Шесть месяцев спустя

В дверь громко и жизнерадостно забарабанили. Следом она приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась лохматая рыжая голова.

– Василина, можно к тебе? Дело есть, – улыбаясь, спросил ее владелец, рослый круглолицый парень в светлой рубашке с повязанным на талии фартуком.

– Заходи, Жако, – пригласила я, отрываясь от стопки счетов, которые просматривала. – Что ты хотел?

– Там это… Продукты привезли, но не те, что мы заказывали, – сообщил парень, плюхаясь на стул напротив стола. Почесал острое, удлиненное ухо, украшенное двумя рядами серебристых колечек, и замолчал, выжидательно глядя на меня.

– Ну, так отправьте обратно, – пожала я плечами и положила ладонь на заходивший ходуном круглый живот: что-то разбуянился сегодня мой малыш. Питается и пинается, не давая маме спокойно поработать.

– Что, хулиганит наш красавчик? – заулыбался Жако, заметив мой жест.

– Да, с самого утра шалит, ощущение, что у меня все внутренности уже в синяках, – кивнула я, слабо улыбнувшись.

– Может, чувствует что-то? Например, что у нас в таверне сегодня праздник с музыкой и танцами, и хочет, чтобы его мамочка как следует отдохнула и повеселилась? – жизнерадостно предположил парень и снова вернулся к теме продуктов.

– Так что, все обратно отправлять? Броггл говорит, там половина нужного, а половина ерунды всякой.

– Так пусть он заберет то, что ему подходит, а остальное вернет поставщику. Наш повар первый раз замужем, что ли?

– Замужем? – не понял парень.

– Это просто выражение такое, – закатила я с досадой глаза.

– А-а, понял. Ладно, Василина, как скажешь. В принципе, мы с ним тоже так подумали…

– Вот и отлично. У тебя все, или еще что-то хотел? – я снова взяла в руки пачку счетов и начала раздраженно перебирать. В последние дни меня все нервировало, а бестолковость работников особенно. Сидевшая на краю стола Бусинка развернула крылышки и пару раз возмущенно ими хлопнула, демонстрируя мне свою солидарность. Слизни же менталисты, и малышка отлично считывала все мои эмоции и настроение.

– Ну, я… Это… – замялся парень, потом решившись, выпалил. – Хотел спросить, Василина, ты сядешь со мной рядом на сегодняшнем празднике?

– Жако… – я подняла на парня глаза. – Мы ведь с тобой все обсудили несколько месяцев назад…

– Ты все еще ждешь его, Василина? Этого своего парня… Но ведь столько времени прошло. Я уверен, он не придет за тобой… Почему ты не хочешь дать мне шанс? Я усыновлю твоего ребенка и буду любить его, как своего…

– Он придет, я знаю! Седрик обязательно найдет меня! Тебе лучше уйти! – выкрикнула я. Потрясла стопкой счетов в руке и, смягчив тон, объяснила. – Извини, Жако, мне нужно работать.

Парень встал и, пробормотав: «Ты все-таки подумай насчет вечера», – вышел, оставив меня в расстроенных чувствах и с желанием разреветься.

Малыш в животе у меня снова отчаянно толкнулся, и я принялась его гладить:

– Тш-ш, малыш, тише, мой лисенок. Папа обязательно найдет нас, потому что любит. Папа придет за нами, вот увидишь!

Чувствуя, как заколотилось сердце, встала и вышла из-за стола. Подошла к окну и сквозь прозрачные, тщательно вымытые стекла уставилась на плотную стену деревьев, выстроившихся прямо за забором таверны «Сердце Дракона», хозяйкой которой я была.

Да, снова таверна с тем же названием, но совсем другая и в другом месте. И работники в ней были: Броггл, Жако, Лаяна и пара влюбленных по имени Матти и Рияса. Только Мидлы среди них не оказалось. Да и были они совсем, совсем другими, не теми парнями и девчонками, что работали в том «Сердце Дракона»…

Уперевшись лбом в прохладное стекло, я закрыла глаза и начала вспоминать, как все было…

… Из портала я вылетела, словно пулька из рогатки. Быстро, резко и далеко от мгновенно схлопнувшегося за спиной кольца. В последний момент успела сгруппироваться, чтобы не раздавить девочку-слизня, которую продолжала судорожно прижимать к груди. Врезалась в твердую землю и долго лежала, едва дыша и приходя в себя от боли в ушибленных спине, ребрах, бедре и плече. Наконец, почувствовав, что снова могу нормально дышать, со стоном села.

