ZGDX, smiling: Сегодня капитан сходил на свидание вслепую. Сказал, у девицы, с которой он встречался, степень магистра в области финансов, рост 172 см и шпильки. Их семьи – партнеры по бизнесу.
Кисулина мама: Если бы ты закончила свою учебу за границей, тоже могла бы отхватить магистра.
Но до 172 я дорасту, только если мне сделают операцию по удлинению костей. Ну или небеса пошлют мне Гарри Поттера с каким-нибудь заклинанием для роста.
Лучше молись, чтобы у брата Чэна оказался уникальный вкус и чтобы он предпочитал коротышек. Это надежнее.
С чего бы мне молиться, чтобы он любил коротышек?
А с чего ты сравниваешь свой рост с той девицей?
Я сравниваю? Да я тебе просто новости рассказала, это ты нас зачем-то сравнивать начала… Но по-честному говоря – откуда же вы такие только беретесь? И высокие, и красивые, из хороших семей, да еще и отличницы!
А ты зато умеешь играть. Ты же наша Мулан киберспорта. Ты тоже очень крутая!
Иди на хрен!
Ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Сидевшая в своей комнате Тун Яо закатила глаза, отложила телефон и рассеянно просмотрела блокнот, где была записана куча данных по всем игрокам команды Huawei. Перевернув пару страниц, обнаружила, что не воспринимает ни единого слова, и чем дальше она листала, тем сильнее раздражалась. В конце концов она резко захлопнула блокнот, выключила свет и легла в кровать. Разбуженный полусонный Пышка недовольно мяукнул и толкнул ее лапкой. Девушка рассердилась и поджала губы.
– Что это ты пинаешься? Это, вообще-то, моя кровать! Не нравится – иди спать в свой домик!
Ругая кота, Тун Яо взяла одеяло и натянула его на голову. Она сама толком не понимала, на что именно сердится. Когда девушка закрыла глаза, ей вдруг вспомнилось, как Лу Сычэн насмешливо сказал: «Только и умеешь, что хомячить». Тун Яо надула щеки под одеялом. «В смысле “только и умею”?! Когда вы, уважаемый, пошли на свое свидание, я, между прочим, сидела на базе и пересматривала матчи, чуть не ослепла вообще. И хоть бы кто похвалил! Тьфу!»
Ее раздражение продолжало расти. В какой-то момент девушка уже хотела схватить телефон да как следует обругать капитана. Но остановило какое-то смутное ощущение, что причина слишком уж странная и неубедительная, и в итоге страх перед капитаном все-таки перевесил.
Она так пыхтела от злости, порываясь что-нибудь сделать, что в итоге… просто уснула.
На следующий день состоялся матч. К месту его проведения команда прибыла в половине четвертого. Всех, как водится, сначала привели в порядок в гримерке, после чего игроки в зоне отдыха стали ждать начала матча. В половине пятого начали смутно слышаться голоса на трибунах. Ведущие тоже занимали свои места.
Без двадцати пять телевизор в комнате отдыха включился, повторяя все то же, что транслировалось на большом экране снаружи. Это делалось для того, чтобы те, кто оставался за сценой, тоже могли видеть, что происходит в текущем матче. В данный момент показывали топ-10 лучших моментов матчей прошлой недели. Тун Яо сидела на стуле, скрестив ноги, ела фрукты и вела подсчет. Лу Сычэна показали два раза, ее саму – один раз. Сцены с капитаном были с нижней линии: одна дуэль и одна зрелищная схватка «один против двоих», где брат Чэн успешно расправился с противниками в контратаке. Момент с Тун Яо был из командного боя, где она, стоя в тылу, снайперски отстреливала уцелевших врагов.
Без пятнадцати пять Тун Яо, отставив в сторону коробку с фруктами, встала и хотела было сказать, что, наверное, уже пора выдвигаться, как вдруг заиграла веселая мелодия и голос, нарочно растягивая слова, объявил:
– Время заглянуть в «Цитатник»!
Девушка, уже направлявшаяся к двери, запнулась, растерянно обернулась… и увидела собственную огромную физиономию во весь экран.
– Они выбрали всех персонажей на позднюю игру, а мы на раннюю. Ну и самоуверенные же вы, дорогие товарищи тиммейты, – вздохнул Кот.
– У меня голова болит. Быстрее отстреляемся и пойдем домой спать.
А это Лу Сычэн, хриплый и с бесстрастным лицом.
