Утром их разбудил звонок на мобильный телефон Никиты. Они одновременно проснулись и чуть стыдливо улыбнулись друг другу. Зоя, накинув на голое тело рубашку возлюбленного, пошла в душ. Ванная была приличная, хоть и чересчур украшенная. «Смоленское барокко», – сострила Зоя про себя, но затем устыдилась своего снобизма.

Тем временем Никита говорил с абонентом.

– Слушаю тебя.

– Возвращаю должок. Поговорили с Зелимханом этим. Недолго ломался. Но и выдавать ему особо нечего. Они купили документы и по ним легализовали краденую машину. Номера все вытравили кислотой, типа проржавели, и так продали за полцены, – голос Энвера звучал слишком бодро для только проснувшегося Никиты.

– А покупатель? – переспросил он и включил телефон на громкую связь.

– Тут интересно. Позвонил сначала на «Вотсап». Зелимхан не ответил. Затем перезвонил на мобильный. Голос обычный, русский. Не торговался. Деньги предлагал на электронный кошелек сбросить, но Зелимхан кеш попросил. В итоге кеш привез курьер какой-то, а машину покупатель попросил оставить с ключами у разборки. Мол, ночью заберет. Как ее забирали, никто не видел.

– А курьер – из «Яндекса»?

– Нет, вроде. Обычный студент. Концов не найти. Внешность, говорит, «как у всех рюсских».

– То есть у нас в сухом остатке: только русский голос в телефоне, «рюсской внешности» курьер и пачка наличных? – нахмурился Никита.

– И еще два номера телефона. Оба записаны на Мухамадиева Рустама. Гражданин Узбекистана. Купил оптом сим-карты, продал у Белорусского вокзала. Кому – не помнит.

Завернутая в полотенце Зоя прошептала на ухо Никиты:

– Остальные номера пусть сбросит. Вдруг он много купил.

Никита озвучил просьбу девушки Энверу.

– Не вопрос. Сейчас пришлю все, что есть.

– Спасибо, дружище! – Никита нажал «отбой».

– Твое гостеприимство на завтрак распространяется или мне приготовить? – спросила его Зоя.

Никита обнял ее, слизывая капли воды с шеи, плеч, груди.

– На работу же надо, – вяло запротестовала Зоя, понимая, что поцелуями все может не ограничиться.

Никита разочарованно вздохнул и пошел готовить завтрак. Зоя с давно забытым ощущением полноты жизни стала одеваться. В ее телефоне булькнуло сообщение от Никиты с номерами сим-карт. «Когда он все успевает?», – подумала девушка.

– Завтрак подан, – прозвучал голос молодого человека.

Зоя, заходя на кухню, почувствовала аромат бекона и яичницы и в очередной раз порадовалась своему отказу от вегетарианства.

За завтраком они обсуждали ход дальнейшего расследования. Что-то изменилось в их деловом партнерстве. Это почувствовали оба. В репликах появились паузы. Видимо, они были необходимы для осмысления происходящих перемен. Но чем жарче становился деловой разговор, тем ощутимее ускользали из памяти пережитые ночью ощущения.

След машины оказался не слишком перспективным в раскрытии преступления. Алиби охотников тоже выглядели безукоризненными.

– Ну, если заказчик убийства Муратова среди них, он опять с чистыми руками. Я, мол, в Краснодаре, или в суде, или в театре… Какие ко мне вопросы? Ах, Ковтуна убили?! Надо же! – Никита спародировал кого-то.

– А ты на кого думаешь? Краснодар к слову упомянул? – уточнила Зоя.

– Да мне все эти звероловы не особо нравятся. И чем лучше алиби на охоте, тем больше подозрений, что это нарочно. Один камеру нацепил, другой с любовницей трендел. Двое бухали, как не в себя. Я бы всех за пятачок подергал, – с этими словами Никита потер лицо, покрывшееся за ночь чуть рыжеватой щетиной.

Собравшись, поехали в Смоленск. Там их ждал Вадим. Без особых новостей.

– Айпи-адрес второго клиента чекисты не смогли идентифицировать. Методика шифрования адреса такая же, как у того, с которого взломали видеорегистратор охотничьей базы. Еще прислали мне отчет о пожаре, где машина сгорела. Место пожара не под камерами, подходы тоже. За рулем мужик в кепке.

– Ожидаемо. У нас все глухо с покупкой машины. Киллер прислал продавцу курьера с деньгами, машину забрал так, что его никто не видел.

– Хитрый черт, – протянул Мошкович.

Оперативники расселись за компьютерами и начали проверять все возможные зацепки. Через час удача улыбнулась Никите.

– Опаньки. А как так могло быть, что бизнесмен наш Игорь Петрович Шмидт в Краснодар приехал, но там нигде не поселился?

