Неспешно спускаясь по лестнице, я обдумывала сон, приснившийся мне, пока спала на груди Седрика. Странный, страшный такой. Но если вдуматься, то он и есть подсказка, которую я искала…

В обеденном зале таверны царила тишина. Нашего воинства еще не было, а работники сидели за столом и молчком пили, кто травяной отвар, кто кофе, кто просто воду.

– Добрейшего утра, – поздоровалась я бодро. – У нас несколько новостей, и только одна хорошая. С какой начать?

– С хорошей. Порадуемся, потом начнем про плохое думать и проблемы решать, – ответила за всех Мидла.

– Отличный план, – одобрила я. – Седрик больше не умирает, есть вероятность, что Страж скоро будет в строю.

– Почему только вероятность, а не точно? – прошелестел со своего места Матти.

Я внимательно всмотрелась в его лицо. Парень сидел, как всегда, бледный, вялый и какой-то потерянный. Но вчера во время боя он варланов крошил, будто капусту. Махал и махал длинным, расширяющимся к кончику мечом. И никакой робости или застенчивости в нем не было. За своими работниками я во время боя следила в оба глаза. И если Жако и Броггл в битве вели себя привычным образом, один дерзко, второй уверенно и неспешно, то Матти словно другим человеком стал. Или не человеком, кто их разберет.

В общем, кто-то очень хорошо притворяется. Интересно, зачем?

– А почему вероятность, а не точность?.. Вот тут мы переходим к первой плохой новости – «Сердце Дракона» пропало, – вздохнула я. Развела руками. – Простите меня, ребята. Я надела кулон Седрику на шею и заснула, а дверь в комнату не закрыла. Утром, когда открыла глаза, кулона на месте не было.

Ответом мне стало каменное молчание на несколько бесконечных секунд и устремленные на меня недоверчивые, возмущенные, злые взгляды. Потом Мидла, очевидно, выражая общее мнение, процедила:

– Овца безмозглая!

Ну что, справедливо, хоть и обидно. Я виновато вздохнула и продолжила.

– Это еще не все. Я не нашла точную информацию, какие монстры должны сегодня прийти. Придется что-то придумывать на ходу, хотя кое-какие мысли у меня есть.

Стараясь не обращать внимания на устремленные в мою сторону колючие взгляды, положила на стол принесенный дневник. Открыла на первой странице и начала объяснять, к каким выводам пришла.

– Вот, смотрите, рисунок первых монстров. Это были просто здоровые, прожорливые твари. Это тип физических, имеющих плотное тело и почти нулевой уровень разума монстров. Ими движет кровожадность и инстинкт убивать. Уничтожить их просто, достаточно иметь превосходящую физическую силу или магию, наподобие драконьего огня, или просто стихийную магию. То есть их можно сжечь, заморозить, утопить и так далее.

– Ты думаешь, мы не знаем этих вещей? – подала голос Рияса.

– Наверняка знаете, и в этом ваша сила, но и слабость тоже. Но я ничего не знаю, для меня все это в новинку. И тут то же самое, этот факт – моя слабость, но и сила в то же время. У меня взгляд не замылен, как у вас, – пояснила я.

– И что же ты увидела, своим незамыленным взглядом? – пренебрежительно бросила Мидла.

– Дальше у нас есть монстры эфирные, то есть, существующие в виде энергии или магии, – продолжила я, открывая нужную страницу в дневнике и игнорируя ядовитый тон тетки. Ну ее куда подальше! Мне надо сначала мир спасти, а потом уже отвечу ей по всей строгости моего вредного характера и ядовитого языка.

– Мы таких здесь не видели, – отозвался Броггл.

– Не видели, потому что их не было очень, очень давно. Они приходили только один раз, и в дневнике об этом упоминается тоже только один раз. Там даже не сказано, что это эфирные монстры, но по описанию это они и есть, – я постучала пальцем по обложке дневника.

– А ты про них все знаешь? – недоверчиво хмыкнула Лаяна. Девчонка сидела чуть в сторонке и словно невзначай бросала частые взгляды на Жако. Парень же упорно смотрел перед собой, и ее взглядов или не замечал, или старательно делал вид, что не видит. Ох, есть между ними что-то невысказанное, спинным мозгом чувствую! Однако вернемся к нашим баранам, то есть, монстрам.

