Господство западной цивилизации, казалось, достигло апогея к концу XX века – началу XXI века, когда широко праздновали «победу» в «холодной войне» и «конец истории» в связи с торжеством западных ценностей. Триумфализм, очевидно, проходил, и особенно после мирового кризиса 2007–2009 годов, который Запад пережил хуже, чем весь остальной мир. И уже западные страны начинали ставить препятствия на пути «новых конкурентов». Если раньше вопросы развития мировой экономики решались в рамках «большой семерки», то теперь эти вопросы стали прерогативой «большой двадцатки», куда входили все крупные развивающиеся экономики.

В 2014 году впервые с 1872 года Соединенные Штаты перестали быть крупнейшей экономикой планеты (если считать по паритету покупательной способности), передав пальму первенства Китаю. Тогда же ВВП «большой семерки» – США, Япония, Германия, Великобритания, Франция, Италия, Канада – оказался меньше, чем у семерки крупнейших развивающихся экономик – Китая, Индии, России, Бразилии, Мексики, Индонезии, Турции.

Все меньше сторонников оказывалось у «вашингтонского консенсуса» с его идеей нерегулируемых (или регулируемых исключительно из Вашингтона) рынков. Мир увидел множество моделей развития, все больше учитывающих национальную, региональную, историческую, религиозную и иную специфику каждой страны. Мир по факту становился многополярным, что вовсе не делало его более простым и предсказуемым.

Азиатский континент впервые после двухвекового перерыва становился лидером по многим направлениям развития, вновь задавая новый импульс земному сообществу. По итогам 2014 года Азиатский регион стал крупнейшим инвестором в мире, опередив и Северную Америку, и Евросоюз. Больше половины прироста мировой экономики с 2016 года обеспечивали две страны – Китай и Индия.

Декан школы госуправления Ли Кван Ю в Сингапуре Кишор Махбубани полемизировал с книгой Фрэнсиса Фукуямы «Конец истории» в статье с красноречивым названием «Конец чьей истории?»: «В XXI веке история развивается в направлении прямо противоположном тому, которое предсказывали западные интеллектуалы в 1991 году. Теперь мы увидим “возвращение истории”, что означает “отступление Запада”. Один прогноз я могу дать с полной уверенностью: слишком большой отпечаток западной ноги, оставленный на планете в XIX–XX веках, уменьшится в размерах. Это не будет означать отступления всех западных идей… Возвращение Азии будет сопровождаться ее поразительным возрождением, в котором многие разнообразные азиатские культуры заново откроют свое потерянное наследие в искусстве и философии. Нет сомнений, что азиаты отпразднуют возвращение истории. Единственный вопрос: присоединится ли Запад к празднованию или будут ждать прихода конца?»

И, конечно, обострение отношений с Западом после «Крымской весны» активизировало политику России на всех направлениях, ускоряя разворот на Восток. Заметно активизировалась политика Москвы в БРИКС и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), особенно в год российского председательства в этих организациях, кульминацией которого стал их саммит в Уфе в июле 2015 года.

С трибуны Петербургского международного экономического форума в июне 2016 года Владимир Путин объявил о проекте «Большая Евразия», который открыт для всех – как для Китая и стран АСЕАН, так и для Евросоюза. В ходе последовавшего визита в Китай был дан старт переговорам о создании всеобъемлющего торгово-экономического партнерства в Евразии на основе Евразийского союза и китайского проекта «Один пояс, один путь». Эта идея была поддержана и лидерами Юго-Восточной Азии на майском 2016 года саммите Россия – АСЕАН в Сочи.

10 октября 2014 года в Минске главы России, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана приняли документ «О прекращении деятельности Евразийского экономического сообщества». Оно уступало место новому интеграционному объединению – Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС), который начал свою деятельность 1 января 2015 года.

Россия и Беларусь к 2022 году утвердили 28 союзных программ, в основном касавшихся вопросов финансово-экономического взаимодействия. Определенный толчок к более тесному сотрудничеству двух стран дали санкции Запада, которые ускорили реализацию политики импортозамещения. Значительную часть комплектующих, которые ранее оба государства получали из стран Запада, стали производить в рамках Союзного государства. Особое внимание в данном сегменте уделялось продукции микроэлектроники.

В условиях нарастания угрозы для южных рубежей Содружества возрастало значение деятельности Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ) – региональной организации безопасности, которая создавалась не как противовес НАТО, а скорее как структура, в задачи которой входит поддержание условий для общего взаимодействия национальных Вооруженных сил.

В январе 2022 года произошло первое применение сил Организации Договора о коллективной безопасности для защиты страны – участницы ОДКБ. В Казахстане начались стихийные протесты населения в связи с повышением цен на газ, которые 4–5 января переросли в массовые беспорядки, сопровождавшиеся поджогом административных зданий, мародерством и убийствами чиновников. В сложившейся ситуации Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев обратился за помощью к странам ОДКБ. Впервые была задействована статья 4 Договора, где говорится: «В случае совершения агрессии (вооруженного нападения, угрожающего безопасности, стабильности, территориальной целостности и суверенитету) на любое из государств-участников, все остальные государства-участники по просьбе этого государства-участника незамедлительно предоставят ему необходимую помощь, включая военную, а также окажут поддержку находящимися в их распоряжении средствами в порядке осуществления права на коллективную оборону в соответствии со статьей 51 Устава ООН». Основой группировки ОДКБ стали подразделения Воздушно-десантных войск России. 11 января основная миссия миротворческих сил ОДКБ была успешно завершена. Порядок в Казахстане был восстановлен.

