Маша

За окном уже вечер. Дома тихо. В голове крутятся картинки прошедшей ночи и сегодняшнего утра. Это было так чувственно... До сих пор ощущаю его руки на себе, его губы — на своих. Он во мне, его движения, эта дрожь… Внизу живота скручиваются спазмы. Хочу его.

Утро прошло так же жарко, но теперь мы видели и слышали друг друга. Это был особый кайф. Его глаза, его «девочка моя», его страсть и желание, его удовольствие в финале — это так красиво.

Улыбаюсь как дура, закусив губу, чем вызываю у Наташки немой вопрос.— Пала наша крепость! Или просто крыша прохудилась?— А?— Ну точно, крыша.

Моя сестрёнка сегодня осталась у нас с Дашкой. Ей завтра на установочную встречу по практике в «Велес», а от нас ближе добираться. Дашка у Матвеева, поэтому мы сегодня вдвоём.

Сергей улетел на встречу с партнерами. А я осталась дома ждать своего принца.

Вечер проходит как-то сам собой. Наташка говорит о «Велесе», об их позициях на российском рынке, о том, что там работают классные спецы, у которых ей есть чему поучиться. Про знакомство с Ольховым я молчу — надеюсь, и Дашка не проболтается.

После легкого ужина и чая с сестрёнкой бреду к себе в комнату. Серёжа ещё в самолете, так что писать ему бесполезно. Ложусь.

Просыпаюсь от непонятного шума.В панике соскакиваю с кровати и тут же поскальзываюсь на луже воды.— Твою ж...Феерично приземляюсь на пятую точку. Я сплю, что ли?Нет. Вода абсолютно реальная и ледяная. По всей квартире...— Кошмар!Кое-как встаю, стараясь снова не поскользнуться. Мелкими шажками пробираюсь в сторону ванной.Вот она, диверсия! По стене от соседей выше водопадом льётся вода. Вся квартира превратилась в закрытый водоём.— Наташка, просыпайся! Нас соседи топят!— Чего ещё? — слышу сонный голос младшей сестрёнки. И тут же — звуки разлетающейся воды и её вопли.— Какого хер...увима!Всплеск и звук падения. Наташка тоже грохнулась, как и я.— Больно! Я себе зад отбила! — хнычет Наташка. — Я уже ползу! Надо воду у соседей перекрыть или в подвале.— Я к соседям!Накидываю висящий в коридоре Наташкин плащ — может, он хоть как-то скроет мой мокрый зад. Несусь к соседям выше, но там не отвечают. Ещё выше — там тоже тишина.— Твою ж... Все как вымерли.Стучусь к соседям на седьмом этаже. Слышу шаркающие шаги. Открывает милая Клавдия Ивановна в ночной рубахе, будто из девятнадцатого века, и в чепце.— Клавдия Ивановна! Это не вы нас топите?— Конечно нет, милая!— Можно я посмотрю?Отодвигаю нерасторопную сухонькую старушку и прорываюсь в её ванную, на ходу скидывая мокрые тапки. Открываю дверь — и на мои ноги потоком льётся вода.

— Да ети же... Клавдия Ивановна, у вас трубу прорвало! Уже до нас вода дошла.

Старушка начинает причитать. Понятно: от неё действий не дождаться.— Ладно. Сейчас перекроем воду в подвале...

Несусь к старшему по подъезду.

Час ночи — все спят. Но дядя Федя открывает. Объясняю ситуацию, и он несётся в подвал. Он хоть и на первом этаже, но на нашем стояке, и его тоже зацепило — вода струйками льется по стене. Капец всем. Семь этажей залило!

Дядя Федя вызывает аварийку и вызванивает жильцов. Я бреду домой, потирая пострадавший при падении копчик. Надо спасать пожитки и успокаивать Наташку — у неё, видимо, такие же боевые раны, как и у меня...

Дома просто кошмар.

Наташка гоняет с вёдрами, тазами и тряпками.

Беру телефон. Ещё в 23:30 пришло сообщение от Серёжи с нежностями и пожеланием спокойной ночи. Отправляю ему фото нашего «всемирного потопа» с подписью: «Покой нам только снится».

