо более сильным мастером, если бы не занимался укреплением тела?

— Мы с Аленой — это другое дело. В двух словах не объяснить. Кстати, где Татьяна? Я ее сегодня не видел.

— Болеет. У нее ангина, температура высокая.

— Чтобы эксперту заболеть, это что надо такого сделать? — удивился я. — Купание в Москве реке или что-то такое? Передавай, чтобы поправлялась. Ну и на занятия ко мне приходите, а то прогуливаете.

— Мы занимаемся, — сказала она виновато. — Экономика и финансы, новый курс. Он только по утрам идет. А еще иностранные языки.

— Ну хоть час сможете найти? — хитро улыбнулся я.

— Найдем, — вздохнула она, посмотрела странно. — Кузя, скажи, а… ну, слухи — это плохо, конечно, но все же, вы с Аленой правда занимаетесь…

Я удивленно посмотрел на нее.

— Марин, ну ты как маленькая. Хотя, знаешь, — я задумался. — У тебя аккаунт на закрытом форуме МИБИ анонимный?

— Анонимный, — она не совсем поняла, к чему я это спросил. — Но многие знают, под каким псевдонимом я сообщения пишу. А если совсем тайный нужен, это надо у Татьяны спрашивать.

— Нет, нет, твой как раз подойдет. Как только закончится отборочный этап соревнований, создай тему с новостью. Напиши, что знаешь причину, по которой Алена Соломина не выступает на турнире. Она стала слишком сильна, и Кузьма хочет это скрыть. А еще то, что он закончил разработку новой методики развития одаренных и очень этим гордится. Скажи, что хвастался и злобно хохотал. Дескать, техника не сложная, но делающая экспертов очень сильными и практически непобедимыми. И он ищет, на ком бы ее еще испытать. Говорил, что это обязательно должна быть сильная девушка с синими волосами.

— Почему с синими? — не поняла Марина.

— Потому что достали слухами, — фыркнул я, чиркнув ладонью по подбородку. — Вот тут уже. Надо с этим как-то бороться. Я им покажу, парную культивацию!

— А я не подойду? — спросила она, перекинув через плечо туго стянутые в косу медные волосы. — Правда сложно будет в синий цвет перекрасится, он не очень красивый получится.

— Марина, святая простота. Прекрати верить слухам. Вы с сестрой занимаетесь более чем правильно и станете сильными мастерами, даже не сомневайся. Вот когда доберетесь до эксперта третьей ступени, я вам немного помогу. Видела, как выросла в силе Маргарита Павловна, куратор нашего клуба Лень? Чем черт не шутит, может, на уровень мастера прорвется. Хотя много времени упущено.

— Позанимаешься? Обещаешь?

— Обещаю.

— Тогда я перекрашивать волосы не буду, — с облегчением сказала она.

— А если бы я сказал, что мне лысые нравятся?

— Это было бы очень жестоко, — рассмеялась она. — Хотя, наверное, забавно.

— Ох, Марина, — я погрозил ей пальцем. У нее отлично получается строить из себя дурочку. Я бы даже сказал, что это талант.

— Я создам тему, обязательно.

— Вот и отлично. Ну а я пойду. Обещал оценить выступление студенток из группы, а сам филоню.

Иностранные студентки к этому моменту почти все закончили поединки и что не удивительно, почти все победили. Перевес был не столько в силе и мастерстве, сколько в мотивации. Не ожидал почему-то никто, что девушки так серьезно подойдут не к самым важным соревнованиям. Многие уже настроились на праздник, расслабились в преддверии Нового года и закономерно получили по шее. Следующий день окончательно закрепил успех и в одну восьмую финала попали девять из одиннадцати моих подопечных. И я был абсолютно уверен, что в четвертьфинале выступать будут только они.

Парни выступали через день, после девушек и показали более серьезное противостояние. На общем фоне выделялись: американец, принц из Тайланда, Индра и Морока. Во всех трех боях Денис показал, что неплохо владеет первым уровнем укрепления тела и ударными приемами из тетрадки моего отца. Пора бы ему уже переходить на вторую ступень, но я колебался. В принципе, ничего страшного и секретного в следующем шаге не было. Уже решил, что к выпуску подтяну студентов до конца именно второго этапа, но стоит ли переходить на него так рано, вот в чем вопрос.

Когда до Нового года оставалось четыре дня, всех, кто успешно сдал экзамены, отпустили на каникулы. В связи с траурными мероприятиями, отдых продлили аж до пятнадцатого января, и я задавался вопросом, что делать эти две недели. Тася предлагала смотаться в отпуск куда-нибудь в теплые края. Своих студентов я отпустил еще накануне, похвалив за хорошее начало турнира. Планировал уже сегодня отправиться домой, даже маму предупредил, но Тася утром заявила, что ей что-то нужно закончить в учебном плане и освободится она не раньше обеда. Поэтому утро я проводил в клубной комнате, неспешно распивая чай в компании принцесс Цао и лакомился специфическими сладостями, доставленными прямиком из Китая.

— Достать было довольно сложно, — говорила Сяочжэй через младшую сестру. — Клан Бо Тьяо самый несговорчивый и скрытный из всех. Это их секрет развития, передающийся из поколения в поколение.

— И что, в их клане было много великих мастеров, что они этой техникой так гордятся?

— Нет, — она пожала плечами. — Самый обычный клан. Большая война их потрепала не меньше других. Великие мастера из их рода никогда не выходили.

