Глупая!

Бестолковая совсем! Надо бежать отсюда!

- Садись, козочка, - не спрашивая разрешения у хозяина кабинета, Макс силой усадил меня в кресло.

И сел сам.

- Майор, ты охренел совсем? - на начальника главка было страшно смотреть. Он так насупился, что даже покраснел от

раздражения.

·   Не я. Вы.

·   Ты что несешь? - он схватился за трубку одного из телефонов на столе.

·   Трубочку лучше положить. И не горячиться. Лучше посмотрите вот это сначала. А я пока напишу кое-что.

Диканов достал из кармана телефон. Разблокировал, что-то нашел и протянул своему начальнику.

Тот взял аппарат с опаской.

Ни о какой записи я не знала. Но после того, как Максим затащил раненого Стаса в домик на базе, он приказал мне сидеть в машине и ждать его. Что там братья делали со своим бывшим управляющим, мне было неизвестно.

Но голос его я сейчас услышала.

И рассказывал он ужасное.

Да тут в главке целая преступная группировка. И не только здесь! Я запомнила только имена Серого и начальника Максима. Остальных не знала, хотя Стас перечислял на записи много фамилий и прозвищ. Всхлипывая от боли и подвизгивая.

Я покосилась на Диканова.

Он на своего начальника не смотрел.

Взял чистый лист бумаги у него из лотка, ручку. И стал что-то быстро, размашисто писать.

Ааа, хоть разорвись!

Один что-то смотрит. второй что-то сочиняет. И я не знаю что!

Ужас!

- Я думал, ты умнее, Диканов, - генерал небрежно бросил телефон Максима на стол перед собой. - Такой специалист,

как ты, должен понимать, что подобные видеозаписи для суда - пшик! Тем более, свидетель под давлением.

·   Разве я что-то говорил о суде? - Максим расписался внизу листа и надел на ручку колпачок. - Мы же с вами живем в реальном мире. Какой суд? Эта запись предназначена совсем для других людей. Более того, она не одна. Есть и поинтереснее. Когда человеку очень больно и страшно, он способен рассказать многое. В подробностях. Да и суд... С такой должностью как у вас резонанс можно сделать громадный. Хотите, я с журналистами поделюсь этим видео?

·   Что ты хочешь? - грузный мужчина, которому я раньше доверяла, снова потянулся к смартфону.

·   Удалять запись не советую, - тут же улыбнулся злобно Максим. - Все записи загружены в облако. И не только у меня, но еще и у моего брата. Вы хотели нашими руками убрать ценную свидетельницу, так? Чтобы она вашего подельника не сдала?

·   Ликанові

- А что такое? Камеры в кабинете?

Мне показалось, что в помещении отчетливо запахло электричеством.

Озоном, как после сильной грозы.

Стало зябко. Пальцы уже болели от того, с какой силой я их ломала.

·   Диканов, выбирай выражения! Что тебе надо? - генерал покраснел еще больше. Расслабил нервно галстук на рубашке.

·   Уволиться, - Максим подтолкнул к нему исписанный лист. - Сегодня же. И никакого преследования ни мне, ни гражданке Цветовой, ни моему брату. Просто забудьте о нас. Навсегда. И предупредите своих.

·   Какие гарантии ты мне дашь, что эта запись исчезнет?

·   Она не исчезнет. Но может просто покрыться пылью в самом темном уголке.

·   Какой-то нечестный обмен, - усмехнулся генерал.

·   Какой есть, - пожал плечами Максим в ответ. - Когда нет выбора, любой сгодится, нет? Или ваша должность, имя и свобода. Или наша только свобода. Мне кажется размен более чем приличный. А меня вы знаете.

- И что? Мне тебе расписку написать? - генерал пытался ехидничать, но я понимала, что Максим его уже сломал.

Человек с таким званием и таким положением вряд ли станет всем этим рисковать. Наверное.

- Мне будет достаточно вашего слова. У меня же есть это, - Макс встал, забрал свой телефон со стола и покачал им.

Это моя гарантия.

·   Ладно, - генерал уперся руками в стол и тоже встал. - Последний вопрос: где Серый?

·   Он улетел, - нагло ухмыльнулся Диканов, подавая мне руку. - Как Карлсон. И вернуться не обещал, к счастью.

·   Ты шут, Диканов!

·   Зато живой. Всего хорошего, товарищ генерал.

·   Пош-шел ты.

Максим вывел меня из кабинета.

Обхватил за талию, прижал к себе и жадно, крепко поцеловал.

·   Я же обещал тебе, козочка, что я нас вытащу?

·   А если он, - я теребила пальцами горловину его футболки. - Если он..

