Мы переглянулись, и я ткнул в кнопку рации, выходя на связь с Сэмом:

— Сэм, ты что-нибудь видишь?

— Да тихо все. — ответил Сэм. — А что?

— Да так, ничего. Сообщи, если будет что-то подозрительное.

Мы снова переглянулись, я пожал плечами, мол, вы сами все слышали, и мы двинулись дальше, продолжая соблюдать осторожность, разве что скорости прибавили, чтобы поскорее узнать, что там происходит наверху. Поэтому и на пятый этаж мы прибыли буквально через минуту активного перебирания ногами по ступеням.

Проход на лестничную клетку пятого этажа был забаррикадирован мебелью и другими предметами интерьера так плотно, что оставалась только узкая щель возле перил, в которую с трудом мог протиснуться один человек. Что творилось за баррикадой сказать было трудно, оттуда даже звуков никаких почти не доносилось, только какие-то приглушенные расстоянием разговоры и тихий стук, который на самом деле мог оказаться весьма сильными ударами.

Указав пальцами на глаза, а потом на проход сбоку, тем самым веля девчонкам следить за ним, я подошел вплотную к баррикаде и сначала попытался посмотреть «сквозь» нее, чтобы с помощью «взора» понять, нет ли кого с той стороны, но «взор» никого не показал. То ли никого не было, то ли были дальше, чем один метр. Тогда я отыскал взглядом щель пошире в баррикаде и приник к ней одним глазом, рассматривая лестничную клетку в обычной манере.

Сюда выходили двери трех квартир, в каждой стене по одной, и все три были распахнуты настежь. В глубине одной из них было видно какое-то движение, и именно оттуда и доносились звуки, которые мы слышали. На самой лестничной клетке никого и ничего не было, но я заметил, что на полу возле одной из дверей размазана кровь. И не голубая, от тварей системы, а очень даже человеческая красная.

Я обернулся на девушек, и, знаком велев им двигаться следом, принялся протискиваться в щель между баррикадой и перилами, подняв дробовик стволом вверх. Преграда оказалась приличной толщины, практически в половину моего роста, и явно была навалена тут только лишь для того, чтобы задержать тех, кто вздумает проникать снизу вверх. Как я сейчас. И, собственно, свою задачу она выполнила.

Потому что я был еще на середине пути, а в одной из квартир уже послышался какой-то больной смех, больше похожий на истеричный ржач, а потом прямо в мою сторону зашлепали шаги!

Я тихо ругнулся, вцепился пальцами в обивку кресла, которое попалось под руки, и как мог быстро вырвался из узкой щели, буквально в тот же момент, когда из квартиры вышел человек, и я попался ему на глаза.

Как в замедленной съемке я видел, как расширяются его глаза, как рука тянется к поясу, на котором висит огромный, почти по колено длиной, нож в кожаных ножнах, как округляется для предупредительного вопля рот…

Я прижал палец с пиктограммой «Скачка» и перенесся вплотную к этому типу. Без размаха коротко двинул вперед стволом, прямо в солнышко, сбивая ему дыхание и не позволяя заорать. Тем же стволом двинул еще раз — по руке, которая уже тянула из ножен нож, выбивая его из пальцев, а потом я сместился чуть вбок и вдавил дульный срез в грудь противника и припер его к стене.

— Цыц!.. — прошипел я хватающему воздух ртом противнику. — Одно слово — и пристрелю нахер!

Выглядел человек плохо. Я никогда не видел настоящих наркоманов, но в моем представлении они как-то так и выглядели. Тощий, бледный, с тонкими руками и ногами, на которых что штаны, что майка висели как на швабре, и огромными мешками под глазами — хватило бы все наши коробки туда сложить. Казалось, что мне даже стрелять в него нужно, достаточно просто прижать посильнее — и он просто переломится посередине.

На мгновение мне даже показалось, что это на самом деле адаптант света, а не человек, но мутные серые глаза, которых твари были лишены, вернули мысли в нормальное русло.

— Что у вас там происходит⁈ Что за дым⁈ — спросил я, но наркоман ничего не ответил. Он все так же тупо смотрел на меня, как рыба из аквариума. — Отвечай!

— Так отвечать или молчать? — проскрипел наркоман таким бесцветным голосом, что я чуть было не принял его за биоробота.

— Делать то, что я говорю! — отрезал я. — Говорю отвечать значит отвечать, говорю молчать — значит, молчать! Так что за дым⁈

— Еду готовим.

