* * *

Танвен

Нет, пожалуй, слово «рассердилась» тут подходило мало. Я пришла в натуральную ярость, которой оставалось совсем немного до того, чтобы стать неистовой.

Эмми умела лечить! Она умела лечить так хорошо, что это едва не стало причиной её погибели — из-за глупости и зависти человеческой. Я должна была подобрать хотя бы крупицы её умения! И они есть во мне, я уверена. Иначе не было бы чудесных светильников, и «рентгена», и внезапного усекновения куриной головы. Да, я не знаю, как она всё это делала. Значит, надо найти свой путь!

Вот как у меня со светом получилось? Я же представила себе нечто привычное. Мне очень хотелось подсветить телефоном. Значит… а ну-ка, для начала, градусник!

Полупрозрачный и довольно зыбкий силуэт заколебался передо мной в воздухе. Или не в воздухе? Это же как бы бред или что?

Решив с сущностью явлений разобраться попозже, я присмотрелась к приборчику. Он был вроде бы похож на обычный ртутный градусник.

— Не подходит! — мрачно сказала я. Или подумала? Ртутные — они ж опасные. Я со своей природной ловкостью по-любому его расколочу. — Давай электронный!

Непонятно, кого я просила, но покачивающийся прибор мигнул и исчез, а на его месте появился обычный бытовой градусник. С маленьким экранчиком на конце.

Я с трудом дотянулась, цапнула его, сунула носик под мышку и, скосив внутренний взор, начала хмуро наблюдать за экранчиком, отчётливо понимая, что глаза у меня закрыты и я даже поморгать не могу.

Не успела я мрачно сама с собой пошутить, мол — «Поднимите мне веки!» — как термометр пискнул и начал бодро отображать растущую температуру.

— Что-то я не поняла, это по какой шкале? — цифры бежали и бежали, и, судя по всему, как-то не собирались останавливаться. Сорок восемь… Пятьдесят четыре… шестьдесят семь…

— Да ну, нафиг! С таким не живут! — хмыкнула я и принялась вставать. Хрен с ним, что глаза не открываются. С этой ситуацией надо было что-то предпринимать.

— Таня, ты что? — испуганно спросил Руди. — Ты куда?

— На кудыкину гору! — пропыхтела я, пытаясь соразмерить усилия, и остро почувствовала, что надо бы его услать. Вот не нужен он сейчас здесь будет. — Иди лучше… куда ты ходишь? А! Эти тётки не приехали ещё? За коровами ходить?

— Нет…

— Ну вот! Выгони коров пастись, яйца собери, ещё чего там. Иди, дружок, иди…

Я прислушалась к удаляющимся лёгким шагам и одним резким движением скинула ноги с кровати вбок, заставив себя сесть.

— О-э-э-эй, зря это я… — Голова кружилась и гудела, как колокол. Хотелось, как та тётка в мультике, держать её двумя руками — чисто чтобы убедиться, что черепушка ещё на месте. И кресло, ага.

Я наощупь ухватилась за спинку кровати и встала. Перебирая руками, пошаркала меленькими шажочками. Так-так, сейчас у нас вот здесь комод, а над ним зеркало висит… Цепляясь за крышку комода, я сделала ещё два крошечных шага, выдохнула и оперлась на локти. Вы ни за что не поверите, зачем. В общем, я оперлась локтями о крышку комода, скрючилась, почти положив лицо в ладони, и пальцами открыла глаза. Потому что сами они, падлы, ни в какую открываться не хотели.

Из зеркала на меня смотрела растрёпанная я. Красная — ну просто как кирпич. Глаза пылали огнём.

— Хороший какой бред, — похвалила я отражение, — качественный.

Тут взгляд мой упал на жестяной ковшик, в котором Руди принёс мне компот.

Медленно, словно не доверяя самой себе, я взяла этот ковшик в ладони. Он снова показался мне ледяным. Ещё раз посмотрела на себя в зеркало. Глаза пылали. Бесстыжие глаза, вот что! Пугают бедную меня.

Я таращилась на отражение так и эдак, жмурилась и снова выпучивалась — один хрен.

— Упорный какой глюк! — брюзгливо пробухтела я. И тут котелок в моих руках тихонько зашумел. Ну — как чайник перед тем, как закипать собирается. — Однако!

Я хлебнула компота. Теперь он показался мне почти тёплым. Очень странное ощущение, учитывая то, что на донышке уже можно было разглядеть пузырьки. Реально, что ли, кипеть собрался?

