Риада, где-то на пути между Блэкуитом и Бресвейн, зима 1866 года

11 февраля

Мистер Айртон Бройд пил чай в вагоне-ресторане, пытаясь одновременно удержать на блюдце чашку, на тарелке – булочки, а на столике – газету. Черт его дернул купить билет на экспресс, который с большой помпой пустили полгода назад по маршруту «Бресвейн – Блэкуит – Бресвейн».

Однако шутка ли – первый экспресс-поезд в стране! В глубине души шеф полиции обожал всякие технические новинки, хотя никому в том не признавался, особенно миссис Бройд – она и так слишком волновалась за него вот уже двадцать третий год их брака. В каждую поездку за пределы Блэкуита Эмили собирала его как в экспедицию к Северному полюсу, а сейчас несколько раз намекнула, что из столицы ему лучше бы ехать обычным поездом.

В чем-то Айртон уже готов был с ней согласиться – экспресс, может, и мчал его в Бресвейн с рекордной скоростью, но тряс при этом немилосердно. Он же хотел еще раз перечитать письмо от высокого начальства, но сомневался, что ему хватит всего двух рук, дабы удержать на столике четыре предмета. К тому же людей вокруг было преизрядно – в поездах никогда раньше не водилось вагонов-ресторанов, и любопытствующие пассажиры набились в ресторан, как сельди в бочку. Мистер Бройд едва успел занять один из последних столиков – между прилавком с выпечкой и окном.

Булочки были превосходны, как в лучших пекарнях Блэкуита, и Бройд несколько смирился с тряской. Он аккуратно донес до рта чашку с чаем (недурно, недурно!) и перелистал газету до спортивной колонки, где публиковались результаты скачек. Вдруг кто-то сильно толкнул его столик, пробираясь к прилавку с выпечкой, и булочки запрыгали по скатерти.

– Эй! – рявкнул Бройд.

– Пр-р-ршу пр-рщения, сэр, – басом пророкотал пассажир, протиснулся к прилавку и с вожделением уставился на ряд пышных пирогов с мясной начинкой.

«Кто его сюда пустил?» – недовольно подумал шеф полиции. Незнакомый мужчина был совершенно не похож на пассажира первого или даже второго класса. Хотя если учесть, что он взирал на мир с высоты в шесть с половиной футов, то Бройд посмотрел бы на того кассира, который рискнул бы отказать в продаже билета. Ширина плеч и мощь грудной клетки тоже впечатляли – детина был даже здоровее детектива Двайера, который на досуге ломал пальцами подковы и сгибал в ладони тарелки.

«Вот уж Двайера Бреннон мог бы мне и оставить», – с досадой припомнил Бройд, но тут же устыдился. Натан тяжело переживал гибель Валентины в Фаренце всего лишь через месяц после свадьбы, и если работа над созданием Бюро помогала ему отвлечься, то Айртон готов был передать Бреннону всех детективов скопом.

«Может, увидимся в Бресвейне», – прикинул шеф полиции. Его вызвал в столицу сам министр внутренних дел, а к письму-вызову приложили свои подписи глава Отдела Республиканской Безопасности и шеф-инспектор всей риадской полиции. Само же письмо, хоть и пыталось сохранять видимость официального документа, просто-таки кричало о том, что высокое начальство пребывает в полном замешательстве после событий в Фаренце.

«Не прошло и полутора лет, как до них начало доходить», – фыркнул Бройд, не спуская глаз со здоровяка у прилавка. Громила кротко ждал своей очереди, хотя некоторые пассажиры, едва на него взглянув, поспешили убраться за свои столики.

Он и выглядел странно, и одет был странно: в длинный кожаный плащ (это в феврале-то!), мешковатый свитер грубой вязки и суконные с кожаными нашивками штаны, заправленные в непонятного вида высокие ботинки. Вокруг шеи был обмотан длинный шарф, из-под шляпы опускались ниже плеч кудлатые волнистые волосы.

Мнения насчет того, нужно ли снимать шляпу в вагоне-ресторане, среди приличного общества разнились. Бройд повесил свою на спинку стула. Громила, поразмыслив немного, тоже снял головной убор и с громким «Уф-ф!» утер лоб широкой ладонью.

– Жарища тут, – пробормотал он и принялся выпутываться из плаща, аккуратно, чтобы не покалечить стоящих рядом пассажиров.

Он мало походил на риадца и больше напоминал Бройду «дикарей» и «аборигенов» с картинок и фото из статей географов и путешественников: очень смуглый, черноволосый, с короткой черной бородой и густыми усами. Лоб у него был тяжелым, с массивным надбровьем, нос – приплюснутым, с широкими хищными ноздрями. Из-под косматых бровей поблескивали глубоко посаженные глаза.

Однако, несмотря на грозный вид, как опасный преступный элемент он пока себя не проявлял – смирно дождался своей очереди и очень вежливо, хотя и порыкивая с непонятным акцентом, сказал:

– Будьте добр-ры, дайте мне шесть пир-р-рогов: с бар-р-раниной, с говядиной и почками, кур-р-риный с гр-рибами, с кар-ртофелем и два сладких. И еще, пожалуйста, завер-р-рните в пакет четыр-р-ре булочки.

Айртон настороженно подобрался: судя по заказу, громила тут был не один и набирал еды на компанию. Если их тут целая банда, то за ними стоит проследить на всякий случай, а то мало ли.

Опустошив прилавок, здоровяк окинул ищущим взором вагон-ресторан. Пассажиры за несколькими ближайшими столиками поспешно испарились. Здоровяк (определенно иностранец) осторожно пробрался к крошечному по сравнению с ним столику в углу, кое-как умостился на стуле и принялся с аппетитом уписывать первый пирог. А затем второй, третий, четвертый… На глазах у изумленной публики он без малейшего труда, не оставив ни крошки, умял шесть пирогов, которых хватило бы, чтобы накормить до отвала троих мужчин, попросил у официанта две большие чашки чая и с видом сытым и умиротворенным откинулся на спинку стула.

Бройд невольно проникся некоторым уважением. Он и сам любил хорошо поесть, но в поезде смог осилить только три булочки, поскольку миссис Эмили, опасаясь, что в поездке ее супруг дойдет до полного истощения, накормила его обильнейшим ужином.

«Может, он несколько дней не ел? – подумал Айртон. – Но почему? Копил на билет? Спешит в Бресвейн?» Чуткое ухо Бройда уловило возмущенные перешептывания пассажиров, однако высказаться погромче никто не рискнул. Здоровяк купил пакет орешков в меду и принялся за чай, безмятежно любуясь на занесенные снегом, стремительно мелькающие за окном риадские леса.

Убедившись, что громила вроде бы не представляет угрозы, Бройд допил чай, сунул в карман сюртука сложенную газету и направился к выходу. Он хотел немного вздремнуть в своем купе – если, конечно, получится.

Чтобы достичь цели, шефу полиции пришлось крепко держаться за поручень вдоль стены. Он уже сожалел и о плотном домашнем ужине, и булочках, поскольку экспресс нещадно взбалтывал Бройда, будто коктейль в шейкере.

Когда Айртон добрался до купе, его уже подташнивало. Ему подумалось, что миссис Бройд, как то часто случалось, все же была права насчет экспресса. Он отцепился от поручня, схватился за дверную ручку, повернул ее и чуть не уехал в сторону вместе с дверью. В соседнем купе, судя по громкому женскому возгласу, приключилась та же история, только при попытке выйти.

На пороге купе слева появилась красивая юная леди. Бройд, цепко держась за ручку, вежливо приподнял шляпу, девушка приветливо улыбнулась в ответ. В этот миг поезд швырнуло вперед, словно кто-то дал ему пинка. Юная леди не удержалась на ногах, и Бройд машинально вытянул вперед руки, чтобы ее поймать. Вдвоем они врезались в дверной косяк, точнее, врезался в него шеф полиции, сильно приложившись правым боком, а девушка поймала дверь, которая едва не прибила их обоих. Снаружи раздался дикий скрежет, и от следующего толчка их вдвоем бросило в купе Бройда. Айртон упал на кушетку, девушка повалилась на него сверху. Длинная белокурая коса хлестнула его по лицу, едва не лишив глаза.

– Прошу прощения, мисс, – прохрипел Бройд. – Вы целы?

– Да! А вы? – выдохнула леди, приподнимаясь над ним на руках.

– В полном порядке, мисс, – уверенно ответил шеф полиции, хотя по боку расползалась неприятная боль.

– Слава богу! Но что случилось?! – Девушка вскочила и бросилась к окну.

Бройд сел и с удивлением понял, что поезд наконец перестало трясти – потому что он больше никуда не ехал.

Из соседних купе доносились стоны пострадавших, недовольные и недоуменные возгласы. У шефа полиции, по счастью, не было тяжелого багажа, свой саквояж он задвинул глубоко под кушетку. А вот бедолагам с чемоданами пришлось несладко. Кто-то уже громко звал врача, по коридору мимо открытой двери в купе Бройда пробежал молодой человек с разбитым лбом. Айртон сокрушенно покачал головой, поморщился от малоприятных ощущений в боку и подобрал шляпу, которая уже выглядела совсем не так презентабельно, как в день покупки.

– Вы видите что-нибудь? – спросил он у девушки, которая всматривалась в лесной мрак, прижавшись к стеклу щекой.

– Нет. Ничего не видно. Может, погасить свет?

Купе освещали газовые лампы – еще одно прогрессивное новшество, которое вызывало у Бройда некоторое беспокойство, особенно теперь. Но криков «Пожар!» пока слышно не было. Шеф полиции повернул рычажок, и купе погрузилось в темноту. Юная леди посторонилась, чтобы он тоже мог выглянуть в окно.

Перед ними сплошной стеной поднимался зимний лес. В густой чаще не было видно ни зги, над верхушками деревьев едва просматривалась полоска темно-синего неба. Бройд прижался лбом к окну и попытался рассмотреть, что происходит впереди. Ему показалось, что он различил мелькание фонарей.

– Придется выйти, – пробормотал он.

– Вы хотите выйти наружу? – удивилась девушка.

– Нужно выяснить, что стряслось с поездом, поедем ли мы куда-нибудь и что намерено делать начальство, если все-таки нет.

– А если он не поедет? Нам придется возвращаться в город пешком, по рельсам?

– В крайнем случае, полагаю, начальник поезда пошлет людей в ближайшую деревню, они найдут там лошадь и отправят гонца в Блэкуит за помощью. Но думаю, ничего страшного не произошло, и мы всего лишь задержимся на два-три часа, – успокаивающе сказал Бройд, надевая пальто и заматываясь в шарф.