Референдум о присоединении Крыма к России, а затем поддержка Москвой ополченцев Новороссии, с оружием защищавших свой край от киевской карательной операции, оказались серьезнейшим вызовом для руководства США. Вопрос «Что делать с путинской Россией?» стал одним из главных, если не самым главным в американской внешней политике, на который прозвучал весь спектр жестких ответов. И речь шла не только о санкциях против многих представителей российского руководства, нефтегазового, оборонного и банковского секторов России.

Администрация Барака Обамы обозначила Россию в качестве стратегического противника номер один. Соединенные Штаты начали наращивать военное присутствие в Европе. Уже летом 2014 года была запущена Инициатива по обеспечению европейской безопасности (European Reassurance Initiative), позже переименованная в Инициативу по европейскому сдерживанию (European Deterrence Initiative, EDI). Она гарантировала финансирование мер США в рамках операции «Атлантическая решимость». Всего только на Инициативу по европейскому сдерживанию США выделили с 2015 по 2024 финансовый год около 40 млрд долларов, существенно укрепив свой потенциал в Европе.

Кризис на Украине подарил новую жизнь Североатлантическому блоку. Министры иностранных дел НАТО согласились, что «российская незаконная военная интервенция на Украине и нарушение Россией украинского суверенитета и территориальной целостности» является основанием для прекращения «всего практического гражданского и военного сотрудничества между НАТО и Россией».

На саммите в Уэльсе в сентябре 2014 года Альянс после долгого поиска новой миссии вернулся к старой – сдерживанию России. Расширялось, в нарушение основополагающего акта Россия – НАТО, военное присутствие в Латвии, Литве, Эстонии, Румынии и Польше, где размещались «интегрированные подразделения сил НАТО».

В непосредственной близости от границ России находились более 150 военных баз США и их сателлитов, и их число росло. Это притом что у России нет ни одной базы в Западном полушарии. Все европейские партнеры США присоединились к антироссийским санкциям.

В июле 2016 года Североатлантический блок запустил Пакет всеобъемлющей помощи Украине, который включал работу военных советников, подготовку военнослужащих и совместные учения для содействия «реформированию вооруженных сил Украины в соответствии со стандартами альянса и достижения их совместимости с силами НАТО к 2020 году».

Приход к власти в США в 2017 году администрации Дональда Трампа в практическом плане мало что изменил в российско-американских отношениях, хотя казалось, что поначалу новый президент был настроен на сотрудничество. А приходу Трампа к власти предшествовали существенные сдвиги в американском внешнеполитическом сознании, связанные с усталостью общества от нескончаемых интервенций в различных регионах земного шара.

В ходе предвыборной кампании Трамп заявлял: «Иметь хорошие отношения с Россией – хорошее дело, а не плохое. Только глупые люди, или дураки, могут думать, что это плохо!» Он высмеивал американскую разведку за рассказы о российских кибератаках для вмешательства в выборы и не раз позитивно отзывался о Путине.

Однако его влиятельные политические противники внутри страны организовали расследования «преступного сговора» Трампа с Россией, а на нашу страну посыпались обвинения во вмешательстве в американский «избирательный процесс». Российская тема стала главным стержнем политической борьбы и поводом для начала процедуры импичмента Трампа.

Трамп обещал «вернуть власть народу», осушив «вашингтонское болото», или «глубинное государство», как называют несменяемые бюрократические структуры, во многом определяющие политику США. Однако и истеблишмент был полон решимости утопить Трампа. Президент находился под расследованием четырех различных комитетов конгресса, возглавляемых членами его собственной партии уже в первый год пребывания у власти – в основном в связи с мифическим и так и оставшимся недоказанным «российским следом».

Оборонная стратегия и Ядерная доктрина США, принятые в 2017 году, поставили Китай и Россию выше исламистского экстремизма в списке угроз для Америки. Вместо улучшения отношений продолжилось ужесточение санкций.

Встреча В. В. Путина с президентом США Д. Трампом в Хельсинки. 16 июля 2018 года

© Сергей Гунеев / РИА Новости

Давление на Москву шло по всем линиям. Беспрецедентный захват российской посольской собственности вызвал ответные шаги по лишению США собственности в Москве, высылки дипломатов приняли небывалые даже в годы холодной войны масштабы. 31 августа 2017 года США объявили о мерах по ограничению деятельности российских дипломатических и консульских представительств в США. Российской стороной были приняты естественные контрмеры – высланы более 700 американских дипломатов.

В годы президентства Трампа было принято 46 пакетов санкций против России, которые отличались разнообразием и масштабностью. Россию превращали в «радиоактивную страну», с которой опасно иметь дело, не вызвав американской ярости. Санкции включали ограничение на поставку товаров, услуг и технологий, инвестиции в строительство экспортных трубопроводов с российским участием; предоставление кредитов российским банкам, персональные санкции. Новые санкции носили экстерриториальный характер – ограничения распространяются на компании и граждан любого государства.