– Поддерживаю, – с серьезным видом откликнулась Тун Яо.
– А-а-а-а-а-а! – Девушка издала крик ужаса и закрыла лицо руками, но не удержалась и сквозь щелочку между средним и безымянным пальцами все-таки посмотрела на экран. – Я же просила ребят из техподдержки! Разве они не обещали, что это не попадет в «Цитатник»?!
– Ты дура, что ли? – фыркнул Лу Сычэн. – Кто тебе что обещал?
В это время Кот на экране надел наушники.
– Сестренка, а с тобой-то что опять?
Тун Яо тут же заткнула уши пальцами. Но тот, кто монтировал «Цитатник», явно не желал отпустить ее с миром. Лицо девушки на экране, такое безэмоциональное сначала, вдруг дернулось, и она совершенно спокойно произнесла:
– Живот прихватило. Сортир по мне плачет!
И в повторе:
– Живот прихватило. Сортир по мне плачет!
И третий раз:
– Живот прихватило. Сортир по мне плачет!
И мало того, что одну фразу повторили три раза, так в конце еще и наложили протяжный рев монстра. Над головой Тун Яо появились цветные субтитры, мультяшный унитаз и эмодзи в виде коричневой кучки в слезах… Потом показали Пухляша, который вздохнул:
– А по-моему, по тебе плачет «Цитатник»…
Физиономия девушки на экране, обычно такая невозмутимая, будто с параличом лицевого нерва, наконец-то изменилась. И только сейчас на видео Тун Яо заметила, какие у нее огромные ноздри, когда она в панике. А второй подбородок ну точно как у тех уродливых рож, которые любят использовать в мемах! Ей еще и пририсовали спецэффекты в виде водопада слез…
– Нет-нет-нет! Братцы из техподдержки, сжальтесь! Давайте этот момент вырежем! Ну пожалуйста! На коленях прошу! В честь праздника, а? Хоть Нового года, а?.. Ведь он же когда-то будет!
В правом верхнем углу экрана возле Тун Яо появилось непреклонное лицо телеведущей Сяо-S – изображение, ставшее мемом, а кто-то из технарей за кадром равнодушно откликнулся: «Угу». Девушка с громким шлепком прикрыла рукой глаза, не в силах больше на все это смотреть. Даже через длинный коридор и закрытую дверь она слышала, как хохочет зал.
Потом еще показали, как она прилетает с помощью магической карты и кричит Лу Сычэну:
– Фраг, фраг, отдайте мне фраг! Я же так старалась, в такую даль к вам летела, столько сил потратила! Если не дадите мне их убить, в жизни больше никогда к вам на бот не приду!
А когда Лу Сычэн ей спокойно ответил: «Незачем так орать. Смотри не обделайся», то по гоготу из зала было понятно, что публика сейчас задохнется от смеха…
– Все, – сказала Тун Яо, – больше не могу. Я сегодня на сцену не выйду. Лу Юэ, сыграй за меня. Мне надо прийти в себя.
– Не, не пойду, – ответил Лу Юэ. – Хочу посмотреть, как тебя засмеют.
– Не бойся, – сказал Пухляш.
– Да как вообще можно вот так поступить с девушкой!!!
– В киберспорте пола нет, – ответил Пухляш.
Тун Яо беспомощно махнула рукой. В этот момент Сяо Жуй открыл дверь, подгоняя всех к выходу на сцену. Пухляш тычками и уговорами потянул за собой Тун Яо. Поравнявшись с менеджером, девушка отчетливо услышала, как Сяо Жуй сказал:
– Вот нравятся мне такие девчонки, смелые, без комплексов, не жеманные. Не то что всякие там раскрашенные куклы!
Она доверчиво распахнула глаза и увидела, как Сяо Жуй в темном коридоре весело хохочет. И внезапно Тун Яо показалось, что против нее ополчился весь мир. Когда девушка вышла на сцену и подошла к своему месту, ее встретили не только аплодисменты, но и дружный смех. Тун Яо потерла лицо и села в кресло, ощущая многочисленные взгляды. И на этот раз даже монитор компьютера не мог ее закрыть…
Она схватила наушники и перед тем, как надеть их, пробормотала:
– Ребят, я в ауте. Мид сегодня не в строю. Топ и боттом – вывозите сами.