— А дым-то почему? Вы что, коптилку построили⁈

— Нет, костер сделали. Электричества-то нет…

Ясно, у них тут электроплиты в доме и в отсутствие света они банально развели костер.

— А где люди, которые сегодня пришли?

— Там. — наркоман кивнул на дверь, возле которой я заметил кровавые следы.

— Они живы?

— Они… живы? — словно эхом повторил за мной наркоман.

— Так живы или нет? — я прищурился, но наркоман будто не понял этого мимического жеста и все так же тупо глядел на меня.

Я отнял левую руку от дробовика и активировал рацию:

— Сэм, ты нас видишь?

— Да, через окно подъезда вижу!

— Квартира справа от нас, есть обзор?

— Не, ни хера!

— Сэм? — внезапно оживился наркоман. — Ты сказал «Сэм»?

— Это кто там? — недоверчиво спросил Сэм. — Фаст, кто там у вас?

— Это брат твой, вот кто! — заявил наркоман.

— Брат, говоришь? — голос Сэма внезапно затвердел и заледенел, словно он превратился в ледяного адаптанта. — Фаст, а ну отойди, посмотрю на этого брата.

Я сделал шаг в сторону, открывая обзор для Сэма и одновременно кивая протиснувшимся следом за мной девчонкам на дверь квартиры справа — осмотрите, мол. Они кивнули и вдвое двинулись внутрь квартиры.

— Ты посмотри… — хмыкнул в рации Сэм. — И правда брат. Стой смирно, брат, а то у меня палец на спуске может дрогнуть в самый интересный момент.

— Я ничего такого не делал. — голос наркомана снова вернулся к полной бесцветности.

— О, старые песни о главном! Сколько раз я слышал эту фразу? Тысячу, две тысячи? Ты не «ничего такого не делал», ты просто по жизни ничего из того, что делаешь не считаешь «таким», вот в чем проблема — выплюнул Сэм. — Вот что ты ввязался на этот раз⁈

— Я ни во что не ввязался. — ответил наркоман.

И в этот момент из квартиры, в которую я направил девчонок, раздался громкий полу-вздох, полу-вскрик.

— Сэм, держи его! — крикнул я, кидаясь следом за девчонками.

Кобра обнаружилась в ванной комнате, справа от входа. И она там были не одна.

Вместе с ними там находилось еще два тела. Мертвых. Одно мужское, и одно женское. Они оба были согнуты в поясе и перекинуты через край чугунной ванны, и от их голов вниз тянулись струйки крови. Они смешивались и переплетались и в конце концов на дне ванны объединялись в одну кровавую реку, исчезающую в сливе. Мы переглянулись с Коброй, и она сжала пальцы так, что они захрустели

— Тут еще! — раздалось из другой комнаты голосом Йоки. — Ох…

Мы, не сговариваясь, кинулись на ее голос и в соседней комнате обнаружили еще троих людей. Двое мужчин и одна женщина сидели на полу, не в силах даже встать, поскольку их ноги и руки были связаны скотчем, а конкретно ноги — еще и привязаны друг к другу. Рты тоже были заклеены скотчем, да так, что даже мычание через него едва-едва пробивалось.

Я скрипнул зубами и взялся за рацию:

— Сэм! — я даже не пытался сдержать тон и говорил как есть. — Они тут людей держат связанными, а двоих вообще убили! Пристрели этого ублюдка!

— С удовольствием. — ответил Сэм и в рации раздался характерный лязг затвора. — Стой смирно, братец… Стоять!..

Грохнул выстрел, следом раздался тихий мат, лязг затвора, и снова голос Сэма:

— Я промахнулся! Сука, он как раз в момент выстрела ломанулся в сторону!

— В какую? — тут же отреагировал я, выглядывая в коридор.

— Влево! Не к вам!

— Так, понятно. — я вскинул дробовик, повернул набок, проверяя патрон в патроннике. — Значит так, мальчики и девочки. У нас новая задача. Освободить этих людей, а потом зачистить этот гадюшник.

— Что значит… «зачистить»? — тихо спросила Йока, испуганно глядя на меня.

— То и значит. Я не намерен оставлять этих ублюдков рядом с нами, потому что однажды на месте тех людей, — я качнул головой в сторону ванной, — могут оказаться наши люди. Не хочешь со мной — останься тут, с людьми, помоги им освободиться и выведи отсюда. Кобра, ты тоже. Я и один справлюсь.

— Нет, я с тобой. — Кобра снова хрустнула костяшками. — Я тоже не намерена давать спуску этим уродам!