Вижу, что сообщение тут же прочитано. Он пишет: «Как ты? Сообщил Матвееву и Ольхову. Сейчас приедут, решат. Я только прилетел. Из аэропорта позвоню».

Наташка тем временем развела кипучую деятельность. Одну комнату удалось освободить от воды, но силы сестру уже покидают. Она сидит прямо в луже в мокрых шортах и майке: коленки красные, рыжие волосы всклокочены. Смотрим на её отражение в зеркале прихожей и начинаем в голос ржать.— Нафаня! Полы-то не мыты! Ой, беда-беда, огорчение...

Звонит мой телефон. Серёжа.— Да... — отвечаю я под истерический смех Наташки и её стоны по поводу отбитого «седла».— Маш, ты как там?— Мы с Наташкой в порядке. Обе задницы отбили, раскатившись на мокром полу. Вот, смеёмся сквозь слёзы...

— Может, в больницу?— Нет, мы нормально. Но синяки будут знатные.— Полечим, поцелуем, помажем. Блин, как не вовремя меня нет в городе!— Да нормально всё. Воду перекрыли, аварийку вызвали, сейчас разгребаем последствия.— Плюньте на всё. Сейчас Ильюха приедет, я ему объяснил ситуацию. Он всё решит.— Да не нужно было! Чего человека дёргать в два часа ночи?— Это не «дёргать». Приедет и решит. Матвеева в городе нет, укатил куда-то с твоей систер.— Да? А ты как долетел?— Хорошо. За тебя волнуюсь. Держи меня в курсе. Как доберусь до гостиницы — наберу. Сидите обе и не дёргайтесь. Спасатели уже едут.— Хорошо. Ждём твоих спасателей.

Пытаемся с Наташкой собрать хоть часть воды в прихожей. Но очередные несколько вёдер выбивают нас из последних сил, и мы просто остаёмся сидеть на мокром полу...

— Ого! Привет водоплавающим!

В квартиру заходит Илья Ольхов. Я даже дверь не закрыла.

Блин, Наташка меня убьёт! Я же ей не сказала, кого Сергей попросил стать нашим спасителем. Да уж, видок у нас потрёпанный.— Илья, привет. У нас тут сам видишь...

Он прячет улыбку, глядя на наше «озеро».— Ну что, встаём, труженицы.

Наташка пытается подняться, но голыми ступнями снова скользит по влажному полу. За секунду до падения Ольхов её подхватывает и фиксирует своим телом у стены.— Чё-то, ребята, я лучше посижу, пока тут всё не высохнет, — бормочу я. — Не хочу ноги ломать.

— Сиди пока, Маш. Сейчас одну русалочку на мягкий камушек посажу и за тобой вернусь.

Наташка верещит:— У меня жопа мокрая! Какой диван?— После такого потопа мебель всё равно менять. Так что твоя, хм... влажная попа ему не повредит.

Илья возвращается за мной, поднимает за руки, отводит к дивану.— Сейчас приедут ребята, уберут воду. Просушку начнут завтра. Если нужно, по ситуации, вскроют полы, просушат плиты. Ремонт в лучшем случае займет недели две-три, с учётом быстрых поставок материалов. Ждём ребят и потом едем ко мне.

Наташка бросает на меня свирепые взгляды.

Я ей одними глазами сигналю: «Да, мы с ним знакомы».

Она выдаёт:— Никуда я с вами не поеду. И что вы со своими сроками? Ни один качественный ремонт после такого потопа не будет длиться две недели. Тут только просушка пола и стен дней десять-пятнадцать, с учётом, что все соседи поступят так же.— О как! Я гляжу, тут есть строитель?— Есть!— Будем знакомы. Илья Ольхов.

Наташка надулась и покраснела до ушей.— Илья, это моя сестра, Наталья Андриевская. И да, она многообещающий специалист. Заканчивает строительный дизайн.— Я знаю... И она идёт ко мне на стажировку.

У нас с Наташкой у обеих «падает» челюсть...