— Что за ересь! — с досадой проворчала я. — Даже и помереть спокойно не дадут, всё в какой-то извращённой форме! — поставила компот на комод, вернулась в постель (точнее говоря, доползла и рухнула в неё), натянула одеяло до подбородка и провалилась в забытьё.

* * *

Нитон

Я отошёл от лагеря Эланы подальше. А то воткнут какое особо сильное заклинание в спину, а у меня сейчас с защитой что-то плоховато. Или этот Юрген всё же — особый уникум? Откровенно говоря, проверять на своей шкуре не хотелось.

Ну всё, теперь можно и вниз.

...

Нижний план встретил меня жаром. Пылью, запахом серы и жаром. Привычная местным атмосфера. Можно сказать, особый колорит. Самое забавное, я специально узнавал — можно и по-другому. В восточных доминионах — лёд с холод. А тут — жара. Традиции, понимаешь! В человеческом виде особо не побегаешь — кожа начнёт волдырями вздуваться, а то и облазить. Регенерации не напасёшься. Так что выпендриваться не стал, сразу малую боевую форму накинул.

Замок тиранши пятого Доминиона всё ещё торчал на чёрной скале, словно палец от железной перчатки. Живописненько.

Почему всё ещё? Так право сильного в Доминионах царило как бы не прочнее, чем в срединном мире. Так что я вполне мог и опоздать, прийти на руины. Но нет. Сильна Брангейра! Хотя и наивна, на мой вкус.

Подойдя к воротам, я вежливо постучался. И даже «Скрыт» снял. Это в прошлый раз пришлось пробиваться с боем, а теперь у меня есть официальное приглашение!

Демон, отворивший маленькую калитку в чёрных воротах, поправил кирасу и буркнул:

— Опять ты? Чего забыл?

Но в атаку не полез. Понимает чешуйчатый, чем это может закончиться.

— К хозяйке! — отрубил я.

— Прям так сразу к хозяйке? — изумился привратник.

— Звала поговорить. Может ещё чего… — развёл лапами я.

— Сама? Звала? Упасть не встать! — казалось сильнее выпучить глаза невозможно, но этому демону удалось. Талант! — И ты пришёл? Сам пришёл?

Не рановато я его похвалил. Повторяется. Чего заладил сам, не сам? Я отодвинул его в сторону. Надоел.

— Где сама?

— Наверху, — буркнул демон, потирая плечо.

— Одна? — а то ввалюсь незванный в самый разгар сами понимаете чего. Тремя зубами можно не отделаться.

Привратник кивнул. Чего-то он туповат, а? Или я придираюсь?

Прошёл по чёрным плитам двора к огромной узкой и извилистой лестнице. Любят Нижние такие выверты архитектуры, чтоб с безуминкой…

Вход на лестницу предварялся огромными кованными воротами.

— Кто такой⁈ — здоровенная выгравированная голова демона на створке приветливо оскалилась. Надеюсь, что приветливо.

— Нитон Габелот Ландорагаст! По приглашению!

— А-а-а-а! Это ты-ы! — вдруг узнала меня дверь и с чувством выдала умозаключение: — Гад ты, Нитон!

— Это почему это? — удивился я. Вот нигде меня не любят!

— А кто мне створку сломал? Знаешь как тяжело правую створку вправлять? А? Да тебе то без разницы, а я теперь на бурю скрипеть начинаю!

— Ну извини, я не со зла.

— Да-да-да! Так я тебе и поверила! Говори, зачем припёрся?

— Так я же сказал — пригласила меня ваша хозяйка. Посидеть, поговорить, кофе выпить.

— Издеваешься? — с надеждой произнесла дверь.

— С чего бы? — развёл руками я. — Сами должны знать, такими вещами не шутят! — Чего они мне не верят-то? Что — к их хозяйке вообще никто в гости не приходит?

— Ладно. Поверим. Тем более, что ты прав, с такими вещами шутить не стоит.

Дверь, скрипнув, отворилась.

— Извини, ещё раз. Был неправ!

— Да иди уже, извиняльщик!

Одновременно с этими словами где-то наверху в глубине помещений раздался звук, словно ударил гонг. Гляди-ка, как у них тут предупреждения устроены!

...

Рассудив, что изыски нижней архитектуры не для меня, да и находился я сегодня предостаточно, я расправил крылья и, неторопливо помахивая, взлетел к верхней площадке лестницы. В окна уж сегодня ломиться не буду, так и быть.

— Нарушаем? — мрачно спросила меня железная морда на верхней площадке, копия-близняшка нижней.

