Мама, я спрятался в пепле драконьего пламени – пусть думают, я сгорел.
– Ты меня вообще слушаешь?!
Подняв взгляд от бумаг, лежащих на столе, я успел только моргнуть, прежде чем Асира в ярости опрокинула его.
Карты, расчеты и документы разлетелись по земляному полу. Чернильница, которую мне едва удалось подхватить, опасно накренилась, и несколько капель все же испачкали рукав. В глазах моей жены сверкали молнии.
– Мне надо навести порядок в хаосе, который оставила после себя твоя мама, – как можно спокойнее ответил я. – Если бы ты помогла, мы бы закончили быстрее.
– Порядок? – фыркнула Асира. – Эти бумажки не стоят и горсти пепла. Шатт никогда не жил по писаным законам. За нас говорит кровь, а не чернила.
Я поднялся, отряхивая пыль со штанов. Надо бы переодеться. Последние пять дней я почти не спал, разбираясь в учетных книгах бывшего вожака, но так и не обнаружил в них никакого учета. Кай-ро держала все сделки, все договоренности, всю жизнь шатта в голове.
– Говорящая кровь не поможет нам пережить сезон дождей и холодов, – сказал я, начиная собирать разбросанные листы. – Ты знаешь, сколько соли мы должны караванщикам из Гер’оц’тира? А сколько оружия обещали доставить ополченцам Рейна? Нет? Я тоже не знал, пока не опросил всех клятых торговцев, с которыми имела дела Кай-ро.
Асира вдруг положила руки мне на плечи. Этот резкий переход от ярости к нежности ввел меня в ступор. Я только и смог, что глупо улыбнуться: еще не привык постоянно ощущать тепло Асиры, ее прикосновения. Она вздохнула.
– Эжен, стая очень нуждается в тебе. Но ты должен показывать силу мышц, а не мозгов.
Я смотрел на лицо Асиры, на тонкую морщинку между бровями, на плотно сжатые губы, на которых лишь изредка появлялась улыбка, и не мог поверить, что эта женщина – моя жена. Моя. Жена. Слова, которые я никогда не привыкну произносить.
Серьезные отношения были для меня в новинку, а уж законный брак – тем более. Мне казалось, семья – это старшие родственники, бабуля… но никак не моя пара. Та, что теперь зовет меня вожаком.
Асира отступила на шаг, и мне сразу стало холодно.
– О чем задумался?
– О том, что я никудышный муж…
– Ты никудышный вожак. Но это временно.
…Та, что зовет меня никудышным вожаком. Что ж.
Я хотел ответить колкостью, но в шатер вошел Кайден.
– Вожак. – Он склонил голову. – Они прибыли.
Я нахмурился.
– Какие еще «они»?
– Новая верховная онемасов, – спокойно ответил Кайден. – И она не одна.
Я бросил быстрый взгляд на Асиру. Ее лицо застыло маской, но в глазах читалась тревога.
– Проводи их в большой шатер, – распорядился я. – Мы сейчас будем.
Выйдя наружу, я на мгновение остановился, чтобы окинуть взглядом наше поселение. Три недели прошло с тех пор, как я принял метку вожака, а вместе с ней – ответственность за всю стаю.
Это не военный отряд, не очередная экспедиция под моим началом. Это жизнь, настоящая жизнь – целые семьи, дети, женщины, мужчины. Они смотрят на меня, надеются на меня. Пытаются вместе со мной создать будущее, в котором можно не просто выживать, а жить.
И начать предстояло с земли. С новой безопасной территории, за каждый клочок которой сейчас либо убивают, либо обращают в рабство. Так просто ее не получить, приходится искать способы, договариваться, а иногда – брать силой.
Я шел через лагерь к большому шатру, и существа – нет, ликариласы – кивали мне, приветствуя. Некоторые опускали глаза. Некоторые смотрели с вызовом. Я оставался пришлым, убийцей их сородичей, который волею судьбы стал вожаком.
Асира шла рядом быстро и легко, но я ощущал ее напряжение.
– Что будешь делать? – спросила она наконец.
– С чем?
– С предложением верховной.
Я остановился и посмотрел на нее.
– Ты знаешь, что она предложит?
– Догадываюсь. – Асира прикусила губу. – Александр скоро пойдет в последнее наступление. Мы ему нужны.
– Неужели? – Покачав головой, я пнул лежавший на моем пути камень и зашагал дальше к большому шатру. – Хоть бы раз Александр подумал о том, что нужно другим.
Шатер полнился мягким золотистым светом. В центре стоял длинный стол, за которым уже расположились мои советники, а во главе восседала она – верховная. Предводительница онемасов Сожженных земель. Защитница тех, кого я, Эжен де Мораладье, клялся найти и уничтожить.
