– Кто был первым героем? – Матвей Егорыч задумался. – На этот вопрос ответить нелегко. Как вы помните, немцы напали на нас 22 июня 1941-го. А уже через две недели советское правительство наградило высшим званием троих летчиков-истребителей. Они защищали нашу землю от фашистских бомбардировщиков.
28 июня в районе Пскова командир авиационного полка Степан Здоровцев атаковал три немецких бомбардировщика и, израсходовав весь боезапас, протаранил фашистский самолет, а свой сумел посадить. В тот же день над Ленинградом фашистские «юнкерсы» встретил истребитель Петра Харитонова, который своим винтом отсек хвостовой руль врага, сумев потом посадить свою машину. А 29 июня, через неделю после начала войны, пилот Михаил Жуков в бою над Псковским озером пикированием загнал фашистский «юнкерс» в воду.
– Деда! – воскликнул Ваня. – Ты же у нас летчик! Значит, летчики – это главные герои войны?
– Главным героем войны была Красная армия. Первыми бой фашистам дали защитники нашей границы – гарнизон Брестской крепости. Когда враг без объявления войны напал на страну в 4 часа утра, именно крепость первой встала на его пути. И ее защитники держались целый месяц, не сдаваясь врагу.
Оно конечно, слетать в Брест нетрудно, но… Что родители скажут, когда вернутся? Привезли детей к деду на дачу на недельку-другую, а тут – такая рискованная затея! Хотя какой риск? Машина в полном порядке, слетать в Брест – пара-тройка дней… Почему бы и не слетать?»
– Ладно, ребята, я подумаю. А сейчас давайте-ка я вам книжку покажу, полезную и очень интересную. Называется она «Брестская крепость», написал ее очень известный писатель Сергей Смирнов. Вы его книгу, конечно, не читали. В школьной программе по литературе этой книги все еще нет, хотя обещают добавить.
– Дедушка, а она большая, ее долго читать? – спросила Настя.
Матвей Егорыч улыбнулся.
– Тебе – долго. Но у нас же Ванечка есть, он тебе вслух почитает. А знаете, ребята, что мне в голову пришло? Давайте-ка и вправду в Брест слетаем. До него километров, конечно, немало, считай – тысяча, вот за время полета Ванечка книжку и прочтет. Согласны?
Внуки от радости запрыгали, а дедушка полез в самолет, стал готовить его к вылету.
До конца дня Матвей Егорыч улаживал формальности, связанные с полетом, а уже на следующий день их самолет поднялся в воздух. Двигатель работал прекрасно, но шум от него внутри салона был такой, что вслух особо не почитаешь. Так что дедушка вручил внукам микрофоны и наушники, и, когда Ваня открыл книгу, весь «экипаж» заслушался.
А послушать было что. Ведь об удивительной обороне Брестской крепости наша страна целый год ничего не знала. Брест и крепость фашисты забросали полутонными бомбами, засыпали минами и снарядами. Практически через неделю гитлеровские войска, рвавшиеся к Москве, захватили Минск, а из гарнизона крепости очень мало кому удалось пересечь быстро двигавшуюся к Москве линию фронта. И лишь в 1954 году, через 9 лет после окончания Великой Отечественной, фронтовик и писатель Сергей Смирнов задумал книгу о героях Брестской крепости.
Крейсерская скорость самолета Ан-2 – от 175 до 200 километров в час. От Москвы до Бреста расстояние около 1000 километров. Если дед Матвей будет держаться скорости 200 км/час, то сколько времени уйдет на перелет и чтение книги в салоне самолета?
ОТВЕТ: 5 часов.
Он решил отыскать тех, кто остался в живых. Это решение пришло к нему после того, как он сам побывал у разрушенных стен. И не случайно одни из первых строк книги такие:
«Видимо, крепче земляных и каменных укреплений, грознее самой мощной боевой техники оказались наши люди – советские воины. И слово «крепость» в этой легенде надо было понимать не в прямом, а скорее в переносном смысле. Речь шла о крепости духа этих людей, о крепости воли тех, кто принял на себя этот первый страшный удар врага».
