Сергей

— Привет.— Привет, — голос Маши звучит глухо.— Маш, что-то случилось? Ты где?— Я у тебя. М-м... Сережа, мне кажется, я сегодня видела Агнию.— Кого?— Я понимаю, это звучит как бред, но...Меня обдает ледяным холодом.— Как ты могла её узнать? Вы не были знакомы.— Я видела её фото. Оно стояло у тебя на комоде.— Маш, этого не может быть. Она погибла, — мой тон становится резким, категоричным.— Она подошла ко мне в больнице и представилась.— Ну и что еще эта Агния сказала? Чего она хотела от тебя-то? — Сарказм сочится из меня помимо воли. Ну что за пиздец опять намечается?— Прости?! Я не лгу и не придумываю! — в её голосе вспыхивает обида.Пытаюсь взять себя в руки.— Маш, ты, скорее всего, не так поняла. Переволновалась… Никакой Агнии нет. Просто нет.— Перестань! Не надо говорить со мной как с умалишенной!Меня злят эти слова, её поведение. Злит ситуация, граничащая с безумием. Агния сгорела, её нет в живых. Зачем Маше ворошить это? Зачем выдумывать нелепую встречу?— Маш, это бред. Слышишь? Бред!Воспоминания всплывают в сознании, обжигая, словно открытые раны.

У меня внутри всё переворачивается.— Если не хочешь этого слышать и понимать, я ничего не могу сделать, Кармацкий. Я просто говорю: какая-то девица — одно лицо с фото на твоем комоде — назвала себя Агнией. Пожелала тебе «перестать играться с маленькими девочками», сказала, что скучает и ждет встречи. Что ты будешь делать с этой информацией, я не знаю. И после твоего тона, наверное, уже не захочу знать.

Маша бросает трубку.Меня накрывает.— Ааа! Какого хуя происходит?! — Сознание подкидывает одно предположение хуже другого. Либо Машка права, что полный бред: тело Агнии нашли после пожара, и экспертиза подтвердила личность. Либо — что ничуть не легче — у Маши проблемы с психикой. Либо кто-то затеял игру, пытаясь выбить нас из колеи. И у них получается — мы уже ругаемся. Конечно, я повел себя как сволочь, но разве такое можно контролировать?

Кармацкий, дыши ровно.Звоню Полонской. Коротко объясняю ситуацию.— Не в моих правилах обсуждать пациентов, Сергей. Скажу одно: Маша психически стабильна. Ищи другие варианты.

Звоню Валерию. Он сопровождает Машу повсюду. Валера подтверждает: в больнице к Марии действительно подходила какая-то девушка, они обменялись парой фраз. После этого Маша попросила немедленно отвезти её домой.— Ты видел лицо той девицы?— Да.— Сейчас пришлю фото. Жди.

Нахожу в облаке снимок Агнии. Отправляю Валере. Через минуту приходит ответ: «Она».Меня обдает ледяным холодом. Не может быть!

В дверь кабинета стучат. Заглядывает секретарь, и следом за ней входит Агния.Ужас и осознание реальности топят меня. Я слышу, как она здоровается.

Это её голос.

— Привет.— Альбина, выйди, — бросаю я секретарше. Она быстро ретируется. — Кто вы?

Не верю! Я лично её хоронил. Я оплакивал её столько лет. Я сам чуть не сдох от тоски. А она здесь? Она жива?

— Серёжа, ты забыл меня? Свою Агнию?— Агния сгорела, а вы несете бред!— И всё же вот она я.— Кто это — «я»? И что вам нужно от меня и от Марии?— От Марии... Ничего мне не надо от Марии. Вообще ничего. Она — это какая-то ошибка. Как ты посмел кого-то поставить на моё место?— Я еще раз спрашиваю: кто вы?— Агния! Я жива! Не я погибла в том пожаре! Не меня ты оплакивал! Хотя мне польстила твоя «великая любовь»...— Нет. Это бред какой-то.— Это я, Серёженька, я.— Если это ты, то почему явилась через столько лет? Зачем?— Потому что захотела. Все эти годы рядом с тобой, в твоих мыслях, была только я. А теперь появился заменитель. Мне это не понравилось. Ты мой, Кармацкий. Я тебя не отдаю и не отпускаю. Готова даже воскреснуть, лишь бы ты не полюбил другую.— Что за чушь...— Серёга, да я это. Я! — Она подходит вплотную. Меня захлестывают воспоминания. Это запах её духов. Её интонации…— Если это ты, ответь на вопрос.— На полиграфе меня будешь проверять? — Она усмехается. — Хорошо, давай!— Кто такая «Муся»?— Это ты. Я так тебя называла.

Твою мать! Пульс лупит так, что перед глазами темнеет. Опираюсь руками о стол, чтобы хоть как-то удержаться на ногах.

— Как мы хотели назвать сына?— Иван. Так звали твоего студенческого друга.— Как я называл тебя в постели?Она начинает смеяться. И, блядь, это её смех.— Ая.— Да твою ж мать! Кто ты?!— Я Агния!— Ладно. Допустим, — я судорожно пытаюсь соображать. — Зачем ты здесь?— Ты заигрался. Хочу назад, на своё место. Хочу тебя себе.— Этого уже не будет, кем бы ты ни была.— С чего ты так решил? Я этого хочу, а значит — так будет. Всегда так было и будет. Сворачивай свой ванильный роман с этой Машей и возвращайся. Вот моя визитка.