Но ликарилас Эжен, вожак стаи, теперь знал: мы в союзе, почти в симбиозе с онемасами. Именно поэтому бабуля так и не дождалась от меня отчета о зачистке. Волки оберегали существ, живущих по соседству, скрывающих свое поселение с помощью магического морока. Их местоположение никогда не выдали бы стражу: дружба онемасов означала доступ к их знаниям, их силам, непревзойденным способностям целителей.
И вот я встретил верховную, с которой нам отныне предстояло вести дела.
При первом взгляде на нее бросалось в глаза полное несоответствие миловидности и силы, которую излучала эта женщина: молодая, не старше тридцати, с мягкими чертами лица, каштановыми волосами, заплетенными в сложную косу, и глазами цвета янтаря. Но когда взгляд этих глаз обратился ко мне, я понял, что переговоры будут непростыми.
Иными словами, вляпался по самые ноздри.
– Эжен? – едва ли не радостно произнесла верховная.
Я услышал, почуял, всем своим существом ощутил, как Асира слегка изогнула бровь.
Ни в коем случае не улыбаться старой знакомой в ответ. А что делать? Прикинуться дурачком? Но я теперь вожак!
Проклятье…
– Мойра, – выдавил я. – Когда ты стала верховной?
Она улыбнулась. Той самой улыбкой, которую я помнил. Той, что обещала и огонь, и лед.
– А когда ты стал ликариласом? – с искренним удивлением спросила Мойра. – Еще и вожаком!
Я сглотнул и подчеркнуто сдержанно ответил:
– Много воды утекло… верховная.
Она вздохнула, и ее улыбка погрустнела.
– А мне кажется, будто все было вчера… Но ты прав. Давно не виделись. – Мойра смахнула с моего рукава невидимую грязь. – Так, значит, ты ушел со службы?..
– И женился, – сказала Асира прежде, чем я открыл рот. – Приятно познакомиться.
Их взгляды встретились, а волк внутри меня истошно заскулил. Я почти умоляюще протянул:
– Асира…
– Асира, – повторила Мойра и снова улыбнулась. – Наслышана о тебе. Говорят, твои когти вырвали много сердец… – она окинула мою жену беглым взглядом, – много сердец врагов принца Костераля.
– А я вот ничего о вас не слышала, верховная, – ледяным тоном ответила Асира. – Мой муж никогда не упоминал вашего имени.
Мойра несколько делано рассмеялась и махнула на меня рукой.
– Мужчины!..
– Мы пришли обсудить договор, – наконец вклинился я. – Не думаю, что наше прошлое сейчас имеет значение.
– Прошлое всегда имеет значение. – Мойра отступила на шаг, но ее взгляд все еще прожигал меня. – Оно формирует нас. Делает теми, кто мы есть. Без прошлого мы лишь пустые оболочки.
К счастью, Асира не стала комментировать это утверждение, и у меня появилось время подумать.
– А что случилось с Эйри? – спросил я. – Раз ты теперь верховная, значит ли это, что…
– Да, – тихо ответила Мойра, отведя взгляд. – Эйри покинула нас. Надеюсь, безвозвратно.
– «Надеешься»?
– Этот некромант, Аллистир… – Мойра скривилась. – Нас осталось не так много, но мои сестры делают все, чтобы он больше не смог потревожить душу Эйри. Она хотела покоя. Для себя и всех онемасов Сожженных земель.
– Самое время перейти к делу, – сухо напомнила Асира.
– Ты права. – Мойра вновь заняла свое место за столом, и мы с женой расположились напротив. Я старался не замечать выражений лиц присутствующих ликариласов. Мягко перебирая пальцами лежащий перед ней пучок трав, Мойра спросила: – Итак, вожак, что ты намерен делать?
Я сглотнул.
– Если мы говорим о наступлении Александра…
– Нет, о припасах на зиму! Ну разумеется, Эжен!
– …то сейчас все вы послушаете меня очень внимательно. – Я почувствовал, как Асира напряглась, а Мойра впилась в меня взглядом. Рассуждать в таких условиях оказалось непросто, но я изо всех сил старался звучать решительно. – Мы с Александром знакомы давно и близко. Я знаю, кто он такой… что он такое. Не понаслышке. И если раньше я мог действовать в его интересах, потому что получил такой приказ, то теперь у меня есть стая. Семья. Ответственность. Я сам отдаю приказы и разбираюсь с последствиями. Поэтому ликариласы не пойдут за Александром.
Судя по густоте повисшего в шатре молчания, я умудрился поразить всех, кто здесь сидел. Кайден, Аскур и другие волки не ожидали от меня такой твердости. Асира, верная последовательница Костераля, не думала, что я отвернусь от его соратника… и от нее. Мойра, по всей видимости, готовившаяся к долгой борьбе, удивилась той легкости, с которой я сказал все, что она желала услышать: онемасам не придется вступать в последний бой. Они смогут остаться в тени, под защитой ликариласов, и просто дождаться, пока сильные мира сего наконец перебьют друг друга.