Я посмотрел на небольшую пожелтевшую книжицу, похожую на учебную брошюру развития боевых искусств из старого китайского боевика. На обложке было изображено пламя в виде знака Инь и Ян ☯.

— Секреты парной культивации, — улыбнулась Сяочжэй, положив поверх несколько листов, с ровными строчками. Писали мягким механическим карандашом. — Мастер Че перевел текст на русский язык.

— Что он говорит? — спросил я.

— Качественно сделано. Мастера клана Бо Тьяо действительно постарались, чтобы заморочить всем голову. Только специалист сможет отличить от оригинала.

— Он знаком и с оригиналом? — удивился я.

— У каждого из нас свои секреты, — она аккуратно положила на стол точно такую же книжицу, только на ней стояла красная квадратная печать. Символ императора Цао, если я не ошибаюсь. Мне его Анна Юрьевна показывала на фотографиях. И ставили эту печать исключительно на важные документы. — Это оригинал.

Я на несколько секунд подвис, удивленно глядя на книжки. Пару дней назад я говорил с Сяочжэй, попросив достать поддельную копию данной техники. Рассказал, зачем мне это нужно, и она загорелась идеей. Точнее, она сначала смеялась минут десять, потом еще столько же приходила в себя, пытаясь отдышаться. Потом согласилась помочь, сказав, что все сделает.

— Бо Тьяо не одну сотню лет морочат голову всей Поднебесной и таких вот книг, — она постучала пальчиком по подделке, — у них не одна сотня. Специально хранят так, чтобы бумага старела и выглядела как настоящая древность. Но конкретно этой тетрадке и еще двум десяткам таких же, чуть больше века. Текст в них немного отличается друг от друга, но это сделано специально.

— А эта? — я показал на тетрадь с печатью.

— Настоящая, — кивнула она. — Мастер Че говорит, что эта техника — большая глупость и мудрец Ма с ним полностью согласен. Но, в любом случае, это тайна большого и влиятельного клана. Я отдам тебе оригинал, если пообещаешь, что никому о том, что написано в этой тетради, не расскажешь. Вне зависимости от того, глупость это или нет.

— Однако любопытно, — задумчиво протянул я.

— Страницы обработаны специальным составом, чтобы бумага не крошилась, и чернила не выцветали, поэтому их нельзя сгибать и мочить.

Я протянул руку, осторожно взял книжицу. Под первой страницей обнаружилось еще несколько листов с переводом. Как и на обложке, на каждом листе с переводом стояла императорская печать, только размером поменьше.

— Прочитаю и верну, — пообещал я. — Просто из любопытства.

Она понимающе улыбнулась, словно другого и не ожидала.

— Как и договаривались, секреты защитной техники расскажу после Нового года, — добавил я. — Но еще раз предупреждаю, она не для всех. Только для мастеров, изучающих укрепление тела.

— Мы понимаем. А резонанс? — взгляд Сяочжэй стал ласковым, она даже накрыла мою ладонь своей.

— Эка ты спешишь. Не думай, что он достанется Вам также легко, — улыбнулся я, вытягивая ладонь.

— Мы всегда сможем договориться, — она крепче сжала мою руку, не давая освободиться.

Где-то минуту мы боролись, с улыбкой глядя друг на друга. Внезапно у меня в кармане зазвонил сотовый телефон, и я ловко вытянул руку из-под ее ладони.

— Кузьма слушает, — даже не глядя на номер, сказал я.

— Кузя, привет, — послышался голос Кати. — Ты уже дома?

— Нет, еще в МИБИ. После обеда поедем.

— Тебя ищет представитель компании Вольнер Мобиль. Ну и еще есть тема для разговора.

— Что за Мобиль? — не понял я.

— Ждут тебя у ворот. Увидишь и поймешь сразу. Если сейчас пойдешь, то я буду ждать там. Они, как я поняла, не торопятся, могут тебя и до вечера ждать, если занят.

— Нет, не занят, — я бросил виноватый взгляд на Сяочжэй. — Буду через пару минут.

— Хорошо, — сказала она и положила трубку.

— Госпожа Цао, — начал я, но она остановила меня жестом.

— Мы же договорились, Сяочжэй, — она улыбнулась как хитрая лиса.

— Сяочжэй, Чжень, мне нужно идти, появились неотложные дела. Еще раз спасибо за брошюры. Увидимся после Нового года, числа пятнадцатого января.

— Не хотите с семьей провести новогодние праздники у нас? — спросила Сяочжэй. — Салют, фейерверк, гуляния. И снега не так много.

Услышав, что у меня появились неотложные дела, готовящие чай сестры Юй, быстро начали сворачивать застолье.

— Мне надо посоветоваться с мамой и Тасей. Они наверняка уже распланировали выходные по дням. Номер телефона Чжэнь у меня есть, если что я позвоню сегодня вечером или завтра.

— Я буду ждать, — сказала она. Мне показалось, что прозвучало вполне искренне.

— А встретить Новый год со своей семьей?

— Если у нас дома не будет важных гостей, папа позовет нас к себе. Соберет большую семью за одним столом, — ее улыбка стала горькой. — Нас не назвать дружной родней. Все борются за внимание императора.

Можно было понять, о чем она не договаривает. Борьба за власть, интриги и ненавистные сводные братья и сестры. Еще раз извинившись, что спешно убегаю, я забрал книжицы вместе со специальным бронированным кейсом, в котором их привезла Сяочжэй. А я все гадал, зачем ей этот блестящий чемодан.

