Не знаю, с какого перепуга я так разоткровенничался? Все же, я мужчина, и на моих плечах лежала определенная ответственность. Но мне захотелось разделить эти эмоции с ней.

От Дианы пахло какими-то сладкими ароматами то ли клубники, то ли еще какой ягоды. Она выглядела разнеженной и сонной. Красивая.

Самая красивая в этом пушистом халате и со страхом в глазах. Я понимал ее. Кому захочется бередить старые раны? Но, возможно, по-другому быть не может.

Сколько лет мы ходили с претензиями к друг другу? Это не просто камень за пазухой – целый неподъемный груз. Сейчас я ощущал его, как никогда. Выдохнул.

Мы оба присели на диван, и я закончил свой рассказ. Бывшая жена вся сжалась. Конечно же, она все слышала, но и я не скрывал, что хотел бы все вернуть. Просто тогда я сам понимал, что сморозил все это рано. Слишком рано.

Пора начинать. В конце концов, кто тут мужчина и должен держать все в руках? Но так вышло, что мы одновременно сказали:

– Диана, нам надо…

– Влад, наверное…

Замерли также оба, словно застигнутые врасплох. Как будто нас застукали за горяченьким. Ну, как два подростка, ей-богу! Удивительно, но это разрядило обстановку.

Мы также синхронно засмеялись. Напряжение, накопившееся за время, пока никто из нас не решался подойти к главному вопросу, схлопнулось. Тем не менее я решил взять инициативу в свои руки:

– Все же, уверен, что мне стоит извиниться. Тогда мне казалось, что я поступал правильно, что не было другого выхода, но сейчас я понимаю, что наверняка если бы я искал, то нашел его. Прошедших лет не вернешь, но я бы хотел заверить тебя, что этот урок усвоен.

Ее глаза сначала зажглись надеждой. Я буквально ощущал, как она воспряла, и мои слова действительно оставили след в ее душе. Вот только этот эффект, к моему удивлению, довольно быстро прошел.

Озадаченно смотрел на женщину, что как будто не могла подобрать слов. Как будто она не могла решиться на что-то. И что происходит?

– Влад, я тоже далеко не образец хорошей жены, – наконец, сказала она.

Почему-то мне показалось, что изначально на языке у нее вертелось совершенно другое. Вот бы залезть к ней в голову! Тем временем Диана осторожно продолжила:

– Да, я была обижена и, если честно сказать, совсем не рада тебя видеть. Ты сломал тщательно выстраиваемую реальность, но я была не права в этом. Что бы и как бы ни случилось, ты всегда останешься частью нашей с сыном жизни.

Ее слова мне совершенно не понравились. С трудом сдержал раздражение. Как будто она отделяла меня от них с ребенком. Мол, ты отдельно, а мы – это другое.

Да и неужели она не видит, как хорошо нам вместе, как рад сын! Да никто бы со стороны сегодня не сказал, что мы в разводе.

– То есть, варианта, что мы снова можем стать семьей, ты не рассматриваешь? – припечатал я.

Не понимал, к чему все эти экивоки. В последний месяц мы с ней много пережили. Что-то заново, что-то вновь. Если она сейчас не даст мне ни единого шанса, я ее просто не пойму.

Диана же смотрела на меня широко раскрытыми испуганными глазами. Словно она преступник, которого я застукал на месте преступления.

Наверное, так и было, так как мне надоело ходить вокруг да около. Я понял, что за все это время мы ни разу нормально не обсуждали наши проблемы. Настоящие проблемы.

Да-да, те самые, что упорно игнорировали и замалчивали. И к чему это привело? Но пока я рассуждал об этом, Диана неожиданно ощетинилась:

– Зачем ты давишь на меня? Конечно, не рассматривала. Сейчас, не знаю, я запуталась. А ты не даешь мне разобраться!

– Диан, что тут разбирать? Либо да, либо нет. Или будем сидеть до того момента, как сын вырастет и тогда…

– Тогда и смысла не будет, это ты хотел сказать? Собрать по кусочкам то, что осталось от нашей семьи, только ради ребенка? – на повышенных тонах спросила она.

– А тебе такой причины, как счастье Марка, недостаточно? Ты же сама носишься с ним как с писаной торбой, не доверяя никому!

Мы уставились друг на друга со злостью и раздражением во взглядах. Я был в бешенстве. Не понимал ее логики! Сначала она тряслась над сыном как самая настоящая наседка, а потом давала понять, что ради него не готова. Да что за чертовщина?

Диана смотрела даже не то что обиженно на меня, она словно разочаровалась сказанным. Я же понимал, что стремительно теряю то, что наработал за последнее время.

Как будто все те очки, что я заработал, сейчас мгновенно обнулились. Но обратной дороги не было, и я все же уверен, что сказать все это следовало. Бывшая жена ожила:

– Да, я ношусь с Марком, да, я знаю, что местами перегибаю палку и стараюсь изменить это. Но даже ради него я не готова отказаться от некоторых вещей. И простить не готова. Раньше думала, что смогу, но сейчас понимаю, что нет.

– Простить? Диан, да, я уехал, но поверь, у меня на то были не просто веские причины… Меня буквально вынудили это сделать. Неужели твоя гордость…

– Да я не об этом, Влад! А о том, что ты тогда изменил мне! Я не могу простить тебе другую женщину! Неужели ты думал, что я ушла из-за переезда?