Даже Урсула вздрогнула от этой мысли и на долю секунды уставилась на Сесили, будто возможность того, что её племянница окажется в опасности, никогда не приходила ей в голову. Но теперь уж точно пришла.

— Он прав, — ахнула она. — Как ты можешь быть такой неосмотрительной?

То, что жизнь фамильяра была привязана к его фее, служило своего рода встроенной защитой для фэй — чтобы подчинённые не могли просто убить хозяина и выйти из сделки. Но это также делало фамильяров опасными, когда те хотели уйти; именно поэтому убийство фамильяров было весьма популярным методом избавления от них. Однако Тео никогда не приходило в голову, что кто-то другой может использовать этот метод, чтобы добраться до неё. И, судя по лицам присутствующих, которые сменялись с недоумения на ужас и откровенную враждебность, эта мысль не посещала и никого другого. За исключением Лока, который застыл в шоке, переводя взгляд с сестры на Тео.

Впрочем, до Тео тоже начало доходить. Ведь любой, кто решит использовать Сесили, чтобы добраться до неё, заодно убьёт и Финеаса.

— По этой причине, — обратился Тейс к Тео, — мы снова погрузим вас в забытье.

Тео отшатнулась. — В забытье?! Как я якобы была тысячу лет, пока не заняла место умершего ребенка?

— Именно.

— И что потом? Ждать ещё тысячу лет, чтобы снова меня вернуть?

— Да.

— А память у меня сохранится?

— Скорее всего, нет.

— Что ж, тогда вот вам мой краткий и не слишком полезный ответ: нет. Я не желаю участвовать в вашей причудливой затее с забытьем, благодарю покорно.

— Ответ одновременно лаконичный и вносящий ясность, — одобрительно кивнула Сесили.

Тейс сжал кулаки. Аймон вскинул руки и сделал ими движение в сторону Тейса, будто физически пытался затолкнуть обратно гнев, исходивший от того волнами.

— Ну-ну, любовь моя. Давайте все успокоимся и всё обсудим. В конце концов, сейчас глубокая ночь. Почему бы нам всем не прилечь, хорошенько позавтракать утром, а потом мы во всём разберемся?

— И кто будет охранять её до утра? — вскричал Тейс. — Он? — Он ткнул обвиняющим пальцем в сторону Арлиса, который, казалось, был готов этот палец откусить. — Нет, этого не будет. Я знаю, ты хочешь как лучше, Аймон, но она — последняя семья, что у меня осталась. Моя последняя и единственная наследница. Я не могу допустить, чтобы с ней что-то случилось.

В глазах Аймона на миг промелькнула обида, но прежде чем он успел что-то ответить, вмешалась его мать.

— Ваше Высочество, — произнесла Урсула, — я полагаю, нам следует перевести её в другую часть дворца, где она будет содержаться под замком, пока мы не решим, как действовать дальше.

Тео не укрылось, что идея Урсулы была всего лишь перепевкой идеи её сына, поданной в более жёстком варианте и без ссылки на авторство.

— Я не спрашивал твоего мнения! — прикрикнул на неё Тейс; его былая учтивость испарялась вместе с остатками здравого смысла. Тейс, Аймон и Урсула — при участии изредка подававшего голос Арлиса — продолжали спор, пытаясь решить, что теперь делать с принцессой. Но чем дольше это тянулось, чем больше людей с ним не соглашалось, тем сильнее Тейс упирался рогом.

К этому моменту Тео могла думать только об одном: «Хватит».

Тео понимала: если она сама себя не спасёт, добром это не кончится. К счастью, за истерикой Тейса и сюсюканьем Аймона никто не заметил, как она подобралась поближе к Сесили.

— Нам нужно убираться отсюда, — прошептала она фее.

Вместо ответа Сесили незаметно щёлкнула ногтем по браслетам Тео. Тео поняла, что та имела в виду: никакого перемещения не будет.

Но у Тео был другой план. Фэй привыкли решать проблемы магией, включая и попытки побега. Чего они точно не ожидали, так это чисто человеческого решения: дать дёру.

— Мне нужно отвлечение.

Сесили ответила на это приподнятой бровью и ухмылкой. Она что-то едва слышно шепнула Локу, а затем сделала несколько почти незаметных шагов в сторону от группы, увлекая за собой Финеаса.

— Готова? — спросила Сесили, уже не пытаясь шептать.

Тео кивнула.

— Тогда начали. До скорого, дорогуша.

Едва она успела это договорить, как Лок крепко прижал Тео к себе, и в этот миг покои взорвались.

Глава 9

В которой не стоит недооценивать подол ночной сорочки как помеху забытью

Грохот, подобный взрыву фейерверка, прогремел и зашипел как раз в тот момент, когда Тео прижалась к Локу. Насколько она могла судить, это вполне мог быть настоящий фейерверк, запущенный в стражников и регента, — шум сопровождался едким черным дымом. Сразу после взрыва Тео поняла, почему Сесили отошла подальше: фея ни за что не смогла бы сотворить столь мощное заклинание, стоя рядом с железом на запястьях Тео. Девушке даже не хотелось думать, какой силы был бы бабах без железных браслетов — дворец наверняка лишился бы целого крыла.