Спрятав пучок трав в ладони, верховная радостно ударила по столу.
– Что ж! Если мы все обсудили…
– Почему, Эжен? – Голос Асиры прозвучал тихо, но я внутренне содрогнулся. – Почему?
– Я уже объяснил. Мои сородичи и союзники, – спокойно произнес я, указав на Мойру и стараясь при этом не смотреть на нее, – не будут умирать за то, чтобы Александр получил еще больше власти. Уж точно не по моему распоряжению.
– Ты говоришь, что знаешь его, но так и не понял, за что именно он сражается? Александр не ищет власти. Не жаждет трона. Он хочет лишь отобрать его у безумного тирана.
– Но трон ведь не останется пустым, – заметила Мойра. – Кто-то займет его.
Едва слышно взрычав, Асира процедила:
– Естественно. У императора есть сын, который, к счастью, совсем на него не похож.
– Принц Винсент? – рассмеялась верховная. – Говорящий теленок?
Асира вскочила из-за стола и перевернула бы его, будь он поменьше – как тот, что стоял в нашем шатре.
– Еще одно слово, и…
– Ты убьешь меня? – Мойра не переставала улыбаться. – Дерзай. У тебя получится. Как видишь, я уважила ваши традиции и вошла в этот шатер одна. Однако снаружи ждут десятки моих воинов. Пусть их нюх не так остер, как у ликариласов, они почуют мою кровь на твоих руках.
Я поднял ладонь в примиряющем жесте.
– Мойра…
Она не слышала меня. В глазах верховной горел магический огонь.
– И тогда…
И тогда земля содрогнулась. Раздался оглушительный звук, похожий на свист лопастей вертолета. Большой шатер сложился внутрь, как детский домик из одеяла, и мы оказались во тьме.
Подав руку Кайдену, который последним выбирался из-под обломков шатра, я поднял глаза – и сердце сжалось. Небо исчезло. Заслоненное сотнями крыльев, оно превратилось в темное дрожащее полотно. Хирры. Боевые жуки Исметра, размером с лошадь, с крепкими панцирями, будто отлитыми из черного железа, спикировали на наш лагерь, как саранча. На их спинах – имперские воины с копьями, готовыми к смертельному броску.
– Асира! – крикнул я. – Всем в укрытие! Атака с воздуха!
Мои ликариласы мгновенно отреагировали – кто-то обратился, кто-то схватил оружие, но паника все же прокралась в наши ряды. Онемасы, недавно прибывшие, замерли на мгновение, пока Мойра не подняла посох и не выкрикнула приказ:
– Щиты! Лучники – на позиции! Послушницы – к раненым!
Ее голос, резкий и четкий, как удар колокола, разрезал хаос. Она стояла в центре, каштановые волосы развевались на ветру. Вокруг нее закрутился вихрь энергии – над лагерем вспыхнул мерцающий купол, но он был хрупким, как стекло.
Первая волна жуков ударила по нам. Воздух наполнился свистом копий и стрел. Один из дозорных не успел обратиться – хирр вспорол ему грудь передними лапами и поднял в воздух, как тряпичную куклу. Кровь брызнула фонтаном, и крики боли слились с боевыми кличами.
Я частично обратился – когти удлинились, клыки вылезли, сила напитала мышцы. Полная трансформация заняла бы время, которого у нас не было.
Асира уже вступила в бой. Белая волчица рванулась в самую гущу, уворачиваясь от падающих копий, вгрызаясь в сочленения панцирей. Я последовал за ней, перепрыгивая через тела павших.
– Эжен! – крикнула Мойра. – Они идут за нами!
Я обернулся. Три крупных хирра синхронно пикировали на позицию верховной. Асира метнулась наперерез, ее клыки впились в одного из жуков. Тварь взвизгнула, всадник рухнул вниз.
Второго остановила Мойра – ослепительный луч вырвался из ее посоха, вонзился в фасеточные глаза жука. Он закружился, врезался в дерево и рухнул.
Но третий прорвался. Копье с серебряным наконечником вонзилось в грудь онемаса, стоявшего рядом с Мойрой. Женщина вскрикнула, щит погас, но сама она осталась на ногах, прижав руку к раненому товарищу.
– Мойра! – крикнул я.
– Не отвлекайся, чтоб тебя!
И в этот момент небо разорвал шелест – слишком быстрый и четкий, чтобы быть просто завыванием ветра.
Из леса, словно тени, вырвались фигуры. Темные, стремительные, двигающиеся по кронам как по ступеням. Маррдеры.
Первым приземлился Эрнесто. Он свернул шею имперскому солдату одним движением, отряхнулся и издал смешок.