Погода перед Новым годом радовала обилием снега и легким морозом. Ближе к обеду на территории института было удивительно тихо. Ни криков студентов, ни тренирующихся на открытых площадках парочек. Только охрана да дежурные, расчищающие дорожки от снега. Кстати, многие оставались здесь на время зимних каникул, дежурили, участвовали в разных мероприятиях, за что начислялись баллы, которых хватало до середины весны. Обычно на это соглашались студенты, которые не слишком рвались домой на праздники или те, у кого с баллами в первом полугодии не ладилось.

У ворот я сразу приметил Катю, в темной длинной шубке. Она разговаривала с невысоким мужчиной, в дорогой длиннополой дубленке. Почему-то с первого взгляда показалось, что это иностранец. Подойдя ближе, услышал немецкую речь. Как оказалось, Катя неплохо разговаривала на немецком.

— Доброго дня, — поздоровался я подходя. Протянул руку мужчине. — Кузьма.

— Здравствуйте, — с акцентом ответил он на русском, протягивая мне визитку. — Тимо Шрайбер, к вашим услугам. Наша фирма почти случайно заметила Вас.

Он вынул из внутреннего кармана несколько фотографий. Санкт-Петербург, отель Астория, тот момент, когда мы с Николаем отправлялись на прогулку. Я как раз садился в автобус. Еще одна фотография показывала этот автобус сбоку.

— Вольнер Мобиль ВТ-800, — сказал он. — Одна из моделей, выпускаемая нашей фирмой. Удачная разработка двухлетней давности. Прошу.

Немец сделал приглашающий жест, выводя нас за ворота. Я давно приметил за забором темно-синий автобус с небольшими прямоугольными стеклами. При этом он казался каким-то непропорционально пузатым. Боковая часть, метра три длинной, выдвинулась вместе с окнами на полметра, чтобы увеличить внутреннее пространство.

— ВТ-950 Плюс, — сказал Тимо. — Четырнадцать метров, база на шести колесах, двигатель Вольво — шестьсот пятьдесят лошадиных сил. Ширина — два с половиной метра, часть зоны отдыха раздвигается во время стоянки еще на сорок пять сантиметров. Наш лучший дом на колесах.

Он провел нас к двери, жестом пригласил внутрь. Встречал нас водитель в форме, со смешной кепкой с козырьком. Сидение водителя огромное, кожаное, с подлокотниками. В таком главное — не уснуть во время поездки. Зона отдыха довольно просторная, диваны установлены полукругом, в центре столик. Справа столешница, под ней встроенные в стену ящики. Тимо что-то нажал и из столешницы вверх бесшумно выдвинулся большой телевизор. Следом за зоной отдыха шла кухня с раковиной и плитой. Затем коробка душа и большая спальня.

— Вместимость баков для воды — одна тысяча литров, — сказал он, открывая отсек для душа. — Четыре фильтра для воды, специальный насос. Запас можно пополнять практически из любого водоема.

Пройдя в спальню, нажал кнопку, и крыша над стеклянным потолком приоткрылась, впуская в полутемную комнату довольно много света. Затем он вернулся в гостевую часть, сложил столик и нажал кнопку на потолке, откуда медленно выехала кровать.

— При желании можно разместить до восьми человек. Водитель может с комфортом спать на кресле.

— Хороший домик, — кивнул я.

— Под нами большое багажное отделение. Сейчас там находится двухместный четырехколесный мотовездеход Кан Командер 1000 и спортивный мотоцикл БМВ Р1200.

— И сколько такой дом стоит? — заинтересовался я.

— Данный эксклюзивный вариант стоит около трех с половиной миллионов долларов.

— Неплохо, — я покачал головой.

— Наша фирма, Вольнер Мобиль, желает подарить Вам этот автобус. Это не рекламный или маркетинговый ход, — улыбнулся он, хотя мне показалось, что лукавил немец.

Он взял с полки карту, развернул ее. Красной линией была обозначена дорога от Москвы, тянущаяся через всю Европу. Дорога проходила через Минск, Варшаву, Берлин, Брюссель и Париж. Конечной точкой маршрута был Мадрид.

— Примерно сорок пять часов в дороге, множество красивых городов и достопримечательностей, — хитро улыбнулся он. Интересно, это он так намекает на конференцию, о которой говорил Осташков? — И чтобы Вам было спокойно, этот дом на колесах сделан по процедуре три Зэд. Это значит, что здесь нет спрятанных ушей и глаз. Каждый провод, каждый электроприбор проверен на надежность и конфиденциальность. Даже спутниковый навигатор невозможно отследить. Фирма Вольнер Мобиль гарантирует полную безопасность.

— Дорогой подарок, — я покачал головой.

— Лидер нашего клана, господин Отто Вольнер, предполагал, что вы можете быть, — он на несколько секунд задумался, подбирая слова, — смущены таким подарком. Поэтому он просит в качестве ответной услуги принять в особую группу МИБИ пару талантливых молодых людей. Нас подло обманули, — он немного нахмурился, — и когда дошло до распределения, мест не осталось.

— Вот это другое дело, — покивал я. — Считайте, что мы договорились. После Нового года буду ждать новых студентов из Германии.

— Спасибо, — он коротко поклонился. — Это честь для нас, что Вы будете использовать этот дом на колесах. Здесь все необходимые документы.