Сплелся запутанный клубок, который уже не мог быть распутан – хакеры, фейковые новости, интернет-тролли, сговор Трампа и Кремля, послы-шпионы. В России все это воспринималось как, мягко говоря, полная неадекватность.

Российские оценки происходящего ухудшения отношений были однозначны. «Американская и частично западная элита в одностороннем порядке развязали “холодную войну” против России и Китая… У этих элит сформировалось очень мощное внутреннее неприятие того, что происходит в мире, – падения мощи США и их ближайшего окружения. Так что мы наблюдаем злую защитную реакцию», – полагал в 2018 году Сергей Александрович Караганов, российский политолог.

Россия резко сократила свои вложения в американский государственный долг, которые еще в 2013 году превышали 150 млрд долл. Продав только в апреле-мае 2018 года казначейские обязательства США на 80 млрд, Москва довела сумму вложений до 14,9 млрд.

Первый российско-американский саммит в эпоху Трампа состоялся 16 июля 2018 года в Хельсинки. Путин озвучил предложения о диалоге по вопросам стратегической стабильности, борьбы с террором, кибербезопасности, о создании групп высокого уровня для диалога по вопросам экономики и двусторонних отношений. Однако американские журналисты и истемблишмент жаждали откровений в отношении преступных связей России и избирательной кампании Трампа. Путин отмел все домыслы о российском вмешательстве, и Трамп ответил, что у него нет оснований не верить Путину. Трампа встретило настоящее цунами обвинений, среди которых слабость и некомпетентность – самые невинные, а более частое – предательство.

На встрече «Нормандской четверки» в Париже. 10 декабря 2019 года

© Дмитрий Азаров / Коммерсантъ

Под совершенно надуманным предлогом Вашингтон 21 октября 2018 года вышел из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД) и приступил к созданию таких ракет, покинул Договор об открытом небе. 2 февраля 2019 года Путин объявил, что Россия в ответ на действия США приостанавливает участие в Договоре о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. А 15 января 2021 года Россия тоже начала выход из Договора по открытому небу.

Резко увеличились военные ассигнования США и их союзников по НАТО, шло наращивание присутствия натовских войск на границах России, которая объявлена главной военной угрозой. На Брюссельском саммите НАТО в июле 2018 года была одобрена совместная инициатива по повышению мобильности вооруженных сил Альянса, получившая название «четыре по тридцать»: к 2020 году иметь 30 механизированных батальонов, 30 авиационных эскадрилий и 30 боевых кораблей, готовых к использованию в течение 30 дней для противодействия «российской угрозе». Участники Альянса также провозгласили космос значимой средой для обеспечения безопасности НАТО. В июне 2019 года была одобрена засекреченная космическая политика, в которой космос объявлен критически важной средой для проведения военных операций на земле, в воздухе, на море и в киберпространстве.

В Послании Федеральному собранию 2018 года Путин, рассказав о новых видах российского стратегического оружия, способных преодолевать любую мыслимую систему противоракетной обороны, обратился к Вашингтону: «А тем, кто на протяжении последних 15 лет старается раздувать гонку вооружений, пытается получить в отношении России односторонние преимущества, вводит незаконные с международно-правовой точки зрения ограничения и санкции с целью сдержать развитие нашей страны, в том числе в военной области, скажу: все, чему вы пытались помешать, воспрепятствовать, проводя такую политику, уже свершилось. Сдержать Россию не удалось!»

Но Россия выступала за мирное разрешение конфликтов путем переговоров и стремилась к такому уровню равноправного сотрудничества, к которому готовы наши партнеры.

Холодная война возобновилась, причем в более опасных и необратимых формах, чем в прошлом. «Новая холодная война… уже началась. Ведет ее западный альянс против России. Это попытка, не имея возможности остановить восстановление позиций России как великой державы чисто политическими средствами, делает ставку на средства экономической войны. Западный альянс все больше прибегает и к средствам военного давления… Это стратегическая попытка изменить соотношение сил с Россией, которое меняется не в пользу западного альянса, прежде всего в сфере новейших вооружений…» – утверждал сенатор и телеведущий Алексей Константинович Пушков.

На политику США серьезное влияние оказало их превращение из чистого импортера энергоносителей в нетто-экспортера. Развитие сланцевых технологий позволило США еще в 2013 году стать крупнейшей газодобывающей страной в мире, а в первом полугодии 2014 года выйти в мировые лидеры и по добыче нефти. Они превратились в крупнейшего экспортера готового топлива, и с 2016 года начали экспорт нефти и газа, в том числе и в Европу, рассчитывая вытеснить оттуда и российских поставщиков. Был принят пакет санкций, которые могли быть обращены против европейских компаний, участвовавших в проекте «Северный поток – 2», что вызвало протесты на только в России, но и в Германии. Трамп рассматривал западные страны не только как союзников, но и как конкурентов. Он не желал тратиться на оборону союзников, пытаясь заставить их увеличить оборонные ассигнования.

