Салтыков-Щедрин был ярким писателем, толковым администратором, неплохим управленцем в формате поздней Российской империи, но посредственным бизнесменом, де-факто не хозяином своего дела. Неслучайно многие его произведения – отчасти управленческие сатирические картинки и управленческие сказки. Если бы в те времена в отчизне открыли школу тренеров и коучей, то там Салтыков-Щедрин мог бы с увлечением и наглядными примерами читать лекции и проводить семинары на тему «как не нужно ничего обустраивать». Ведь он сам не был реформатором, потому что ясно видел, что реформы в такой структуре управления должны идти с самого верха. Если, конечно, дойдут.

Салтыков-Щедрин провел долгие годы в душном и зябком чиновничьем мире, и как он его ни ненавидел, ни стремился от него отречься, отделиться, он поневоле и отчасти приноровился к нему. Этим и объясняются поздние дрязги Салтыкова-Щедрина на службе, мелочное сведение счетов, непонятно зачем им устроенное. Он хотел погрузиться в издание журнала, но и у этого бизнеса была своя изнанка, причем не только деловая… Вряд ли поведение Салтыкова-Щедрина не только со своими подчиненными, но и с сотрудниками журналов стоило бы назвать вдохновляющим… Но к достоинствам Салтыкова-Щедрина можно отнести то, что он трезво оценивал свои способности и таланты и не обольщался иллюзиями, что может быстро изменить мир или хотя бы окружающую обстановку. Но сам масштаб творчества писателя, его грандиозность и самобытность впервые стали понятны после его смерти, в многочисленных опубликованных некрологах и статьях.