– Я про эфирные сущности ничего не знаю, кроме того, что читала в книгах своего мира. У нас про эту нечисть целые талмуды написаны, и некоторые из них я изучала, когда училась в университете.

В общем, были в истории нашего мира государства, отличившиеся в свое время дикой и кровожадной борьбой с нечистой силой. В основном, конечно, это был религиозный фанатизм отдельно взятых личностей, в результате под раздачу попали десятки тысяч ни в чем не повинных людей.

Но были случаи встреч и сражений с реальными, настоящими нечеловеческими сущностями, которых называли просто нечистой силой. Хотя у них есть и эксклюзивные названия: бес, черт, привидение, шайтан, ракшаса, джинн и так далее. Так вот, встречи с ними были описаны в книгах, и записи эти дошли до наших дней. В том числе там было рассказано, как с ними нужно справляться, как уничтожать.

В горле запершило, и я потянулась за стаканом. Рияса тотчас подвинула ко мне кувшин с компотом и поторопила:

– Дальше рассказывай, Василина, скоро атака начнется. Надо понимать, что делать.

– Так вот, – продолжила я, выпив одним махом половину стакана. – Большинство этих сущностей являются так называемым смешанным типом нечисти, то есть обладающей как физическими, так и эфирными свойствами. Но нам они неинтересны, у нас тут только первый и второй тип присутствуют. А вот в моем мире, как раз распространен третий, умеющий воплощаться в материальный объект. Но это, опять же, к делу не относится.

– Что нам дает то, что у нас два типа как ты говоришь, нечисти? – пророкотал Броггл.

– Вот вы мне скажите, как вы убивали монстров во всех предыдущих сражениях, в которых участвовали? Какое у вас оружие? – обвела я взглядом лица сидящих за столом.

– Топором махал, – это Броггл ответил.

– Меч с огненной магией, – прошептал Матти.

– Шпага, я лицо благородных кровей, мне оружие дровосеков или простых бойцов в руках держать не по статусу, – высокомерно задрал нос Жако.

Лаяна тотчас возмущенно фыркнула, но глаза у нее сделались печальными.

– А вы, дамы? – я по очереди обвела лица девчонок и задержалась на управляющей гостиницей. – Вы, Мидла, что здесь делаете? Почему не покидаете границы таверны? Максимум на задний двор ходите покурить, но это тоже территория таверны. Почему сидите здесь, как привязанная?

– Не положено уходить, – ответила женщина, поджав губы.

– Вы та самая возлюбленная дракона Орисана, отдавшего свою жизнь, чтобы появился Барьер и «Сердце Дракона»? – спросила я тихо.

Пожилая женщина сильно побледнела и молчала. И остальные тоже молчали, просто смотрели на нее, ожидая ответа. В наступившей мертвой тишине было слышно, как под потолком жужжит, бьется муха. И вдруг Мидла кивнула:

– В одиночку он не смог бы сделать это, мой Орисан. Я помогла ему, отдала свою магию и оказалась привязана к «Сердцу».

– Навсегда?

– Пока стоит Барьер. После этого я смогу уйти туда, где меня ждет его дух, – ответила пожилая женщина. Ее выцветшие голубые глаза смотрели куда-то в пустоту, и в них горел яркий огонь. Наверное, это пламя их с Орисаном любви…

– Пока стоит Барьер… – повторила я, с трудом отрывая взгляд от ее лица, таким необычным оно вдруг стало – молодым и невыразимо прекрасным. – Чтобы навсегда перекрыть доступ монстрам, Барьер должен рухнуть. Он перекроет проход, через который сейчас лезут чудовища.

– Что для этого нужно сделать, и при чем здесь классификация тварей, которые живут в твоем мире и лезут в наш? – спросила Рияса.

– Да, классификация… все монстры, приходившие в этот мир, были первого типа. То есть сильные, но тупые твари, которых можно убить с помощью физической или магической силы.

– А эфирные?

– Я думаю, предполагаю, что барьер может рухнуть только с приходом эфирных монстров. Когда они появляются, это означает, что будет самая кровавая и тяжелая битва, потому что эфирные монстры несут с собой огромный заряд энергии. По этой причине победить их сложно, почти невозможно. Но если монстры победят, то все, этот мир погибнет.