Ускорялось перевооружение американских баз в Японии, Южной Корее, где размещались системы ПРО. Повышалась температура вокруг традиционного очага напряженности – Тайваня, где американские власти подстрекали сепаратистски настроенное руководстве к провозглашению независимости. Соперничество с Китаем к 2020 году вошло в стадию конфронтации.

Политические перспективы Трампа подорвала пандемия, вызвав настоящий экономический коллапс во втором квартале 2020 года. Все экономические достижения администрации пошли прахом. Переполненные больницы, самая высокая смертность от Covid-19 в мире, перевалившая в итоге за миллион человек. Яростные бунты, организованные движением «Жизни черных имеют значение» (BLM) и подстегиваемые системным расизмом и полицейским насилием.

Предвыборная кампания 2020 года только усилила политические конфликты, общественно-политическая поляризация достигла немыслимых размеров. Штаты еще отчетливее разделились на красные и синие – республиканские и демократические.

Победил кандидат демократов Джозеф Байден, хотя Трамп не признал своего поражения, ссылаясь на многочисленные фальсификации результатов голосования. Сторонники Трампа 6 января 2021 года после митинга протеста штурмом захватили здание конгресса. Против сотен из них были возбуждены уголовные дела.

Президент Байден в сфере внешней политики заявил о «возращении» США в качестве мирового лидера. Соединенные Штаты громогласно подтвердили, что их миссия заключается в продвижении демократии во всем мире, без чего «авторитарные» правительства объединят усилия, чтобы не только подорвать мощь Америки, но и уничтожить саму демократию. Весь мир, за исключением злобных и порочных тиранов, будет приветствовать ее усилия по продвижению демократии, «основанной на правилах», и соглашаться с само собой разумеющейся праведностью Америки и Евросоюза.

Поскольку под «демократией» Вашингтон всегда имел и имеет в виду собственные стратегические интересы, а от расшифровки «правил» США тщательно уходили, подобная стратегия не могла не встретить растущего сопротивления в мире. «“Прелесть” западных “правил” – именно в отсутствии конкретики: как только кто-то поступает вопреки воле Запада, тот мгновенно голословно заявляет о “нарушении правил” (не предъявляя фактов) и объявляет о своем “праве наказывать нарушителя”… В России “лихих девяностых” это называлось “действовать по понятиям”», – справедливо замечал тогда Сергей Викторович Лавров.

Внешнеполитическую команду Байдена возглавили «младотурки» – интервенционисты от политологии (Джейк Салливан, Уэсс Митчелл и другие), которые обвинили прежнее руководство в том, что оно систематически «проигрывало» Пекину и Москве, в том числе на Украине. Произошло ужесточение линии на сдерживание Китая и России. Митчелл объяснял, как Америке «избежать войны на два фронта»: сначала на Украине дать бой России как более слабому противнику, а затем приняться за Китай. США еще более энергично занялись сколачиванием военно-политических альянсов, направленных против Китая – AUKUS (Австралия, Великобритания, США), QUAD (США, Австралия, Япония, Индия).

В. В. Путин и президент Узбекистана Ш. М. Мирзиёев. 6 сентября 2016 года

© Алексей Дружинин / РИА Новости

Путин был настроен на диалог. Недвусмысленным сигналом к этому послужил тот факт, что через неделю после инаугурации Байдена 29 января 2021 года он подписал закон о ратификации соглашения, продлевающего на пять лет действие СНВ-3.

Определенные надежды на смягчение напряженности внушал саммит Путина и Байдена в Женеве 16 июня 2021 года, когда удалось разморозить ряд переговорных форматов: о стратегической стабильности, кибербезопасности, деятельности дипмиссий, по ряду региональных конфликтов. Однако практически сразу по завершении женевской встречи американские официальные лица вновь напористо стали выдвигать прежние требования и угрозы: если Москва не примет изложенные ей «правила игры», то будет подвергнута новому давлению. И давление на Россию по всем линиям продолжилось.

Тем временем оглушительным фиаско США завершилась 20-летняя война в Афганистане, где к власти вернулись талибы, а американцы и их союзники были вынуждены в августе 2021 года позорно бежать из аэропорта Кабула. «Это событие должно было быть зафиксировано чем-то не менее историческим, символическим, чем образы падения Берлинской стены или самолетов, врезающихся в башни-близнецы. Кадры бегства из кабульского аэропорта и все, что их сопровождало, войдут в анналы как олицетворение конца эпохи», – замечал Федор Лукьянов.

К концу 2021 года агрессивность американской и натовской политики заметно усилилась. Все ближе к нашим границам перебрасывались крупные подразделения и боевая техника стран НАТО. На самой Украине на линии соприкосновения в Донбассе аккумулировалось все больше сил и средств при поддержке все увеличившегося числа западных инструкторов. Против Донецка и Луганска применялись прямо запрещенные минскими договоренностями тяжелые вооружения.

Российское руководство неоднократно доносило свою озабоченность до администрации Байдена. Однако Белый дом открыто отклонял российские предложения в сфере безопасности.

В странах Европейского союза антироссийские настроения взлетели на новую высоту. Была проведена зачистка политического поля от деятелей, симпатизировавших России или выступавших за углубление диалога с Москвой. Европейский парламент и Парламентская ассамблея Совета Европы превратились в трибуны для оголтелой критики России. Европейские суды стали выносить решения, направленные исключительно против Российской Федерации.