– А как ты узнал? – уточнил Мошкович.

– Не регистрировался в гостинице. Отельеры должны в Федеральную миграционную службу обязательно сведения передавать. Вряд ли он у бабки угол снимал.

– Может, там у него квартира съемная от фирмы или друг какой-нибудь живет, – выдвинула версию Зоя.

– Может. А еще может – метнулся в Смоленск на машине. – Глаза Никиты загорелись азартом. – Давай так. Ты ищешь мотив, я возможность.

– А я? – Мошкович с легкой обидой посмотрел на коллег. Его лицо вытянулось и стало похоже на маску Пьеро.

– Братан, ты самый опытный. Проверяй судью. Вдова сказала, какие-то он вопросы для Муратова решал, и тот в его карьере участвовал. Ну и по машине вдруг что-то родится.

Мошкович горько вздохнул: версия с Игорем Шмидтом была более перспективная, – но спорить не стал. В их группе Никита, несмотря на молодость, явно претендовал на роль лидера.

Коллеги погрузились в поиски информации, лихорадочно постукивая клавишами компьютеров и делая звонки.

Когда настало время обеда, Мошкович достал ланч-бокс с едой, а Зоя и Никита отправились в уже опробованное ими узбекское кафе.

– Ну, что у тебя интересного?

– Смотри. Я проверила всех акционеров компаний, которыми владеет Шмидт. В основном везде он и его партнеры, они же директоры, бухгалтеры. Но в одной, которая занимается сдачей недвижимости в аренду, есть необычный акционер. Милая старушка. Драгунова Зинаида Романовна. В девичестве – барабанная дробь… Муратова, – после небольшой паузы для усиления драматического эффекта сообщила Зоя. – То есть родная сестра покойного Дениса Романовича.

– Ага, вдова говорила, что какие-то дела были.

– Дальше. Компания сдает много недвижимости, и накопленная прибыль уже – под сто миллионов. Но ее уже три года никто не распределял. Лежала в банке на депозите. А месяц назад вдруг вся сумма была снята и инвестирована в какую-то промзону в Серпухове. Может, там одни развалины, а девяносто миллионов отмыли? Ищи-свищи их теперь.

– То есть ты думаешь, что Шмидт задумал таким образом вывести деньги и кинуть сестру Муратова, а, чтобы брат не заступился, его превентивно грохнуть?

– Может быть, так. А может, брат уже узнал о воровстве и предъявил Игорю претензию, – предположила Зоя.

– Так-то вполне себе мотив. У меня все тоже пока подозрительно. Ни одного договора у фирм Шмидта с краснодарскими контрагентами нет. Позвонил туда под видом клиента, сказали, филиалов там не имеется и отгрузок туда еще пока не было.

– Еще что-то накопал?

– Да. Проверил его банковский счет. Ни одного списания по карте в эти дни. В другие дни прямо по пять-десять транзакций, тут ноль на массу. Явно шифровался.

– Это и вправду подозрительно.

Пожилой узбек в тюбетейке вынес им заказ. Ароматная самса, шашлыки из баранины и салат из желтых помидоров отвлекли их от обсуждения дел. Доев, Никита не удержался и облизал рот, запачканный соусом. Зоя рассмеялась, вытирая пальцы салфеткой, и поцеловала его в краешек губ.

– А ты телефон Шмидта на перемещения не посмотрел? – спросила девушка, наливая себе и коллеге чай.

Никита, взяв из рук Зои горячий чайник, подлил ей и себе ароматный напиток с чабрецом и ответил:

– Запросил. Но наши товарищи помедленнее ваших работают. Сейчас поднимемся, может, пришлют.

Когда они вернулись на рабочее место, на компьютере Никиты и вправду уже было письмо из БСТМ, занимающегося отслеживанием телефонных номеров. Все дни командировки телефон Игоря Петровича Шмидта находился в Краснодаре, постоянно менялись лишь точки нахождения.

– Беда. Такая версия пропадает, – расстроенно покачала головой Зоя.

– Это правда. Погоди, а это что? – Никита увидел приписку внизу справки. – Какая-то переадресация включена. Зачем это, интересно?

– А затем! – азартно воскликнула Зоя. – Оставляешь телефон в камере хранения, но включаешь переадресовку вызовов. Запрашивай локацию переадресованного телефона.

– Ага. Но я бы уже ехал и товарища принимал.

– Согласна.

Они обсудили свой план с Мошковичем. Он поддержал идею.

– Признание – царица доказательств, как наш Олег Иваныч говорит. Давайте. Звоню ему, прошу санкцию на обыск.

