Увидев, что Мариванна снова улыбается, Яна осмелела.

– Мария Ивановна, мы проводим расследование! – храбро начала она. – И к вам хотим обратиться как к очень… много знающему человеку, вот!

– О! – Мариванна снова поставила глухо ударившуюся сумку на ступеньки и, сложив пухлые руки перед собой, задумчиво пожевала губу. – Что это вы придумали, детишки? Какое ещё расследование?

Приободрённая вниманием и тем, что их больше не называли хулиганами, Яна принялась рассказывать про пропавшую трансформаторную будку.

– Глупости какие! – Бабка всё-таки встревожилась – не иначе как сообразила, что гараж, который её внук использовал как сарай для всякой всячины, тоже могли украсть. Все одинаковые: пока не подумают о своём, не нервничают! – Ну кто мог украсть трансформаторную будку! Вам, наверное, показалось, что она там была!

– Она там была. – Яна не желала уступать. – Точно была. Может, вы вспомните, если посмотрите на это место?

Бабка задумалась. Пожевала губу.

– Хорошо, – наконец ответила она. – Вы правы, детишки. Надо самой убедиться. Но только после работы. Сейчас я на обеде и уже опаздываю. Но вы такие молодцы, что обратились именно ко мне! Я постараюсь всё разузнать для вас, маленькие детективы. Договорились?

Яна оглянулась на одноклассников. У Кати некстати забурчало в животе, а Никита поспешил кивнуть. Ещё бы! Его, наверное, часто называют хулиганом, а тут нарекли сразу детективом! Есть от чего голову потерять. Но Яна не стала спорить.

– Ладно, Мариванна, – согласилась и она. – Будете нашим этим… консультантом.

Кажется, эта идея бабке понравилась ещё больше.

– Заходите завтра после школы, – повторила она. – Я всё разузнаю!

– Вот теперь можно и пообедать, – выдохнул Метёлкин, когда они оказались на улице. – Веди нас, Егорова!

Яна собиралась возмутиться, что звала только Катю, но её учебники в сумке всё ещё болтались на плече Никиты, и она передумала. Что ей, супа жалко?

Суп был вкусный. Когда они втроём уселись на кухне, из своей комнаты прошаркал дед Василий.

– Разогрели хоть? – проскрипел он.

– Да, дедуль, спасибо. – Яне не терпелось отделаться от дедушки, но у Метёлкина, как всегда, были другие планы.

– А скажите, Василий Ильич… – Он замялся. – Вы заметили, что во дворе пропала трансформаторная будка?

Дед Василий, уже начавший свой шаркающий путь с кухни, замер и развернулся.

– Как это пропала? – Он даже скрипеть перестал, а уж к окну подбежал без всякого шарканья! Ну дед, ну жук! Яна чуть не хихикнула, но сдержалась.

Дед же открыл окно, впустив холодный осенний ветер, и завертел головой.

– Вот же она! – с облегчением ткнул он пальцем. – Вот же безобразники, пошутить хотели?

– Нет, дедуль! – Яна увидела, как при слове «безобразники» Никита вжал голову, и поспешила на помощь: – Это другая трансформаторная будка. А та стояла у гаражей. Вон, видишь, где гараж дяди Игоря?

– Гараж вижу. – Дед присмотрелся. – Никакой будки!

– Вот именно! – Яна даже есть перестала. – А она была! Да ты сам посмотри: вся стенка гаража без надписей и граффити. Если бы её ничего не загораживало – разве бы она сохранилась чистенькой?

Дед почесал подбородок и рассеянно дёрнул себя за короткую бороду.

– Аргумент, Янчик, аргумент, – пробормотал он. – Никуда не уходите, я сейчас! – И он поспешил прочь с кухни, даже забыв снова шаркать тапочками.

– Вот! – отмер Никита. – Надо было сразу твоего деда спросить, а не к этим бабкам бегать. Они только и видят ерунду всякую, а как реально что-то происходит – сразу ослепли! Налей-ка ещё супа, пожалуйста!