Но отвлечение сработало на славу. Стражники вокруг в основном валялись на полу, кашляя и стеная. Кто-то в углу просто монотонно повторял: «Ой, ой, ой».

Пора уходить. Она схватила Элби за руку, в то время как Лок взял её за другую. Лок, похоже, быстро сообразил, что к чему: Тео потащила их обоих через весь этот хаос к двери. Она не знала, кто преграждает им путь — дым был слишком густым, чтобы видеть дальше собственного носа. Но когда Лок резко её затормозил, она услышала отчетливый звук удара кулака о плоть, а затем звук падения чьего-то тела.

Троица вылетела за дверь и припустила по коридору. Лок держал её мертвой хваткой, а Элби болтался над полом, словно брыкающийся чемодан.

К сожалению, звуки одиночной погони не заставили себя ждать.

— Стоять! — выкрикнул голос позади, который они благополучно проигнорировали. Тео обернулась и увидела Арлиса, который почти летел по коридору вслед за ними. Он был в первом ряду во время взрыва, так что его лицо и рубашка были покрыты сажей, будто он вздремнул в свежепотушенном камине.

Лок, самый быстрый из троих, бежал впереди, увлекая её и Элби за собой. — Быстрее, Тео!

Они приближались к крутому повороту, и, если они не планировали протаранить стену лбом, им нужно было притормозить.

Арлис, оказавшийся заправским бегуном, висел у неё на пятках; он вытянул руки, готовясь схватить её. Тео никогда не славилась талантами в спринте, и уж точно не в длинной ночной сорочке. При необходимости быстро передвигаться в любом длинном платье разумно было бы использовать хотя бы одну руку, чтобы приподнять лишнюю ткань и не дать ей запутаться в ногах. Но так как Лок держал её за одну руку, а Элби — за другую, конечности Тео были заняты. Почти в тот самый миг, когда пальцы Арлиса коснулись её плеча, нога Тео зацепилась за подол сорочки. Скорость бега в сочетании с инерцией привела к тому, что она полетела вниз, шлепнувшись на пол коридора, словно плюхнувшийся животом в бассейн пловец. Легкие взбунтовались от внезапного удара, и из неё вышибло весь дух. А поскольку она крепко держала друзей за руки, то утянула их за собой.

Теперь они были не столько целью, сколько препятствием, на которое Арлис просто не успел среагировать. Вместо того чтобы схватить её за руку, он перелетел через неё так, будто его запустили из катапульты. Тео успела поднять голову и увидеть, как он проносится над ней, размахивая руками, точно медноволосая утка, пытающаяся взлететь. А затем он с размаху впечатался лицом в каменную стену на всей скорости своего бега. Его нос хрустнул, словно сломанная ветка. Арлис сполз вниз, рухнув бесформенной кучей, оглушенный и стонущий.

Она вскочила на ноги, Лок и Элби сделали то же самое. — Бежим! — выдохнул Лок, тяжело дыша. В дальнем конце коридора другие фэй уже начали выходить из всё еще задымленных покоев.

— Стой! Мы не можем бросить Сесили и Финеаса! Их же бросят в подземелья! — крикнула Тео.

— Вряд ли, — отозвался Лок. — Она наверняка уже переместила себя и Финеаса оттуда. Скоро встретимся. А теперь — ходу!

Лок подхватил Элби, освобождая руки Тео, чтобы та могла придерживать платье на бегу.

По правде говоря, у Тео не было времени на разработку детальной стратегии побега перед тем, как приводить её в исполнение. И только несясь по дворцовым переходам, она осознала главный изъян своего плана. Она понятия не имела, куда бежать, когда выберется из дворца. Поскольку Сесили всегда переносила её сюда магией, Тео никогда не задумывалась, как далеко отсюда её дом. А с этим проклятым железом на запястьях единственным её средством спасения были собственные ноги.

Лок, в одной руке которого болтался гоблин, принялся дергать дверные ручки; большинство были заперты. Но наконец одна поддалась, и они нырнули внутрь. Он закрыл за ними дверь так тихо, как только смог.

Тео уже была у окна, распахивая створку. К счастью, они всё еще находились на первом этаже, так что риск пострадать при дефенестрации — выбрасывании себя в окно — был минимальным. Тем не менее она приземлилась жестко, упав на колени, прежде чем вскочить и помочь Элби выбраться. Он прыгнул ей на руки, и она осторожно опустила его на землю. Лок последовал за ними, оказавшись единственным, кому удалось приземлиться с хоть каким-то изяществом.

Она снова оказалась в саду. Вечеринка была в самом разгаре и должна была продлиться еще шесть дней, так что гуляки были слишком заняты шампанским и едой, чтобы заметить фею, человека и гоблина, выпрыгивающих из окна. Лок потащил их за собой, стараясь идти достаточно быстро, чтобы выйти на менее людные тропы, но не настолько, чтобы вызвать подозрения. Оказавшись в более тихой части сада, они прибавили шагу; единственные свидетели, которые могли их увидеть, были либо пьяны, либо спали.