– Хорошо бы. Будет очень неприятно, если мы опоздаем на наш корабль.

– Диана! – Коридор огласился уже знакомым Айртону глубоким, рокочущим и на этот раз очень встревоженным басом. – Диана, где ты?!

– Здесь. – Девушка выглянула из купе и без особого беспокойства поинтересовалась: – Ты как? Ушибся?

– Нет. Сломал пор-р-ручень, когда упал на него из-за р-рывка. – Здоровяк переступил порог купе, заполнив практически все свободное пространство, и наклонился к девушке. – А ты? С тобой все в пор-рядке?

– В полнейшем. Благодаря этому джентльмену. – Юная леди снова одарила Бройда очаровательной улыбкой. – Надеюсь, вы не сильно пострадали из-за меня?

– Ни в малейшей степени, – отозвался Бройд, хотя бок все еще болел и к нему присоединились локоть и бедро. Эх, старость…

Здоровяк шумно вздохнул и с чувством сказал:

– Спасибо, сэр-р-р.

«Молодожены», – благодушно подумал шеф полиции и ответил:

– Не стоит благодарности. Позаботьтесь о вашей даме, а я поищу начальника поезда и узнаю, что случилось.

– Мне кажется, локомотив во что-то вр-резался. – Громила наморщил лоб, нежно обнимая за плечи свою миниатюрную спутницу. – Вр-роде бы машинист пытался пр-ритор-рмозить, но неудачно.

– Что ж, это мы и выясним. Позвольте?

Здоровяк вышел в коридор, чтобы Бройд смог выбраться из купе. Он кивнул молодой паре на прощание и принялся прокладывать путь к тамбуру, заодно оценивая обстановку.

В купе часть пострадавших и не очень пассажиров тоже пытались разглядеть в кромешной тьме за окнами, что же произошло. Другие путешественники, ошарашенные и возмущенные внезапной остановкой посреди леса, да еще и на ночь глядя, метались по вагону, требовали ответа у проводника, требовали начальника поезда, требовали связаться с Блэкуитом, заглядывали в купе к соседям в попытках выяснить, знает ли кто-нибудь, что стряслось.

Проводник с блокнотом и карандашом составлял список пострадавших и вяло отражал атаки возмущенного пассажирского роя. В глазах бедолаги уже отчетливо читалась глубокая ненависть ко всему роду людскому, особенно к той его части, которая ездит поездами.

– Спокойствие, – уныло вещал проводник. – Сохраняйте спокойствие. Начальнику поезда известно об остановке, он предпринимает все необходимые меры. Разойдитесь по своим купе, закройте двери и пристегните багаж, поезд скоро тронется.

Бройд перехватил молодого человека на пути из купе 5 в купе 4 и спросил:

– Вы можете открыть дверь тамбура?

Проводник заморгал от удивления и не сразу нашелся с ответом.

– А вам зачем?

– Хочу пройтись, подышать целебным лесным воздухом.

– Это небезопасно, сэр. Я бы не советовал. Лучше возвращайтесь в купе и ждите отправления.

«А, так все же небезопасно!»

– Я шеф полиции города Блэкуита, – церемонно произнес Бройд и продемонстрировал значок, от вида которого юноша изрядно сник. – Если имеет место преступный умысел или иной эксцесс, то мой долг – выяснить, в чем дело.

После слов «преступный умысел» молодой проводник увял окончательно и безропотно отвел Айртона в тамбур, где открыл дверь и даже вручил фонарь. Шеф полиции спустился по решетчатым ступенькам и сошел в глубокий снег. Как хорошо, что миссис Бройд настояла на том, чтобы он надел высокие ботинки на меху.

Вагон, в котором ехал шеф полиции, был третьим от головы состава, так что долго идти не пришлось, к тому же вскоре Айртон увидел путеводный свет. Перед локомотивом собралось не меньше дюжины работников поезда, которые освещали фонарями огромное дерево, упавшее поперек путей, и о чем-то негромко переговаривались. Бройд направился к высокому худощавому мужчине, на длинном плаще которого в свете фонарей блестели золотые нашивки.

– Сэр? – кашлянул Айртон. – Вы начальник поезда?

– Я, – мрачно буркнул мужчина, неприязненно глядя на Бройда с высоты своего роста. – А вы кто такой, черт возьми?

– Айртон Бройд, шеф полиции города Блэкуита, – с холодком ответил экс-начальник комиссара Бреннона и еще раз показал значок. Начальник поезда изучил его куда тщательнее, чем проводник, и нехотя ответил:

– Эдмунд Данн, начальник экспресса «Файотт». Что вы тут делаете?

– Пытаюсь понять, – Бройд направил фонарь на дерево, – что это – природное явление или дело рук человеческих?

– Человеческих? – фыркнул начальник поезда. – Ну тогда будьте добры показать мне какие-нибудь человеческие следы, – и поднял фонарь над головой, осветив белое, почти нетронутое поле снега вокруг корней дерева. Лишь две цепочки следов тянулись по снежному покрову – и это были очевидно следы работников поезда. Служащие подходили к дереву, чтобы оценить масштаб проблемы. Однако сейчас все они жались ближе к локомотиву, как будто не хотели приближаться к месту падения ствола.

– Может, после того, как срубили дерево, пошел снег, – сказал Бройд. Он не любил чувствовать себя дураком.

– Последний снегопад здесь был неделю назад, – раздраженно ответил Данн. – А теперь, будьте добры, отправляйтесь к себе в купе и, если хотите принести какую-нибудь пользу, успокойте пассажиров. Скажите им, что, как только мы расчистим пути, поезд немедленно направится в Бресвейн.

– Вам это удастся? – с некоторым сомнением спросил Бройд, разглядывая огромный ствол. Крона дерева, как волосы утопленницы, свешивалась с другого края насыпи, по которой тянулись рельсы. – А если окажется, что пути повреждены?

– Мы непременно решим и эту проблему, как только нам дадут возможность этим заняться, – уверил его Данн. Он явно был не восторге от появления шефа полиции, и в чем-то Бройд его понимал. Мало что так выводит из себя профессионала, как идиотские вопросы от дилетанта. И все же что-то тут было не так…

Бройд взглянул на дюжину человек, столпившихся около локомотива. Они не выглядели как люди, уверенные в том, что смогут разобраться с возникшим затруднением. Они старались держаться подальше от дерева (кажется, дуба, но Айртон был не силен в ботанике) и тихо, встревоженно перешептывались.

– Ну? – резко поторопил его Данн. – Вы долго будете торчать тут, высматривая несуществующие следы?

– Если следов не видно, – раздался знакомый Бройду бас, – то это не значит, что их нет. – Из темноты выступил громила в плаще и невозмутимо добавил: – Это значит, что, возможно, дер-р-рево свалили те, кто не оставляет следов.

– Какого черта… – начал было Данн, и тут один из его подчиненных взвыл:

– Сэр! Там опять оно! Вон, вон, у самой кроны!

Бройд резко обернулся и вскинул руку с фонарем повыше. На миг ему показалось, что по стволу дерева метнулась белая человекоподобная фигура.

– Опять оно? – добродушно повторил здоровяк и, к возмущению Айртона, шагнул вперед, закрыл его спиной и загородил весь обзор.

– Так, – прошипел Данн. – Ступайте в свои вагоны, немедленно! А вы, черт бы вас побрал, займитесь делом!

Но работники поезда только отступили к локомотиву и теснее сбились в кучу. Некоторые подняли топоры и пилы, словно хотели от кого-то обороняться.

– Оно тут было, сэр, – чуть дрогнувшим голосом сказал пожилой мужчина в фуражке с большой кокардой. – Богом клянусь, сэр, я его видел!

– И я!

– И мы! Мы тоже!

– И оно было не одно, – фальцетом вякнул из-за спины пожилого мужчины парень лет семнадцати.

– Чертов сброд, – процедил начальник поезда, решительно направился к дереву и провел лучом фонаря вдоль ствола. – Убедились? Тут никого нет, так что…

Внезапно громила выхватил револьвер из набедренной кобуры и выстрелил. Пуля пронеслась над головой Данна, тот от неожиданности выронил фонарь, а из-за дубового ствола раздался короткий резкий взвизг.

– Я бы на вашем месте отошел от дер-р-рева, сэр-р, – сказал здоровяк. – Отведите ваших людей в поезд, воор-р-ружите их чем бог послал и кр-репко запр-рите все двер-р-ри. Окна достаточно пр-рочные?

– Какого дьявола? – прошептал Данн. Фуражка слетела с его головы, и Бройд с некоторым удивлением понял, что начальник поезда довольно молод для такой должности: это был мужчина лет сорока на вид с правильными чертами лица. Вдоль левой щеки, рассекая короткую светло-каштановую бородку, тянулся очень старый шрам, похожий на след от удара кавалерийской сабли. Многие в Риаде носили такие отметины, оставленные Революцией, Освободительной и Гражданской.

– Сэр! Сэр! – заволновался экипаж «Файотта». – Не стойте там! Скорее внутрь, сэр!

Данн подобрал фонарь, отступил от дерева и тоже вытащил из кобуры револьвер. Луч света с близкого расстояния скользнул по корням дерева.

– Вот вам и следы, – сказал Бройд. – Этому дубу определенно помогли упасть, только, видимо, не топором и пилой. – Он шагнул было к дереву, но громила опустил ему на плечо тяжелую руку. Это уже был верх наглости, и шеф полиции смерил нахала грозным взором.

– Но кто мог?.. – выдохнул Данн. В свете фонаря на корнях дерева были ясно видны отпечатки когтей и зубов.

Здоровяк стоял, подняв голову к темному небу, и как будто принюхивался. Бройд повернулся к начальнику поезда и тихо сказал:

– Я бы рекомендовал вам как можно скорее последовать совету этого джентльмена и увести людей в поезд.

– Джентльмена? – пробормотал Данн. У Айртона тоже были сомнения по этому поводу, но он настойчиво повторил:

– Уведите людей с открытой местности и забаррикадируйтесь изнутри. Этот человек знает, о чем говорит, уверяю вас.

Данн после некоторых колебаний махнул рукой своим людям. С заметным облегчением они скрылись в первом за локомотивом вагоне. Бройд подошел ближе к громиле и процедил:

– Где ваше животное?

– Какое животное? – настороженно спросил громила. В темноте его глаза странно поблескивали, как янтарные бусины.

– Животное-спутник, которое следует за вами.

– А, это животное! У меня его нет, – с улыбкой ответил здоровяк. – Я не консультант.