— Вот и отлично. — я кивнул и развернулся. — Тогда идем.

— Стойте… — подал голос один из мужчин, которому Йока уже сняла скотч с лица. — Там дыра в стене, в соседней комнате… Ведет в соседнюю квартиру. Они так и ходят туда-сюда. Ублюдки… Они обсуждали, как сожрут нас после того, как кончатся запасы, которые они у нас отняли!

— Не сожрут. А за информацию спасибо. — я кивнул. — Кобра, за мной.

И мы вдвоем двинулись в указанную мужчиной комнату, оставив Йоку разбираться с ними.

— Сэм, прикрой Йоку. — велел я по рации. — Если кто-то появится на лестничной клетке, стреляй не раздумывая… То есть нет, сперва посмотри, не Йока ли это и если нет — то стреляй.

— Есть, босс. — ответил Сэм и мы вошли в соседнюю комнату, действительно обнаружив там пролом в стене, ведущий в соседнюю квартиру. Пролом был неровным, небольшим, явно сделанным не взрывом, а при помощи лома, кувалды и такой-то матери. И в нем был виден кусок другой квартиры, которая разительно отличалась от той, в которой находились мы, даже в той своей малой части, что была видна через пролом. Если здесь царил хоть и аскетичный, но порядок и чистота, то там был настоящий притон. Никакой мебели, только брошенные прямо на пол грязные продавленные матрасы, ободранные и обожженные стены, какие-то разноногие табуретки, частью лежащие на боку и как венец всего этого — ржавая железная бочка, внутри которой плясали отблески пламени. На бочке лежала не менее ржавая решетка, явно сорванная с ближайшего окна, а на решетке стоял закопченный эмалированный чайник и жарились какие-то непонятные куски мяса. Очень надеюсь, что не человечина…

Хотя уже не сильно важно. Приговор себе ублюдки уже подписали.

И сидящий возле бочки и вяло ковыряющий мясо двузубой вилкой, наркоман стал первым, чей приговор был приведен в исполнение. Кобра кинула на него короткий взгляд, а потом просто подскочила к пролому, сунула в него обе руки, одной схватила наркомана за шею, а второй — ударила кастетом точно в висок. И еще раз, и еще — для надежности. Наркоман упал на пол смятой тряпочкой, заливая его кровью из пробитой башки, а Кобра сжалась и ловким прыжком рыбкой пролетела в пролом, оказываясь по ту стороны. Я тоже пролез следом, и, только выбрался, как откуда-то издалека раздались взволнованные крики.

— Туда! Туда! — расслышал я вопли сэмовского брата. — Они там!

Шаги приближались, я вскинул дробовик и первого же появившегося из-за поворота наркомана, чья голая грудь была покрыта синяками от уколов, встретил зарядом картечи. Его откинуло назад, на других уродцев, один из них упал, остальные замедлились, и я, активировав «разрывные снаряды», выстрелил снова.

И так мелкая картечь разделилась на еще более мелкие осколки и накрыла сразу всех вбежавших в комнату наркоманов. Они резко сбавили темп и завопили, хватаясь за все части тела подряд. Не смертельно, конечно, но очень неприятно.

Смертельно стало, когда к ним подскочила Кобра.

Пользуясь тем, что наркоманы не могут сосредоточиться из-за моих выстрелов, она действовала по одной и той же схеме — лоу-кик под колено, выбивая опорную ногу из-под противника, а когда он упадет на одно колено — резкий прямой в висок, после которого враг уже не поднимался. А если учесть, что некоторым попало и по глазам тоже, это вообще превратилось в форменное избиение!

Один из врагов достал нож, еще один размахивал откуда-то взявшимся пистолетом. С ним я справился, быстро сунув в патронник еще один картечный патрон и зарядив его «усиленным выстрелом». Грохот сгоревшего пороха — и наркоман лишился пистолета прямо вместе с кистью руки. Кобра тоже справилась с ножевиком, вовремя подставив вместо себя под удар другого нарика, и сломав вооруженную руку противника в локте одним точным ударом.

Расправившись с прибежавшей шестеркой наркоманов, я докинул патронов и мы двинулись дальше по этому притону. Подошвы ботинок прилипали к полу, в воздухе висел густой запах какой-то гнили, и вообще тут было максимально неприятно.