Он выдвинул еще один ящик рядом с телевизором. Внутри лежали пульты, какие-то провода и толстая пачка документов в ламинированной прозрачной папке.

— Нужен ли Вам водитель на ближайшее время?

— Нет, спасибо, водитель у меня есть.

— Тогда я прощаюсь с Вами. Рад был знакомству. Всего хорошего, — он пожал мне руку.

— И Вам того же, — кивнул я.

Они с водителем вышли, предварительно вручив мне два комплекта ключей с электронными брелоками. За ними почти сразу подъехала большая черная машина с дипломатическими номерами.

— Вот тебе и новогодний подарок, — протянул я. Махнул рукой сестрам Юй. — Ми, Фэйфэй. Вещи из общежития переносите сюда. Мы на нем домой поедем.

Они закивали, показывая, что все поняли и поспешили по главной аллее в сторону жилых корпусов. Я жестом показал Кате, что сделаю еще один звонок и набрал номер Василия.

— Василий, нам машину подарили, жду тебя у входа в МИБИ.

— Через десять минут буду, — ответил он.

Убрав сотовый в карман, посмотрел на Катю.

— Ты закрытый форум читал? — спросила она.

— Дней пять не заходил. Что-то интересное пишут?

— Знакомая твоя пишет, что ты Алену на турнир не выпустил, чтобы людей не шокировать. Дескать она настолько сильна, что прям завтра мастером станет.

— Ну, мастером не станет. Что за знакомая? — с не наигранным интересом, спросил я. — Форум-то тайный.

— Марина Шиловская. Ее ник пару раз мелькал там, где не нужно было. — Она пишет, что ты собрался новую ученицу парной культивации обучать. А еще, что у тебя фетиш на синий цвет волос.

— Да? — я рассмеялся. — Прямо фетиш? Это все глупости, не обращай внимания.

— Она пишет, что ты ей все это по секрету все рассказал, — серьезно посмотрела она на меня.

— Хочешь покрасить волосы в синий?

— Кузя, это не смешно. Нехорошо, когда кто-то из твоих друзей сразу вываливает все в открытый доступ, говоря о секретах и тому подобное. Понимаешь?

— Не сердись. Это я попросил ее создать эту тему. И она нисколько не врала, говоря, что я собираюсь раскрыть тайну парной культивации. Хочешь и тебя научу.

Катя секунд двадцать сверлила меня сердитым взглядом.

— Не хочу, — в итоге выдала она. — Опять какая-нибудь глупость выйдет.

— Вот и отлично. Ты немного не права, это будет не глупость, а большая шалость. Я тебя в этот план не посвящаю не потому, что не доверяю, а потому, что хочу немного удивить.

— Я так и поняла. Утром заходила в ближайший магазин косметики. Синяя краска для волос большим спросом не пользуется, но продается. Точнее продавалась, пока ее не скупили во всех магазинах в радиусе пары километров от МИБИ.

— У вашей семьи личный самолет есть?

— Шутишь? — она удивленно посмотрела на меня. — Даже у Наумовых нет, а они во сто крат богаче нас. Слишком дорогое и расточительное удовольствие.

— Тогда запасайся билетами в Испанию. Числа двадцатого января там пройдет большая конференция всех известных институтов мира, у которых в названии есть «Боевые искусства». Только тсс, — я приложил палец к губам. — Пока это секрет. Карту видела, которую немец показывал?

— Да, обратила внимание, — она кивнула. — И, если что, я на Новый год абсолютно свободна и ничем не занята. Понадоблюсь — можешь смело вызывать.

— Буду иметь в виду.

Катя вышла из автобуса, сделала несколько шагов, остановилась и обернулась.

— А насчет парной культивации, я, может быть, и передумаю, — она улыбнулась и важно пошла к воротам МИБИ.

* * *

К моему удивлению, когда я рассказал Таисии и маме о приглашении Цао на новогодние праздники, они сразу согласились. Посовещались немного, спросили, что я сам думаю по этому поводу и пришли к мнению, что это отличная идея. Тем же вечером я созвонился с Чжэнь и уже двадцать девятого декабря мы всей семьей отправились в знакомую резиденцию рядом с городом Гуйян. Надо сказать, что Сяочжей не обманула насчет праздничных мероприятий, фейерверков и гуляний. Пятого числа к празднику присоединилась супруга императора, мама принцесс и накал мероприятий резко подскочил. Давно я так весело не проводил каникулы.

Когда приехала супруга императора, в тот день меня пригласили на ужин, где присутствовала только она и Чжэнь. Пару раз она туманно намекала, что неплохо бы нам породниться, что усилило бы влияние Матчиных не только в России, но и в Поднебесной. Рассказывала, как могущественен тот клан, из которого она вышла и только благодаря этому, смогла стать супругой правителя Цао. Мне снова предлагали дворец и даже место при дворе императора, если я когда-нибудь стану мудрецом, то есть великим мастером. Я старательно намеки не замечал, и они становились все менее туманными и более прямолинейными. На следующий день супруга императора пригласила на ужин маму и Таисию. Уверен, что разговор шел на ту же тему, но маму так просто не взять. Я спрашивал Тасю, как все прошло, но она упорно молчала и только хитро улыбалась.