– А кто же тогда?

– Пр-росвещенное лицо. Вам пор-р-ра. – Он кивнул на тамбур первого вагона. Данн захлопнул дверь тамбура, спрыгнул со ступенек и направился к Бройду.

– Я могу за себя постоять, – сухо сказал шеф полиции и показал громиле кобуру с пистолетом для пуль-«архангелов».

– Откуда это у вас? – заинтересовался здоровяк и даже протянул руку к пистолету. Бройд отодвинулся. Ему не нравились такие манеры.

– Это подарок старого друга, который занимался подобными проблемами. – Он указал на корни дуба. – Что вы намерены предпринять?

– Сначала мне бы хотелось узнать, кто вы такой, – резко сказал Данн. – У вас есть полномочия, чтобы отдавать приказы?

– У меня есть, – ответил Бройд. – Как шеф полиции я работал с консультантами по затруднительным ситуациям, похожим на ту, в которой мы с вами оказались.

– Вы его знаете? – спросил начальник поезда, с подозрением глядя на здоровяка.

– Эм, н-нуу, можно сказать, что…

– Если я пр-равильно понял, кто вы, – сказал громила, пристально глядя в чащу леса, – то у нас есть р-рекомендательное письмо, адр-ресованное вам мисс Шер-р-ридан. Пр-рочтете, если выживете.

Бройд поперхнулся. От мисс Шеридан?! Но с какой стати юной Маргарет писать ему письма, тем более – рекомендательные? Да еще и посылать их с громилами странного вида? И откуда она могла узнать, что он возьмет билет на этот экспресс? Бреннон, конечно, упоминал об особой одаренности своей племянницы в магии, но сам Айртон помнил мисс Шеридан милой девчушкой с косичками, которой покупал мороженое и леденцы на палочке с разрешения дяди и матушки. А теперь, скажите на милость, рекомендательные письма пишет, громил натаскивает…

У шефа полиции сразу появилось столько вопросов – но он не мог задать ни одного в присутствии Данна, который требовательно заявил:

– Я бы хотел услышать ваше имя, сэр. Я отвечаю за жизни всех людей в этом поезде и не могу принимать решения, опираясь на слова какого-то незнакомца.

Здоровяк пробормотал что-то крайне оскорбительное про упертых овец, которых черта с два отгонишь от волчьей стаи, и встал между людьми и подступающей к насыпи кромкой леса. В наступившей тишине Бройд разобрал еле слышный шелест листвы, хотя ночь была совершенно безветренной.

– Если вы не уйдете в вагон, – вдруг сказал здоровяк, – то я вас туда бр-рошу.

– Что значит – «брошу»?! – возмущенно воскликнул Данн и тут же получил наглядное пояснение: громила сгреб обоих собеседников за шиворот, как щенков, и швырнул к вагону. Перед Бройдом промелькнул белый снег, темное небо и на его фоне – светлые узкие силуэты, распластавшиеся в прыжке. Не меньше двадцати тварей спрыгнули с деревьев на насыпь и бросились к добыче.

– Господи боже мой! – выдохнул Данн.

Здоровяк встретил существ выстрелами из револьвера, а затем врезался в стаю нежити, как ядро из пушки. Бройд кое-как поднялся на колени, вытащил из кобуры пистолет, и в этот миг позади раздался свирепый крик:

– Лежать, не двигаться!

Шеф полиции обернулся. В распахнутой двери тамбура появилась белокурая юная леди. Свет фонаря блеснул на ее светлой косе и странном арбалете в руках, к которому был прицеплен большой круглый барабан. Девушка дернула рычажок на барабане, нажала на спусковой крючок и дала целую очередь из длинных тонких игл по тем тварям, что обогнули здоровяка с флангов и кинулись к людям. Воздух наполнился пронзительным визгом и запахом горелой плоти.

Девушка прошлась иглами слева направо, потом справа налево и крикнула:

– Вы, двое – в вагон, живо!

Она спрыгнула в снег, снова дернула рычажок и принялась сокращать количество нежити одиночными выстрелами. Здоровяк рвал существ голыми руками, как огромный пес – стаю крыс, оставляя на их телах длинные темные раны.

– Боже, боже мой… – пролепетал Данн. Он ухитрился вытащить револьвер, но его рука так дрожала, что едва ли он мог бы выстрелить. Бройд пальнул пару раз в белесые морды, помог начальнику поезда подняться и буквально затолкал его в тамбур, невзирая на сопротивление.

– Но девушка… – выдавил Данн, тыкая бесполезным револьвером в сторону побоища. – Там же девушка, мы же должны…

– Не мешайте профессионалам, – строго сказал Айртон. Запихивать начальника в поезд ему пришлось почти не глядя – не поворачиваться же спиной к существам.

Девушка вертелась, как юла, не подпуская их себе в тыл, – а вот ее спутник, казалось, вообще об этом не заботился. На глазах у Бройда одна из тварей прыгнула на здоровяка сзади и даже вроде бы успела цапнуть – а потом он сдернул ее с плеча и оторвал голову. Отшвырнув труп, громила ногой втоптал другую тварь в снег, третьей вспорол брюхо от грудины до паха, схватил еще двух и раскроил им черепа, ударив друг о друга.

На этом враги закончились. Юная леди быстро осмотрелась, водя арбалетом из сторону в сторону, прострелила грудь еще шевелящемуся существу и отступила к вагону. Бройд подал ей руку и помог подняться по ступенькам в тамбур. Спутник юной леди задержался, обтирая снегом окровавленные руки и одежду. При этом он все время всматривался в чащу леса и шумно принюхивался.

На насыпи осталось лежать двадцать два тела, но у шефа полиции возникло неприятное ощущение, что это еще не все и из леса за поездом наблюдают товарищи павших. Его подозрения подтвердил и громила – он допятился до вагона, не сводя глаз с чащобы, поднялся по ступенькам и втиснулся в тамбур, захлопнув за собой дверь. От него все еще пахло кровью – хотя запах отличался от того, который Бройд помнил с тех пор, как сражался с армией ее величества за свободу Риады.

«Ну, наверное, это логично – они же нежить», – подумал Айртон и спросил:

– Вы можете объяснить, что это такое?

– Можем, – кивнула девушка. – Но для начала нужно запереть все окна и двери и заблокировать их, чтобы нельзя было открыть снаружи. Сэр? – Она придвинулась поближе к начальнику поезда, который едва стоял на ногах, привалившись к стенке тамбура, и в полной прострации смотрел перед собой. – Сэр, вы в порядке?

Бройд встряхнул Данна за плечо. Тот очнулся, заморгал и умоляюще уставился на шефа полиции.

– Это же неправда, да? – прошептал бедолага. – Это же нереально! Что это за звери?

– Это не звери, – невозмутимо сказала юная леди и сложила арбалет. – Это бывшие люди.

– Диана, – предостерегающе произнес здоровяк. Данн прикрыл глаза и сжал голову руками. – Сэр, вам нужно выйти к вашим людям и распорядиться насчет обхода поезда. Они должны заблокировать окна и двери, предупредить пассажиров и проводников, что их нельзя открывать.

– Хорошо, – покорно отозвался Данн. Бройд сочувственно похлопал его по плечу и с некоторым удивлением отметил, как быстро привык к порыкиванию громилы.

– Еще было бы неплохо перебраться в какое-нибудь свободное купе и взглянуть на карту вашего маршрута.

– Можете пройти в мое, – сказал начальник поезда. – Прошу за мной.

В первом вагоне, где размещался экипаж экспресса, Эдмунд Данн занимал купе с кабинетом, спальней, отгороженной ширмой, и небольшой кладовкой со шкафами. Бройд краем глаза заметил среди них три оружейных сейфа, что несколько его успокоило – если экипаж умеет стрелять (а кто же из риадцев не умеет-то после Революции, Освободительной и Гражданской), то пассажиры в относительной безопасности.

– Маршрут. – Данн расстелил на столе карту. – Я дам указания моим людям и вернусь.

Когда он вышел, юная леди достала из сумки на ремне несколько помятое письмо и протянула его шефу полиции:

– Это вам. Вы же Айртон Бройд, верно? Друг Натана Бреннона?

– Да. Откуда вы его знаете?

– Все подробности в письме, – сказал громила. – Некоторые вещи лучше не обсуждать вслух. Здесь слишком тонкие стенки.

Айртон вскрыл конверт и сразу понял, что письмо не от Бреннона. Оно было написано изящным женским почерком и к тому же оказалось довольно длинным, а Натан всегда считал, что чем меньше потрачено на рапорт чернил и бумаги – тем лучше. Будь его воля, все его отчеты состояли бы из двух слов: «Дело закрыто».

«Уважаемый мистер Бройд! – гласило письмо. – Надеюсь, что вы, ваша супруга и племянники пребываете в добром здравии, а полицейский департамент ежедневно процветает под вашим руководством.

Мой дядя Натан последние полгода находится в Эсмеране по делам нашего Бюро. Там он познакомился с очень интересным человеком – профессором Уикхемом и его семьей. После некоторых событий, связанных со сферой интересов нашего Бюро, дядя прислал ко мне детей профессора, Диану и Диего Уикхемов, в качестве рекрутов. Они прошли обучение в замке и, как я полагаю, готовы к первой серьезной работе.

Мы уже около месяца получаем сообщения о подозрительной активности на границе между провинциями Эдда и Эйрис, и я послала туда рекрутов Уикхемов, чтобы они выяснили, в чем дело. Поскольку Блэкуит – столица провинции Эдда, то я позволила себе побеспокоить вас этим письмом, во-первых, чтобы предупредить вас о возможной опасности, во-вторых, с просьбой принять этих молодых людей, оказать им помощь и по возможности – поделиться вашим богатым опытом в ведении расследования.

Надеюсь, что это письмо дойдет до вас прежде вашего отъезда в Бресвейн. Если же вы прочтете его в поезде или на станции, то будьте осторожны: вероятно, мы имеем дело с нежитью или даже нечистью. Последствия инцидента в Фаренце расходятся по континенту, как круги по воде, и вам нужно быть готовыми к тому, что будет происходить.

С глубоким уважением и наилучшими пожеланиями,

Маргарет Шеридан».

Бройд сложил письмо и убрал в нагрудный карман. Ему даже как-то взгрустнулось: он помнил, как малышка Пегги каталась на карусели и читала книжки с картинками – а теперь рассылает рекрутов и пишет такие письма, которые никак не ожидаешь получить от юной леди. И куда только утекли эти годы…

– Мы не смогли застать вас в департаменте, – сказала мисс Диана Уикхем, – поэтому взяли билеты на тот же поезд, что и вы.

