Лиза

— Ну и что это значит?! Я тебе адвоката искал не для того, чтобы ты тут зажималась с ним! — слышу злобный голос Воронцова.

Понимаю, что не отвяжется и открываю глаза.

— А тебе какое дело?! — огрызаюсь, — я почти свободная женщина, с кем хочу с тем и зажимаюсь!

— А может мне есть дело, Кузнецова, — неожиданно тихо произносит он.

Я смотрю на него, в его стальные глаза и вижу как они теплеют, в них появляется что-то похожее на нежность и страсть одновременно. От такого взгляда хочется немедленно раздеться. Понимаю теперь, почему он так популярен у наших медсестричек и коллег.

— И какое же?! — с вызовом отвечаю я, отводя взгляд.

— Не буду лукавить, ты стала для меня больше, чем пациентка и больше чем коллега, ты стала дорога мне, — вдруг говорит Арсений.

— Эм, — я от шока даже дар речи теряю.

— Я не тороплю, — продолжает он невозмутимо, — я дам тебе время развестись и прийти в себя, но ты от меня никуда не денешься.

— Даже так? — мне удается справиться с волнением, — так уверен в себе?

— Именно, — кивает он, — я идеально подхожу тебе, чтобы ты там себе не думала. И я не потерплю всяких тут твоих бывших, имей ввиду! Адвоката придется поменять, больше я этого мажора к тебе не подпущу.

— Нет, — пугаюсь я, — только не это! Павел ведь уже почти полдела сделал, он говорит, что отсудить дом реально!

— Я куплю тебе дом, не беспокойся, — упрямо говорит Арсений.

— Но… ты не понимаешь, я же его сама выбирала, следила за строительством, обустраивала, мне не нужен другой дом, мне нужен этот! И вообще! Не много ли ты на себя берешь? Это моя жизнь, нечего командовать, я тебе не жена!

— Это вопрос времени, как я сказал так и будет, — усмехается Воронцов, я снова начинаю его ненавидеть.

— Не будет, — упрямо смотрю ему в глаза, — или Павел остается или я выписываюсь прямо сегодня! Ты не сможешь меня удерживать силой.

У Воронцова становится такое лицо, что я сомневаюсь в своих словах, с него станется посадить меня в подвал и не выпускать.

Я меняю тактику:

— Послушай, у меня с Пашей ничего нет, он всего лишь друг.

— Друг, который завалил тебя цветами, — ворчливо говорит Воронцов.

— Ну и что? Это всего лишь цветы! Я буду держать дистанцию, но пусть он доведет дело до конца, это важно для меня. Тем более ты сам говорил, он лучший. Ну пожалуйста, — я складываю ладошки.

— Ох, лиса ты Лизка, — вздыхает Арс, — ну смотри, еще что-то замечу… Башку ему отверну!

Я киваю и расплываюсь в довольной улыбке. Приятно, черт возьми, когда тебя ревнуют!

— Как дети? — спрашиваю я, — как мамы?

— Эта троица меня с ума сведет, — закатывает глаза Арсений, — когда они устают воспитывать детей, они начинают воспитывать меня. Они постоянно что-то требуют, то им новую качельку во дворе поставить, то детям муравьев купить надо, то отвезти их в зоопарк…

— А муравьев зачем? — не понимаю я.

— Это воспитывает в детях любовь к труду, — тонким голосом цитирует он кого-то, я хихикаю.

— Ну тебе не скучно зато.

Моя мама была против чтобы Ваня жил в чужом доме, а Ванечка очень не хотел расставаться с Аленкой и Светланой Ивановной. Тогда мама, с помощью Арсения, сняла квартиру на этажом ниже и поселилась там с Ванечкой. Она очень подружилась с мамой Арсения и Светланой Ивановной и теперь они везде вместе, то у мамы в квартире, то у Арсения.

Мама Арсения, Марта Игоревна, оказалась замечательной, женщиной, воспитанной и умной, она очень хорошо приняла Ванечку и вообще, никогда не спорит с сыном. Мне кажется даже если бы Арс привел в дом цыганский табор, она и тогда бы улыбалась и всем нашла бы уголок.

Как у такой милой женщины мог вырасти такой упрямый и гордый сын, для меня остается загадкой.

— Арсений Юрьевич, вас зовут, — в палату заглядывает Анечка.

— Иду, — Арсений говорит Арсений с сожалением.

— Весь день бы болтал с тобой, но. работа, — говорит он мне.

— Иди, — киваю я.

Воронцов выходит, а я откидываюсь на подушку. Вот ведь как, была мужняя жена, никому не интересна, даже собственному мужу, как осталась одна, так ухажеров налетело. Прям и не знаешь куда деваться. Не вовремя это все конечно, мне бы сейчас на ноги встать, да на работу выйти, некогда глупостями заниматься. Только вот попробуй объяснить это Воронцову.