– Если тебя в соло вынесут один раз – я куплю огромный телевизор в гостиную, возьму вот этот фрагмент про сортир, зациклю и буду крутить его сутки без остановки. Два раза вынесут – двое суток. Три раза вынесут – трое.
Тун Яо на секунду потеряла дар речи.
– Ты вообще человек?
Ворча себе под нос, она натянула наушники. Шум и смех сразу стихли, но Тун Яо никак не могла отойти от пережитого позора. Впрочем, цвет кетчупа на ее щеках постепенно сменился умеренно-розовым. Еще через некоторое время начался собственно матч, пришла пора банить и выбирать, и болтовня внутри команды сменилась серьезными разговорами о стратегии…
– Мэн Цяньцуна возьмите! – сказал Кот. – Возьмите для меня Мэн Цяньцуна, он в этой версии нереальная имба!
– Не надо, – возразил Кей. – Ты им в ранговых катках играл всего пару раз, а тащишь в официальный матч. Лично мне от этого очень тревожно.
– Потифа забанен, теперь баньте Вдову, – велел Лу Сычэн. – Нельзя, чтобы Кунь ее забрал.
– Давайте еще на миде забаним одного, – предложил Пухляш. – Баньте Трехрукого.
Тун Яо промолчала.
– Тогда я беру Мэн Цяньцуна, – заявил Кот.
– Мин, а мне кого взять? – спросил Кей.
– Мужик-с-ружьем еще не забанен, – ответил тот. – Хочешь? Думаю, с ним нормально будет.
– Ла-а-адно…
– Раз мы забрали Мужика, я возьму кого-нибудь под позднюю стадию, – сказал Лу Сычэн.
– Кукловода, бери Кукловода! – воскликнул саппорт. – Он в тимфайте хорош.
Тун Яо продолжала молчать.
– Куда у нас мидер делся? Ты в оффлайне? – спросил капитан.
– Мидер притих, как цыпленочек, – сказал Пухляш.
– Кстати, мидер! – спохватился Мин. – Противники забрали Иариэля. Думаю, Кейси подойдет… Тун Яо, ты умеешь за Кейси?
– Умею. Берите.
– Сестренка, – вздохнул Пухляш, – я тебе так скажу: если тебе суждено попасть в «Цитатник», то без разницы, будешь молчать или говорить. Все равно попадешь. Веришь?
«Ни хрена я теперь ничему не верю». Поэтому за весь первый раунд, шедший около сорока пяти минут, Тун Яо не сказала и десяти фраз. И в каждой из них было не больше десяти слов.
– В тебя дух Лу Сычэна вселился? – чуть ли не хором спросили Пухляш и Старина Кей.
– Я-то не немой! – возмутился капитан.
Поскольку молчаливая Тун Яо, запуганная обещанием капитана, целиком сосредоточилась на игре, то в первом раунде она разнесла всех вдребезги. Еще в самом начале они с Кеем устроили засаду возле краба, поймали там вражеского джанглера, и Тун Яо получила «первую кровь». В следующие пятнадцать минут это было идеальное выступление соло и самая что ни на есть образцовая игра за Кейси. Она в одиночку вынесла мидера Huawei целых три раза подряд.
Затем начался этап командных боев. И тут она вообще превратилась в вышибалу. Слабые вражеские персонажи, пытавшиеся бить из тыла, оказывались вышвырнуты в самую гущу боя. А если они пытались отступить, Тун Яо заталкивала их обратно, после чего добивала за два-три удара.
Благо джанглер соперников вовремя сориентировался, перестав соваться на мид, и ему даже удалось несколько раз подстеречь Кея на топе или ботлейне. За счет этого Huawei удалось дотянуть игру до поздней стадии. С трудом, но все же у них получилось держаться на равных с ZGDX. Однако по итогу из-за слишком слабой прокачки мидера они не смогли ничем ответить в двух последних командных боях. Наконец одной мощной атакой ZGDX все завершилось.