– А я говорил, – с укором вмешался Диего Уикхем, – что нужно было садиться на обычный поезд и сойти на станции Данмор.

– Ну, зато мы быстро вошли в курс дела, – хмыкнула девушка. – Крепко врезались даже, я бы сказала.

«Как они могут быть братом и сестрой?» – недоуменно подумал Бройд, переводя взгляд с черноволосого смуглого гиганта на невысокую изящную девушку с нежной белой кожей, пухлыми щечками и глазами, про которые Ли Чамберс писал, что они «весенних небес голубей». Но не станет же мисс Шеридан ему лгать…

– Что это за существа? – спросил Бройд.

– Никтаморфы или никтафаги, – ответил Диего Уикхем (что за странное имя, черт побери!). – Активны только ночью, плотоядны и нападают стаей.

– Пули их берут?

– Лучше использовать серебряные иглы. – Диана погладила барабан арбалета. – Пули не самый хороший способ, но если другого нет, то можно использовать и их, только стрелять в головы. А лучше всего огонь! – оживилась девушка. – Никтаморфы отлично горят!

– Только не посреди леса, – твердо сказал ее брат. – Нам только пожара и не хватает для полного…

В купе вернулся Данн, и Уикхем замолчал. Вид у начальника поезда был отрешенный и бледный. Он достал из ящика стола фляжку, сделал несколько больших глотков, опустился в кресло и обвел всех присутствующих взглядом несчастным и почти враждебным одновременно.

– Кто вы все такие? – осведомился он. – Какого черта происходит? Что это за твари?

– Я, как уже говорил, шеф полиции Блэкуита, – мягко начал Бройд, он всегда сочувствовал тем, кто впервые столкнулся с этой стороной жизни. – Это господа Уикхем, мисс Диана и мистер Диего.

– Почему вы позволяете вашей жене этим заниматься? – гневно спросил Данн. – Женщины не должны носить оружие и участвовать в… в таком!

– В каком – таком? – лукаво поинтересовалась мисс Уикхем. – И Диг – не мой муж. Он мой брат.

Глаза Данна полезли на лоб, и он несколько раз перевел взгляд с громилы на девушку и обратно, явно задаваясь тем же вопросом, что и Айртон.

– Не будем отвлекаться на несущественные мелочи, – сказал Бройд. – Вы говорите, эти никтаморфы плотоядны?

– Они предпочитают есть людей, – невозмутимо ответил Уикхем.

– Они разумны? – спросил Данн.

– Ну, условно говоря, у них достаточно разума для спланированной стайной охоты.

– Нет, вы не поняли. Откуда этим существам знать, что в поезде люди?

– А это хороший вопрос, – оживился Бройд. – С точки зрения этих тварей поезд – это огромная и несъедобная металлическая штука. Или они достаточно разумны, дабы понять, что внутри есть пища?

Уикхемы переглянулись. Девушка хотела что-то сказать, но ее брат покачал головой и уклончиво ответил:

– Не думаю, что это существенно в нашей ситуации.

– Это очень существенно, – резко сказал Данн. – Либо эти твари неразумны, либо разумны и могут спланировать атаку на поезд. Либо есть тот, кто приказал им перекрыть пути, – и тогда я бы хотел знать, кто это и зачем он это сделал.

– Вот это нам и нужно выяснить, – ответила мисс Уикхем. – Правда, мы никак не можем раздвоиться, так что… вы способны защитить поезд?

– У меня есть оружие, которое я могу выдать экипажу. Но я бы предпочел освободить пути и запустить поезд.

– Точно не ночью, – возразил мистер Уикхем. – Никтаморфы – ночные твари, но днем они должны прятаться и спать. Так что выйти из поезда вы сможете не раньше утра.

– Должны? – уточнил Бройд. – По служебной инструкции?

– Свет, как и огонь, причиняет им боль и оставляет ожоги, – пояснил Уикхем. – Но если ими кто-то управляет, то есть немалый риск, что он натравит их на поезд и днем.

– Когда наступит утро, можно собрать небольшой отряд и отправить в ближайшую деревню за помощью, – поразмыслив, предложил Данн.

– Еще чего! – вскричала мисс Уикхем. – Даже не думайте!

– Почему?

– А откуда, по-вашему, взялась такая большая стая?

Данн умолк на несколько секунд и шокированно пробормотал:

– Так это что – люди?! Но что с ними стряслось, раз они…

– Вы слышали об инциденте в Фаренце? – спросил Бройд. На физиономии Уикхема появилось крайне недовольное выражение.

– Ну да, слышал, кто же не знает про Фаренцу, – ответил начальник поезда. – Но она же далеко!

– Считайте, что это круги на воде, – сказал шеф полиции. – Чем больше и тяжелее камень – тем дальше они расходятся. Один из них добрался до нас, и мы теперь должны решить, как нам вывезти отсюда людей и уничтожить логово этих тварей, при том, что нас всего трое.

12 февраля

Древнее изречение гласит, что тот, кто подслушивает, не услышит о себе ничего хорошего, и Бройд на собственном примере убедился в мудрости предков, когда, покряхтывая после сна на неудобной кушетке, прислонился к стенке между своим купе и купе Уикхемов.

– …а я говорю, старику там делать нечего! – заявил Уикхем-брат, ничуть не пытаясь умерить громкость баса.

– Миледи не послала бы нас к нему, если бы он был так же беззащитен, как другие люди, – возразила Уикхем-сестра, и Бройд сердито фыркнул. Беззащитен! До чего он дожил!

– Зачем ты вообще решила ехать экспрессом, – проворчал Диего. – Нашли бы его и вручили ему письмо потом, когда разобрались бы с делом.

– Мистер Бройд когда-то был начальником шефа, – сказала Диана. – А это о чем-то да говорит. Миледи не просто так дала нам это письмо.

– Он теперь увяжется следом за нами, и нам придется его опекать, вместо того чтобы…

Это уже было слишком. Бройд пригладил волосы, усы и бакенбарды, надел жилет и сюртук, взял трость, шляпу, вышел из купе и постучался к Уикхемам. Ему открыла юная леди и тут же озарила его очаровательной улыбкой:

– Доброе утро, мистер Бройд! Как вы себя чувствуете?

– Превосходно, спасибо. – Шеф полиции вошел и сел на кушетку напротив громилы-братца мисс Дианы. – Итак, какие у нас планы на сегодня?

– Мы возьмем карту у начальника поезда, – сказал Диего, – и отправимся в ближайшую деревню. Нам нужно выяснить, откуда появилось столько никтаморфов.

– Хорошо, возьмем, отправимся и выясним, – кивнул Айртон, громила скривился, словно ему брызнули в лицо лимонным соком. – Насколько безопасно будет для людей Данна расчищать пути?

– При свете дня никтаморфы не нападают, – ответила Диана. – Они спят от рассвета до заката… обычно. Думаю, если часть экипажа вооружить, чтобы они охраняли тех, кто работает на путях, будет достаточно безопасно.

– Вы упоминали, что на этих тварей действуют обычные пули.

– На них действует даже обычный топор, – пояснил Диего. – Нужно приложить больше усилий, никтаморфы быстрые, живучие и бесшумные, так что людям придется смотреть в оба и шевелиться вдвое быстрее, чем при обычной драке.

– Ну, что ж, по крайней мере никтаморфов можно убить, – подытожил Айртон, прикидывая, сколько у него осталось пуль-«архангелов». – Это внушает надежду.

– Возможность убивать внушает вам надежду? – суховато спросил Уикхем. Мистер Бройд поднялся, опираясь на трость.

– Иногда возможность убить – это единственная надежда, которая у тебя остается. Мы тут, в Риаде, хорошенько выучили этот урок, когда дрались за свободу с империей Дейр.

Диего открыл рот, чтобы возразить, но его сестра ткнула его кулачком в бок.

«Уикхем, – мрачно подумал Бройд. – Дейрская фамилия. Конечно, двадцать лет прошло, но… как Натан с ними связался?»

– Мы навестим мистера Данна и сообщим ему о наших планах. Сейчас половина восьмого. Светать начнет примерно через час, а закат в это время года обычно в пять. Они должны успеть за восемь часов освободить пути.

– Хорошо бы, – заметил Диего. – Ночью эти твари шастали по крышам вагонов.

Бройд напряженно подобрался:

– Внутрь не проникли?

– Нет. Я обошел поезд несколько раз, все целы. Но многие пассажиры заметили, что по крышам кто-то ходит, а некоторые видели их в окно.

– Нехорошо, – пробормотал шеф полиции. – Может начаться паника.

– У вас есть лыжи? Или снегоступы? – спросил Диего Уикхем.

– С собой – нет, но, надеюсь, у мистера Данна найдется в запасе то или другое. А сейчас я бы предложил плотно позавтракать, чтобы набраться сил.

– Вы уверены, что хотите идти с нами? – не отставал громила.

– Мисс Шеридан в своем письме просила меня присмотреть за ее свежеобученными рекрутами, – с усмешкой ответил Бройд. – Видимо, она не хочет потерять их слишком быстро и считает, что старичок-полицейский еще способен научить их кое-чему полезному.

Уикхем покраснел, а Диана с любопытством спросила:

– Вы правда были начальником шефа?

– Правда. Мы с ним оба начинали с того, что вербовали первых полицейских после Декрета об учреждении национальной полиции.

– Сто лет назад, – несчастно пробормотал Диего. – Может, вы подождете тут и обеспечите безопасность поезда?

– Не сто, а всего двадцать пять, – ответил Бройд. – Песок из меня начнет сыпаться еще не сегодня, к тому же я не могу отказать мисс Шеридан в ее маленькой просьбе.

Уикхем печально сник.

Погодка была просто чудо: небо ярко-голубое, без единого облачка до самого горизонта, солнце сияет, как начищенная сковородка, кругом – сверкающий снежный покров, и тихо, ни малейшего дуновения ветра.

«Отличная погода для прогулки», – подумал Бройд, застегивая снегоступы. Рядом маялся начальник поезда.

– Вы уверены, что хотите пойти с ними? Может, останетесь?

– Не думаю, что в этом есть необходимость. Пока светит солнце, никтаморфы не опасны. Если вы не успеете закончить работы до заката, укройтесь в поезде и следите за подходами.

– Когда вас ждать обратно?

