Гай Марий известен широкой публике куда меньше, чем Цезарь и Цицерон. В отличие от Суллы и Цезаря, он не написал мемуаров. Но всякий, кто интересовался историей Рима, о нем, конечно, слышал — немного в римской истории было полководцев столь прославленных, сколь Марий, победитель Югурты, тевтонов и кимвров, дважды триумфатор и семь раз консул, человек отнюдь не самого знатного происхождения, добившийся уважения, которого достигали лишь немногие нобили. Но если продолжить, то он же и один из зачинщиков римской смуты наряду с Суллой, получивший седьмое консульство по праву победителя. Его имя античные авторы неизменно связывали с убийствами «лучших людей», «светочей» Рима, которыми он ознаменовал свой успех в гражданской войне. Некоторые античные писатели, а вслед за ними и многие современные ученые утверждали, будто именно Марий, начав брать в армию неимущих, превратил ее в организацию, чьи интересы теперь не были связаны с интересами Рима, что и привело во многом к возникновению смуты. Заодно ненавистники полководца пытались представить его победы как плод усилий совсем других людей, которые он лишь приписал себе. И все же никаким недоброжелателям или просто невеждам не удалось лишить Мария ореола народного героя, чье имя золотыми буквами вписано в историю римских побед.

Рассказать о Марии не так просто, поскольку сведений о нем сохранилось не столь уж много. Мы знаем лишь об отдельных, хотя и самых важных эпизодах его жизни, да и то относящихся к последним двум ее десятилетиям. Кроме того, почти все источники о нем созданы отнюдь не его современниками, и в большинстве своем они вовсе не благосклонны к нему. Даже Плутарх, стремившийся к идеализации своих героев, на сей раз этому правилу почти не следует, сплошь и рядом предпочитая откровенные наветы в адрес Мария объективному изложению. Впрочем, это делает изучение его жизни только интереснее. Постараемся восстановить ее шаг за шагом, насколько это позволяют нам наши скудные источники, и понять, какую роль играл Гай Марий в римской истории. Зачастую это будет не обычное повествование, а размышления по поводу того, что сообщают нам античные источники, поскольку простой пересказ их во многих случаях невозможен даже в рамках одного эпизода. Но зато и выводы, как мы надеемся, окажутся более обоснованными. Насколько — судить читателю.

Автор выражает признательность к. и. н. Вячеславу Константиновичу Хрусталёву (Санкт-Петербург), чьи полезные консультации весьма помогли в написании книги.