– А если победим мы?

– Тогда у нас есть возможность закрыть проход в тот мир, и монстры больше никогда здесь не появятся. Такая возможность однажды появилась, но ею не воспользовались. Тогда защитники путем неимоверных жертв прогнали монстров, но сделать последний шаг и обрушить Барьер не смогли. Не знаю почему, может, сил не хватило, или просто не знали, что делать.

Сейчас к нам снова придут… я почти уверена, что придут эфирные. Вчерашние три матки варланов – это знак. И от того, как мы будем сражаться, зависит судьба Барьера. Ну и всего этого мира, в конечном счете, – закончила я свою речь в напряженной тишине.

– Как это делать? Как сражаться с эфирными монстрами? – понеслось со всех сторон. Причем реально со всех сторон. Оказывается, пока я озвучивала свои умозаключения, таверна заполнилась нашими воинами-защитниками.

Как они умеют так перемещаться, что ни одного звука не производят? В детстве я читала книги писателя Купера про американских индейцев времен покорения континента европейцами. В них автор рассказывал, что краснокожие умели двигаться по лесу абсолютно бесшумно, просто как тени. Ни веточка, ни сучок у них под ногами не хрустнет. Даже дикие звери не замечали их приближения, если индеец шел с наветренной стороны. Мне всегда казалось, что это художественный вымысел, не может живой человек, да еще с оружием в руках, так двигаться. Оказывается, может, и с оружием в том числе.

Сейчас эти вооруженные до зубов парни стояли и смотрели на меня, словно детсадовцы на воспитателя, обещавшего им интересную игру. Увы, ребятки, никакой игры я вам устроить не могу. Хотя… Почему бы и… да!

Парни расселись за столом, Лаяна и Рияса бросились подносить им тарелки с завтраком, а я начала озвучивать свою идею.

– Раз вы почти все слышали, то продолжаем… В моем мире много способов бороться с нечистью, то есть эфирными и смешанными монстрами. В основном это вода, огонь, дым, звук.

– Что это значит? – с полным ртом каши прочавкал Грюмок.

– Дым и вода – это субстанции с особой энергетикой. Звук – это волны. Огонь – ну, сами знаете, просто сжигает или очищает объект, – объяснила я. – Еще используют соль и специальные амулеты.

– И что, предлагаешь полить монстров водичкой? Или солью присыпать? – засмеялся брат Грюмока. Его воинственная супруга врезала ему локтем под ребра, прошипела что-то сердитое и повернулась ко мне.

– Хозяйка, дело говоришь! Мне прабабка рассказывала, что в ее детстве дымом и водой многие болезни лечили. С помощью соли охотились: некоторые животные не могут переступить через соляную полосу. Монстры, поди, тоже среагируют.

– Соли у нас несколько больших мешков, – прогудел Броггл.

– Вот это отлично, – обрадовалась я. – Мы можем отсыпать соляной барьер по земле, чтобы монстры до жилых домов не дошли.

– Ну, с огнем понятно, дракон у нас один есть, – это заговорил похожий на медведя мужик. Надо хоть его имя узнать, он, похоже, среди наших бойцов в авторитете, один из негласных лидеров. – С солью тоже: отсыпем, перекроем дорогу нечисти. Меня интересует дым, вода и звук. Они-то нам чем помогут? Если только оглушить монстров воплями, а потом смыть водицей или развести кучу костров, чтобы они задохнулись.

Со всех сторон понеслись смешки. Я покачала головой.

– Нужна специальная вода, специальные звуки и дым. Вода должна быть… как бы сказать, особой структуры. У нас ее называют «святой водой», но как ее сделать, я не знаю. Дым должен быть с ароматом. Нужны травы и масла, которых боится нечисть: ладан, мирра, розмарин, лаванда, табак.

– Табак? У меня его целый склад неподалеку, – вмешался невысокий кряжистый мужчина, сидевший с края стола.

– У нас много трав, – это подала голос невестка Грюмока и переглянулась со второй гоблинкой. Та согласно кивнула и басовито перечислила:

– Ладан есть. Розмарина много. Лаванда. Все с собой.