Я бы задержался на этом празднике еще на месяц, но позвонили братья Наумовы, попросили вернуться, как можно скорее, сославшись на какое-то важное дело. Об этом деле я узнал накануне, листая новости в интернете. Европейский союз, совместно со всеми крупными странами мира, решил провести большую студенческую конференцию, посвященную современному уровню развития силы. Мероприятие не просто большое, а огромное, такое за две недели не организуешь, но дату открытия поставили на двадцать второе января. Принимала конференцию Испания. Событие должно будет стартовать в Мадриде, затем поедет в Барселону, после чего разобьется на несколько частей, и продолжится уже в небольших городах. Большой интерес был к Пекинскому институту, Токийскому, а также крупнейшему в мире институту из Калифорнии. Не обошли вниманием Московский Институт Боевых Искусств. Ему выделили отдельную тему, в которой неплохо так хвалили новое направление под названием «Укрепление тела». Дескать, тема новая, интересная и многообещающая. Вспомнили о самом молодом мастере в истории. Я специально изучил официальный сайт конференции, где обо мне много всего рассказывалось, как будто вопрос с моим участием решен, но конкретно пока ничего не писали. А вот интернет кипел, переваривая эту новость, особенно самое громкое событие — турнир среди студентов лучших мировых вузов.

На следующий день, как мы вернулись в Москву, я отправился в гости к Наумовым. В этот день в большом доме в центре города было на удивление тихо. Пустые коридоры и комнаты, даже охрана и та на глаза старалась не попадаться, а на стоянке в центре двора мерзнут всего две машины. Меня ждали, и секретарь сразу же пропустила в кабинет Петра Сергеевича, едва я появился.

— День добрый, — поздоровался я, глядя на серьезных братьев. Возникло ощущение, что они только что о чем-то горячо спорили.

— Кузьма Федорович, проходи, — сказал Петр Сергеевич, приглашая к столу. Геннадий Сергеевич кивнул, пожал руку. — Как поездка, как Китай?

— Замечательно. Мама в восторге, говорит столько фейерверков в жизни не видела. Погода отличная, люди открытые. А как у Вас, со всей этой кутерьмой вокруг наследника, праздник был?

— По-моему он уже два месяца не прекращается, — поморщился глава рода. — Сплошной праздник.

— Кузьма, — взял слово ректор, — ты за мировыми новостями следишь? Слышал о предстоящей Международной студенческой конференции?

— Которая должна случиться в Испании? Слышал. По всем государственным каналам в новостях показывали.

— Мы планируем показать себя, как одно из лучших учебных заведений мира. Мастер Корицкий будет старшим от нашей делегации. Я хотел бы видеть тебя в ее составе. Европейцы, когда об укреплении тела говорят, сразу высокие ноты берут. Мы легко можем, я бы даже сказал должны утереть им всем нос.

— Это мы любим и можем, — закивал я. — Носы, в смысле, утирать. Если моя группа проживет месяц без присмотра, считайте, что я еду.

Братья переглянулись. Не думали, что я так быстро соглашусь?

— Конференция двадцать второго стартует? — спросил я.

— Желательно прибыть туда двадцатого, — сказал ректор. — Нужно решить несколько организационных вопросов, получить карточку-пропуск преподавателя и зарегистрировать студентов. Для Максима Васильевича это не первое подобное мероприятие, можешь на него положиться.

— Я тогда пятнадцатого на автобусе поеду, как раз двадцатого буду на месте.

— На автобусе? — не понял Геннадий Сергеевич.

— Дом на колесах новенький, надо бы его обкатать. Алену с собой возьму. Хочу, чтобы она этот международный турнир выиграла. Может и на ставках удастся руки погреть.

— Отправлю туда Никодима Михайловича, — сказал Петр Сергеевич.

— Салют? — уточнил я.

— Он самый. Все финансовые вопросы можешь решать с ним. Ты, наверное, не в курсе, но на таких мероприятиях всегда проводят закрытый аукцион.

— Петр, — Геннадий Сергеевич строго посмотрел на него.

— Пусть Кузьма Сам решает, — отрезал глава рода. — Я считаю, что для молодого мужчины, главы семьи, это полезно и даже нужно. И деньги я выделю свои личные, пятьсот миллионов.

Я закашлялся, постучал себя по груди. Глава рода нажал кнопку на телефоне и через секунду в кабинет вошла секретарша с подносом. Большие кружки с крепким чаем и мармелад в вазочке. Расставив кружки, она также быстро удалилась.

— Аукцион, — продолжил Петр Сергеевич. — Когда проводятся мероприятия международного уровня, всегда есть место аукциону. Вот и сейчас нам прислали приглашение. Я впишу в него твое имя.

— Что будут продавать? Картины, дома, яхты и машины?

— Техники, способы развития силы, особое оружие и артефакты. Чаще всего разорившиеся или уничтоженные кланы выставляют на продажу свои секреты. Что-то действительно ценное и стоящее появляется крайне редко, и борьба всегда ожесточенная.

— Нет, денег мне не надо, я ничего покупать не собираюсь, тем более за такую сумму.

— Всякое случается, — он пожал плечами. — Иногда можно увидеть знание или вещицу, за которую все на свете готов отдать, а денег под рукой нет. Я не говорю, чтобы ты такую сумму потратил. Наоборот, это резерв на самый крайний случай. Салют будет в курсе. Если что-то такое увидишь, то объясни ему необходимость покупки. Или свяжись со мной, если будет время на обдумывание.