Едва первый раунд закончился, Тун Яо стянула наушники и, встав, сделала глоток воды. Затем, ни с кем не заговаривая, она поспешно удалилась в комнату отдыха. По пути девушка решила заскочить в туалет. Там на входе она вдруг столкнулась с тем самым джанглером команды Huawei по имени Кунь. Тун Яо притормозила и кивнула ему вместо приветствия, а Кунь вдруг широко улыбнулся и с заметным иностранным акцентом, делающим его голос похожим на речь робота, сказал:
– Смотрел твое видео. Такая милая…
Куня еще во времена игры в Корее окружало множество фанаток, потому что он был высок, строен, белокож, а когда улыбался, то на щеках у него появлялись ямочки. Этакий чистенький, опрятный, во всех отношениях положительный мальчик. А еще во время стримов он почти никогда не говорил. Его тиммейты, бывало, сыпали пошлостями напропалую, а он лишь слушал и улыбался. Если кто-то из команды налажал – Кунь никогда не ругался, а если сокомандник затащил катку – то непременно хвалил в чате. А главное, он очень прилежно учил китайский и часто переписывался с фанатами, используя пиньинь[23].
И когда вот это ангелоподобное существо внезапно похвалило ее за то позорное видео, Тун Яо была настолько ошарашена, что чуть действительно не намочила штаны.
«Что у нынешних парней в голове?» – подумала девушка, вежливо улыбнулась, поблагодарила и пулей юркнула в туалет.
Казалось бы, мелочь, всего лишь маленький эпизод между раундами, о котором можно через минуту забыть. Тун Яо даже не поняла, в чем, собственно, проблема… Может, ее поспешная улыбка по непонятным причинам вывела этого красавчика из себя? Так или иначе, когда а когда начался второй раунд, она с недоумением обнаружила, что этот самый Кунь, который несколько минут назад отвесил ей комплимент, ни с того ни с сего решил поселиться на мидлейне! Всю раннюю стадию он либо ганкал мид, либо был где-то на подходе. Когда Тун Яо подловили впервые, а враг забрал «первую кровь», она корила себя за неосторожность. Но вскоре Вдова, персонаж Куня, стала появляться на миде снова и снова.
Тун Яо (спокойно):
– Их джанглер на мидлейне. Я минус. Крипы на подходе. Кей, приходи, добей их, а то зря пропадут.
Тун Яо (спокойно):
– Джанглер опять на мидлейне. Я на базу.
Тун Яо (уже не так спокойно):
– Я умерла.
Тун Яо (растерянно):
– Да что с этой Вдовой не так? У нас что, карту урезали, остался только мид?
Тун Яо (без эмоций):
– Я опять умерла.
Тун Яо (злющая и с нервным тиком):
– Да перемать, блин! Опять я сдохла!
Тун Яо (в бешенстве грохнув клавиатурой, глядя на черно-белый экран):
– Нет, это полный кабздец! Что за хреновня-то творится?! Без абилок, без флеша, без хила, один на один под башней!!! – и он меня все равно вынес.
Тун Яо (сникшая):
– И почему вы Вдову не забанили? Если он еще раз появится на миде, меня вырвет прямо в экран…
Пухляш:
– Держись, братишка!
Тун Яо:
– Братишка не может держаться. Снесите уже скорее первую башню и пойдем в тимфайты, а? Я не могу больше стоять на линии против них двоих!
Игра к тому моменту шла уже двадцать пять минут. Похоже, противники все обсудили заранее: они намертво держали топ и бот, отражали все атаки, не давали команде Тун Яо ни единого шанса на ганк, а джанглер в это время изо всех сил душил мид. Ситуация превращалась в замкнутый круг…
От осознания, что все фраги раунда исключительно на ее совести, Тун Яо вспомнила все известные ругательства. Девушка была так зла, что в момент поражения даже не успела почувствовать разочарование. В ее груди бушевала лишь ярость. Когда второй раунд завершился, Тун Яо села в углу комнаты отдыха и уткнулась лбом в стену, как будто сама себя наказала, а Лу Сычэн с остальными тиммейтами в это время обсуждали ошибки, допущенные ими.
Вдруг дверь открылась. Под перекрестными взглядами всей команды в комнату заглянул джанглер команды Huawei, поздоровался со всеми и направился прямиком к Тун Яо. Наклонившись к ней, он сказал:
– Добавишь меня в «Вичат»? Если добавишь, в следующем раунде не приду на мид.
Тун Яо опешила и оторвала лоб от стены.
– ???
Кунь прищурился и очень мило улыбнулся, обнажая маленькие, слегка торчащие клыки. Добавлять друг друга в «Вичате» среди игроков было обычным делом; обычно все добавлялись, когда все вместе ждали матча и болтали за кулисами, так что Тун Яо не придала этому особого значения. Она просто согласилась, а он очень серьезно открыл приложение, добавил ее, сказал спасибо и ушел. И только тогда девушка начала приходить в себя.