– Отлично. Мы можем зажечь костры и бросать туда травы. Только как направлять дым в нужную сторону, на монстров? – озадачилась я.

– Ну, это просто: парочка магов воздушников и дым понесется куда надо, – ответил кто-то. – У нас есть такие, помогут.

– Звук. Звук тоже нужен особый. Колокольчики, бубны, барабаны. Молитвы, песни… – продолжила я перечислять, уже почти веря в то, что мы справимся. Не ожидала, честно говоря, что все эти парни, которых я считала, чуть ли не бандитами и полным отребьем, окажутся такими… героическими. И не просто смелыми, но готовыми пожертвовать собой. Удивительно, и в который раз ломает мою картину мира!

Тут я вспомнила, как начал корежиться Изекил после моих нецензурных слов, и смущенно добавила: «Еще ругательства. Не знаю, годятся ли местные бранные слова, но те, что используют в моем мире, точно работают. Я уже пробовала их на василиске».

После этих слов в зале наступила мертвая тишина. Потом кто-то чуть не с ужасом спросил:

– На василиске? Он что, здесь?! Возле Барьера?!

Я хотела ответить, но меня опередили.

– Скорее всего, нет. Думаю, после того как забрал «Сердце Дракона», василиск уполз в свою нору, – раздался мужской голос.

Я медленно-медленно обернулась: за моей спиной живой и, кажется, здоровый, стоял и улыбался Седрик. А мне от услышанного стало дурно – василиск забрал артефакт! Мамочки! Тогда почему оборотень так радостно об этом говорит?

Между тем Седрик, отодвинув сидящего рядом со мной молодого парня, устроился на лавке. Притянул меня к себе, поднял пальцами мой подбородок и, не обращая внимания на десятки устремленных на нас взглядов, поцеловал.

Со всех сторон послышались радостные крики и улюлюканье, не совсем приличные, но очень одобрительные.

– Спасибо, птичка, – Седрик отпустил мои губы и нежно провел костяшками пальцев по щеке.

– За что? – с трудом произнесла я, находясь в некотором обалдении. От поцелуя, от слов Седрика про артефакт, от оглушительных криков вокруг.

– Ты жизнь мне спасла, – просто ответил он и еще раз поцеловал, теперь уже дольше и настойчивее. Намного настойчивее и дольше.

– Седрик, ты что делаешь! – выдохнула я, когда его губы выпустили мои, а язык перестал хозяйничать у меня во рту.

– Выражаю благодарность, что еще.

– Как-то странно ты ее выражаешь…

Седрик наклонился к моему уху. Прошелся губами по ушной раковине, так что у меня мурашки побежали по всему телу. Прошептал:

– С удовольствием продемонстрирую ее другим способом. В другом месте, где будем только мы вдвоем и широкая кровать. Когда добьем монстров, конечно…

Меня, как холодной водой окатило – монстры и артефакт! Мурашки тут же попрятались, а я ухватилась за плечи Седрика.

– Скажи, «Сердце Дракона», правда, забрал Изекил? – простонала и даже потрясла его немного. – Ну, успокой меня! Скажи, что пошутил, а на самом деле ты спрятал артефакт!

– Точно, забрал. Пока ты сладко спала у меня на груди, а я был беспомощнее мухи, застрявшей в сиропе, червяк пролез в комнату и снял кулон с моей шеи, – кивнул Седрик и снова так радостно все это сказал, что мне стало дурно.

– Так значит, мы беззащитны перед монстрами, да? – прошептала в ужасе.

– Почему беззащитны? Теперь у нас есть я, – Седрик гордо выпятил грудь и стукнул в нее кулаком. Захохотал, глядя на мое недоумевающее лицо. Снова наклонился и прошептал, обдавая мне висок теплым дыханием:

– Птичка, когда червяк забрал «Сердце», оно уже было пустым, вся его сила перешла ко мне. Но тс-с, пусть это пока будет секретом!

Пока я хлопала глазами, осознавая услышанное, на улице кто-то прокричал:

– Смотрите, драконы! Драко-оны летят!