– Эй, ты жива? – первым делом принялась рассматривать розово-голубую малышку в своих руках. Попробовала свистнуть и снова позвать ее, но ответа не было. Девочка не двигалась и казалась неживой. Вот тварь, василиск, надеюсь, ты сдох в страшных мучениях за все свои пакости!

Посидев еще немного, я отцепила так и болтающегося на брюшке слизня «Ловца Снов», положила на землю, сверху устроила саму малышку и поднялась на ноги. Принялась оглядываться, пытаясь понять, куда меня забросил мерзкий змей.

Вокруг было поле, вернее, огромный зеленый луг, упирающийся с одного конца в плотную стену незнакомого мне вида деревьев. На другом краю луга, километрах в двух от меня, виднелись крыши кучно стоящих домиков. Вот к ним я и отправилась, прихватив с собой и «Ловца Снов», и все так же не подающую признаков жизни малышку-слизня. Брела, размазывая по лицу слезы и уговаривая себя успокоиться и верить, что Седрик найдет меня. Обязательно и очень скоро найдет, разве может быть по-другому?!

Одно-двухэтажные с покатыми крышами домики, сложенные из белого камня, что я увидела издалека, оказались окраиной небольшого, просто крошечного городка. Добравшись до первых строений, я неспешно пошла по его единственной, выложенной булыжниками улочке. Крутила по сторонам головой, в надежде узнать у кого-нибудь, в какой местности я очутилась. К моему удивлению, на улице и во дворах не было ни души, и ни одного лица не мелькнуло в окнах, сколько я ни вглядывалась. Городок казался совершенно безлюдным, притом что не выглядел вымершим.

Причину этого явления я узнала совсем скоро, когда прошла улицу насквозь. С замирающим сердцем остановилась перед стоящим последним, двухэтажным домом с огромными, в человеческий рост, окнами. Из распахнутых настежь двустворчатых дверей доносились звуки громкой музыки, звон посуды, радостный смех и веселые голоса, а в окнах мелькали силуэты танцующих. Похоже, здесь какой-то праздник, на который собрались все жители улицы…

Но не от этого замерло мое сердце, и глаза полезли на лоб, а от вида большой вывески над дверью…

«Таверна Сердце Дракона» было написано яркими буквами на листе железа. Сбоку от текста красовалось изображение кулона с крупным зеленым камнем в виде сердца…

Я таращилась на вывеску с нарисованным кулоном, точной копией того, что я купила у дедули-антиквара по имени Коноллио Сперги. Абсолютной копии, даже витая цепочка, к которой кулон крепился, была той же самой! Это что такое, куда меня закинул василиск?!

Ответ я получила совсем скоро: из двери здания вывалилась компания из нескольких мужчин. Слегка пьяненьких, но совсем не агрессивных на вид. Наоборот, веселых и благодушно настроенных

– О, девушка! Хорошенькая какая! – одобрительно вскричал один, самый молодой. – Миледи, просим к нам, у нас праздник!

– Заткнись, балбес, – одернул его другой, самый старший, рыжий и с курчавой бородой. – Не девушка это, а… – не договорив, он повернулся к двери таверны и завопил во все горло, перекрикивая начавшую стихать музыку:

– Броггл! Ходь сюда, скорее!

– Броггл?! – ошарашенно повторила я и судорожным движением прижала к себе малышку-слизня. Потом взяла за ручку «Ловца» и подняла как теннисную ракетку: буду им отбиваться, в случае чего.

– Броггл, – охотно подтвердил рыжебородый. – Вот он!

Из двери вышел огромный мужчина в кожаных штанах, светлой рубашке и с бритым наголо черепом. На миг мое сердце радостно екнуло: показалось, что это он, мой повар Броггл Силач! Но нет, когда здоровяк подошел ближе, стало понятно, что это совсем другой… человек. Вернее, не человек: у этого «Броггла» был всего один глаз, расположенный чуть выше переносицы.