Уже к вечеру коллеги были в Москве. В этот раз все было организовано по образу и подобию обыска и допроса Виктора Перепелкина. Только что Игорь Шмидт просыпался не так рано, поэтому к нему зашли со звонком.

Дверь открыла женщина в костюме для занятия йогой. Она напоминала мешок с картошкой – телеса выпирали отовсюду.

– А вы кто такие? Я вообще-то тренера жду, – она удивленно уставилась на рослого собровца с кувалдой, которой он готовился выбивать дверь в случае отказа ее открыть.

– Тренировка, дамочка, откладывается. Муж ваш, Игорь Петрович Шмидт, дома? – Никита задал встречный вопрос.

– Да дрыхнет еще. Вы это, санкцию покажите! – прикрикнула она на бесцеремонно пропихивающихся мимо нее силовиков.

– Смотрите, – Никита предъявил ей постановление суда.

– Я звоню адвокату, – с вызовом заявила она и демонстративно открыла адресную книгу телефона.

– Хоть прокурору! В сторонку отойдите.

На шум вышел заспанный Игорь Петрович. Выглядел он не очень, явно вчера нарушал режим. От его подчеркнутой моложавости не осталось и следа.

– Чего это вы? – он узнал Никиту и Зою.

Никита дал ему ознакомиться с постановлением, и полицейские принялись обыскивать квартиру. Им активно противодействовала жена Шмидта, и они даже подумывали составить на нее протокол о неповиновении, но вскоре она утихомирилась.

Не найдя ничего интересного, они направились в офис Игоря Петровича, где попросили документы на промзону в Серпухове, купленную на деньги сестры убитого. В переговорную, где они расположились, зашел робкий молодой человек в костюме на пару размеров больше, чем следовало бы.

– Вы просили документы по промке. Я этим проектом занимаюсь. Менеджер проекта, стало быть.

– Как замечательно. Расскажите, что за проект, – Зоя взяла на себя инициативу.

Юноша, преодолевая смущение, достал распечатанную презентацию и начал сбивчиво рассказывать. С его слов выходило, что проект вполне перспективный и вскоре принесет прибыль. Никита и Зоя пытались его огорошить внезапными вопросами, но он четко стоял на своем. Озадаченно переглянувшись, они пригласили в переговорную Шмидта.

– Расскажите нам про свою командировку в Краснодар, – Никита сразу перешел к делу.

– А можно, мы вдвоем с вами пообщаемся? – вопросом на вопрос ответил Игорь и просяще посмотрел на Зою.

– С чего вдруг? – удивился полицейский.

– Есть обстоятельства, – замялся коммерсант.

– Давайте без стеснений, речь о вашей свободе идет, – припечатал Никита.

– Ну, только жене не рассказывайте, пожалуйста. Я в Сочи с подругой отдыхал.

– А телефон почему в Краснодаре светился? – удивилась Зоя.

– Так жена меня пасет все время. Требует, чтобы я «локатор» включенным держал. Ну, я нанял парня, чтобы он в Краснодар съездил и там телефон выгулял.

– А сам? – Никита догадывался об ответе, но все-таки задал вопрос.

– В «Рэдиссон Лазурная» был. Все время. Наличкой платил, потому что жена банк-клиент тоже пасет.

– Девушка сможет подтвердить? – скорее по инерции спросил Никита.

– Конечно. Только умоляю – жене не говорите. – Лицо Игоря Петровича стало жалким.

– Не скажем, – брезгливо ответила Зоя.

По итогу допроса стало ясно, что Игорь не имеет отношения к убийству Сергея, да и мотива убивать Муратова у него тоже, оказывается, не было: деньги были сняты по согласованию сторон, о чем свидетельствовал документ – решение акционеров.

– Что же за невезуха такая?! Вроде все складывалось. А тут такой облом, – расстроенно констатировал Никита.

– Да уж. Такое ощущение, что по кругу ходим. Никто не виноват, а трупов все больше. Может, все-таки кто-то извне его заказал?

– А как стекло ему в сапог попало? – метко возразил Никита.

Он покачал головой и набрал Мошковича, рассказав об их новостях. Тот нейтрально прокомментировал услышанное, но потом тон его изменился:

– Вообще-то, у меня кое-что на судью нашего есть.

– Да ладно? – Никита включил громкую связь.

– Ага. За неделю до убийства у него все накопления со счета были сняты. И за день убийства Сергея он взял кредит и тоже снял его целиком со счета.

– То есть ты думаешь, что он расплачивался с киллерами? – удивился Никита.

– Ну, как там говорится: «Совпадение? Не думаю», – хмыкнул Вадим.

– Ладно, давай судью в разработку возьмем.

С этими словами они сели в машину и поехали обедать. Никита, по свой привычке есть незнакомые блюда, нашел суши-бар и убедил Зою отправиться туда.