Когда Ан-2 приземлился в Бресте, Матвей Егорыч спросил:
– Ну, что будем делать, ребята? Поищем, где поесть, или сразу к крепости пойдем?
– Да успеем еще поесть! – чуть ли не одновременно воскликнули внуки. – К крепости, к крепости пойдем!
Крепость была уже не в том виде, какой ее увидел Смирнов. После выхода в свет его книги вся страна узнала о подвиге ее защитников. В 1965 году ей было присвоено звание «Крепость-герой». А еще через 10 лет, в 1975-м, открылся одноименный мемориальный комплекс.
Немецкая 45-я пехотная дивизия имела задание захватить Брестскую крепость к полудню 22 июня. Но встретилась с таким сопротивлением, с каким не встречалась ни разу за два предыдущих года войны в Европе. Впервые в фашистских войсках к вечеру появился приказ об отступлении.
Более 200 погибших и выживших защитников Брестской крепости были удостоены наград за свой подвиг. Трое защитников крепости получили высокое звание Героя Советского Союза.
Лейтенант Андрей Кижеватов командовал пограничной заставой. Он смело сражался и не отступил даже тогда, когда стало совсем трудно. Его имя навсегда осталось в истории как символ верности и отваги.
Ефим Фомин, полковой комиссар, помогал бойцам действовать вместе. Он поддерживал защитников, принимал важные решения и руководил не только обороной, но и смелыми ответными ударами. Его мужество помогло крепости держаться в самые тяжелые дни.
А вот майор Петр Гаврилов защищал крепость больше месяца. Когда силы почти иссякли, он был тяжело ранен и потерял сознание. В плену врачи помогли ему поправиться и снова встать на ноги. После войны о подвиге защитников Брестской крепости узнала вся страна – благодаря писателю Сергею Смирнову, который нашел и рассказал их истории.
Подвиги этих людей учат нас быть смелыми, не сдаваться и всегда помнить тех, кто защищал мир и будущее.
Уже поздно вечером, когда зажглись городские фонари, дед и внуки подошли к Вечному огню.
– Что ж, ребята, увидели мы с вами, как берегут память о настоящих воинах, да? Так что, когда я показывал вам боевые награды моего деда, я вовсе не хвастался. Просто хотел, чтобы и в вашей памяти это сохранилось… А теперь давайте-ка отыщем гостиницу, переночуем, а утром полетим…
– К тебе на дачу? – закончила за дедушку Настя.
– А может, по пути еще что-нибудь покажешь, а, деда? – начал канючить Ваня.
– Да! – подхватила Настя идею брата.
– Что ж, – согласился Матвей Егорыч. – Прежде должен я вам рассказать о первом блестящем наступлении Красной армии, которое случилось в ноябре 1941 года, то есть уже через 5 месяцев после начала войны. А сейчас – ужинать. Ну а перед сном – мой рассказ.
Огонь у мемориала тихо мерцал в вечерней темноте, и каждый из них на мгновение замолчал, думая о своем. В такие минуты особенно ясно понимаешь: пока живы эти рассказы и пока их слушают дети, подвиг не уходит в прошлое – он продолжает жить в сердцах новых поколений.
Уложил дедушка внуков и начал свой рассказ. Операция «Барбаросса» продолжалась, гитлеровские генералы были уверены в том, что поставленных целей они добьются через два – максимум три месяца. Даже назначили даты их достижения: Москва и Ленинград – 25 августа, рубеж Волги – начало октября, Баку и Батуми – начало ноября.
Кстати, не все знают, что назвали эту операцию в честь императора Священной Римской империи Фридриха I, вернее, по прозвищу, которое дали ему итальянцы: в переводе с итальянского «барба» – борода, а «росса» – рыжая. Он был великим рыцарем, почти всегда побеждал, но… В конце концов ему пришлось сесть за стол переговоров с противниками.
А гитлеровская «Барбаросса» не допускала никаких переговоров. Вот и наступали фашисты на всех фронтах, и двигались довольно быстро, хотя наши солдаты сражались до последнего. И вот уже в ноябре Красная армия перешла в наступление. Было это под Ростовом.