В углу лежало недвижимое тело. Сначала я решил, что это очередной наркоман, возможно, обдолбанный, поэтому и не реагирующий на раздражители, но это оказалась еще одна мертвая женщина. Судя по обрывку веревки на шее — ее задушили, да еще и раздели зачем-то догола. Впрочем, о чем я — понятно, зачем…

Я скрипнул зубами и пожалел только об одном — что не пристрелил сэмовского брата сразу же, а лясы с ним стоял точил. Сейчас пришлось бы убивать на одного противника меньше…

Мы прошли в следующую комнату и внезапно на меня из-за угла, занеся над головой нож, налетел еще один нарик! Я вскинул дробовик, привычно перегородился им от удара, заблокировав руку, но тут из-за его спины выскочил еще один — маленький, юркий, как гоблин! — и пнул меня ногой в живот!

Дыхание перехватило, я отшагнул назад, пытаясь вдохнуть, и тут вперед выпрыгнула Кобра! Один ее мощнейший удар ногой — и мелкого сложило пополам и практически отшвырнуло в сторону, в стену, как футбольный меч при пенальти! Второй, выпучив глаза, полез на Кобру с ножом, но я уже восстановил дыхание, снова вскинул дробовик, левой рукой дернул назад за плечо Кобру, убирая ее с линии огня, и выстрелил прямо в лицо наркомана.

В следующей комнате мы обнаружили еще один пролом в стене, который вел уже в третью по счету квартиру. Я сначала как смог осмотрел все, что смог, и только потом полез в пролом.

— Это Сэм. — внезапно сквозь помехи пробился голос снайпера. — Йока и люди вышли! Прикрываю их!

— Брата своего не видел⁈ — я на секунду прижал кнопку рации.

— Неа!

— Ладно, сейчас найдем…

Мы прошли всю третью квартиру, убив еще четверых наркоманов, один из которых, судя по идущей изо рта пене и почти закрытым глазам, прямо сейчас был под кайфом и бросился на нас с жутким обреченным воем, словно на чертей, которые вели его к раскаленной сковородке, но брата Сэма так и не нашли. По второму кругу обойдя все квартиры еще раз и убедившись, что больше никого живого в них не осталось, мы остановились на лестничной клетке и я снова вызвал Сэма:

— Нет твоего брата нигде.

— Ну так он и снизу не выходил…

— Если он не выходил снизу… — я поднял брови, хотя Сэм и не мог этого видеть. — То, может, он вышел сверху?

— Эх, голова… — крякнул Сэм и почти тут же завопил. — Да, сука! Он на крышу выбежал, я его вижу!

— Пристрели его нахер! — велел я, а потом повернулся к Кобре. — Идем вниз. Сэм разберется.

Мы спустились к Йоке, которая ждала нас на первом этаже, попутно получив извещения об убийствах субъектов с отрицательной кармой, и я снова вызвал Сэма:

— Мы выходим. Что у тебя? Пристрелил?

— Нет, блин! Он тощий, как спичка, и двигается дергано, как богомол, хер попадешь нормально! Бочину, кажется, прострелил, а потом он… Я не понял, с крыши, что ли упал? Короче, пропал из сектора обстрела. В любом случае, с простреленной бочиной он не жилец. Или сам сдохнет, или зомбики помогут.

— Ну да, шанс велик. — ответил я. — Ладно, снимайся с позиции. Мы тут закончили. Кого смогли — спасли. Возвращаемся.

Через полчаса мы уже знакомили новоприбывших с остальными в части, и таким образом наша небольшая группа за один день увеличилась больше чем вдвое. Я с удовольствием понаблюдал, как недавно еще не знающие друг друга даже по именам и позывным люди работают сообща бок о бок и помогают друг другу, если таковая помощь понадобится, и чувствовал, что все налаживается. Несмотря на все то, что происходило вокруг — все налаживалось.

И, едва я это осознал, как на меня навалилась жуткая усталость. Все пережитое за последние часы будто ждало где-то за порогом сознания, чтобы сейчас разом обрушиться на меня и буквально заставить колени согнуться под грузом усталости. Сэм, Йока и Кобра тоже выглядели не лучшим образом, поэтому я решил, что будем не лишним нам отдохнуть после всего пережитого, особенно при условии, что кровати в казарме уже подготовили для того, чтобы на них можно было спать.

Этим я и воспользовался, и провалился в сон, едва только коснулся головой подушки.

Проснулся я только уже под вечер, но зато чувствовал себя отдохнувшим и посвежевшим. Даже настроение было лучше некуда.

Было.

Потому что как только я открыл глаза, в углу поля зрения настойчиво заморгал значок личного сообщения. А получить его я мог только от одного человека.

Робин: Вот и все, крыса. Теперь я знаю, где ты прячешься. Жди в гости