– Сложно сказать. – Айртон, пыхтя, выпрямился. Все-таки обеды и ужины, которые накрывала для него миссис Бройд, не очень хорошо сказались на талии. – Но вы нас не ждите. Главное – чтобы поезд тронулся с места до темноты. Вам ни в коем случае нельзя привезти в город никтаморфа, поэтому если задержитесь с ремонтом до ночи – переждите до рассвета.

– Хорошо, сэр. Перед отправлением я пошлю экипаж обойти весь состав. Если мы расчистим пути, то я буду ждать вас до четырех часов дня.

– Спасибо, – кивнул Бройд. – Но если мы не успеем вернуться, то не могли бы оказать нам небольшую любезность – прислать наш багаж в номер этой гостиницы, – он протянул Данну записку.

Начальник поезда сунул ее в карман и пробормотал:

– Что за проклятие! Только со мной такое могло случиться!

– Ну-ну, не преувеличивайте. Сколько уже рейсов на экспрессе у вас за плечами?

Данн затравленно на него посмотрел и выдавил:

– Этот первый.

– Кхм… Ну, зато другие трудности вам теперь нипочем. До встречи, и помните про охрану периметра вокруг локомотива.

Они пожали друг другу руки, и Бройд направился к Уикхемам, которые осматривали место вчерашнего побоища. С восходом солнца от тел никтаморфов остались только протаявшие в снегу ямы с горсткой пепла на дне.

– Солнце их сожгло, – сказала Диана. – Так что днем работники поезда вне опасности.

– Если тот, кто наделал этих тварей, не сообразит им какие-нибудь амулеты от солнечного света, – буркнул Диего. – Ну да ладно, что уж теперь говорить. Карта у вас?

– Да. – Бройд развернул карту, которую ему передал Данн. – Итак, две ближайшие деревни – это Вистери Мидж и Этайн Дор. Если двигаться по следам никтаморфов, – он указал пальцем на кроны деревьев, – то мы доберемся до Вистери Мидж. Полагаю, туда нам и следует отправиться.

Уикхем поднял голову и шумно принюхался. Никтаморфы действительно не оставляли следов на земле – потому что передвигались по деревьям. На стволах высоко над землей остались длинные отметины от когтей, а под деревьями лежали кучки осыпавшегося снега. Но у шефа полиции возникло смутное ощущение, что Уикхем полагается не на видимый след.

Громила соскользнул с насыпи вокруг путей и направился в гущу леса, заботливо прокладывая путь сестре и Бройду, срезая длинным изогнутым ножом ветви кустов. Нож этот своим размером больше напоминал меч, а Бройду вспомнились мазандранские джамбии, хотя те были покороче.

– Мистер Данн будет ждать нас до четырех часов дня, – сказал Айртон. – Часа до заката ему должно хватить, чтобы увести поезд подальше отсюда до новой атаки никтаморфов. Я велел ему проследить за тем, чтобы ни одна тварь не уцепилась за поезд.

– Может, они и не атакуют, – ответила Диана. Бройд, к своему смущению, заметил, что она одета не в юбку без кринолина, а в очень широкие брюки желтой замши. – Обычно если никтаморф наелся, то впадает в спячку на четыре-пять дней. А если добыча большая вроде коровы или лошади, то ест ее две недели.

– Это если никтаморфов никто не направляет, – подал голос Диего (нет, ну почему Диего?).

– А откуда они берутся? – полюбопытствовал Бройд.

– Чаще всего из-за влияния той стороны или потому, что кто-то использует магию. Они нередко появляются на полях сражений после боя и поедают трупы. Потому в некоторых книгах их называют «пожиратели воинов».

Бройд задумался. Во время войны с Дейром почти вся Риада была полем битвы. Иногда он видел после боя некие белесые фигуры, но тогда ему не пришло в голову, что это нежить. Он счел их мародерами, которые обирают павших.

– Низшая нежить, – процедил Уикхем. – Быстрая, прожорливая, но тупая. Проблема в том, почему их так много.

– Скольких вы убили вчера?

– Двадцать две штуки, – ответила Диана, а ее брат тут же добавил:

– Но их было вдвое больше. В лесу скрылось не меньше двадцати или тридцати.

– Однако. – Бройд потер баки. – Они могут превратить других людей в себе подобных? Укусить, например?

– Нет, – фыркнул Диего. – Это чушь. Если бы так было, то вся Риада после вашей войны была бы заселена никтаморфами.

– То есть они не размножаются? – обрадовался шеф полиции.

– Размножаются, – объяснила Диана. – Пока рядом есть трещина на ту сторону или маг, который превращает людей в никтаморфов. Кстати, есть у них еще одна особенность – мертвецы в них не обращаются, только живые, что приятно отличает их от упырей.

Бройд не очень понял, что в этом приятного, – ну разве что убитый человек не вскочит тут же, чтобы отведать кровушки или плоти бывших соратников. Однако раз никтаморфы не способны сами производить себе подобных – то откуда они взялись в таком количестве? Никаких катастроф с большим числом жертв или, упаси боже, массовых убийств тут не было, трещине на ту сторону взяться неоткуда… разве что кто-то балуется с магией. Не могло же такое произойти случайно.

– Вы задаете очень много вопросов, – сказал Диего Уикхем, – но не спросили о самом важном – где эти твари спят днем?

– Рискну предположить, что в каком-то логове.

– Угу. Вероятно, именно туда мы и направляемся. Хотя вы еще можете найти дорогу обратно.

Бройд фыркнул.

– Не обижайтесь, пожалуйста, – мягко шепнула мисс Уикхем. – Диг просто беспокоится о вашей безопасности.

– Лучше бы он беспокоился о вашей, мисс.

Диана негромко засмеялась, а ее брат буркнул:

– Еще бы я не волновался. Если вы действительно друг миледи, то не хотел бы я объясняться перед ней по поводу вашей смерти.

Странно было слышать такое о милой девчушке с косичками, но Бройд один раз встречался с мисс Шеридан после событий в Фаренце и не мог не признать, что в ней появилось нечто странное. Если не вглядываться, то Маргарет казалась все той же юной леди, но стоило присмотреться или провести с ней рядом чуть больше нескольких минут, то возникало пугающее, непонятно откуда берущееся ощущение. Бройду стало очень неуютно к концу их получасовой беседы, хотя мисс Шеридан была очень мила.

Впрочем, это все бесплодные отвлеченные размышления, а его сейчас куда больше волновал практический вопрос – не отправятся ли никтаморфы в Этайн Дор, буде им не достанется ни кусочка пассажиров? Он попытался на ходу прикинуть, не ведут ли следы, которые они видели на стволах и кронах, в сторону второй деревеньки. Однако, несмотря на их количество, все они тянулись только в направлении железнодорожный путей.

Лес стал редеть, и вскоре Уикхем остановился на вершине большого холма. Внизу, в неглубокой ложбинке, раскинулась Вистери Мидж.

– Пришли куда надо, – сказал Диего и снова потянул носом. – Это здесь.

– Думаю, вы правы. – Бройд остановился рядом с ним и осмотрел дома внизу. – Я не вижу ни одного дымка от очага, а некоторые двери распахнуты настежь.

– Будем спускаться? – спросила Диана. Ее брат кивнул, достал револьвер и осторожно заскользил по склону холма к околице деревни. Бройд последовал за ним, хотя далеко не так ловко.

Деревня встретила их полной тишиной. Судя по числу домов, шеф полиции прикинул, что здесь жили человек сто двадцать – сто пятьдесят. Неужели полсотни никтаморфов сожрали всех до единого?

Вистери Мидж крест-накрест пересекали две дороги – широкие полосы утоптанного жителями снега. Вокруг оград и домов высились сугробы, кое-где разметанные так, словно в них кто-то упал. Но нигде не было ни одного тела: ни живого, ни мертвого, ни немертвого. Только несколько больших пятен крови тут и там, слабо светящихся на фоне белого снега.

– Нужно осмотреть дома, хлева и амбары, – сказал Бройд. – Я не слышу даже скотины, но, может, хоть кто-то из жителей спрятался и уцелел.

Уикхем направился к дому справа от дороги. Дверь была открыта, на крыльце – следы снега, на коньке крыши и притолоке – белесые полосы от когтей, словно тварь бросилась сверху. На перилах и темной стене остались потеки крови.

Дом был пуст. На столе стояли два горшка – с кашей и супом, несколько мисок и ложек: видимо, семья собиралась ужинать. О присутствии людей напоминали только пятна, полосы и брызги крови везде – даже на потолочных балках. Около очага Бройд нашел два пальца.

– Обойдите дом, – велел он Уикхемам. Очаг давно погас, дом выстудился за ночь, но, может, кто-нибудь прятался в подполе. Шеф полиции отыскал ведущий туда люк, потянул было за кольцо, но Диего решительно оттеснил его в сторону. Здоровяк одной рукой поднял крышку люка, нацелил в тьму внизу револьвер, резко втянул носом воздух и отрывисто сказал:

– Никого.

– Откуда вы знаете? Там же ни черта не видно.

– Мне видно.

«Ладно, – подумал Бройд. – Учтем».

Осмотрев дом, они вышли на улицу и зашагали к соседнему. Там Бройд заметил кое-что странное – на двери что-то мерцало в ярком солнечном свете. Сперва он решил, что ему показалось, но когда он поднялся на крыльцо и присмотрелся, то увидел полустертый знак. Айртон указал на него Уикхемам и осторожно толкнул дверь.

В доме тоже никого не было – но не было и никаких следов кровавой расправы. Бройд нашел на полу несколько осколков, застывшую кашу, словно кто-то уронил горшок, а еще – обгорелые клочья одежды. Не снимая перчатки, шеф полиции присел на корточки и подобрал пару тряпок – они выглядели так, словно не горели в пламени, а оплавились по краям.

– Здесь трупов не было, – сказал Бройд, поднимаясь. – Но люди тем не менее исчезли.

– Следы на полу. – Диана опустилась на колено и провела пальцем вдоль бледных царапин. – Никтаморфы прошлись тут недавно.

Ее брат обошел комнату, напряженно принюхиваясь, и подтвердил:

– Твари тут были, но никого не убили. Ни кровью, ни кишками не пахнет.

– Значит, это оно. – Диана встала и отряхнула перчатки. – Это тут люди превратились в нежить.

– Интересно, по какому принципу… Так, молодежь! – встрепенулся Бройд. – Ну-ка взберитесь кто-нибудь на крышу и набросайте план деревни. Можно на обороте карты. – Он порылся в карманах и с изумлением нашел новенький, свежезаточенный карандаш. Да как же Эмили это делает?!

Диего взял карту, карандаш и вышел. Этот дом, как и прошлый, был в один низкий этаж, без чердака, но с подвалом. Мисс Уикхем первая нашла люк, но Айртон поспешно пресек ее попытку самой открыть.

