На следующий день Алита проснулась с первыми лучами солнца. Неспешно поднявшись с кровати, она подошла к окну и распахнула его настежь. В комнату мгновенно ворвался поток свежего воздуха. Полупрозрачные занавески затрепетали.

В дверь раздался едва слышный стук. В приоткрывшуюся щель просунулось круглое лицо горничной, прижимавшей к груди поднос с завтраком.

— Доброе утро, мисс! Вам стоит подкрепиться, — мягко напомнила Милли, заметив задумчивый взгляд хозяйки.

Та кивнула. Вскоре на столе появилась чашка ароматного чая и тарелка с теплыми круассанами.

— Милли, распорядись сегодня же заменить в моей спальне балдахин, — сделав первый глоток, велела ей Алита. — И подушки, и постельное белье. Убери все яркое. Если будут спрашивать, скажи, что от этих цветов у меня резь в глазах и болит голова. Пусть заменят на спокойные, постельные тона.

— Мисс, — растерянно взглянула на нее горничная. — Боюсь, мадам, как всегда, откажет, сославшись на нехватку средств.

Уголки губ Алиты приподнялись в холодной усмешке.

— Не беспокойся, на этот раз не откажет, — уверенно заявила она. — Стоит ей встретиться с бабушкой, как деньги непременно найдутся.

— Мисс, вы же еще вчера отправили письмо в дом генерала Боше, — вздохнув, тихо напомнила хозяйке Милли. — Почему же они до сих пор не приехали?

— Время было неподходящее, — принялась терпеливо объяснять ей Алита. — Мачеха легко могла бы отказаться от встречи, сославшись на нездоровье или поздний час. Сказала бы, что я уже сплю, и бабушка ничего не смогла бы сделать. Но она обязательно приедет. Уже очень скоро…

Алита хорошо знала характер бабушки — прочитав письмо, госпожа Боше не станет дожидаться официального приглашения от особняка Дагмара. Она явится нежданно, чтобы застать виконтессу врасплох и увидеть все своими глазами, без прикрас.

Уже сегодня Алита собиралась приступить к распутыванию тщательно запутанного мачехой узла. И начнет она с ключевого элемента ее будущей свободы — материнского наследства.

В прошлой жизни, после королевского приема, где Элиза своей красотой и кротким нравом сразила наповал всех аристократок, подыскивающих идеальную партию для своих сыновей и внуков, случилось то, чего раньше не происходило — Хлою наконец приняли в свете.

Изначально у нее с этим не складывалось. Слишком рано после смерти первой жены виконта Дагмара она вошла в его дом. Поторопилась. На нее смотрели с подозрением, называли выскочкой. Однако после королевского приема все забылось и сплетни утихли.

В настоящем Алита поклялась себе — Хлоя Дагмара ни за что не добьется задуманного.

Внезапно в дверь постучали. В комнату вошла пожилая служанка из свиты виконтессы. Стоило ей задержать взгляд на сидящей за столом Алите, как в глубине глаз мелькнуло плохо скрываемое презрение.

— Мисс Алита, — сухо обратилась она. — Мадам требует вас к себе. Немедленно.

— Еще так рано, мисс не успела позавтракать, — нахмурилась Милли. — Неужели это дело не может немного подождать?

— Прибыла бабушка мисс Алиты, госпожа Боше, — едва ли не выплюнула имя жены генерала старая служанка. — Если мисс не желает ее видеть, я так и передам.

Алита медленно улыбнулась.

— Передайте мадам, что я скоро буду. Мне нужно немного времени, чтобы переодеться.

Когда дверь за служанкой закрылась, Алита неспешно сделала еще один глоток из чашки.

— Милли, приготовь мне одно из старых платьев. Выбери с короткими рукавами и потертым подолом. Чем ярче — тем лучше.

Горничная с недоумением взглянула на хозяйку.

— Мисс… вы уверены?

— Абсолютно, — на губах Алиты играла легкая улыбка, но в синих глазах отражался лед. — Бабушка должна знать, как хорошо мне живется в этом доме. Как заботятся обо мне отец и мачеха. Как ухожена и обласкана законная дочь виконта Дагмара. Мой внешний вид будет красноречивее любых слов.

Милли, наконец, поняла замысел хозяйки. Решительно кивнув, она направилась к гардеробу.

Уже на выходе Алита дала горничной еще одно распоряжение:

— Когда проводишь меня в гостиную, скажи, что я забыла в комнате платок. Незаметно прокрадись к заднему выходу и выпусти повара из сарая. Но так, чтобы он тебя не видел.

На этот раз Милли не стала задавать лишних вопросов. Что бы ни задумала ее хозяйка, значит, так надо.