Сидя в фургоне, фары которого освещали дорогу впереди, Джаред затянулся электронной сигаретой и передал Итану. Тот внимательно ее рассмотрел. Короткий, элегантный, литой мундштук, аккуратно навинченный на прозрачный картридж, наполненный маслянистым коричневым воском.

– Это тебе Эшли купила?

– Да ты чего. Она мне и пива не купит. Она очень строго блюдет закон. Говорит, что и сексом бы со мной заниматься не стала, не будь мне шестнадцати, потому что по закону это изнасилование.

– Ничего себе! Тогда где ты взял вейп?

– У Донни. Ему родители купили. У него эпилептические припадки, и они хотят, чтобы он завязал с обычными.

– Сколько заплатил?

– Да уже особо и не помню. Штук двадцать пять.

– Норм, – сказал Итан, затянулся и передал вейп Софи.

Она протерла мундштук пальцем, втянула дым и закашлялась.

В свете фар вспыхнула надпись «Поселение живой истории Гранитной гавани», и Джаред повернул машину.

– Чувак, ты бы лучше другим путем ехал, – указал Итан на дорогу среди деревьев. – Вдруг он еще тут. Мы с мамой сюда приезжали несколько недель назад, когда она интересовалась насчет работы. И нашли объезд.

Они выехали на поляну, остановили фургон, выбрались из него.

– Жуткое место, – заметил Итан.

– Я в курсе, – ответил Джаред. – Меня сюда привозили в третьем классе, и я думал, что тут все настоящее. Что люди настоящие и правда здесь живут.

Они побрели по дороге, в темноте спотыкаясь на колеях. Джаред достал телефон и включил фонарик.

– Выключи, бро, – тихо сказал Итан. – Если тут кто-то есть, он может нас заметить. И к тому же от фонарика все равно толку мало.

Они пошли медленнее, бок о бок – мальчишки по бокам, Софи посередине, – пока не вышли на открытую площадку Поселения. Звезд не было, но в темноте они различили громоздкие очертания хижин и построек.

– Чуваки, – сказал Джаред, – я как будто опять в третьем классе.

– Тут очень жутко! – Софи крепче сжала руку Итана. – Зачем было приезжать сюда из Англии?

– Мы знаем, где они его нашли?

– Мама сказала, возле какой-то овощной грядки.

– Твою мать. Где тут овощная грядка?

Итан нервно рассмеялся.

– Ну… где-нибудь.

За ним рассмеялись остальные, и смех принес неожиданное облегчение. Понемногу он утих, и его унес соленый ветер.

– Шейн! – крикнул Джаред в темноту. – Где ты, бро?

Ответом стал лишь шум прибоя, который бился о скалы над пляжем.

– Вон там что-то похожее на огород, – сказала Софи. – Вокруг него забор.

Они медленно подошли к темному четырехугольнику за низенькой изгородью.

– Давайте тут, – предложила Софи.

Все трое сели на землю. Джаред все же достал телефон, и в темноте вспыхнул неясный зеленоватый свет.

– Нет тут никого. И нам надо, чтобы было видно. Это все равно что свечу зажечь. – Он вынул из кармана сигареты «Американ Спирит» и зажигалку, положил на землю. – Он любил «Американ Спирит». Говорил, что упаковка классная. Они тебя унесут в Валгаллу, бро.

Итан положил рядом с сигаретами кольцо для ключей с яркой безделушкой на лоскутке кожи.

– Что это? – спросил Джаред.

– Орел, глобус, якорь. Знак отличия морских пехотинцев. Он хотел после школы туда вступить. Хотел отсюда выбраться.

Голос Итана дрогнул, когда он протирал знак отличия большим пальцем.

– Он говорил об этом, да, – пробормотал Джаред, – но я не думал, что он серьезно.

– Ну, теперь выберется.

Софи поставила возле сигарет и кольца что-то маленькое и темное.

– А это что такое? – поинтересовался Итан.

Плечи Софи задрожали. Она плакала.

– Это брауни. Мне ничего не пришло в голову. А мои брауни ему нравились.

Итан обнял ее.

– Ты сама их печешь?

– Да.

– Софи, это так мило. Ему бы очень понравилось.

Он обнимал ее, пока она не перестала дрожать. Джаред выключил телефон. Его лицо вновь озарилось вспышкой, и он передал Итану вейп. Итан затянулся. Передал Софи. Она взяла сигарету, теперь высветилось ее лицо.

– Шейн, чувак… – Джаред сдавленно выдохнул, лег на землю, закрыл лицо рукой. – Ну какого хрена…

– Мы всегда будем рядом, всегда, бро, – Итан опустился рядом с Джаредом, согнул руку, чтобы Софи могла лечь на нее. – Нам тебя не хватает. Это как…

Договорить он не смог.

– Он был самым лучшим, – сказала Софи.

Они посмотрели на облака, низко нависшие над головой.

– И ему досталась самая дерьмовая жизнь, – добавил Итан. – Это несправедливо.

– А кто…

Софи первая заметила это и закричала раньше, чем что-то успело произойти.

От неба отлетел кусок и рухнул на них, тяжелый, влажный, грубый. Итан попытался сесть, но его ударило что-то огромное, выбило воздух из его легких.

– Какого… – начал было Джаред.

Пока они пытались подняться, темнота навалилась на них, вновь опустила на землю. Посыпались удары по лицу, голове, телу. Софи вновь приглушенно вскрикнула, мальчики сердито зарычали. Удары стали сильнее, но их чуть смягчала тяжелая ткань, отделявшая их от того, что толкало на землю. Наконец они уже больше не могли шевелиться.

– Не двигайтесь! – велел грубый мужской голос.

– Уходите! – крикнул Итан.

Ужас придал его связкам силу.

Еще один голос из темноты спросил:

– Что вы тут делаете?

Оба они показались Итану знакомыми, и страх, что их сейчас убьют, утих.

– Мы друзья Шейна.

– Ты кто?

– Итан Дорр. Моя мама здесь работает.

Тяжелая ткань сдвинулась в сторону. Итан увидел темные фигуры двух мужчин. Один, державший рукоять топора, отбросил ее в сторону.

– Итан, что ты тут делаешь?

– Роджер?

– Да.

– А второй кто? – спросил Итан.

– Твой заклятый враг, – ответил второй мужчина, крупнее, коренастее.

– Честер?

– Он самый.

– Блин, ну вы даете! – возмутился Джаред. – Вы чего так на нас накинулись-то?

– Сам как думаешь? – отрезал Роджер. – Вы знаете, что здесь произошло. Мы понятия не имели, кто вы такие и что тут делаете. Вам нельзя здесь находиться.

– Честер, отойди от меня, чувак. – Джаред отодвинул тяжелый холст. – Что это?

– Брезент, – сказал Честер, поднимаясь на ноги и убирая ткань.

– Кто с вами? – спросил Роджер.

– Софи Брангвен, – ответила Софи.

– Идите домой, ребята. С вами все в порядке? – темноту прорезал луч фонарика. – О господи, – ахнул Роджер, направив фонарик на их лица, и на секунду вспыхнуло его лицо, перекошенное ужасом. – Что вы, черт возьми, с собой сотворили?