Все сорвались со своих мест и ринулись кто к окну, кто сразу за дверь. Я тоже подлетела с лавки и понеслась на улицу. А там…

Небо накрыла туча. Огромная, шумная, состоящая из нескольких десятков сказочных существ. Мощных, потрясающе красивых драконов, перекрывших собой солнце и облака. Они кружили над нами, и я таращилась на них, от восторга открыв рот. Боже, они прилетели, они нам помогут, король драконов не обманул!

– Птичка, ты смотришь на этих чешуйчатых так, что я ревную, – раздалось над ухом ворчание. – Поверь, они совершенно не стоят твоего внимания. Драконы твердые, у них шипастые спины и жуткие когти. А еще они страшные ревнивцы и собственники. К тому же мстительные, агрессивные, упрямые, циничные, эгоистичные и нелюдимые. Тебе такие точно не нужны!

– Не слушай его, Василина. Это он болтает от зависти, что нас женщины любят больше, чем лохматых, вечно линяющих, бегающих на четырех конечностях оборотней. К тому же они собственники еще похуже драконов, – раздался низкий смеющийся голос, и около нас появился сам король-дракон Ардар.

Мужчина цепким взглядом окинул лицо Седрика.

– Вижу, ты в порядке, друг?

– В полном, благодаря этой прекрасной леди, – на мою талию легла мужская рука и крепко обняла. – Драконы – это фу-фу-фу, поверь мне, птичка. Я с этими ящерами много лет бок о бок провел и скажу тебе, это были не лучшие годы моей жизни.

– Василинка, давай, командуй уже, а то скоро монстряки заново полезут, – к нам подошли Грюмок и тот, похожий на медведя мужик. – Скажи, что делать, и мы с Бласом все организуем.

Ага, значит, его имя Блас. Ладно, буду командовать, раз так надо. Только сначала… Я повернулась к Седрику, поманила его пальцем, и когда он наклонился, прошептала на ухо:

– Твоего лиса я вчера видела, и он красавец. В сто раз лучше всех драконов вместе взятых, – быстро поцеловала его в щеку и отстранилась.

– Идемте, сейчас всем раздам задания, – улыбаясь под направленным на меня ошалелым взглядом Седрика, пошла к двери таверны. Там у нас будет штаб-квартира.

Когда Барьер снова затрещал, извещая, что монстры вот-вот хлынут в нашу сторону, все было готово. Полоса соли шириной сантиметров двадцать тянулась на несколько километров, перекрывая выход с пустоши перед Барьером.

Костры, сложенные из досок, бревен и соломы, пересыпанных травами и табаком, ждали, когда к ним поднесут огонь. Рядом, готовясь и разминая руки для пасов, стояли два мага воздуха, мужчина и молодая красивая женщина с русой косой до пояса.

Десятки мальчишек и девчонок, вооруженных найденными в домах местных жителей колокольчиками, дудочками и подобием земных бубнов и барабанов, ждали команды пустить их в дело. Лица у малышни были серьезные и взволнованные: ну еще бы, им доверили участвовать в настоящем сражении с монстрами! И хотя они получили строгое-престрогое указание при малейшей опасности бросать инструменты и разбегаться, их гордости это ничуть не умаляло.

Часть прилетевших на помощь драконов кружила в воздухе. Часть, поменяв ипостась на человеческую, ждала момента, когда будет нужно сменить в небе тех, кто начнет атаковать первыми.

Еще мы приготовили воду для борьбы с монстрами. Конечно, она была «святой» только условно: мы набрали несколько десятков ведер воды, над которыми я прочитала все известные мне молитвы. Ничего другого придумать не смогла, но, все равно, это лучше, чем ничего.

«Освятив» воду, я велела женщинам принести из домов веники и метлы: если монстры прорвутся к жилым домам, дамы будут макать свое «оружие» в ведра и брызгать на чудищ. Ну да, смешно и глупо, отмахиваться от монстров метелками. Но знаете, в руках женщины, защищающей детей и свой дом, и птичье перо может превратиться в ракету с ядерной боеголовкой!

Я как раз заучивала земные ругательства с Хорьком, Пурушем и десятком старичков, не способных идти в бой, но не желающих стоять в стороне, когда монстры пошли в наступление. Раздался оглушающий треск, по полотну Барьера пошла гигантская вертикальная трещина, и из образовавшейся щели на нашу сторону потекли чудовища.