– Это что сейчас было?
– Коллекционер. За марками приходил, – сказал Лу Сычэн.
– ?
– Просто мы у него в «Вичате» уже есть, – пояснил Пухляш. – А Чэн мелет всякую чепуху.
– А-а-а… – протянула Тун Яо.
Кунь сдержал обещание. В третьем раунде он и правда ни разу не появился на миде. Впрочем, это уже и не помогло бы: на сей раз Тун Яо выбрала Лилу, у которой была высокая скорость, дальняя атака, щиты, замедление и умение заглушать чужие способности. А после шестого уровня она получила мощный ульт: могла одновременно лечить своих и отбрасывать чужих, что не раз спасало в критических ситуациях. Кроме того, во время перерыва ZGDX успела обсудить стратегию на тот случай, если противник снова сосредоточится на ком-то одном.
Но третий раунд прошел спокойно. Никто больше не выкидывал никаких фокусов и не предпринимал неожиданных действий. На тридцать восьмой минуте ZGDX добралась до базы соперника и после последнего командного боя на сорок первой минуте выиграла весь матч.
После игры команды, как обычно, обменивались рукопожатиями. Тун Яо чувствовала, будто за один сегодняшний день постарела на три года. Кунь пожимал ей руку последним. Улыбнувшись, он сказал:
– Спишемся в «Вичате»!
– Угу… – только и смогла ответить девушка.
На базу они вернулись в половине десятого. После трех раундов, да еще и такого чудовищного второго, все чувствовали себя измотанными до предела. Поэтому, когда Тун Яо предложила заказать еду, тиммейты единодушно согласились. Девушка вытащила телефон, чтобы позвонить в доставку, и обнаружила, что джанглер из Huawei накидал ей кучу сообщений в «Вичате».
Кунь: Уже на базе?
Я тоже уже доехал.
Ты ужинала?
Отлично играла сегодня. Ты такая крутая.
Нечасто встретишь девушек, которые так тащат!
Поужинаем вместе?
Устала? Может, сходим погуляем?
Ты меня игноришь… QWQ
«???» Что вообще происходит? Тун Яо отложила телефон. Сидящий неподалеку Лу Сычэн приподнял бровь:
– Ты же собиралась заказывать?
– Собиралась. Но тут вот… Даже не знаю, говорить об этом или нет.
– Не стоит.
– Кажется, ко мне тут джанглер из Huawei подкатывает…
– ?
Лу Сычэн, который, опустив голову, печатал что-то на телефоне, замер и посмотрел на Тун Яо так, будто хотел спросить: «У тебя с головой все в порядке?». Девушка никак не успела отреагировать, потому что он вдруг забрал трубку у нее из рук, быстро глянул и, секунду помолчав, спросил:
– Сама-то что об этом думаешь?
– Я думаю, что с удовольствием… засунула бы его в гроб вместе с этой его Вдовой, забила бы крышку гвоздями и закопала глубоко-глубоко!
Лу Сычэн хмыкнул, залез в настройки и принялся там копаться. Затем напечатал что-то, после чего вернул ей сотовый и уткнулся в свой. Девушка посмотрела на экран.
Это Чессмен. 내 여자야. 건들지 마, 이 새끼야.
Секунды три спустя пришел ответ:
미안, 몰랐어. QAQ
– Это что вообще? Что он сказал?
Лу Сычэн покосился на экран:
– Он извинился.
– Ты что там ему наговорил? Хоть не обматерил?
После секундной паузы капитан холодно произнес:
– Не твое дело. Главное, что он больше не сунется.
– Оу… – пробормотала Тун Яо.
Потом заказала еду, после ужина умылась, а когда добралась до постели – уже перевалило за полночь. Команда еще шумела внизу, играя ранговые матчи, а она залезла под одеяло и уткнулась в телефон. Листала, читала, а потом вдруг поняла, что Кунь и правда больше не прислал никаких сообщений. Тогда она зашла в мессенджер, скопировала строчку, написанную Лу Сычэном, и отправила ее «Кисулиной маме».
Что означает эта фраза?
Ты из какой дорамы это приволокла?
Из «Осенней сказки»![24]
…
Не надо мне точки писать, ты лучше скажи – это как переводится?
«Эта женщина – моя. Отвали, засранец»[25].
«!!!» У Тун Яо дрогнула рука, и она уронила телефон прямо себе на лицо.