Многолетнее культивирование отношений с высокопоставленными представителями западноевропейских политических и экономических элит оказалось бесполезным в новых условиях. Элиты на Западе создавали для своих обществ альтернативную реальность, в которой демократический мир противостоял агрессивной тоталитарной России в борьбе не на жизнь, а на смерть. В центре ценностно-идеологическое противостояния оказался феномен постправды. Точкой невозврата можно считать сентябрь 2019 года, когда Европарламент одобрил резолюцию о равной ответственности Советского Союза и гитлеровской Германии за развязывание Второй мировой войны.

Встреча «Нормандской четверки» в Париже. 9 декабря 2019 года

© Алексей Никольский / РИА Новости

Европейский союз укреплял свою оборонную составляющую. «По крайней мере с лета 2016 года существует институциональная структура, призванная создать условия для более последовательной оборонной политики. Она включает в себя Постоянное структурированное сотрудничество (PESCO), что предусмотрено в Лиссабонском договоре (статья 42), Европейский фонд обороны (EDF), Скоординированный ежегодный обзор по обороне (CARD) для расширения совместного планирования обороны, Европейский фонд мира (EPF) и впервые – План развития потенциала ЕС, согласованный с НАТО», – суммировал известный немецкий политолог Ханс-Йоахим Шпангер.

НАТО заметно увеличила свое присутствие в балтийских государствах, Польше и на Черном море, где силы альянса размещались для учений на земле, в море и воздухе. С 2017 года в Польше развертывается американская бронетанковая бригада, по батальону от этой бригады с участием других стран НАТО – в Латвии, Литве и Эстонии. В Польше и Румынии в рамках ЕвроПРО развертывались пусковые установки Mk 41, способные использовать как противоракеты, так и ударные средства. Количество полетов самолетов США и других стран НАТО вблизи российских границ увеличилось в сотни раз.

Негласно против России Вашингтон задействовал военный потенциал и территорию Украины, где проходили регулярные натовские военные маневры. Киев получал военную помощь и оружие от США и стран НАТО.

Вместе с тем для Европейского союза Российская Федерация оставалась крупным торговым партнером, хотя после введения санкций объемы торговли заметно снизились. Выделялась группа из трех стран – Германия (93,2 млрд долл. в 2019 году), Нидерланды (48,8 млрд), и Италия (25,2 млрд), уступавшие во внешнеторговых отношениях с Россией только Китаю. Трудно было переоценить роль России как ведущего поставщика энергоресурсов в страны ЕС. Россия на треть удовлетворяла потребность ЕС в нефти и природном газе, почти на четверть – в угле и нефтепродуктах.

Это притом что экономика в зоне ЕС оказалась самой медленно растущей на планете. За десятилетие с начала кризиса германская экономика выросла на 7 %, экономики Бельгии, Франции и Нидерландов остались на прежнем уровне, а Финляндии, Греции, Ирландии и Португалии снизились сильнее, чем во времена Великой депрессии.

Евроскептицизм широко разливался в Восточной Европе, для которой большой инвестиционный бум закончился после 2007 года. Против диктата Еврокомиссии неоднократно высказывались правительства Польши, Венгрии, Чехии и Словакии. А 31 января 2020 года состоялся выход Соединенного Королевства из Евросоюза.

Встреча В. В. Путина и Дж. Байдена в Женеве. 16 июня 2021 года

© Михаил Метцель / РИА Новости

Но в Брюсселе предпочитали искать корни всех своих проблем в происках нашей страны. По многим параметрам ситуация была хуже, чем во времена холодной войны. Тогда существовали многочисленные дипломатические, военные, экспертные, парламентские, общественные и т. д. диалоговые форматы, которые исчезли. Для России существовал наихудший информационный фон на Западе за многие десятилетия. Никогда про нас не врали так откровенно, беззастенчиво.

«Цепляют Россию то тут, то там без всяких причин. Конечно, вокруг них сразу же, как вокруг Шерхана, крутятся всякие мелкие Табаки. Все как у Киплинга. Подвывают для того, чтобы задобрить своего суверена», – дал оценку политике Евросоюза Путин в Послании Федеральному собранию 21 апреля 2021 года.

На фоне такой политики Запада начавшийся еще в начале века разворот на Восток, в сторону мирового большинства, только ускорялся.

В 2014 году Китай не только вышел на первое место в мире по размеру ВВП, но со 120 странами торговал в большем объеме, чем эти страны торговали с Соединенными Штатами. В 2013–2014 годах Китай заявил о новых крупных инициативах на азиатском направлении: создании Азиатского инвестиционного банка и стратегической инициативе «Один пояс, один путь». Речь шла о том, чтобы связать надежной наземной транспортной инфраструктурой десятки государств Евразии.