– Сколько мы с тобой не виделись, де Мораладье? Пару месяцев? А ты уже успел пуститься во все тяжкие.
– Рад тебя видеть, – выдохнул я, перерезая горло следующему врагу. – Но ты откуда?
– От Александра. – Эрнесто стряхнул с пальцев кровь насекомого, как луковую шелуху. – Прислал нас, как только узнал, что Дагадар двинулась сюда. Сказал: «Не дай им убить Эжена. Он слишком ценен, чтобы кормить жуков».
Я не успел ответить – один из хирров рухнул рядом, сброшенный тремя маррдерами, которые повисли на его крыльях, как пауки.
– Он прислал вас… ради меня? – переспросил я.
– Ну, в основном ради себя, – хмыкнул Эрнесто. – Без тебя он не сможет удержать стаю. А без стаи – не будет армии. Но я не стал вдаваться в подробности. Я просто выполнил приказ. – Он бросил взгляд на Мойру, которая стояла в центре, одновременно поддерживая магический купол и перевязывая раненого онемаса. – А это кто? Ты наконец нашел себе женщину, которая не захочет убить тебя с первого взгляда?
– Это Мойра, – бросил я. – Верховная онемасов. И если ты не прекратишь пялиться, она действительно убьет тебя.
Эрнесто подошел к ней легко, как на балу.
– Мойра, значит? – усмехнулся он. – Приятно, что кто-то еще умеет держать щиты, пока остальные ломают шеи.
– Приятно, что кто-то умеет ломать шеи, пока остальные болтают, – парировала она, не отрываясь от раненого. – Только болтать лучше после боя.
Эрнесто облизнулся.
– Ты мне нравишься. Жаль, что ты, наверное, слишком умна, чтобы влюбиться в меня.
– А ты слишком самонадеян, чтобы выжить рядом со мной, – ответила Мойра, наконец взглянув на него. – Но попробуй. Посмотрим, кто кого переживет.
Я почти улыбнулся. Почти.
Но тут увидел еще одно знакомое лицо.
Дагадар.
Ее жук рухнул в центре поля, сбив двух маррдеров. Она выпрыгнула из седла, как молния. Шлем слетел. Глаза сияли от ненависти.
– Эжен! – крикнула она, обнажая меч. – Убил моего брата и скрылся! Думал, я не найду тебя?
Я вышел вперед.
– Это было задание, Дагадар. Я не выбирал.
– Мне плевать!
Я парировал ее удар, но не атаковал. Не хотел убивать жену Винсента. Не хотел новой крови.
Она била быстро, яростно. Один удар достиг цели – клинок распорол мне предплечье. Я отступил, но она не отступала.
– Дагадар, хватит! – крикнул я и, споткнувшись, рухнул в грязь. – Мы можем остановить это!
Принцесса замерла. На мгновение в ее глазах мелькнуло… сомнение? Боль?
И тогда я увидел – рука Дагадар скользнула к голенищу. Кинжал – ритуальный, из тех, которыми в Исметре принято совершать месть.
Я не успевал.
Она занесла лезвие.
И в этот момент ударила белая молния.
Асира в прыжке вцепилась в руку принцессы. Раздался хруст костей и оглушительный крик. Дагадар отлетела, схватившись за сломанную кисть. Асира встала передо мной, тяжело дыша, – уже в человеческом облике, окровавленная.
– Ты цел? – спросила она, не отводя взгляда от Дагадар.
– Да… – выдохнул я. – Постой…
Но Асира не слушала. Она подняла меч, выпавший из руки принцессы. Дагадар пыталась отползти, но ее нога зацепилась за корень.
– Нет! – закричал я.
Один удар. Чистый. Точный.
Голова принцессы покатилась по траве.
Тишина.
Потом – шум. Последние хирры падали под ударами маррдеров. Имперские воины бежали. Битва была окончена.
Асира стояла над телом, как волчица над добычей.
– Ты спасла меня, – тихо сказал я.
– Я защитила тебя, – поправила она. – Это не одно и то же.
Я кивнул.
Она не думала о политике. Не планировала убийства. Она увидела угрозу – и устранила ее. Ради меня. Ради своего вожака.
Эрнесто подошел, оглядел поле.
– Ну что, волчонок, – сказал он, – теперь ты должен Александру. И мне. И верховной, которая, кажется, уже готова прикончить меня за невинный комплимент.
Мойра фыркнула.
– Я просто выбираю момент, маррдер.
– Люблю женщин, которые умеют ждать!
– А я терпеть не могу мужчин, которые не умеют вовремя умолкнуть.
Он улыбнулся. Она – почти.
Я посмотрел на тело Дагадар. Солнце клонилось к закату. Поле боя затихало.
Но я знал – война только начинается.