– Позвольте мне, юная леди. Я уже достаточно стар, чтобы лезть в такие места первым.

– Это еще что значит? – возмутилась Диана. – Я рекрут Бюро, а не какая-то неженка из пансиона!

– Тогда возьмите эту штуку, – Бройд постучал по сложенному арбалету за ее плечом, – и приготовьтесь стрелять.

В другом кармане он отыскал коробок спичек и вновь восхитился предусмотрительностью миссис Бройд. Айртон чиркнул спичкой, быстро поднял крышку люка и осветил крохотным огоньком деревянную лестницу.

– Lumia, – несколько ехидно раздалось у него над головой. В люк скользнул небольшой светящийся шарик.

К сожалению (а может, к счастью), внутри не оказалось ничего, кроме заготовок на зиму.

– У околицы живут те, кто победнее, – сказала Диана. – Может, никтаморфы прячутся в домах, где погреб попросторнее. Или залегли в амбаре.

– Вы видели штуку на двери? Что это?

– Остатки герона. Теперь уже не ясно, какого именно.

Понятнее не стало, но Бройд решил не выдавать своей неосведомленности. Вместе с девушкой он вышел из дома и принял из рук Диего весьма неплохую схему деревни.

– Итак, дети мои, что нам нужно сделать: обойти все дома и проверить, есть на них такой герон. – Он ткнул пальцем в дверь. – Нанести таковые дома на карту и посмотреть, что получится.

– Не нравится мне это, – мрачно сказал Диего. – Героны могла нанести только человеческая рука.

– Значит, у нас уже есть некая определенность – не прошло и суток, а мы знаем, что все это, – Бройд обвел рукой деревню, – последствия преступного умысла. Появление подозреваемого – уже неплохо для расследования. Быстро движемся, глядишь, к вечеру поймаем.

– Таинственный мистер Икс, – хмыкнула Диана.

Обход деревни тоже не занял много времени. Они заглянули еще в несколько домов и убедились, что там, где на двери оставались следы знака, не было ни крови, ни ошметков тел. Двигаясь по спирали от околицы к центру, Бройд и Уикхемы разметили на схеме все дома с геронами и в итоге получили несколько неожиданный для шефа полиции результат.

– Это рисунок, – недоуменно заметил Айртон. В его воображении появилась зловещая фигура, которая бегает по деревне в ночи и, прилежно сверяясь со схемой в руке, рисует на дверях значки. Но Уикхемам это явно сказало куда больше, чем ему: Диана выхватила у него карту, Диего наклонился к рисунку через плечо девушки, и они принялись встревоженно его рассматривать.

– Зачем мистеру Икс переносить рисунок таким странным образом? – спросил Бройд.

– Принцип подобия, – пробормотала мисс Уикхем. – Этот гад мог быть где угодно! Черт, черт, черт!

Айртон поперхнулся. Он многое готов был понять в поведении девушки-рекрута, но не такое же!

– Юная леди! Следите за языком!

– Но он все равно должен был приехать сюда, чтобы нанести героны, – сказал Диего и тут же нахмурился. – Или прислал сообщника.

– Да какая теперь разница! Ни того, ни другого тут уже нет, а активировать большой герон они могли откуда угодно.

– Молодые люди, мне нужны пояснения, – возвысил голос Бройд.

– Это – герон. – Диана развернула лист схемой к шефу полиции. – Один из знаков, которыми пользуются маги.

– Как пентаграмма? – осторожно уточнил шеф полиции, выудив из памяти то, что как-то упомянул в разговоре Бреннон.

– Да, только этот герон создан для ритуала обращения людей в никтаморфов. Если связать большой рисунок чарами подобия с малым, то этот ваш мистер Икс мог превратить этих несчастных в нежить, даже не приближаясь к деревне.

Айртон тихо присвистнул. Дело осложнялось.

– Он мог приехать в Вистери Мидж хоть месяц назад, – добавил Диего, – нанести знаки на двери и уехать. А поскольку свидетелей не осталось, то…

– Погодите, – сказал Бройд. – Давайте для начала зайдем в дом – например, в дом старосты, – растопим очаг и немного согреемся. А потом уже будем печалиться насчет потерянных свидетелей.

Дом старосты был довольно большим – целых два этажа с чердаком. За высокой оградой – большой двор с колодцем и несколькими хозяйственными постройками. Бройд и рекруты вошли в дом, на двери которого тоже виднелся полустертый знак. Они в последней надежде обыскали дом, но никого живого в нем не оказалось. Никому не удалось укрыться от заклятия и нежити.

С тяжелым сердцем шеф полиции спустился на первый этаж и поворошил кочергой угли в камине. Совсем не это он хотел найти, отправляясь в деревню.

– Ignis, – шепнула мисс Уикхем и щелкнула пальцами над углями. В ту же секунду в камине взвилось жаркое пламя.

– Хотите чаю? – спросил Диего. – Тут есть в кладовке. И еще варенье.

Бройд расстегнул пальто и придвинул ближе к огню табурет. Все это нужно было хорошенько обдумать. Стоило ли возвращаться к поезду? Или нужно поскорее направиться к Этайн Дор и предупредить жителей об опасности? А если уже поздно? Что мешало колдуну Икс провернуть такой фокус и с другой деревней?

Но на кой черт ему это понадобилось? И почему именно сейчас? Почему именно поезд, когда тут недалеко есть вторая деревня – полная добычи, если уж рассуждать с точки зрения никтаморфов?

Диего принес им по чашке чая с вареньем. Бройд с благодарностью принял чашку, посмаковал горячий сладкий напиток и спросил:

– Зачем колдуну Икс все это делать?

– Он создает собственный отряд нежити, – ответила Диана.

– Это понятно, но зачем? Что за прок ему в кучке тупых плотоядных тварей?

Уикхемы переглянулись.

– К тому же эту свору всего пара рекрутов Бюро за один прием сократила вдвое, – продолжал Бройд.

– Ну, наш колдун Икс же не знал, что мы будем в поезде.

«Или знал, – подумал Айртон. – И в этом-то и дело».

Будь у него тут его полицейские, он бы всех засадил за проверку каждого пассажира, каждого члена экипажа, от Эдмунда Данна до последнего уборщика. Но полицейских у него не было, а вот рекруты – были.

– В годы Революции и Гражданской, – произнес Бройд, – путешествия на поездах были делом рискованным. Шайки мародеров грабили только так – перекрывали пути или вовсе пускали поезда под откос, отгибая рельс. Так что метод мистера Икс не нов. Удивляет меня его цель. Зачем колдуну останавливать поезд?

Молодежь молчала, размышляя над вопросом, однако до самого очевидного ответа пока не додумалась. Бройд встал и подошел к окну, прихлебывая чай. Солнце заливало вымершую деревню ярким светом, рассыпающимся искрами на снегу. Тут и там темнели пятна крови, нарушая идиллическую картину.

У них оставалось еще довольно времени до темноты, чтобы добраться до Этайн Дор. Правда, в этом случае они уже не успеют вернуться к поезду. Нужно было решать сейчас.

– Итак, дети мои, – сказал Бройд, – пора подумать о том, как нам добраться до второй деревни, прежде чем колдун натравит на ее жителей свою…

За окном внезапно потемнело. Обернувшись, шеф полиции в изумлении обнаружил, что ровно над деревней сгущаются темные тучи. Откуда они взялись посреди неба, которое минуту назад было чистым до самого горизонта, Бройд размышлять не стал и отскочил от окна, выхватив револьвер. За считаные минуты снаружи наступили густые сумерки. Дверь амбара напротив дома медленно приоткрылась.

«Не у поезда, – мелькнуло в голове Айртона, – не по пути в Этайн Дор, а там, где мы… где они». – Он покосился на Уикхемов и вздрогнул. Глаза Диего в наступившем мраке светились, как золотые полумесяцы.

– Сэр, отойдите от окна подальше, – сказал он. Бройд попятился на середину комнаты, где они трое и замерли спина к спине. Диана уже держала наготове арбалет.

– Можете их сжечь? – спросил шеф полиции. Снаружи из амбара, щурясь и припадая к земле, поползли никтаморфы.

– Спалить деревню посреди леса и устроить лесной пожар, чтобы уж точно никто не спасся?

– Гм… м-да. Тогда будем действовать по старинке.

– Это как? – глухо спросил Диего.

– Будем их бить, пока не закончатся, – невозмутимо ответил Бройд.

– Уходите, – сказал Уикхем.

– Что? Куда?

– Наверх. Поднимитесь на второй этаж и забаррикадируйтесь в любой комнате.

– Молодой человек, вы в своем уме? – строго спросил Бройд. – Вас взяли в рекруты не для того, чтобы вы героически самоубились при первом же расследовании.

– Я знаю, зачем меня взяли в рекруты. – Диего бросил на шефа полиции взгляд через плечо, в темноте под шляпой глаза Уикхема горели, как огоньки над свечами.

– Идемте, – шепнула Диана и коснулась локтя Бройда. – Диг знает, что делает.

– Возьмите. – Ее брат сунул шефу полиции свой револьвер.

Бройд тихо охнул: револьвер больше походил на маленькое ружье, до того был большим и тяжелым.

– Он на дюжину патронов и полностью заряжен.

– Вы что, собрались убить тридцать тварей голыми руками?

– Да.

Айртон ошеломленно заморгал, а Диана, подхватив его под локоть, как заботливая нянюшка, повлекла за собой к лестнице на второй этаж. Бройд поднимался, то и дело оглядываясь на Уикхема – тот стоял посреди комнаты, из-под полей шляпы глядя в окно. Стая никтаморфов уже окружила дом, из амбара вылезали последние особи.

– Вы оставите вашего брата там одного?

– Да не волнуйтесь вы так. – Девушка подергала дверь и заглянула в комнату. – О, вот эта и подойдет. Одно маленькое окно.

– И выход только через дверь, – неодобрительно заметил Бройд, предпочитавший засаду с путями отхода.

– Вход тоже. Отвлечем на себя пару штук. – Девушка шепнула «Lumia», и над ее ладонью появился светящийся шар размером с сахарную голову. Диана запустила его под потолок.

– Я возьму дверь, вы – окно, – решил Бройд.

– Давайте лучше наоборот.

– Юная леди, – добродушно сказал шеф полиции, – я ношу пенсне не для украшения. Мне не так-то хорошо видно, что там снаружи.