И Яна, обалдевшая от такого перехода, безропотно налила ему ещё полную тарелку. И Кате заодно.

Когда дед вернулся на кухню, они уже пили компот, который вчера сварила мама, целую пятилитровую кастрюлю.

– В общем, ребятки, я всё разузнал. – Он выглядел растерянным, последний раз Яна его видела таким, когда он потерял свои очки, которые на самом деле были у него сдвинуты на лоб. И Яну охватило недоброе предчувствие. – Посмотрел в интернете, позвонил куда надо. Если коротко, трансформаторная будка в нашем дворе одна, и она на месте. Там, где вы показываете, никакой будки не числится!

– Но! – начал Никита, и Яна воскликнула то же, чтобы не оставлять Метёлкина один на один с дедом. – Но как же…

– Тихо! – Дед поднял палец и улыбнулся Кате, которая благоразумно промолчала и вцепилась в чашку с компотом. – Я сказал, что трансформаторная будка там не числится! И потому быть её там не должно. Но она была, я вам верю. И чтобы понять, что это было на самом деле, нужно узнать, что здесь должно быть. Вы же знаете, что всё в городе стоит не где попало, а по правилам?

– Не всё: киоски у остановки всё время появляются словно сами по себе, а потом исчезают, – снова встрял Метёлкин, и Янка толкнула его в бок: мол, помолчи!

Но дедушка не рассердился.

– Ты прав, – кивнул он. – За всем этим следят разные службы, но город большой, и у остановок киоски куда заметнее, чем те же гаражи во дворах. Когда я дозвонился до диспетчера электрических сетей, мне сказали, что в нашем микрорайоне как раз скоро плановая проверка трансформаторных будок. Вот и спросим у них напрямую!

– Так вот поэтому будку и убрали! – Яна даже вздрогнула, так неожиданно воскликнула у неё за спиной Катя. Она сидела тихо как мышка, и Яна успела забыть о ней. – Проверяльщики точно знают, что будки там быть не должно, они бы очень удивились и пошли бы разбираться!

– Согласен, и это аргумент. – Дед Василий снова почесал подбородок. – Но зачем вообще было ставить эту будку? Что там могло быть?

На этот вопрос ответа ни у кого не было.

– Ясно одно: это кто-то из нашего дома, например Мариванна! – воинственно размахивая ложкой, воскликнул Метёлкин.

– Ну-ну, Никита, – остановил его дед Василий, который всех во дворе знал по именам. – Мариванна, конечно, женщина сложная, но уже пожилая. Вряд ли она ночами переносит трансформаторные будки.

Яна тут же представила себе такую картину: маленькая сухонькая Мариванна тащит на спине огромную трансформаторную будку, а позади гуськом идут все коты, которых она прикормила! Яна засмеялась: какая ерунда!

– Вовсе не ерунда, – вспылил Метёлкин. Видимо, Яна сказала последнее слово вслух. – Ты что, детективов не читала? Надо всегда искать того, кому это выгодно! Кому могла понадобиться будка во дворе, в которую никто не полезет из-за высокого напряжения!

– Павлику! – мгновенно предположила Яна. – Ну Павлику, из третьего подъезда! Его мама всё время ругается, что выбросит его барабанную установку!

Она сразу же представила, как двадцатилетний и совсем взрослый Павлик крадётся со своими барабанами в трансформаторную будку и играет там украдкой, чтобы не было слышно в доме.

– Или дяде Славе! Он жаловался, что ему не хватает места в гараже! – подхватил Метёлкин. – Нет, тогда уж тёте Свете: она же целыми днями ходит по магазинам и покупает себе платья – никаких шкафов не хватит.

Яна наморщила лоб:

– Барчукин! Он работает водителем грузовика и мог запросто увезти трансформаторную будку!

