Когда приказом гасят свет – не гаснут звезды, лишь тени делаются длинней. Кто меч избрал, тому уже не спится – сталь холодней пылающих огней. И коли сердце молит о пощаде, не внемли – судей в мире больше нет. Лишь тот, кто уберег других от правды, может нести последний в мире свет.

Крепость Черное Крыло

946 год правления Астраэля Фуркаго

Рассвет застал меня в небе, на драконьей спине. Я не спала всю ночь, и усталость тяжелым камнем давила на плечи, но сон не шел. Слишком много мыслей, слишком много страхов. Последние дни превратились в бесконечную череду сражений, побегов и тревожных вестей.

Первые лучи солнца коснулись заснеженных вершин, окрасив их в нежно-розовый. Эти горы всегда казались мне живыми существами – могучими гигантами, что дремлют, укрывшись белыми одеялами. Сейчас, когда золотистое сияние медленно растекалось по их склонам, я почти верила, что они пробуждаются вместе с новым днем. Ущелья и долины постепенно выходили из ночного мрака, а пики, окутанные тонкой пеленой облаков, казались парящими в воздухе. В этом было что-то невыразимо прекрасное и одновременно тревожное.

В золотистом сиянии величественно возвышалась крепость Черное Крыло – древняя цитадель, ставшая прибежищем для тех, кто осмелился бросить вызов империи. Массивные стены из серого камня огибали вершину скалистого утеса, а башни, словно иглы, пронзали облака. С высоты драконьего полета замок выглядел несокрушимым островом среди бушующего моря надвигающейся опасности.

Трис, пожилой ящер с чешуей цвета воронова крыла, летел медленно, сберегая силы; моя магия исцелила его порванное сухожилие, и лишь поэтому он позволил мне, дитто белого дракона, себя оседлать. Ветер трепал мои длинные темные волосы, заплетенные в косу. За прошедшие месяцы я осунулась, отрастила мешки под глазами, но не позволяла себе выглядеть слабой. Нельзя. Только не сейчас. Рядом с нами парил величественный черный дракон Киса, несущий Рейна. Принц казался усталым, но его осанка выдавала несгибаемую волю.

– Видишь? – Сквозь свист ветра голос Рейна звучал приглушенно. – Мы все сделали вовремя. Стены укреплены, как я и приказал.

Я кивнула, вглядываясь в оживленную деятельность внизу. Черное Крыло, некогда забытая пограничная твердыня, за последние годы превратилась в настоящий военный лагерь. Каждый дюйм крепостных стен был усилен дополнительными каменными блоками, на башнях устанавливались баллисты. Во внутреннем дворе кипела работа: существа разных рас перетаскивали мешки с зерном, бочки с водой и солониной, тюки с сеном для скота и разделанные туши для драконов.

– Хватит ли нам запасов? – задумчиво произнесла я. – Императорская армия может держать осаду месяцами.

– Шесть недель, – ответил Рейн с уверенностью, которой на самом деле не чувствовал. Я слишком хорошо знала его, чтобы не заметить напряжение в голосе. – Мы рассчитали припасы на шесть недель полной осады. За это время подойдут наши союзники, а Мастин наконец выполнит свое задание.

Трис фыркнул, выпуская из ноздрей тонкую струйку дыма.

– Если только армия императора не перехватит гонцов, – проворчала я. – Астраэль не дурак. Он все знает о наших планах.

– Не все, – твердо возразил Рейн. – Не все, родная.

Одно слово – «родная», – и мое сердце предательски дрогнуло. Теплая волна разлилась по телу, на мгновение заставив забыть об усталости и опасности. Я невольно покраснела и поблагодарила всех богов за холодный горный ветер, который наверняка скрыл мою реакцию.

В последние дни у нас с мужем не было времени даже поговорить наедине – вечные совещания, планы обороны, организация сопротивления. Но иногда, в редкие моменты затишья, он смотрел на меня через весь зал, и во взгляде Рейна читалось то, что не выразишь словами.

Драконы приземлились на широкую платформу главной башни. Несколько слуг тут же подбежали, помогая нам спешиться. Я благодарно кивнула молодому пареньку, поддержавшему меня, когда ноги, затекшие от долгого полета, подкосились. Трис встряхнулся и направился к лестнице, ведущей в драконьи загоны.

– Нас ждут в зале совета, – сказал Рейн. – Разведчики вернулись с востока. Вряд ли с хорошими вестями.

Я глубоко вздохнула, собираясь с силами. Разведчики… Значит, пришло время узнать, насколько близко подошла императорская армия.

– Дай мне пару часов, – попросила я. – Хочу хотя бы умыться и переодеться после долгого полета.

Рейн кивнул.

– Я пока просмотрю донесения. Встретимся в зале совета.

Он коснулся моего плеча – мимолетный жест, от которого по коже побежали мурашки, – и быстрым шагом направился к главной башне. Я смотрела Рейну вслед, чувствуя странную смесь тревоги и нежности. Он нес на своих плечах судьбу всего сопротивления, и я знала, как тяжела эта ноша.