Через реку из колокольчиков и сквозь лес — троица продолжала бежать, пока они не миновали дальние границы сада и не углубились в чащу. К этому моменту в легких Тео что-то потрескивало, будто сухой хворост, а ноги стали словно из замазки.

— Лок, — прохрипела она. — Мне нужно остановиться. Мы будем здесь в безопасности хоть на минуту?

Лок, к счастью, замедлился, и сам изрядно запыхавшись. Элби был единственным, у кого дыхание не сбилось — еще бы, ведь его всю дорогу несли.

Пока она пыталась унять дыхание и сердцебиение, Лок следил за направлением, откуда они пришли. Лес безмолвствовал; ночные птицы и насекомые явно не оценили вторжения. Тем лучше: теперь любой хруст ветки или шелест листвы будет слышен без помех.

— Мне нужно снять эти браслеты, — сказала Тео, поднимая запястья. Лок подошел к ней, взял за руку, но держал пальцы подальше от железа. И всё же он содрогнулся. Он искал то, что Тео и так знала: способ освободить её.

— И одежду нормальную, — добавила она, глядя на свою ночную сорочку, которая из рук вон плохо защищала от ночного холода.

— С этим железом я ничего не могу сделать. — Лок опустил её руку и потер лицо. — Я не знаю, как их снять. Моя магия на них не подействует.

— Ну а пилу ты можешь достать? — спросила Тео.

— Что?

— Мы можем распилить браслеты.

Лок покачал голвой: — Любая пила, которую я создам магией, не сработает.

— Ну так пойди и принеси настоящую.

Брови Лока удивленно взлетели, а затем снова сошлись на переносице — теперь уже от досады, что он сам не додумался до столь простого решения. — Ладно. Оставайтесь здесь и ведите себя тихо. Я скоро.

С этими словами он отошел подальше от неё — а значит, и от железа. Его фигура скрылась из виду раньше, чем затих хруст веток под ногами, а вскоре исчез и он. Тео сверлила глазами место, где в последний раз видела Лока, надеясь на его мгновенное возвращение. Теперь, когда она осталась в лесу наедине с Элби, она начала жалеть, что заставила его остаться при ней — сейчас он был в большей опасности, чем если бы сам отправился на поиски инструментов. Гоблин подошел к ней и взял за руку, слегка сжав ладонь. Затем, с такой искренностью и честностью, от которой нос Пиноккио тут же втянулся бы обратно в лицо, он посмотрел на неё и произнес: — Тео, я сделаю всё возможное, чтобы ты была в безопасности, пока Лок не вернется.

В лесу послышались шаги. Оба замерли, пока к ним не выскочил Лок с ножовкой в руке. То, что он отошел от железа на запястьях Тео, позволило ему наконец сменить пижаму на нормальную одежду.

Но он был не один. Вместе с ним пришли Сесили и Финеас.

Сесили тоже переоделась и больше не щеголяла в ночной сорочке. На ней было её привычное роковое платье — на этот раз облегающее бордовое кружевное нечто длиной чуть выше лодыжек. Вид Сесили принес Тео странное утешение. Вокруг неё всё могло взрываться — и в буквальном, и в переносном смысле, — но этот крошечный проблеск нормальности был как мерцающее пламя свечи в темноте. — Что ж, — произнесла Сесили. — После моей пламенной демонстрации, боюсь, во дворец нас в ближайшее время не пригласят.

— Ах, но какое это было зрелище, — вставила Финеас, подходя, чтобы обнять Тео. Он тоже сменил пижаму на бриджи и щеголеватый камзол.

— Как вы нас нашли? — спросила Тео.

Сесили небрежно махнула рукой: — Проще простого. У нас с Локом есть условленное место встречи. Мы им редко пользуемся, ведь я не каждый день взрываю королевские покои и пускаюсь в бега с принцессой. И очень кстати! Я бы с радостью вернулась прямиком в поместье и завалилась в свою постель, но поскольку все обитатели вышеупомянутых взрывоопасных покоев знают, где я живу, я решила, что нам стоит найти другое укрытие. Лок заглянул ко мне после того, как раздобыл этот инструмент, и объяснил, что ты всё еще торчишь в лесу за дворцом.

При упоминании инструмента Лок поднял ножовку длиной в руку. — Это должно помочь, — сказал он.

Однако вместо лунного света, играющего на острых зубьях, готовых вгрызаться в железо, лезвие было усыпано ржавыми пятнами — казалось, пила подхватила тяжелую форму оспы. Оставалось только гадать, выйдет ли ножовка победителем в схватке с браслетами или её зубья просто поотлетают при первом же контакте.

— Ты нашел её на дне пруда? — спросила Тео, когда Лок жестом велел ей вытянуть руки. Ей оставалось лишь надеяться, что если он случайно заденет кожу лезвием, то успеет снять браслеты достаточно быстро, чтобы спасти её от столбняка.