Вы, ребята, об этом городе, конечно, слышали. Помните, в позапрошлом году мы ездили по Золотому кольцу и были в Ростове, любовались Ростовским кремлем?
Город не так уж далеко от Москвы, столица древнего княжества, тысячу лет назад он назывался Ростовом Великим.
Наше наступление в сорок первом году развернулось у другого Ростова – Ростова-на-Дону. Этот город появился в середине XVIII века. Его велела возвести императрица Елизавета Петровна, дочь Петра I, его задача – защищать юг России от турецких и крымско-татарских набегов. Сейчас его называют «ворота Кавказа».
Именно так его воспринимали и гитлеровцы, рвавшиеся к кавказским нефтепромыслам. И захватили его 20 ноября 1941 года.
Так вот, уже через неделю, 28 ноября, Красная армия вошла в город, очистила его от оккупантов и перешла в решительное наступление.
Гитлер был рассержен. Для фашистских завоевателей это оказалось не просто неожиданностью. Это был тяжелый удар по всем планам. Им пришлось усиливать свои войска, чтобы не потерять еще и захваченные донбасские земли и побережье Азовского моря. Они были вынуждены отказаться от отправки запланированного подкрепления тем войскам, которые шли на Москву (а их, как к тому времени уже стало понятно, явно не хватало). На деле это означало, что операция «Барбаросса» провалилась.
Его армия впервые за долгое время столкнулась с серьезными неудачами – такими, каких раньше даже не ожидали.
После этих событий многие военные начальники лишились своих должностей, а руководство армии стало срочно искать новые решения.
Зато советские люди почувствовали: с нацистами воюем на равных. И победить их можно. И – победим! Жители Ростова, целую неделю прятавшиеся по домам, встречали красноармейцев с бурным восторгом.
Тула прикрывала южные подступы к Москве, как и в древние времена, и, как и прежде, враг был остановлен на этой границе. Прежде – это больше шести веков назад, когда в 1380 году войска московского князя Дмитрия разгромили монголо-татарские войска Мамая в Куликовской битве. Уже через полсотни лет полностью вошедшая в Московское княжество Тула стала главной заставой на пути кочевников. Выстроенная каменная крепость в 1552 году выдержала осаду крымского хана Девлет-Гирея, шедшего на Москву, да и в последующие годы была для татарских завоевателей неприступна.
К концу октября 1941 года к Тульской области подошла танковая армада генерала Гудериана. 30 октября началась, как писали военные историки, Тульская оборонительная операция. Но, по сути, это уже было начало предстоящей Московской оборонительной операции.
Когда на следующий день в Бресте Матвей Егорыч с внуками ехал к своему самолету, Ванечка задумчиво проговорил:
– Деда, а может, мы по дороге домой в Тулу залетим? А? Мне что-то Тульский кремль посмотреть захотелось…
Дедушка сказал:
– А почему бы и не залететь? По пути. Ты, Настенька, не возражаешь?
Тут уже Настя захлопала в ладоши:
– Я возражаю? Да ни за что! Я давно уже хочу попробовать тульский пряник. Нам в саду Вера Васильевна сказку про него рассказывала. Мол, была такая царевна упрямая, все на свете ей не нравилось. И отец ее приказал объявить по всему царству, что выдаст дочь замуж за того, кто сможет угостить царевну чем-то, что она никогда не ела и что ей понравится. И вот приехал во дворец парень из Тулы, угостил ее тульским пряником, так царевна, попробовав, закричала: «Хочу, хочу, хочу! Пусть он будет моим мужем!»
К полудню были они уже в Туле: и кремль посмотрели, и пряники попробовали. Тут, признаться, и дедушка был удивлен, таких пряников он еще не пробовал. Внукам обещал, что теперь в магазинах будет их высматривать. Но для него главным было все-таки рассказать внукам о героях Тулы, отстоявших город в ноябре-декабре 1941-го, хотя фашисты тогда имели преимущество во всем: и в численности солдат, и в количестве техники, особенно в танках.