– А Алина Малинкина работает на подъёмном кране, ей ещё проще, – снова не согласился Метёлкин, но тут же предположил: – Может, они вместе поставили, а потом унесли эту трансформаторную будку?

Кате явно стало скучно. Она жила в другом дворе и никого из соседей Яны и Никиты не знала. Некоторое время она ещё пыталась заняться ягодами из компота, но потом ей и это надоело.

– Янкин дедушка! – выпалила она, заставив спорщиков замолчать.

– Чего?! – Яна от неожиданности чуть не расплакалась: подруга называется!

– Ну а почему бы и нет? – пожала плечами Катя, ничуть не смущаясь. – Он всё время дома, может будку и поставить, и убрать – никто не заметит.

– Вот именно, он всё время дома! – заступился за Яниного дедушку Никита. – Он на улицу почти не выходит, только до скамеечки! И то редко.

– Это может быть прикрытием, – не сдавалась Катя. – Он вон как медленно ходил и тапочками шаркал, а когда снова пришёл – не шаркал!

Яна с размаху села на стул.

«Катя была права. Неужели она права и в остальном, и это её, Янин, дедушка – тот самый коварный похититель трансформаторной будки?!»

Теперь перед глазами встала другая картина. Вот идёт её дедушка, а за ним на колёсиках катится будка. Но смешно в этот раз не было.

– И он очень быстро узнал про проверку электросетей! – закончила вредная Катя. – Это подозрительно!

– Не подозрительнее Мариванны, которая заявила, что там ничего и не было, – не согласился Никита, и Яна была ему очень благодарна.

– Получается, у нас нет никого вне подозрения? – уныло спросила она. – Только мама Никиты – она в командировке была.

– Или на самом деле она была не в командировке, а занималась перестановкой фальшивых будок в городе, – не согласился сам Метёлкин. Ему эта идея почему-то очень понравилась.

– Получается, так. – Катя вздохнула. – А значит, у нас ничего не выйдет. Как можно найти злоумышленника, если им может оказаться кто угодно?

– Вовсе не кто угодно! – Никита выглянул в окно. – Девчонки! Вы точно не читаете детективы, а зря. Смотрите. Первое: кому это выгодно? Ладно, с этим сложно, потому что хорошее помещение посреди двора кому угодно пригодится. Я бы даже себя подозревал, если бы точно не знал, что это не я!

– Но мы этого не знаем, – влезла Катя, только её уже никто не слушал.

– Это первое, – поторопила Никиту Яна. – Что ещё?

– Второе, – загнул палец Метёлкин. – Кто мог это сделать? И ежу понятно, что в одиночку такое провернуть сложно, значит, те, у кого есть грузовик или подъёмный кран – под большим подозрением.

Яна приободрилась:

«У дедушки ничего такого не было. И это радовало. Потому что подозревать дедушку совсем не хотелось»

– И наконец третье! – Метёлкин загнул ещё один палец. – Преступники возвращаются на место преступления!

– Да ладно! – не поверила Катя. – Зачем им это?

– Я не знаю. – Никита немного смутился. – В детективах про это не пишут. Но мы можем проследить за этим местом и проверить.

– Это ночью придётся не спать. – Яна выглянула в окно. Отсюда гаражи были видны прекрасно. К счастью, окна Метёлкина тоже выходили во двор и его подъезд был даже ближе к гаражам. Яна это знала, потому что Метёлкин любил летом пускать самолётики из своего окна на первом этаже. Как потом ругалась Мариванна Маленькая, которой мешали самолётики, упавшие на клумбу!

– По очереди будем, – успокоил её Никита. – Сегодня я, завтра ты. Мы же с тобой товарищи по безобразиям в музее!

Яна зажмурилась. Какой кошмар! И при ком – при болтушке Кате! Он бы ещё в классе это сказал! Ой-ой, и ведь не скажешь Кате, что ей послышалось! На это даже надеяться не стоит.