Россия раньше Китая встала на путь системного противостояния с Западом, поэтому и раньше избавилась от иллюзий возможности поддерживать с ним нормальные отношения. В 2014–2018 годах китайские коллеги призывали Россию быть сдержаннее и уладить отношения с Западом на основе экономического прагматизма, однако затем таких разговоров стало заметно меньше. Вехами здесь стали решение о размещении в 2016 году в Южной Корее американских противоракетных комплексов THAAD, убедившее Пекин, что расширение «глобального НАТО», о чем предупреждала Россия, касается территорий в непосредственной близости от КНР. Далее была «торговая война», начатая Трампом в 2018 году, создание откровенно антикитайского военно-политического блока AUKUS, провокационные действия Вашингтона в тайваньском вопросе. В Пекине росло понимание логики российской политики, хотя значимая часть китайской политической и интеллектуальной элиты еще надеялась договориться о чем-то с Вашингтоном.

Но затем посыпались обвинения Китая в создании COVID-19 и даже попытки выставить триллионные счета для компенсации своих потерь. Официальный Пекин уже не оставлял без ответа ни один выпад Вашингтона, будь то закрытие консульств или введение персональных санкций против чиновников.

В этих условиях Россия воспринималась уже как единственная крупная страна, на которую представители китайской внешнеполитической элиты могли положиться. «Обращая взор в будущее, мы с полным оптимизмом смотрим на перспективы развития китайско-российских отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия», – утверждал Си Цзиньпин.

В мае 2015 года, когда китайский лидер посетил в Москве празднование семидесятилетия Победы в Великой Отечественной войне, главы наших государств подписали Совместное заявление о сотрудничестве по сопряжению строительства Экономического пояса Шелкового пути и Евразийского экономического союза. Путин не раз подчеркивал, что взаимодействие двух держав стало «наилучшим за всю свою многовековую историю».

Китай превратился в крупнейшего экономического партнера России. Развивалось энергетическое сотрудничество: Россия стала крупнейшим поставщиком энергоносителей в Поднебесную. Стороны продвигали совместные проекты в гражданском авиастроении, космонавтике, в других высокотехнологичных областях, а также по линии технопарков, индустриальных кластеров, особых экономических зон как в России, так и в Китае. Китай до пандемии стал вторым (после Кипра) по популярности направлением у российских туристов, а гости из Китая лидировали в турпотоке в Россию.

4 февраля 2022 года состоялся рабочий визит Путина в Пекин, где наш Президент встретился с Си Цзиньпином и принял участие в церемонии открытия XXIV зимних Олимпийских игр. Есть основания полагать, что в ходе визита глава российского государства проинформировал китайских коллег о планировавшейся Специальной военной операции.

Отношения с Японией складывались куда более проблематично.

Правительство Таро Асо впервые развернуло на своей территории элементы американской системы противоракетной обороны, расширялась законодательная база для действий вооруженных сил за рубежом. Японцы ни на йоту не отказались от своей позиции, согласно которой Россия «обязана» вернуть им все четыре острова Курильской гряды. Промежуточные варианты даже не обсуждались.

Вместе с тем торгово-экономическое сотрудничество развивалось вполне успешно. В ходе встреч на высшем уровне новый премьер-министр Абэ предложил план сотрудничества по восьми направлениям – энергетика, промышленность, здравоохранение, сельское хозяйство, городская среда, кооперация предприятий малого и среднего бизнеса, высокие технологии и гуманитарные обмены.

Двусторонние отношения с Индией оставались важным приоритетом для обеих стран. «Сегодня между Дели и Москвой существуют, пожалуй, только две проблемы, а именно: ослабление двусторонних торговых связей и риск того, что Россия сделает слишком много для укрепления военного потенциала КНР», – считал индийский политолог Раджа Мохан.

Объединенный прогрессивный альянс премьера Сингха, состоявший из коалиции Индийского национального конгресса (ИНК) и девяти небольших партий на выборах в мае 2014 года потерпел самое сокрушительное поражение за всю историю. Победу праздновала Бхарат джаната парти (БДП) под руководством Нарендры Моди. Программным лозунгом БДП стали: «Национализм – наше вдохновение. Развитие и хорошее управление – наша цель».

Моди подчеркивает, что индийская цивилизация насчитывает многие тысячи лет, а индуистский период (до прихода мусульманских и колониальных завоевателей) называется золотым веком индийской истории. Формируется новый пантеон национальных символов – мифологические герои из Рамаяны, великие боги, борцы за единство страны, против мусульманских завоевателей.

Российско-индийские отношения с приходом к власти Моди получили новый импульс. В них по-прежнему важное место занимало военно-техническое сотрудничество: Индия оставалась на первом месте в мире по объему приобретаемой российской продукции военного назначения. Почти все крупные контракты, заключаемые между Россией и Индией, предусматривают одновременно передачу технологии производства вооружений, даже самых современных и наукоемких.

Моди был сторонником активизации сотрудничества в БРИКС. На саммите в бразильской Форталезе в 2014 году именно он предложил назвать создающийся банк БРИКС Новым банком развития и предусмотреть в нем равный капитал всех трех стран в размере 50 млрд долл.

В начале декабря 2021 года Путин нанес визит в Индию. По итогам переговоров было подписано 15 соглашений, лидеры двух стран приняли заявление из 99 пунктов, поставили цель увеличить взаимный товарооборот до 30 млрд долларов к 2025 году и увеличить взаимные инвестиции до 50 млрд долларов. За три десятилетия Индия приобрела у России вооружений на сумму более 70 млрд долларов, а объем военных заказов превысил 14 млрд, что включало в себя поставку до конца 2024 года пяти полковых комплексов С-400.