Они заняли позиции. Револьвер Уикхема Айртону пришлось держать двумя руками. Он даже хотел спросить, есть ли у оружия какие-то особенности (может, даже магические), как вдруг снизу донесся пронзительный крик, полный такой мучительной боли, что Бройд подскочил на месте.

– Святый боже, что с ним?!

Крик становился все громче и громче, словно с Уикхема сдирали кожу. Айртон дернулся было к двери, но Диана с неожиданной силой схватила его за руку. Вопль отдавался от стен и вдруг перерос в звериный рев, такой мощный и полный ярости, что пол под ногами Бройда содрогнулся.

– Что с ним происходит? – прошептал шеф полиции.

– Думаю, вы уже догадались, что Диг не мой родной брат, – с завидной невозмутимостью сказала Диана.

– А кто же…

Внизу с треском вылетела дверь, и Бройд услышал пронзительный визг никтаморфов, ворвавшихся в дом. Их верещание тут же потонуло в диком реве, а потом весь дом как будто пошатнулся от прыжка огромного зверя внизу.

– Первый пошел! – крикнула Диана и дала из арбалета короткую очередь по никтаморфу, который сунулся в окно. Бройд оглянулся – серебристые иглы вонзились в харю нежити, и плоть вокруг них немедленно вспыхнула бледным огнем. Никтаморф рухнул вниз, освещая снег под окном, как тусклый факел.

В дверь с разбегу ударилось чье-то тело, заверещало, разбежалось еще раз и снова впечаталось в добротно сработанную створку – она хрустнула, но выдержала. Мисс Уикхем с победным возгласом утыкала иглами еще одну нежить – Бройд уже приловчился различать тонкий свист игл. Внизу все ходило ходуном, зверь ревел и рычал, никтаморфы визжали, что-то падало, билось и ломалось.

Наконец дверь поддалась усилиям нежити, и в комнату кубарем вкатились сразу две твари. Шеф полиции, держа револьвер Уикхема обеими руками, всадил первую пулю в лоб никтаморфа и пошатнулся от отдачи. Башка нежити разлетелась в клочья, но второе существо успело прыгнуть. Айртон с размаху врезал ему револьвером по раззявленной пасти и добил выстрелом в затылок, а из двери уже лезла третья паскуда. Бройд пристрелил и ее; у него за спиной снова засвистели иглы из арбалета.

Четвертая гадина попыталась пролезть в комнату по потолку – видимо, насчет тупости Уикхемы не преувеличивали. Прикончив еще одну нежить, шеф полиции невольно задумался над тем, зачем колдуну Икс настолько безмозглые существа. Может, ими проще всего управлять? Хотя, конечно, если бы они прорвались в поезд, пассажирам было бы все равно, насколько никтаморфы умны.

– Сразу два! – весело вскричала Диана. Снова засвистели иглы, краем глаза Бройд заметил пару вспышек, и на этом почему-то атакующие исчерпались. Пятеро превратились в дымящиеся угольки внизу, под окном, четыре штуки быстро рассыпались на те же угольки и пепел после выстрелов в головы. Внизу все еще буянил и коротко взрыкивал зверь, хотя визги никтаморфов стали намного реже.

– Мы должны ему помочь, – сказал Бройд.

– Не стоит, помогать Дигу – только портить. Караульте дверь, я проверю, чтобы ни одна пакость не удрала.

– Выглядывайте в окно осторожней и сначала посмотрите, нет ли их сверху.

– О, спасибо, сама-то я бы ни за что не догадалась!

Айртон вздохнул. Юные леди так сильно изменились со времен его молодости…

«Интересно, чему учат рекрутов в Бюро?» – прикинул шеф полиции. Странно, что берут девушек и обучают их охоте; впрочем, глядя на мисс Шеридан – чему тут удивляться? Ее матушка в молодости стреляла по солдатам империи из окон спальни, где стояла колыбелька с ее первенцем, – так что насчет женской слабости и бесполезности у Бройда было свое мнение. Похоже, что и у Бреннона тоже.

Шум внизу стал стихать. Никтаморфов больше не было слышно, только тяжелые шаги зверя и громкое сопение. Через несколько минут затихло и оно, а затем снова раздался громкий вой, переходящий в полный боли крик. Снаружи начало светлеть – тучи над Вистери Мидж медленно расползались, рассеиваясь в небе.

«Неужели отступился?» – недоверчиво подумал Бройд. Он ждал от колдуна Икс совсем другого – например, что с деревенского кладбища полезут упыри; Бреннон показывал ему картинки в книге со смутившим шефа полиции названием «Нежить. Учебное пособие. Том 1».

– Похоже, что все, – сказала Диана. – Подождем Дига и можем уходить. Или вы хотите продолжить обыск?

– С вашим братом… – Бройд запнулся, не зная, как спросить. – С ним все в порядке?

– Да. Не волнуйтесь, болезненно только превращение в зверя.

– Превращение?

– Диг – оборотень, – объяснила мисс Уикхем, села на лавку и принялась осматривать арбалет. – Один из немногих уцелевших истинных оборотней. Мой папа усыновил его, когда Дигу было пять, а мне – два.

«Господи, и не побоялся же», – пронеслось в голове у Бройда. Наверное, эта мысль как-то отразилась на его лице, потому что Диана досадливо поморщилась:

– Вот только давайте без этого, ладно? Истинные оборотни не теряют разум и не перекидываются в бешеных полоумных тварей, которые жрут все подряд на своем пути.

Бройд сглотнул.

– То есть он… он все осознает?

– Да.

– О господи…

– Не надо так драматизировать, – хмыкнула девушка. – Для оборотней это так же естественно, как для вас – менять одежду. У вас же не возникает потеря личности и ужасные переживания, когда вы меняете сюртук?

«Это не имеет ничего общего со сменой сюртука!» – возмущенно подумал Айртон, но вслух ничего не сказал: во-первых, у него появилось слишком много вопросов, во-вторых, задавать их было бы проявлением бестактности, в-третьих, у них сейчас были проблемы и поважнее.

– Можете спускаться, – раздался внизу голос Уикхема. – Только осторожно, тут грязновато.

Диана встала, перекинула через плечо сложенный арбалет и спустилась по лестнице. Бройд поспешил за девушкой, чтобы подхватить ее, когда ей станет дурно, – он вполне представлял себе, что она увидит внизу.

Ожидания его не обманули – из обстановки в комнате уцелел только очаг. Все остальное было разгромлено, кругом – на полу, стенах и потолке – ошметки плоти, куски тел и потеки темной крови. Диана брезгливо наморщила носик, переступила через разорванный труп никтаморфа и спросила:

– Ты уверен, что никто не улизнул?

– Уверен. Я обнюхал дом снаружи – все следы нежити ведут сюда, отсюда – ни одного. Он уже понял, да? – Диего кивнул на Бройда, который стоял на лестнице. Шеф полиции последний раз видел нечто подобное двадцать лет назад, в годы войны за независимость, после артиллерийских обстрелов риадских городов. Совсем не те воспоминания, к которым он хотел бы вернуться.

– Благодарю, – сказал он, возвращая Уикхему револьвер. – Отличная вещь, тяжеловата, но эффективна.

Диего настороженно посмотрел на Бройда, словно ожидая чего-то – и, в общем, Бройд понимал чего.

– Итак, раз с никтаморфами здесь покончено, то нам нужно принять решение – возвращаться в поезд или направиться к деревне Этайн Дор, – продолжал шеф полиции. – Меня, признаться, беспокоит и то и другое, поскольку, как мы выяснили, колдун может организовать мрак ночи в любое время суток.

– Он мог уже превратить жителей второй деревни в нежить, – заметила Диана. Бройд кивнул:

– Вот именно! Но если они еще люди, то наш долг – предупредить их об опасности. Однако остается вопрос с поездом. Поскольку мы установили, что появление никтаморфов – дело рук человеческих, то, значит, мистер Данн прав и на поезд они напали с некоей целью. Вопрос – с какой? Что нужно было колдуну в поезде?

– Мы все равно не можем разорваться, – буркнул Диего. – У нас не получится одновременно защищать поезд и деревню.

– Можно вырезать из двери кусок, на котором есть остатки герона, и проследить след заклятия, – предложила мисс Уикхем, но не очень уверенно. – То есть я попробую это сделать. На практикуме у меня иногда получалось.

Айртон вздохнул и направился к двери, перешагивая через лужи крови и куски тел. Молодежь то ли не понимала, то ли не догадывалась.

– Если рассуждать логически, – произнес шеф полиции, выбравшись на свежий воздух, – то единственное, что может интересовать колдуна в поезде, – это вы. И ежели таковое предположение верно, то вам нельзя возвращаться.

– Не очень-то я понимаю эту логику, – проворчал Диего с явным недовольством; они возвращались к поезду по своим следам.

– У нас есть только три варианта, – терпеливо объяснял Бройд. – Как мы установили, некто намеренно превратил людей в никтаморфов и натравил их на поезд. У человека, который это сделал, должна быть причина, мотив преступления.

– Это я понимаю, я не понимаю, отчего вы решили, что его мотив – это мы.

– Три варианта, – повторил Айртон. – Первый – в поезде есть нечто ценное, что колдун Икс, как его называет мисс Уикхем, хочет заполучить. Второй – у колдуна Икс есть некая цель, достижению которой могут помешать рекруты Бюро, то есть вы. Третий – он натравил свою банду на экспресс по причине, которая нам все еще не ясна. Можем пофантазировать и попытаться представить, зачем колдуну Икс превращать целую деревню в никтаморфов, а потом спускать свору на поезд. Идею о том, что он просто сумасшедший, которому нечем заняться, я сразу отметаю как несостоятельную, – добавил Бройд.

– Ну, может, здесь есть что-то ценное – например, источник магической силы, такой, как озеро под замком Редферн, – неуверенно сказала Диана. – Но миледи предупредила бы нас о таком.

– Если она сама знает о нем, – возразил ее брат. – Их только начали наносить на карты, хотя шеф приказал еще года полтора назад этим заняться.

– Вот поэтому я пока предпочитаю исходить из того, что колдун Икс охотится на вас, – заключил шеф полиции. – Лучше сразу предположить худшее, чтобы потом не кусать локти.

– Вот это пессимизм! – присвистнула мисс Уикхем.

– И при этом мы возвращаемся в поезд, – добавил Диего.

– Ненадолго. Я попрошу помощи мистера Данна и направлюсь в Этайн Дор, мисс Уикхем займется знаками на двери, а вы обойдете поезд и постараетесь найти что-нибудь подозрительно магическое. А потом мы сойдем с экспресса.