·   Нет, - мотнул головой Максим. - Что Стас, что этот мудак прекрасно знают, что бывает, если завалить всю цепочку подельников. А там, козочка, деньги такие и имена такие, что греметь будет по всей стране. Серый сдох, а эти будут молчать

· Они ж не дураки.

·   И что теперь? - я никак не могла расслабиться. Отпустит свои страхи и напряжение после всего, что с нами случилось.

·   Как что? ЗАГС! - он потащил меня по коридору.

·   Какой ЗАГС? - я онемела.

·   Обычный. Шарики, сердечки, секс с невестой в белом платье. Вот это все. Круто же?

·   Диканов, ты сумасшедший? Какое платье?

Он развернулся ко мне.

Так резко, что я притормозить не успела и просто упала ему на грудь.

- Белое, козочка. Хотя я согласен и без него. Я согласен на тебя любую. Хоть в чем. Но ты заслуживаешь всего самого

лучшего. Так что не сопротивляйся. А то наручники надену!

Я прищурилась.

Наручники, говоришь...

Эпилог

Весна Сергеевна Диканова.

Я посмотрела в зеркало. Звучит как диагноз, по-моему.

Или как приговор. Сладкий до невозможности. Такой, что низ живота сразу начинает потягивать от предвкушения.

Я вынула шпильки из волос

Все. Первый день нашей дикой свадьбы с Диким закончился.

От моего свадебного платья на мне остался только корсет и чулки с бельем. Все остальное Максим содрал, едва мы сбежали от гостей и приехали в дом.

Где-то там, над озером до сих пор поднималось зарево от огней.

Новый управляющий базой постарался на славу. Свадьба будет гудеть еще пару дней, пока все не нагуляются вдоволь.

Я приложила ладошки к щекам и закрыла глаза

Фу-ух..

Это все на самом деле.

Я живая. И Максим тоже. Все закончилось. Где Стас я спрашивать не хотела. Но забыть вряд ли смогу. Все это помогло

мне найти самого невозможного мужчину на свете.

И теперь я жена того громилы-пижона, которого встретила в главке.

Судьба? Стечение обстоятельств?

А какая разница?

- Козочка, выходи-и, - прорычал под дверью новоиспеченный супруг. - У меня есть для тебя подарок. Тебе точно понравится.

·   Какой подарок? - я растрясла локоны пальцами, выходя к нему.

·   Подарок на первую брачную ночь, - с хрипотцой сказал он.

Просто пожирал меня взглядом. Серые глаза темнели от возбуждения.

На ладони лежала небольшая коробочка. Пудровая бумага. Серебристая лента. Я вытянула губы уточкой.

Хм...

Как-то уж слишком невинно. Не похоже на того Диканова, за которого я вышла замуж сегодня. Подозрительно.

·   Открывай!

·   Мне страшно, - честно призналась я, поглаживая пальцами атласную ленточку.

·   Я б тоже на твоем месте боялся. Но открыть придется. Давай.

Офигеть.

Вот прям успокоил, родной!

Я потянула ленточку. Подняла крышку.

Внутри лежали наручники. Хромированные. С розовым мехом.

Мягкие. Пушистенькие

И... развратные.

- Ты серьёзно? - я рассмеялась, но голос выдал волнение. Смех вышел сиплым. Как будто я не смеялась, а задыхалась

Максим ничего не сказал.

Просто втолкнул палец за край моего чулка. Потянул на себя и подхватил, когда я стала заваливаться.

·   Я тебя никогда не отпущу, козочка, - он гипнотизировал меня взглядом. - Ты мне сегодня дала согласие.

·   Не отпускай, - еле вытолкнула я из себя тихий шепот.

Наручники мягко обхватили запястья.

Удержать дрожь я не смогла. Не это была дрожь не от страха. От желания. От понимания, что все - назад дороги нет.

Я ему отдалась.

Добровольно и навсегда.

Максим подхватил меня под бедра, занес в спальню. Посадил на край кровати.

- Красивая у меня жена, - глуховато, с хрипотцой констатировал он. И приказал. - Ложись!

Я подчинилась. Подняла руки вверх, за голову - наручники щёлкнули о металлический каркас кровати. По телу пробежала

волна легкой судороги, выгибая.

И Максим это заметил. Склонился надо мной.

- Скажи, если будет слишком для тебя, малыш, - легко поцеловал он меня в уголок губ.

Маленькие белые трусики слетели с меня от уверенного рывка. Смотря мне в глаза, Диканов медленно расстегнул манжеты рубашки. Стянул ее с плеч, отбросил куда-то не глядя.