Она кладёт карточку на стол.— Пока-пока!

Мне в голову словно гвозди вбили. В глазах темнеет. Наливаю из графина воду, пью залпом. Чуть прихожу в себя. Да что за... Набираю охрану.— Олег, из моего кабинета вышла женщина. Блондинка с каре, в красном плаще. Проследите за ней. Предельно незаметно. Подключи несколько машин.— Будет сделано.— Сейчас! — Слышу, как он раздает распоряжения ребятам. — Олег, фиксируй всё: куда, с кем, на чём. Наблюдение двадцать четыре на семь. Не снимать до моего личного отбоя. При любом приближении к моим знакомым и тем более к Маше — сообщать незамедлительно. Узнай о ней абсолютно всё. Подключи Воронова, он работал с нами по похищению Марии. У ментов запроси карту передвижений по биометрии за последние месяцы. Найди мне всё!— Уже в работе.

Собираю документы к завтрашнему вылету. Еду к Маше.Что за пиздец творится? Еще и девочку свою обидел...Сидя в машине, набираю её номер. Сбрасывает. Набираю еще раз — абонент вне зоны. Звоню Валере.

— Где Маша? Че там снова происходит?— Мария квартиру не покидала. Никто не приходил. Проверить?— Следите за периметром, никого не впускать и не выпускать!— Принято!

Отключаюсь. Снова набираю Маше. Абонент вне зоны… Пишу в мессенджер:«Маша, прости.Это чей-то идиотский план.Будь на моей стороне.Пожалуйста.Целую.Еду».

Маша

Встреча с Агнией в больнице, куда я приехала на прием, выбила меня из равновесия. Сама бы я и не обратила на неё внимания, если бы она не подошла и не представилась.— Передай Кармацкому, что хватит ему играться с маленькими девочками. Агния скучает и ждет встречи.— Вы — Агния?— Да.— Но вы же погибли?— В авариях часто выживают. Вот и я жива. Привет передавай Серёже. И с дороги, детка.

Меня будто ледяной водой окатило.Валерий подбегает, спрашивает, всё ли хорошо, что хотела эта женщина. А я, как потерявшийся ребенок, стою посреди коридора больницы и не знаю, куда мне идти и что делать.

Решаю не пороть горячку, а вечером всё рассказать Сергею. Еду к нему в квартиру.В голове столько вопросов, и нет ни одного ответа. Вернее, вариантов множество, но какой из них верный — я не знаю.

Слоняюсь по комнатам. Решаю заварить свежий чай и, выбрасывая использованную заварку, вижу в урне фото Агнии. И здесь она. Сергей выбросил? Зачем именно сейчас?

Звонит телефон. Это Серёжа.Решаю всё же сказать ему сразу, потому что до вечера я себя просто накручу. Он должен знать. Я не хочу лишать его выбора. Для меня эта новость сродни катастрофе, а для него, возможно — воскрешению…

— Серёжа, мне кажется, я сегодня видела Агнию.Его молчание оглушает.— Кого?Я набираю в легкие воздуха, пытаясь быть смелой.— Я понимаю, что это звучит как бред, но...

Сергей буквально за пару фраз взрывается. Не хочу его обижать, но он бьёт словами слишком больно, и я защищаюсь. Не выдержав, бросаю трубку.Не хочу слышать обвинения. Не стоит убивать гонца, если новость вам не по нраву!Не хочу здесь оставаться. Если он мне настолько не доверяет, то о каких отношениях вообще может идти речь?

Достаю чемодан. Скидываю туда вещи, выкатываю его в холл.Возможно, это на эмоциях.Возможно, я поступаю по-детски.Но я больше не буду соглашаться на «приемлемое». Не хочу половинчатого доверия и отношений, в которых один из нас так и не отпустил прошлое. Где моё «лучшее»? Я выберу его!

Снова звонит телефон. Это Сергей.— Нет уж. Хватит на сегодня, — сбрасываю.Он перезванивает. Отключаю телефон совсем.

Беру сумочку, закидываю в неё зарядку. Накидываю плащ. Оглядываюсь по сторонам и вдруг вижу себя как бы со стороны. Что вообще делает в жизни Кармацкого Маша Андриевская?Сажусь на банкетку, застегиваю туфли.— В нашем мире Золушки сами надевают себе туфельки! — бормочу я под нос, чувствуя себя при этом полной дурой.

Открываю входную дверь. На пороге — Валерий.— Мария, квартиру лучше не покидать. Распоряжение Сергея Павловича.— А мне плевать на его распоряжения! Я свободный человек и иду, когда хочу и куда хочу.Пытаюсь вывезти чемодан в коридор.— Мария. Прошу. Останьтесь в квартире. Так безопаснее для вас.Валерий преграждает путь. Ну не головой же мне об него биться?— Маша, пожалуйста. Сергей Павлович уже едет, дождитесь его.— Да твою ж…

С грохотом захлопываю дверь прямо перед его носом. Снова плюхаюсь на банкетку.Это и есть моё «лучшее»?