Они почти полностью окружили город, лишь на севере города оставалось небольшое окно шириной 5–6 километров, через которое не прерывалась связь с Москвой. Но туляки и не думали сдаваться. Они перегородили улицы баррикадами, построили блиндажи, создали рабочий полк, а оружейные заводы продолжали выдавать продукцию.
«Непобедимая» танковая армия Гудериана намеревалась захватить Тулу за пару-тройку дней. Но уже в двадцатых числах октября она потеряла десяток машин, подорвавшихся на заложенных жителями города противотанковых минах. Эти мины делали там же, причем часть рабочих, ушедших в рабочий полк, заменили женщины с кондитерской фабрики, которые назвали эти мины «тульскими пряниками». Название прижилось моментально. Настолько, что очень во многих частях Красной армии именно так стали называть и в следующие годы войны все, что на фронт доставлялось из Тулы, – мины, минометы, снаряды, патроны.
29 октября армия Гудериана подошла к Туле, а на следующий день предприняла первую попытку ворваться в город. Тяжелейшие бои шли три дня. Несмотря на шестикратный перевес, немецким танкам не удалось выполнить приказ. Город защищался упорно, наши бойцы стояли насмерть. И какую изобретательность они проявляли! Было мало противотанковых пушек – в ход пошли зенитные орудия. Противовоздушная оборона превратилась в противотанковую – и очень результативно. За эти три дня было уничтожено 38 фашистских машин!
В конечном итоге армия Гудериана дала под Тулой свой последний бой и – проиграла.
Иначе и быть не могло. Весь город сражался с врагом, как мог. Сегодня тульская школа № 39 носит имя Вали Паршутина. Был в Туле такой паренек, у которого день рождения был 29 октября. И вот именно в этот день в 1941 году, когда ему исполнилось 12 лет, к его городу подошла гитлеровская армия. Несколькими днями раньше, когда армия Гудериана стремительно приближалась к Туле, мама пыталась отослать сына в деревню, от города подальше, но Валя уперся:
– Я уже вырос, – сказал он матери. – Буду бойцам помогать, патроны подносить, в разведку ходить!
– В твоем возрасте? Какой из тебя боец?
– В моем возрасте Гаврош воевал, помнишь? Я тебе читал про него…
Его в отряд рабочего полка приняли. И вот он показался маме, одетый в солдатские сапоги, ватник, а на голове – настоящая пилотка со звездой. Мальчик оказался в полку очень полезным. Мало того что он подносил в окопы боеприпасы, его и в разведку посылали. Он сам настаивал, говорил командиру: «Ну чего вы солдат в разведку посылаете, их ведь немцы легко увидеть могут, а я – маленький, неприметный».
Пацана полюбили и стали называть сыном полка.
Кстати, в школе № 39 имени Вали Паршутина о его подвигах рассказывают ученикам с первого класса. И называют его «наш Гаврош».
Подвигов в Тульской оборонительной операции было совершено немало. Один из самых ярких – сражение младшего сержанта Виктора Григорьева, механика-водителя танка КВ-1, с целой танковой ротой врага.
Название «КВ» – это инициалы наркома обороны СССР Клима Ворошилова, а нарком – это народный комиссар. В СССР эта должность была аналогом современного министра.
Тяжелый танк КВ-1 в первые месяцы Великой Отечественной наводил на фашистов ужас. Его броня была практически непробиваемой.
Против танка Григорьева, занявшего важный участок дороги, шла колонна из семи немецких танков, а за нею – колонна автомашин с мотопехотой. Результат встречи: три гитлеровских танка разбиты, 20 автомашин смято в лепешку, 70 фашистов встретили под Тулой смерть. И это – один наш танк! За этот подвиг Виктор Григорьев получил звание Героя Советского Союза.
Виктор Антонович Григорьев
Двести пятьдесят жителей Тульской земли стали Героями Советского Союза за годы Великой Отечественной войны. А их поразительная стойкость дала Красной армии возможность начать контрнаступление на рвавшихся к Москве фашистов.