Я, конечно, главу рода уважаю и все такое, но пятьсот миллионов. Это не просто огромные деньги. Ну его к демонам, даже если там таблетку будут продавать, которая тебя завтра же сделает великим мастером, ни рубля из их денег не потрачу.

— На аукцион загляну, но вряд ли что-то куплю, — высказал я свои мысли. — Только если из собственных сбережений.

— Главное, не теряй бдительности во время конференции, — сказал Петр Сергеевич. — Иностранные спецслужбы будут вести большую игру и могут тебя сильно подставить или устроить какой-нибудь скандал. Я поговорил с Осташковым, он обещал посодействовать. Ты слишком вспыльчивый и этот недостаток нужно исправлять, понимаешь о чем я?

— Все понимаю. Буду держать себя в руках.

Еще где-то полчаса мы обсуждали предстоящую конференцию, но уже с точки зрения большой политики. Что говорить, а о чем даже не упоминать. Петр Сергеевич дал четко понять, что любые разговоры не касающиеся образования и развития, лучше сразу пресекать. Особенно нужно избегать разговоров о событиях, происходящих в России. Смерть императора, наследник, противостояние родов, нужно всегда помнить, что собеседник не только слушает тебя, но и записывает на диктофон. В один прекрасный день каждое неудачно сказанное слово всплывет и больно ударит по репутации. В целом же мы неплохо поговорили. Я узнал много интересного и полезного.

Выйдя на улицу и усевшись в теплый салон машины, набрал номер на сотовом телефоне.

— Адвокатская контора Цигельман и Ко, слушаю Вас, — раздался приятный женский голос.

— Добрый день, это Матчин Кузьма, соедините меня со Львом Валентиновичем.

— Минуту, — в трубке заиграла нейтральная мелодия и почти сразу послышался знакомый голос.

— Кузьма Федорович, рад Вас слышать, чем могу быть полезен?

— Лев Валентинович, надо бы встретиться, есть одно прибыльное дело. Я сейчас в центре столицы, давайте я к Вам подъеду.

— Очень жду, записывайте адрес…

* * *

Путешествие на автобусе по Европе в январе — специфическое мероприятие. С собой я взял только Тасю, Алену и Василия, как опытного водителя. В каждом крупном городе мы немного задерживались, проводили полдня, если позволяло время и двигались дальше. Берлин запомнился пасмурной погодой, температурой около ноля градусов и большим ледяным катком под открытым небом. Отдельно надо упомянуть ресторанчики, где подавали отличное мясо со специями. Посетили мы Антверпен и Брюссель, прокатившись по улочкам со старинной архитектурой. Даже прогулялись по набережной, заставленной дорогими яхтами. А вот Париж мне не приглянулся, может, из-за дождя и сплошной серости. Оттуда мы начали путешествие на юг и почти за два дня температура воздуха поднялась до десяти градусов тепла. Последней остановкой перед Испанией стал красивый городок Тулуза, где мы задержались почти на сутки.

Хотя немец и говорил, что автобус нельзя засечь со спутника, отследив по навигатору, это нисколько не мешало спецслужбам Германии, а затем и Франции. Всю дорогу сопровождение в виде полицейской патрульной машины следовало за нами на небольшом удалении, чтобы не мозолить глаза, но из виду не теряло. Пару раз, прогуливаясь по городам и разглядывая достопримечательности, чувствовал присутствие сильных мастеров. В Берлине на горизонте мелькнул даже кто-то по силе не уступающий ректору МИБИ. Посмотрел на нас издалека и потерял интерес.

На одной из старинных улочек в Тулузе, когда мы гуляли, глазея на отлично сохранившуюся архитектуру эпохи Возрождения, к нам подбежал местный торговец и подарил туристическую брошюру города. В небольшой цветной книжице обнаружилось письмо и дорожная карта региона. На карте ручкой была выделена дорога, ведущая от города на восток к морю, а затем вдоль побережья к Барселоне. Городки по дороге были обведены и от руки подписаны на испанском. Что касается письма, то оно тоже было на испанском, написано очень красивым почерком, мягким пером. Сидя в кафе, мы втроем его переводили, поддавшись азарту. Подпись гласила: Мартина Фернандес де Кардона. Я читал краткую характеристику девушки по имени Мартина, только двойное имя там не значилось, как и приставки «де» к фамилии.

В письме Мартина написала, что рада нашему решению участвовать в студенческой конференции и предлагала погостить пару дней на ее вилле, чтобы потом вместе отправиться в Мадрид. Тем более от Тулузы до Барселоны чуть больше трех часов езды. Если мы после обеда отправимся в путь, то как раз успеем прогуляться по Барселоне и поужинать вместе. На обратной стороне конверта был написан номер телефона. Посовещавшись и единогласно проголосовав, мы решили приглашение принять. И даже не потому, что неудобно отказывать дочери герцога, а просто из любопытства.

Пользуясь случаем, сбросил сообщение адъютанту генерала Руднева с просьбой выслать информацию по роду Кардона и, в частности, по Мартине. Ответили мне минут через десять, скинув на почту немалых размеров документ с фотографиями. Пока мы три часа ехали, было время почитать. Как оказалось, герцог Хесус Фернандес де Кардона, являлся наместником короля Испании в Каталонии. Характер его описывали как: скверный, высокомерный, жадный. Не самые лестные слова от наших спецслужб. Являясь представителем короля и страны, он был ярым сепаратистом и борцом за независимость Каталонии. Сил выступить против всей Испании у него не было, но как только начинались какие-то волнения, то он обязательно в них участвовал. Доходило даже до серьезных разборок на самом высоком уровне. Я не смог понять, почему король до сих пор не заменил его или в корне не задавил все протесты. Может, потому, что две трети каталонцев поддерживали герцога, желая того же, образовать маленькое и независимое княжество.