Дрожащими руками я сняла дорожный плащ, покрытый пылью и сажей, и подошла к умывальнику. Вода оказалась холодной – лед зимних горных вершин, однако сейчас мне хотелось именно такой.

В зеркале отразилось бледное лицо с заострившимися скулами. Моя мать говорила, что я унаследовала ее красоту – тонкие черты, большие глаза цвета штормового неба, смоляные волосы. Теперь от той красоты мало что осталось. Война не щадит никого.

Я быстро переоделась в чистое платье из темно-синей шерсти – простое, но добротное, с вышитыми серебряной нитью рунами защиты по вороту и манжетам. Переплела растрепавшиеся волосы и накинула на плечи легкую шаль. На кожаном поясе висел кинжал – мое единственное оружие. Я не была прирожденным воином, как Рейн или Александр, моя сила заключалась в другом – в способности читать древние письмена, спасать жизни, находить лазейки там, где прочие видели лишь глухие стены.

Закончив с приготовлениями, я глубоко вздохнула и вышла из комнаты. В коридорах крепости царило оживление – служанки спешили с охапками белья, стражники перекликались, отдавая приказы, слуги таскали дрова для огромных каминов. Я шла быстрым шагом, кивая знакомым – Бете, старушке Марте, – но не останавливаясь. Время поджимало.

Зал совета находился в самом сердце главной башни – огромное круглое помещение с высоким сводчатым потолком. Стены были увешаны коврами, изображавшими сюжеты древних сказаний – битвы драконов, давно погибшие города, магов, творящих великие заклинания. В центре стоял массивный стол из темного дерева, вокруг которого уже собрались военачальники и советники.

Рейн что-то обсуждал с Руфиной. Ее чешуйчатый доспех переливался, словно поверхность озера при лунном свете. Рядом с ними расположились двое: Лейна – высокая женщина-воин из некромантов с коротко остриженными седыми волосами, и морщинистый Тарвин – дитто черного дракона, комендант этой крепости.

– А, вот и наша последняя надежда, – произнес он, заметив меня первым. – Хорошо, что вы здесь, принцесса Аниса.

Я подошла к столу, чувствуя на себе взгляды присутствующих. Рейн кивнул мне, и в его глазах мелькнуло облегчение.

– Итак, – начал он, обращаясь ко всем собравшимся, – разведчики вернулись час назад. Новости неутешительные. Войско принца Винсента движется быстрее, чем мы предполагали.

– Сколько у нас времени? – спросила Лейна, скрестив руки на груди.

– Три дня, может, четыре, – ответил Рейн, указывая на карту. – Они идут двумя колоннами. Основные силы движутся по имперскому тракту, а отряд легкой кавалерии обходит горы с севера, чтобы отрезать нам путь к отступлению.

– Классическая тактика окружения, – пробормотала Лейна. – Винсент вырос хорошим стратегом.

– Что насчет численности? – поинтересовалась я, вглядываясь в карту.

Рейн переглянулся с начальником гарнизона, и по этому взгляду я поняла, что новости хуже, чем казалось.

– Около пятнадцати тысяч в основной армии, – ответил он. – Три тысячи в северном отряде. Плюс осадные машины, половина всех императорских драконов и более сотни саперов.

В зале повисла тяжелая тишина. Нас было меньше трех тысяч, включая гражданских. Боеспособных воинов – едва ли тысяча.

– Невозможно, – прошептал кто-то.

– Возможно, – твердо возразил Рейн. – Черное Крыло неприступно с трех сторон. Единственный подход – с востока, и там наши укрепления самые мощные. У нас есть запасы, есть драконы, есть план. И есть то, чего нет у Винсента, – правда на нашей стороне.

– Наша правда не остановит императорских дитто, – заметил Тарвин, поглаживая длинную белую бороду. – Придется сбивать драконов, это тяжелая задача для наших стрелков.

Я почувствовала, как холодок пробежал по спине.

– Нам нужно закончить подготовку северного барьера, – сказала Руфина, разворачивая карту. – Если принц Винсент прорвет восточный фронт, у нас должен быть запасной рубеж обороны.

Тарвин покачал головой.

– Времени мало.

– Где Александр? – спросила я.

Комендант посмотрел на меня с некоторым удивлением.

– Он в Бастарии вместе с большей частью сопротивления. Собирает союзников.

– У нас все по плану, – успокаивающе произнес Рейн.

И неожиданно сжал мою руку под столом. Его ладонь была теплой и шершавой – ладонь воина, знающего цену каждому прикосновению. Я вздрогнула, но не отстранилась. Делала вид, что внимательно слушаю доклад о расположении вражеских катапульт и огненных метателей на южных рубежах, но все мое существо словно обратилось в один сплошной нерв. Сердце бешено колотилось, отдаваясь гулкими ударами в ушах. Зрение затуманилось, и я то и дело невольно косилась в сторону Рейна, наблюдая за его точеным профилем – резкими скулами, твердой линией подбородка, слегка нахмуренными бровями.