На саммите БРИКС в Бразилии. 28 июня 2019 года

© Михаил Климентьев / РИА Новости

В 2010-е Россия начала играть все более заметную роль на Ближнем Востоке. Ответ на угрозы со стороны радикального исламизма Москва дала там, где опасность представлялась максимальной – в Сирии.

Сирия пала жертвой не столько внутренних противоречий, сколько внешнего вмешательства, организованного США. С 2012 года противостоявшие сирийскому режиму региональные силы, включая Саудовскую Аравию, Турцию, Катар, ОАЭ и других, поддержали Национальную коалицию сирийских революционных и оппозиционных сил. Общее количество антиправительственных войск на пике их деятельности оценивалось в 100 тысяч человек, из них только треть можно было отнести к «умеренным светским революционерам», которых поддерживали западные страны. 40–45 тысяч относились к радикальным исламистам, в том числе 10 тысяч – к Джебхат-ан-Нусра и ИГИЛ.

К 2015 году 6,3 млн сирийцев стали беженцами в собственной стране, 5 млн спасались за рубежом. Погибли и были ранены сотни тысяч человек. 13,5 млн человек нуждались в гуманитарной помощи. От исторического наследия Сирии и самого древнего из существующих на планете городов Дамаска, от античного наследия Пальмиры мало что осталось.

ИГИЛ серией военных операций летом 2014 года, начиная со взятия иракского Мосула 30 июня, в течение ста дней нанес поражения иракским вооруженным силам (350 тысяч человек, на укрепление которых с 2011 года американцами было затрачено 41,6 млрд долл.), отрядам курдской самообороны в Ираке, армии Сирии, сирийским повстанцам. Был провозглашен Халифат во главе с халифом Абу Бакром аль-Багдади с территорией, которая в сотни раз превосходит ту, которую когда-либо контролировал Бен Ладен. Столь жестоких методов насаждения своей власти и публичных казней мир не видел со времен Второй мировой войны. ИГИЛ имел немало приверженцев и последователей не только в Ираке и Сирии, но также в Египте, Ливии, Нигерии, Афганистане, Сомали, в мусульманских диаспорах Европы, Америки и ряда стран Юго-Восточной Азии.

Москва была не заинтересована в создании нового халифата и террористического интернационала, следующей целью которого вполне могла стать Россия. Отсюда решение вмешаться в войну с террористами в Сирии. Путин объяснял это в Послании Федеральному собранию в 2015 году: «Среди них немало выходцев из России, из стран СНГ. Они получают деньги, оружие, накапливают силы. И если окрепнут, победят там, то неизбежно окажутся у нас, чтобы сеять страх и ненависть, взрывать, убивать, мучить людей. И мы обязаны встретить их и уничтожить на дальних подступах. Вот почему было принято решение о военной операции на основании официального обращения законной, легитимной сирийской власти. И в Сирии наши Вооруженные силы сражаются прежде всего за Россию, отстаивают безопасность именно наших граждан».

В. В. Путин встречается в Кремле с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым и премьер-министром Армении Николом Пашиняном. 11 января 2021 года

© Михаил Климентьев / РИА Новости

30 сентября 2015 года российская авиация приступила к нанесению точечных ударов по объектам «Исламского государства» на территории Сирии. Россия силами своих Воздушно-космических сил оказала решающую поддержку сирийской армии и уничтожила экономическую и военную инфраструктуру ИГИЛ. В ходе этой операции армия и флот России продемонстрировали высокую боеготовность, а бесценный опыт применения в боевых условиях новейшей техники и вооружений использовался для их дальнейшего совершенствования.

В октябре 2017 года сирийские войска с российской воздушной поддержкой освободили Дейр-эз-Зор и форсировали Евфрат, американцы и курды взяли Ракку. 11 декабря 2017 года Путин прилетел на российскую авиабазу Хмеймим, где заявил о победе над ИГИЛ и отдал приказ приступить к выводу части группировки российских войск из Сирии в Россию.

Решающий вклад в борьбу с ИГ заметно повысил авторитет России на Ближнем Востоке. Россия заметно укрепила свои позиции в отношениях с Египтом, Ливией, Алжиром, Ираком, Иорданией, Саудовской Аравией.

Укреплялось партнерство с Тегераном. В 2015 году Иран обязался сократить обогащение урана и сделать ядерную программу прозрачной для МАГАТЭ. Это сделало возможной «ядерную сделку», предусматривавшую отмену большей части западных санкций против Ирана. После этого Россия пошла навстречу пожеланиям Ирана по поставкам зенитно-ракетных комплексов С-300 и строительству второго энергоблока АЭС.

Но приход к власти Трампа, клеймившего Тегеран как главную проблему Ближнего Востока, а то и всего мира, вновь обострил противоречия между Ираном и США. В 2018 году в одностороннем порядке Вашингтон вышел из Совместного всеобъемлющего плана действий, что вызвало возмущение всех остальных, включая и европейских, союзников США, Россию и Китай.