Мартина, будучи средней дочерью герцога, взгляды его не разделяла. Среднюю школу закончила в Мадриде, там же по собственной инициативе поступила в институт Министерства внутренних дел и безопасности. Можно не говорить, что руководство страны обеими руками вцепилось в перспективную и одаренную девушку. Герцог де Кардона пытался выдать ее замуж, чтобы немного успокоить, но попытка оказалась неудачной. И чтобы совсем не осложнять ситуацию, девушку отправили учиться в Россию.

Когда до Барселоны оставалось несколько километров пути, я позвонил по телефону с письма и почти сразу услышал бодрый голос девушки.

— Это Кузьма, — сказал я на русском, затем перешел на английский язык. — Ты же вроде говоришь на английском?

— Немного, — с акцентом произнесла она. — А еще на французском и итальянском. Вы сейчас где? Уже в Барселоне?

— Подъезжаем.

— Вы, наверное, по тридцать второй трассе едете, — сказала она. — Если повернете направо, там будет город Алелья. В центре большая стоянка, напротив мэрии. Я могу встретить Вас там и провести небольшую экскурсию.

— Хорошо. Я позвоню, как приедем. Если что, мы на большом синем автобусе.

— Отлично. Te veo pronto.

Январь в Барселоне и окрестностях радовал прекрасной, пусть и ветреной погодой. Солнечно, на улице около тринадцати градусов тепла. Зелени маловато, но все равно красиво. С автострады прекрасно видно бескрайнее море, серые тучи вдалеке, едва заметные силуэты небольших яхт и длинного многоэтажного корабля, медленно ползущего в порт. Небольшой городок Алелья мы нашли легко, он располагался почти рядом с автострадой. Его смело можно назвать пригородом Барселоны. Дороги узкие, иногда кажется, что широкий автобус может не вписаться в очередной поворот. Мартина ждала нас, сидя на лавочки рядом с небольшой площадью. Въезжать туда на машинах запрещалось, поэтому пришлось останавливаться прямо посреди дороги, перегородив полосу движения. Увидев большой автобус, девушка обрадовалась, приветственно помахала рукой. Длинная юбка в серую клетку, обтягивающий свитер и вязаная шапочка, выглядела она довольно мило, но не так чтобы привлекать внимание всех парней в округе. Хотя фигура у нее стройная, и формы приятные глазу, не захочешь, а обернешься, когда проходишь мимо.

Нам кто-то сигналил сзади, требуя, чтобы мы не стояли и не перегораживали движение. Мартина перебежала через проезжую часть, поднялась в салон. Зачирикала на испанском, цапнула меня за руку, потянула, чтобы поцеловать в щеку и довольно заулыбалась.

— Красивый автобус, — с интересом разглядывая салон, сказала Мартина. Прошла в гостевую зону, помахала рукой Алене и Тасе. — Привет.

— Привет, — отозвалась Алена, глядя на нее немного прищуренным и ревнивым взглядом. На английском она разговаривала ужасно, но в целом понимала о чем идет речь. Я давно говорил ей, чтобы подтянула иностранные языки, но такое чувство, что они ей не давались.

— Очень мило с твоей стороны, что встретила нас, — сказала Тася, взяла меня за руку и усадила на диван рядом с собой. В отличие от Алены она на английском разговаривала свободно, и как недавно выяснилось, немного знала испанский.

— Вам спасибо, что решили заглянуть в гости, — улыбнулась Мартина. Вспомнив что-то встала и поспешила к Василию, чтобы объяснить дальнейший маршрут.

Тася потерла мою щеку, куда пришелся поцелуй.

— Ты бы еще на платочек плюнула и потерла, — рассмеялся я.

— В следующий раз — обязательно, — она улыбнулась, поцеловав в то же место. — Должна же я как-то обозначить позицию ревнивой жены. Мартина весьма симпатичная девушка, мечта любого парня. К тому же дочь герцога. Это она ту картину нарисовала, что у тебя в клубной комнате висит?

— Просто набросок карандашом. Да, это она.

Мартина вернулась, села на диванчик напротив нас.

— Вы еще не были в Барселоне? Очень красивый город, старинная архитектура, парки, дворцы, католические храмы. Хорошо бы вам попасть в музей Пикассо, он небольшой, двух часов хватит, чтобы все посмотреть.

— По мне, так он слишком странные картины рисовал, особенно в ранние годы, — прошептала Тася мне на ухо.

— Я небольшую экскурсионную программу составила, — продолжала Мартина. — Если начать с площади Каталонии, то можно много всего посмотреть до вечера. А потом я Вас приглашаю к себе домой. У меня вилла в тихом районе города. Старинное трехэтажное здание с видом на море. Есть бассейн с теплой водой, можно поплавать даже в январе.

— А родители твои? — спросил я.

— Они не живут в Барселоне. Точнее, наша семейная усадьба расположена за городом. Вилла принадлежит мне.

— До Мадрида далеко? — уточнил я. — Часов пять на автобусе?

— Шесть. Если послезавтра утром выехать, то как раз можно вовремя успеть. Так что у нас завтра целый день есть, чтобы хорошо провести время, — она показала большой палец.