— Поговори мне ещё, — не менее мрачно отбрил её я, — будешь на посетителей беззубым ртом шамкать.

— Опять ты! — перекосилась и эта, узнавая.

— Я смотрю, я тут у вас бешено популярен. Меня пригласила госпожа Брангейра. Я что — так и буду у каждой двери топтаться?

— Прошу прощения, сударь! Это мы не подумавши! — испугалась верхняя рожа, распахивая двери. — Госпожа ожидает!

Я прошёл небольшой анфиладой довольно помпезно обставленных комнат — а ничего, с фантазией. Картины устрашающие (надо полагать, битвы за Доминион), чучела противников. Некоторые даже с регалиями. А некоторые — эк фантазия у них! — в распотрошённом виде вставленные в глубь огромных кристаллов. Багровые отблески света падали так, что казалось, будто из толщи прозрачных магических минералов за посетителем всё ещё следят полуживые глаза этих вот… запакованных. Впрочем, не удивлюсь, если так на самом деле и было. Мало ли — останавливающий время артефакт. Тут у них в Доминионе столько свободной кровищи должно быть, что тиран и не такое может себе позволить.

Я шёл и размышлял — какая же комната будет в конце этой анфилады? По идее, должен бы быть кабинет.

Ошибся.

Спальня.

— Ни-и-итон! — низко промурлыкала Брангейра, непринуждённо развалясь в большом оббитом бордовым бархатом кресле. Кресло при этом стояло стратегически рядом с призывно расстеленной кроватью — такой огромной, что в иных небедных домах, честное слово, комнаты поменьше будут.

Сама тиранша при этом была облачена в нечто красно-чёрное, довольно скудное и интригующе-прозрачное.

— Нет-нет-нет-нет-нет! — я предупреждающе поднял ладонь. — Предложение, конечно, лестное во всех смыслах, но, прости, я не в тонусе, времени мало да и вообще, знаю я ваши штучки! Не успеешь отвлечься, а там тебе нижние зубы уже всё самое нужное откусывают — для любопытных экспериментов по выведению новых перспективных химер!

Брангейра захохотала, и наряд из ленточек и верёвочек словно выплеснулся кроваво-красной волной, растекаясь по её телу и превращаясь в струящийся шёлк платья:

— А ты, я смотрю, парень с опытом! Но я должна была попытаться, согласись?

— Это была сильная попытка, — признал я. — А кабинет у тебя есть? Или ты всех гостей принимаешь в спальне?

— Вот ещё! — она прищёлкнула пальцами, стены комнаты поехали, словно карусель, кровать скрылась за выросшей перегородкой, а перед креслом образовался рабочий стол и ещё одно кресло перед ним. — Присаживайся! — махнула мне на него демонесса и как-то странно повела головой из стороны в сторону.

Хм. Присел.

— Я навела о тебе справки, Серый демон Нитон Габелот Ландорагаст, — она ехидно показала свои острые зубки, — или тебя стоит называть твои настоящим именем?

— Не нужно играть с огнём, — мягко улыбнулся я. — У меня пока нет повода, чтобы откусить тебе голову, госпожа Брангейра. И, откровенно говоря, мне бы хотелось, чтобы так оно и осталось.

Она слегка надулась:

— Думал, я совсем дурочка, да? Наивная кукла.

Я хмыкнул:

— Наивные куклы не становятся тиранами Доминионов. Ты всего лишь была занята другими проблемами.

— Ну, допустим, отмазался… — тут её ноздри дрогнули, и демонесса, уже не скрываясь, наклонилась вперёд, наваливаясь на стол, и громко принюхалась. Уставилась на меня поражённо:

— Да ты ранен?..

Это меня до некоторой степени уязвило:

— Можно подумать, ситуация и ряда вон выходящая! Ты же видела, что там творится. Охота на меня, целая толпа.

— Да ладно! — она отмахнулась от этих слабых аргументов — только алый лак на когтях сверкнул! — Ты же понимаешь, о чём я!

Она смотрела на меня, и в глазах её боролись два яростных желания. Первое — естественное для тирана Доминиона — немедленно вызвать гвардию, которая могла бы скрутить и с высокой вероятностью убить меня прямо здесь. А второе… второе я не очень пока понимал, но что-то останавливало меня от перехода в полную боевую форму. И тут оно победило.

— Ты действительно почти готов?.. — шёпотом спросила она, приложив коготок к губам.

— Мне осталось несколько дней. Пара недель, не больше, — нехотя ответил я.