Взялся за пряжку ремня, и я не выдержала.

Закусила губу, отвела взгляд. Какой же он обворожительно развратный. Невозможно смотреть. И в то же время смотреть

хочется.

Мужское колено раздвинуло мои бедра.

Матрас упруго качнулся под тяжестью крупного мужского тела. Совпал в резонанс с мои колотящимся сердцем. Так... Мне

уже что-то страшно. Что он задумал опять...

- Супружеский долг, - в глазах Диканова блестели пошлые огоньки. - Исполняется впервые!

Я попыталась ответить на поцелуй сквозь смех, но он уже ускользнул от меня.

Вниз.

По ключице, по груди, по животу.

Мама….

Где воздух? Почему его так мало?

Я уже не соображала, что происходит.

Я только чувствовала. Жила телом. Ощущала жадные ласки.

Максим скользнул ладонью по животу. Медленно увел ее между моих ног. Туда, где уже было горячо. Уже слишком влажно и чувствительно. Я дёрнулась, но он не отнял руку.

- Не бойся, - сказал он.

А я не боялась.

Я просто не выдерживала.

Муж не торопился. Я чувствовала, как его пальцы проходят по всем точкам, будто заново изучают. Он знал, где мягче, где чувствительнее. Где найти ту грань, чтобы я не выдержала и начала хныкать.

Он резко сел.

Подхватил меня за бедро, развернул его сильнее в сторону.

- Хочу видеть, как ты кончаешь, - выдохнул он. - Хочу твой вкус.

Я сглотнула.

Ой...

Пульсация внизу живота усилилась только от его слов. Диканов склонился надо мной. А я выгнулась. Стиснула зубы, но

терпеть было нереально. Хриплый стон все равно вырвался сам собой.

Горячий, напористый язык сводил с ума.

Он не торопился, не рвался сделать хорошо за одну секунду. Диканов выносил мне мозг аккуратно, точечно, методично.

Разглаживал мои бархатные лепестки. Глотал мой вкус, смешанный с его слюной. Урчал как довольный кот.

Поглаживал вход в дырочку пальцами, но не проникал внутрь.

Мне хотелось взвыть. Чертов провокатор!

Я извивалась, хватала простынь пальцами. Запястья сдавливали наручники, но я даже не замечала этого. Мне хотелось

большего

Ero.

Всего целиком.

·   Максим! - я задыхалась.

·   Ммм?

·   Возьми меня!

Он замер.

Поднялся надо мной с обиженным лицом.

·   Козочка это запрещенный прием так-то!

·   Плевать! Хочу тебя! - я чувствовала себя вдрызг пьяной.

Он даже отвечать не стал.

Облизнулся порочно и толчком послал свои бедра вперед. Ворвался в меня так, что я вскрикнула.

Задрожала под ним, выгнулась дугой.

- Жадная моя, - он сцеловывал крохотные капли слезок, что покатились из внешних уголков глаз.

А я могла только стонать.

Даже на крик воздуха не хватало. Его член растягивал меня. Нанизывал крепко, до самого дна. До искр в голове.

Просто рассыпал в пыль

Разбивал на мелкие осколки счастья и наслаждения.

Спазмы сжигали внутренности. Взрывали тело, напрочь выбивая все мысли из головы. Ничего не оставалось.

Только его настойчивое давление внизу и жаркие поцелуи на губах.

Рот раскрылся в немом крике, когда судорога прошла неудержимо от макушки до самых пальцев на ногах. Диканов обхватил меня. Сдавил бьющееся в оргазме тело, прижал к себе.

И сам зарычал, вдалбливаясь еще глубже.

Прижался пахом ко мне. Застонал обреченно. Наполнил меня кипящим семенем.

Широкая грудь ходила ходуном, давила на меня.

- Это пиздец, - провыл он.

Согласна.

Но вслух говорить не в состоянии пока что.

Максим встряхнул головой. Проморгался, скидывая первый порыв. Дотянулся до моих рук, расстегнул наручники. Поймал

мой стон губами.

·   Больно было?

·   Нет, - я мотнула головой в сторону.

·   Козочка моя, - он сгреб меня в обьятия. Лег на бок, поджимая меня ближе. - А ты обманщица, ты в курсе?

·   Чего это? - я прижалась щекой к его груди, но глаза открывать все равно не хотела.

·   Я думал, не умею любить. Но ты меня обманула. Влезла в мою голову, в моё сердце. Нахалка моя единственная. Люблю тебя.

И я его люблю.

Больше всего на свете.

Это начало нашей новой жизни вдвоем.

В которой я - его Весна.

А он - мой Дикий. Навсегда.