Мартина оказалась девушка энергичной и невероятно активной. Умудрялась рассказывать о достопримечательностях, мимо которых мы проходили, отгоняла навязчивых уличных торговцев на одной из странных улочек, где всем гостям города пытались впарить всевозможные сувениры. Взяв меня за одну руку и Тасю за вторую, она словно буксир, провела нас по загруженному людьми проспекту. Надо сказать, что к Международной конференции город готовился, о чем свидетельствовали вывески и плакаты. Обычно в январе в Барселоне туристов очень мало, поэтому и улочки пустуют, но в эти дни в городе было просто не протолкнуться. А еще Мартина рассказала, что в честь этого события Каталония готовила праздничные гуляния и карнавал. Было видно, как она гордится и любит родной город. Много говорила о том, насколько каталонцы жизнерадостные и гостеприимные. И я был с ней согласен, так как в городе чувствовалась приподнятая атмосфера, как будто люди ждали, что со дня на день начнется грандиозный праздник.

Когда начало темнеть, мы отправились в тихий спальный район города, застроенный большими виллами, словно люди здесь соревновались, кто лучше и богаче живет. Дом Мартины и вправду оказался большим трехэтажным особняком, выполненном в средневековом стиле. Только двор оказался тесноват для автобуса. Наш монстр на колесах едва поместился, заняв всю площадку. Встречали хозяйку дома две женщины лет сорока, сказав, что комнаты для гостей уже готовы.

За ужином я узнал, что очень много богатых людей, кто имеет в этих краях виллы, сдают их большую часть года. Хозяева проводят в поместьях только пару месяцев в году, а содержать дома и участки выходило в копеечку. Мартина тоже хотела сдавать виллу летом, когда приток туристов особенно велик, но отец запретил. Он даже согласился платить ей за те месяцы, когда она отсутствовала дома по рыночной цене. И выплачивал в тройном размере, когда она дома появлялась. Странные, на мой взгляд, отношения отца и дочери.

Помимо Мартины у герцога двое сыновей и две дочери. Сыновья взрослые — одному двадцать четыре, второму двадцать восемь лет. Что касается сестер, то одна на год старше, другая на десять лет моложе. Мартина показывала нам фотографии из семейного альбома. После ужина, когда подали чай и десерт, мы как раз его просматривали. В этот момент к нам поднялась одна из служанок, сказав на испанском что-то о госте. Мартина немного посуровела, но совсем чуть-чуть, чтобы не смущать нас. Улыбнулась, сказав, что скоро вернется и поспешила гостя встретить. Я посмотрел на Тасю, на что она пожала плечами.

Пройдя к окну, я выглянул во двор. Со второго этажа хорошо видны только угол дома и задняя часть автобуса. Но если постараться можно увидеть ворота и две черные машины, вокруг которых стоят крепкие мужчины в строгих костюмах. Я подошел к двери в коридор, прислушался. Где-то минуту было тихо, затем послышались громкие голоса. Мартина перешла на повышенный тон, говоря что-то очень яростно. В ее речь попытался влезть мужской голос, но попробуй переспорить женщину, уверенную в своей правоте. Длилось это несколько минут, затем довольно неожиданно голоса стихли и одновременно с этим послышался громкий звук разбиваемой мебели.

Все что вокруг происходит, Кузьму интересует и заботит больше, чем кого-то другого. Мама всегда об этом шутила. Я промчался по второму этажу к лестнице, перепрыгивая перила и падая на первый этаж прихожей. У входа в дом стоял мужчина лет тридцати на вид. Очень грубо за руку он вытаскивал Мартину из обломков шкафчика для обуви. Мне нужна была всего секунда, чтобы увидеть открытую дверь за ним, просвет двора и забор. Короткий рывок, удар, подкрепленный доспехом духа и мужчину, выбросило из дома, как ядро из пушки. Нет, с ним ничего не случится, мастера так легко убить нельзя. Вряд ли он даже синяки получил, когда врезался в кирпичный забор, умудрившись сломать целую секцию.

Я осторожно вынул из обломков Мартину, поправил волосы, упавшие на лицо. Судя по всему, ей влепили пощечину, отправив в глубокий нокаут. Не знаю насчет сотрясения, но синяк завтра будет знатный, как минимум на половину лица.

— Что случилось? — на лестнице появилась Тася и Алена. В отличие от ученицы моя супруга выглядела совершенно спокойно.

— Брат ее старший, — проворчал я.

— Самый старший? — спросила Тася. Подошла, взяла девушку на руки.

— Младшего я бы запускать в забор не стал. Как думаешь, пойти ему зубы пересчитать?

— Обоим сразу? — она осуждающе посмотрела на меня, имея в виду две ауры мастеров. Если брат Мартины ощущался, как слабый мастер, то второй был существенно сильней.

— Могу обоим. Если соседи не будут против, что мы полквартала разрушим.

— Кузьма, Кузьма, — она покачала головой.

— А что я? — я посмотрел ей вслед, не совсем понимая, почему она сердится. — Он первый начал.

С той стороны забора слышались крики и чувствовался рост силы, как будто оба мастера решили совместным ударом превратить дом в груду обломков.

— Ну и что вы пыжитесь? — проворчал я. Подумал было выйти и навалять обоим, но тихо выругался и осторожно закрыл дверь. — Тася подожди, я с вами!