На самом деле, может быть, я протянул бы и месяц, и два, но ей не стоило знать таких подробностей.

Глаза демоницы вспыхнули азартом:

— Нитон! Я хочу это видеть!!! Это должно быть… должно быть…

— Довольно ярко, — кисло сказал я.

— Должно быть потрясающе! Когда у меня ещё случится шанс? Через тысячу лет??? Вы же вымирающие!

— Ну спасибо…

— Ну Нитон!

Собственно, а чего я мнусь? Я ведь пришёл заключить сделку.

— Послушай, Брангейра… — она с готовностью сложила руки на столе, сверху умостила свой впечатляющий бюст и подалась вперёд, распахнув глаза, в которых колыхались алые отблески. Так, о чём я? — Так вот! Мы заключим с тобой договор.

— И скрепим его кровью? — тут же спросила она.

— Да как же! Чтобы ты опять соорудила на меня «компас»? — усмехнулся я. — Мы заключим договор, скреплённый словом.

— Только словом?

— Именно. И тебе придётся поверить мне и принять моё слово, потому что мне нужна от тебя конкретная вещь, и сегодня я надеюсь с ней от тебя уйти. — В глазах демонессы закрутились варианты предположений, она аж губу закусила. — В обмен на это я пошлю тебе вызов. Как только почувствую, что время подходит. Вызов, в котором будет значиться время и место. В этом я клянусь тебе своим словом и своим настоящим именем. Ты придёшь одна и увидишь всё своими глазами.

— А что взамен? — быстро спросила она.

— Мне нужно сердце демона. Сердце, отданное мне добровольно. Чтобы оно не рассыпалось в пепел в Срединном мире.

Брангейра аж на спинку кресла откинулась:

— И всё?

— Что значит «всё»? — проворчал я. — Если ты не в курсе, в Срединном мире сердце демона — большая редкость!

— Да такого барахла у меня!.. — она взмахнула рукой. — Как грязи!

— Экспериментируешь с пересадкой органов?

— Что?.. Да ну, вот ещё! Стычки случаются. Зачем пропадать полезному ресурсу. Мало ли, аркан какой-нибудь нужно будет сообразить.

— А они точно не развалятся?

— Нет, конечно! — Брангейра, кажется, даже удивилась. — Рассыпаются в пепел органы, которые не были отданы добровольно. Я думала, уж такую прописную истину ты знаешь.

— Да вот как-то не довелось столкнуться, — пробормотал я. — Послушай, но ведь эти… ну… которые остались от стычек — они же как бы?..

— Что? — она уставилась на меня с непониманием.

— Ну — не были отданы добровольно?

— Это почему же? Они нанялись в войско добровольно и по собственной воле пошли на смерть. А их тела, — она улыбнулась, выразительно поведя бровью, — согласно служебному контракту, принадлежат мне. А я… совершенно добровольно отдам нужный орган тебе. Всё понятно?

— Более чем.

Надо ж, умыла она меня.

— Посиди минутку, я сейчас! — Брангейра деловито вышла в соседнюю комнату и принялась чем-то там греметь и стеклянно звенеть.

— Помощь не нужна⁈ — крикнул я.

— Да нет, я уже всё, — она появилась в дверях с банкой тёмного стекла, — хотя приятно, что ты видишь во мне женщину, конечно.

— А стекло обязательно? — поспешил перевести тему я.

— Да нет, — она брякнула банку передо мной и повела пальцами, — это так, чтобы не пылилось лишний раз. Можешь в мешочек переложить, оно, в принципе, даже не засохнет. Но дёргаться будет. Меня лично это раздражает.

— Так оно бьётся?

— Как положено нормальному сердцу, отданному добровольно! — она вдруг хихикнула. — Ты всё-таки забавный.

— Ну хоть кого-то мне удалось сегодня повеселить.

— Значит, я жду вызова.

— Непременно. Я же дал слово.

Я активировал «Скрыт», прихватил покрепче банку и шагнул в Срединный план. Сейчас можно было не утруждать себя переходами через все эти ворота.

...

Я устроился на ночлег прямо в перелеске, на краю поляны. Смысл идти в любую из деревень — все оставшиеся дома стопроцентно заняты набежавшими Фраксовыми наследничками. Лежал, глядел в чёрное звёздное небо и удивлялся сам себе.

Думал ли я, что когда-нибудь приглашу на своё перерождение не просто демоницу — тирана Доминиона?.. Помереть не встать…

* * *

Дорогие читатели! Если вы ещё не поставили произведению лайк — самое время это сделать!