Мои пальцы покрепче сжали рукоятку «Ловца». Мама родная, это же циклоп! Настоящий циклоп! Может, только ростом не такой огромный, как в наших сказках его описывают. Колени у меня натурально затряслись, и только диким усилием воли я не позволила им подогнуться. Нет уж, умирать, так гордо!

Между тем чудовище подошло к нам вплотную. Внимательно оглядело меня, «Ловца» в моей руке и прижатого к груди слизня. Трогательно пушистые, какие-то девчоночьи ресницы, обрамляющие глаз монстра, захлопали. Толстые губы растянулись в широкой улыбке, и циклоп радостно прогудел:

– Здравствуй, Хозяйка! Заждались уже тебя.

Что?! Какая «Хозяйка»?! Что значит «заждались»?!

– Вы… вы… а-а-а… – заикала я, начав медленно отступать, и в этот момент слизень в моих руках подал признаки жизни. Тельце малышки вздрогнуло, рожки на голове приподнялись, и она открыла глазки. Глянула на меня, потом на циклопа и вдруг выпорхнула из моих рук. Сделала несколько взмахов крылышками и перелетела к нему на плечо. Уселась, сложила крылья и снова как будто задремала.

– Умничка, чувствует хорошее, – похвалил ее циклоп и протянул мне руку.

– Я Броггл. Пошли, Хозяйка, нас предупредили, что ты вот-вот придешь.

– Кто? Кто мог вас предупредить? – прошептала я, и колени у меня все-таки подогнулись. Упасть, правда, не получилось, кто-то подхватил меня на руки.

Через полчаса я сидела в маленькой спальне на втором этаже таверны. Перед этим меня накормили супом и напоили чаем. Для поддержания покинувших меня сил, как деликатно выразился Броггл-циклоп.

Рядом на стульях сидел весь обслуживающий персонал таверны: сам Броггл, жгучий брюнет Матти и смуглая, фигуристая красавица по имени Рияса. Лаяна, оказавшаяся дамой средних лет, стояла в сторонке, а Жако, рыжеволосый и остроухий крепыш подпирал плечом дверной косяк и не сводил с меня восторженного взгляда. Все молчали и ждали, пока я прочту письмо, оставленное для меня прежним Хозяином.

Правда, оно было не от хозяина этого заведения, а от антиквара по имени Коноллио Сперги, у которого я в своем мире купила кулон «Сердце Дракона»…

«Милая Василина, прости меня, старика. Попутал я миры, не туда тебя отправил! Это должно было стать шуткой, моей и моего старого приятеля Эриссио. Мы с ним поспорили об одной вещи, и я проиграл.

По условиям проигрыша в споре я должен был того, кто купит кулон в виде сердца, сроком на один год отправить в другой мир и сделать хозяйкой таверны «Сердце Дракона», принадлежавшей Эриссио.

Сам мой приятель хотел это время провести в путешествиях по другим мирам, о чем он давно мечтал, но не мог оставить семейную ценность без присмотра.

Ты спросишь, почему мой друг не мог найти кого-то вместо себя управлять таверной на это время? Ответ и прост, и сложен в одно и то же время: таверна – место непростое. Стоит на перепутье миров, и случается там всякое, поэтому не каждый подойдет на эту роль. Нет-нет, ничего криминального или страшного, поверь и не пугайся! Просто такое место, где Хозяином или Хозяйкой может быть лишь возвышенная, чистая душа с определенными энергетическими настройками.

Чтобы найти такую персону, мы с Эриссио создали специальный артефакт, названный точно так же, как таверна моего друга…»

Дальше господин Коноллио пространно и велеречиво рассказал, как он по рассеянности перепутал миры и отправил меня совсем в другое место. Причем даже не понял, куда именно!

Осознав свою ошибку, старик и его друг кинулись искать меня во множестве известных миров, ориентируясь на следы магии кулона. Еще письма, того самого, с дарственной и советом заглянуть на чердак, которое принесли мне в «неправильное» «Сердце Дракона».