«Соберись, Аниса. Ты – дитто белого дракона, а не влюбленная девчонка», – мысленно одернула я себя, ощущая, как предательский румянец поднимается к щекам. А Рейн только сильнее сжал руку, словно чувствуя мое смятение.

– Если верить донесениям лазутчиков, – продолжал сухощавый командир, водя тонким пальцем по линиям на карте, – то основные силы императора концентрируются здесь, у перевала. Это может означать…

Двери зала совета распахнулись. Холодный сквозняк пронесся по помещению. На пороге стоял высокий мужчина в черном дорожном плаще, расшитом серебряными нитями. Когда он сбросил капюшон, я почувствовала, как все внутри меня сжалось.

Бледная, почти мраморная кожа, настолько тонкая, что под ней просвечивали голубоватые вены. Глаза с золотистой радужкой, обрамленные густыми черными ресницами. Точеные черты лица, словно вырезанные искусным скульптором. Длинные пальцы с серебряными перстнями. Маррдер высшей крови.

Он прошел в зал неторопливой грациозной походкой хищника, и я внезапно ощутила узнавание. Что-то в изгибе его губ, в наклоне головы казалось мучительно знакомым, словно отголосок из прошлого, которое я с таким трудом восстанавливала в памяти.

– Прошу прощения за опоздание, – произнес маррдер мелодичным, немного насмешливым голосом. – Дороги нынче небезопасны даже для таких, как я.

– Эрнесто. – Рейн поднялся, не выпуская моей руки. – Мы не ждали тебя раньше завтрашнего дня.

– Обстоятельства изменились. – Эрнесто скользнул взглядом по присутствующим и остановил его на мне. В глубине жутких глаз вспыхнули искры интереса. – Маррдеры приняли решение выступить раньше.

Эрнесто приблизился к столу, и я почувствовала волну холода, исходящую от него. Не физического холода – тени, нечеловеческой силы. Не сводя с меня пристального взгляда, маррдер занял место напротив.

– Значит, вот она, – произнес он тихо, почти интимно. – Та самая Аниса Корс.

Я не знала, что ответить. Его взгляд был подобен физическому прикосновению – холодному, пробирающему до костей. В нем читалось что-то большее, чем простое любопытство.

– Мы обсуждаем тактические вопросы, Эрнесто, – натянуто произнес Рейн.

– Разумеется. – Эрнесто растянул губы в улыбке, обнажив идеально белые клыки. – И я полностью в вашем распоряжении.

Совет продолжился, но теперь я чувствовала на себе непрерывный взгляд Эрнесто. Он почти не вмешивался в обсуждение, лишь изредка бросал короткие точные замечания, демонстрирующие глубокое понимание военной стратегии. Но внимание маррдера сосредоточилось на мне, словно я была загадкой, которую он стремился разгадать.

Я заметила, что его взгляд опустился на наши с Рейном руки. Внезапно мне стало неловко, и я попыталась отдернуть ладонь. Рейн тут же это почувствовал, повернулся ко мне, и в его взгляде промелькнуло разочарование. Он разжал пальцы, и я притянула руку к себе, положив ее обратно на колени. Щеки горели от стыда, словно меня застали за чем-то непристойным.

Когда командующие закончили свои доклады, Рейн подвел итог:

– Значит, мы усиливаем восточный фланг. Лучники займут позиции на холмах. Пехота будет в резерве, готовая ударить в случае прорыва. Что касается драконов…

– Прошу прощения за вмешательство, – неожиданно произнес Эрнесто, наклоняясь вперед, – но меня больше интересует роль принцессы Анисы. Неужели это та самая Аниса, которая столько лет доставляла мне кучу… неприятностей?

Я застыла, ощущая, как внутри нарастает тревога. Откуда он меня знает? Что ему известно?

– Сейчас не время для этого разговора, – резко оборвал его Рейн, но маррдер лишь рассмеялся.

– Что они все в тебе находят, принцесса Аниса? Брат так и не смог ответить мне на этот вопрос. Ты применяешь какие-то чары? Особую силу дитто белого дракона?

Мое сердце замерло. Брат? О ком он говорит? И тут меня словно молнией пронзило осознание – Джеймс. Это брат Джеймса.

– Как это интересно получается, – продолжал Эрнесто. – Джеймс из кожи вон лез, чтобы тебя возродить… А ты все это время была законной женой принца Рейна. Станет ли он императором, когда мы неизбежно одержим победу над тираном? Станешь ли ты императором, Рейн?

– Если того пожелает судьба и народ, – сухо ответил муж.

Маррдер покачал головой.

– Я услышал достаточно. Вообще-то хотел сказать, что вам пора прибраться в зале для приемов. Посол Винсента уже в пути. Пойду и я.

Облизнувшись, он выплыл из помещения, оставив после себя неописуемый запах – смесь крови и презрения. Рейн объявил совет оконченным, и в коридорах крепости наши пути разошлись: каждый направился в свою комнату. Моего мужа ждали судьба и народ, а меня – пустая холодная постель.