Крупнейшим контрагентом Москвы в исламском мире становилась Турция, для которой Россия превратилась в торгового партнера номер один. В апреле 2018 года в ходе визита Путина в Анкару Президент РФ вместе с Эрдоганом приняли участие в церемонии начала строительства АЭС «Аккую» и в седьмом заседании Совета сотрудничества высшего уровня между Российской Федерацией и Турецкой Республикой. 8 января 2020 года Путин вновь посетил Стамбул для участия в церемонии ввода в эксплуатацию газопровода «Турецкий поток».

Произошел настоящий прорыв в отношениях России с Саудовской Аравией, с другими странами Персидского залива, с участниками ОПЕК.

В сентябре 2016 года на полях встречи «Большой двадцатки» в китайском Ханчжоу Путин и кронпринц Мухаммед бин-Султан пришли к согласию в вопросе о том, что «стабильная политика в нефтяной индустрии невозможна без участия России и Саудовской Аравии». В сентябре того же года в Алжире состоялся Международный энергетический форум с участием министров 72 стран, обеспечивавших 90 % мирового предложения и спроса на нефть. Алжирское соглашение предлагало сократить объем валовой добычи нефти на миллион баррелей в сутки для поддержания высоких цен на энергоносители.

Государственный визит саудовского короля в Москву в октябре 2017 года стал подтверждением того, что отношения двух стран выходят далеко за рамки нефти. Король прибыл в Москву со свитой в 1500 человек.

После 2011 года Египет при осознанном попустительстве исламистов потерял больше сокровищ археологического, архитектурного и культурного значения, чем за всю многовековую историю страны. 30 июня 2012 года принес присягу избранный на свободных выборах президент Мухаммед Мурси, кандидат от экстремистской организации братьев-мусульман. Правлению исламистов 3 июля 2013 года положили конец военные во главе с фельдмаршалом Абделем Фаттахом ас-Сиси. Братьев-мусульман объявили террористической организацией, их активисты сотнями приговаривались к смертной казни.

Один из первых своих зарубежных визитов ас-Сиси нанес в Москву, что открыло новую страницу в сотрудничестве наших двух стран. Расширились торгово-экономические связи, Россия стала важнейшим источником продовольствия для Египта.

Традиционные горячие точки в мусульманском мире тоже продолжали пылать. В апреле 2014 года палестино-израильские переговоры, проходившие при американском посредничестве, были прерваны после того, как умеренные представители Фатх во главе с президентом Палестины Махмудом Аббасом и исламисты из Хамаса не в первый раз договорились об объединении палестинских правительств на Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа.

Резко обострило ситуацию в регионе решение президента США Трампа перенести американское посольство в Иерусалим, признав его официально столицей Израиля, с чем не согласилось остальное мировое сообщество. Началась третья интифада, а Организация исламских государств 13 декабря 2018 года официально признала Восточный Иерусалим столицей Палестины. Попытка палестинцев отменить американское решение в Совете Безопасности ООН натолкнулась на вето Вашингтона.

В Афганистане, где США безуспешно воевали 20 лет, вывод войск в 2021 году и вовсе напоминал паническое бегство. Афганистан, подтвердивший заслуженную репутацию «кладбища империй», вновь оказался под властью «Талибана» и в состоянии гуманитарной катастрофы.

В качестве основного партнера на Латиноамериканском континенте все явственнее выступала Бразилия, наш партнер по БРИКС. «Обе страны переосмысливали свои идентичности и сблизились как партнеры на основе защиты курса на общее развитие (в случае Бразилии) и многополярного миропорядка (в случае России), чтобы укрепить свои совпадающие интересы на международной арене… Обе страны отступили от приверженности международному порядку, основанному на либеральном консенсусе, и от признания однополярного мира (при лидерстве США) после холодной войны», – считал известный бразильский политолог Фабиано Мельничук. Впрочем, пределы российско-бразильского сближения просматривались там, где начинала маячить угроза конфронтации с Вашингтоном.

Заметно активизировалось африканское направление российской внешней политики.

Демонстрацией возвращения России в Африку стали визиты Путина и Медведева в Марокко, ЮАР, Ливию, Алжир, Анголу, Намибию, Нигерию, Египет. С начала века до 2020 года товарооборот вырос в десять раз. 70 % объема торговли приходилось на страны Северной Африки, в ней преобладали пищевые продукты и сырье, а также продукция оборонки. Россия вносила вклад в программы помощи развитию. Была списана задолженность африканских стран на сумму 20 млрд долл., в том числе Эфиопии – 4,8 млрд, Ливии – 4,5 млрд, Алжиру – 4,3 млрд, Анголе – 3,5 млрд долл. В российских вузах обучались свыше 6,5 тысяч африканцев, из них половина – за счет федерального бюджета.

Первый саммит делового форума Россия – Африка с успехом прошел в 2019 году в Сочи с участием представителей 43 африканских стран. Это продемонстрировало большое значение, которое африканцы придавали развитию связей с нашей страной.

У России не было неразрешимых проблем в отношениях с большинством стран Азии, Африки, Латинской Америки. Разговоры о возраставшей международной изоляции России оставались не больше чем мечтами Вашингтона. Запад, и только он, действительно пытался изолировать Москву.