Письмо липовый «антиквар» отправил магическим способом, и оно само отыскало меня в том мире, где я ошибочно оказалась. Серджо и его друг Эриссио пошли по следу своего послания и в итоге нашли меня. Правда, ни один из них так и не понял, откуда взялась еще одна таверна «Сердце Дракона», и почему я там оказалась…

И я тоже долго ломала голову над произошедшим: какая сила притянула меня в то место? И почему моему появлению никто не удивился? Наоборот, там меня явно ждали, а прежнего владельца таверны звали тоже Серджо Коноллио…

Объяснения у меня не было, кроме фантастической идеи о параллельных мирах. В чем-то похожих друг на друга, в чем-то отличающихся. Видимо, есть какие-то высшие силы, решившие отправить меня и созданный антикваром кулон вместо одного «Сердца Дракона» в другое, потому что там мы тоже были нужны… А когда мы выполнили свою миссию и обрушили Барьер, закрыв тот мир от монстров, меня позволили забрать оттуда парочке шутников Серджо и Эриссио из параллельного мира…

«И как оказалось, мы сделали это очень, очень вовремя – на тебя напало жуткое чудовище! Василиск! Я едва-едва успел поменять координаты выстроенного им портала и отправить тебя в то место, куда и намеревался первоначально», – продолжил каяться в письме дедуля, липовый антиквар.

Свое послание он завершил новыми пространными и витиеватыми извинениями и просьбой провести в таверне его друга хотя бы полгода. Ну как попросил? Просто сообщил постскриптумом, что в определенный день вернется настоящий хозяин таверны и откроет для меня портал в мой родной мир.

Названный антикваром день был сегодня, и именно сегодня ждали настоящего Хозяина. Это в честь его возвращения вечером будет праздник, а я…

Никто в таверне не знал, но в полночь я должна буду вернуться в свой мир. Без Седрика, который так и не отыскал меня, но с его ребенком под сердцем. С сыном, местная лекарка сказала, что у меня будет мальчик…

***

Я открыла глаза, смахнула с ресниц повисшие на них капли слез, теперь нет смысла рыдать. Все свои слезы я уже выплакала, когда каждый час, каждую минуту каждого дня ждала своего любимого. Выглядывала в окно, надеясь, что вот-вот увижу его высокую, худощавую фигуру. Выходила за дверь и подолгу стояла, глядя на ведущую к таверне дорогу.

«Не буду больше плакать, нет смысла. Значит, не судьба мне быть с моим оборотнем. Зато уже завтра я буду в своем мире. Вернусь к привычной жизни и буду растить его сына, самый лучший подарок, который могла получить. Может, мои Лиза и Марина все-таки вернутся в наш мир за мной!» – одернула я себя и застыла, глядя в окно на то, чего не могло быть: между двух стволов на миг показалась узкая рыжая мордочка с треугольными ушками.

Мелькнула и снова пропала между деревьев. И тут же рядом появилась новая пара острых рыжих ушей, уже других. И еще одна, чуть в стороне… и еще…

Зажав ладонями рот, чтобы не закричать, я жадно всматривалась в лесную чащу, не зная, верить мне своим глазам, или нет. За все время, что я живу в этом месте, ни разу не слышала, что здесь водились лисы… Лисы!

В дверь кабинета снова оглушительно громко забарабанили.

– Василина, тут тебя спрашивают, – прогрохотал голос Броггла, и я словно очнулась. Кинулась к двери, чтобы мчаться на улицу, к лесу! Распахнула ее и влетела в чьи-то объятия. Крепкие, надежные и такие знакомые…

– Седри-и-ик! – завизжала, судорожно вцепившись в широкие плечи под темным камзолом. Обхватила ладонями усталое, похудевшее, густо заросшее щетиной, но все равно самое красивое и любимое лицо в мире.

– Пташка моя, нашел тебя, наконец! – пробормотал мой оборотень и крепко-крепко прижал меня к себе.

– Пришел… ты пришел, – всхлипнула я и все-таки начала рыдать.

Кто-то скажет, что момент для слез не подходящий. Пусть говорит! Он не понимает, что слезы прольются и вместе с печалью останутся в прошлом, а вместо них придет новое и чудесное. Уже пришло – мой любимый!