– Может, среди местных жителей ходят какие-нибудь байки о гиблых местах или чем-то подобном, – сказала девушка. – Попробуйте расспросить их. Ну и, конечно, не стоит забывать о бар…

– Диана, – предостерегающе сказал ее брат. Она обиженно надулась и буркнула:

– Мне кажется, раз миледи доверяет мистеру Бройду, то и мы тоже можем.

– Дело не в доверии, а в том, что чем меньше он знает, тем в большей безопасности.

Айртона позабавило то, как юные рекруты берегут его от опасной правды, но пока решил не углубляться в тему загадочных «бар…». Его более беспокоил поезд. То и дело шеф полиции смотрел на небо, опасаясь увидеть, как тучи стягиваются впереди, над экспрессом. Но пока небо было чистым – то ли у колдуна кончились никтаморфы, то ли он сейчас занимался тем, что превращал в них жителей Этайн Дор.

Добравшись до поезда, Бройд с огромной радостью и облегчением увидел, что работа над расчисткой путей кипит вовсю – часть экипажа, которую Данн вооружил ружьями, следила за округой (причем нескольких стрелков начальник экспресса предусмотрительно разместил на крышах вагонов), а часть рубила и пилила ствол дуба. В свете дня дерево уже не казалось таким огромным, и судя по тому, как активно экипаж стучал топорами и работал пилами, часам к четырем, как и планировал Данн, поезд снова направится в Бресвейн.

Увидев шефа полиции с парой рекрутов, начальник экспресса поспешил им навстречу. Бройда порадовало не только то, что Данн сам следил за ходом работ, но и то, что пара человек на крыше первого вагона при появлении рекрутов дунули в свистки и резкий протяжный звук раскатился над поездом и путями. Насчет бдительности Данна можно было только порадоваться.

– Отменное внимание, – одобрительно сказал Бройд. – Как продвигаются ваши дела?

– Через два или три часа освободим пути и сможем оценить, насколько они пострадали. А вы? Нашли деревню?

– Деревню да, жителей – нет. – Айртон бросил выразительный взгляд на протаявшие в снегу ямы там, где лежали тела никтаморфов. Данн уловил намек и, крикнув одному из своих людей, чтобы принял наблюдение за работами, повел шефа полиции и его спутников в свое купе. Там он налил им чаю и предложил горячих пирогов из вагона-ресторана.

«Весьма неплохая идея с этими ресторанами на колесах, – подумал Бройд, отрезав себе кусок пирога с говядиной. – По крайней мере, голодная смерть нам еще не грозит».

– Жителей в Вистери Мидж нет, – сообщил он. – Часть превращена в никтаморфов, часть стала их же добычей. Тем не менее мы ликвидировали всю оставшуюся нежить.

– Но нам следует предупредить жителей Этайн Дор, – добавил мистер Уикхем. – Пока еще не слишком поздно.

– Но разве это как-то поможет им не превратиться? – нахмурился Данн. – Или у вас есть способы это предотвратить?

– Тот, кто сделал из людей нежить, не воздействовал непосредственно на жителей, – сказала Диана. – Он, э-э-э… гм-м… заколдовал их дома. Так что если мы выведем людей из деревни, то они уцелеют.

– Я бы хотел попросить вас выделить мне нескольких человек… – начал было Бройд, но Диего его перебил:

– В деревню с ними пойду я. Если что-то пойдет не так, то только я смогу защитить людей.

Айртон возмущенно вспыхнул, но сумел сдержаться. Воспитание молодого человека изрядно хромало, но в правоте Уикхему не откажешь. Да что уж там, почти всех никтаморфов в Вистери Мидж перебил именно он, и Бройд даже не был уверен в том, что ему требовалось какая-то помощь.

– Хорошо, – после некоторых колебаний согласился Данн. – Пожалуй, я смогу передать вам пятерых человек. Но вы должны вернуться до четырех часов дня. В поезде хватит места для сотни пассажиров.

– Вы хотите их увезти? – удивился Бройд. – В Бресвейн?

– Не могу же я оставить их здесь. Начальство, конечно, не одобрит, но и ч… простите, мисс, но и бог с ним.

– А как же пассажиры?

– Потеснятся, – невозмутимо ответил Данн.

– Тогда я отправлюсь сейчас же, – сказал Уикхем. Бройд достал из кармана свой значок и протянул ему:

– Это придаст веса вашим словам, а жителям добавит покорности. Народ у нас тут ершистый, но значок уважает. Скажете, что прибыли по распоряжению шефа полиции Блэкуита.

Данн поднялся:

– Идемте. Я подыщу для вас подходящих людей.

– Я обещаю, что они вернутся живыми, – ответил Уикхем, и Бройд заметил, что начальнику поезда стало не по себе от этих слов. Тем более что обещать живых жителей деревни Диего не стал.

– Ну а мы с вами займемся поисками чего-нибудь магического, – сказала Диана, расправившись с чаем и пирогами.

– А разве я смогу? – удивился Айртон. – У меня нет совершенно никаких знаний об этом предмете.

– О, это совершенно не сложно! – радостно уверила его девушка. – Я дам вам амулет, и вы пройдетесь с ним от головы поезда к хвосту. Если амулет где-то запищит и засветится – то там магия и есть.

«Надо же, до чего дошли достижения чародейского прогресса», – подумал Бройд, не чувствуя, однако, особой радости от того, что ему придется держать в руках одно из этих достижений.

Сама процедура тоже вызывала у него сомнения. Все-таки шеф полиции не должен бродить по поезду с золотистым металлическим шариком на цепочке в поисках неучтенных волшебных штук. Айртон чувствовал себя шарлатаном с ярмарки, а потому сторонился пассажиров, очень коротко отвечая на их вопросы. Хотя приятно было видеть, что риадцы не впадали в панику и, пометавшись по вагонам с криками вчера, сегодня уже в относительном спокойствии пили чай и ждали отправления поезда.

«Все-таки революции и войны закаляют…» – хмыкнул Бройд и невольно прикинул, сколько оружия тайком перевозят эти мирные жители в багаже и не дадут ли они никтаморфам еще более эффективный отпор, чем экипаж. Главное ведь – проинструктировать и распалить боевой дух, в котором риадцы никогда не испытывали недостатка.

Экспресс «Файотт» был длинным, и Бройд устал к тому времени, когда от первого вагона добрался до последнего. Тем более что амулет в его руке ни разу не пискнул за все это время. Может, он неправильно пользовался этой штукой. Двинувшись обратно, Айртон старался держать шарик на чуть вытянутой руке, поближе к дверям купе, но свечение и тихий писк появились лишь тогда, когда он добрался до купе Уикхемов. Бройд кашлянул, постучался и после приглашения с опаской заглянул внутрь.

Диана Уикхем разложила на столике газету, на которой начертила какую-то схему, а в центре разместила кусок двери со следами рисунка. Покачивая над схемой прозрачным кристаллом на серебряной цепочке, девушка что-то бормотала себе под нос, и шеф полиции скромно устроился в уголке, чтобы не мешать.

Вид чародейских практик не вызывал у него такого удовольствия, как у Бреннона (Натан следил за ними с восторгом ребенка в цирке), поскольку напоминал о существовании той стороны жизни, перед которой простой смертный почти бессилен. Да, экипаж и пассажиры дали бы бой никтаморфам при должном настрое, но как предотвратить появление нежити?

Айртон сражался с дейрцами во времена Революции и Освободительной войны, дрался с мародерами и шайками грабителей в смутные годы Гражданской, бился за создание полиции, видел за эти годы такое, что до сих пор снилось в кошмарах, – и все же магия его скорее пугала, чем радовала. В ней было что-то глубоко противоестественное.

Свет от кристалла бросал мертвенно-белые блики на сосредоточенное лицо мисс Уикхем, и она уже казалась не милой юной девушкой, а ведьмой из страшных сказок, которые Бройд мальчишкой слушал, пробравшись в комнаты слуг в поместье отца. Линии и значки, нарисованные на газете, становились все чернее, будто проваливались куда-то за черту реальности, и из них сочилось нечто едва уловимое, размывающее привычный, нормальный мир. Значки на куске двери замерцали, цепочка в пальцах мисс Уикхем заскользила сама собой, а кристалл принялся описывать широкие круги, опускаясь все ниже и ниже. Резкий рывок – и краешек камня уткнулся в стол.

Диана с торжествующим возгласом сдернула со стола газету – под ней оказалась карта. Девушка склонилась над точкой, в которую уперся кристалл, и торжество тут же сменилось недоумением.

– Здесь же ничего нет, – пробормотала Диана.

Бройд подошел к столику и посмотрел на карту.

– Здесь есть лес. Что это за точка?

– Я пыталась найти того, кто нарисовал герон. Наверное, опять не получилось, – вздохнула мисс Уикхем. – У меня и на практикумах не всегда получалось.

– Отчего вы думаете, что не получилось?

– Ну вряд ли он сидит посреди лесной чащи на обледенелом пеньке, верно?

– Может, и не сидит. Может, у него там вполне благоустроенный лагерь. Эта точка находится примерно в полумиле от обеих деревень и от места, где мы сейчас. Вполне подходящий пенек для того, чтобы подождать результатов засады и атаки. Хотя я так и не нашел в поезде ни одного магического предмета, – Айртон протянул девушке амулет, – что возвращает нас к первому предположению. В любом случае, чтобы это выяснить, нам нужно сойти с поезда и проверить, что же там, в этом лесу.

– Хорошо бы жители Этайн Дор уцелели, – сказала мисс Уикхем. – Мы бы тогда их расспросили насчет мест, которые в округе считаются гиблыми, дурными или странными.

Айртону хотелось, чтобы жители уцелели не только поэтому, – но тут можно было положиться лишь на везение и Диего Уикхема.

– Кстати, а что такое это «бар», о котором ваш брат не захотел мне рассказывать?

– Это не что, это… – Диана замолчала, покусывая губу, а потом неохотно ответила: – Вообще-то Диг в чем-то прав. Чем меньше вы знаете, тем меньше рискуете.

– У меня совершенно другая точка зрения на этот вопрос, мисс. Неведение всегда опасно, особенно в такой ситуации. – Шеф полиции постучал пальцем по карте.

– О, ну… разве миледи ничего не написала вам в письме?

– Она предупреждала меня о возможной опасности с той стороны, но в основном просила приглядеть за ее новенькими рекрутами.

Мисс Уикхем покраснела от досады.

– Это не совсем та сторона, – буркнула она. – Это люди, которые называют себя бартолемитами. У Бюро с ними конфликт интересов – они хотят открывать проходы на ту сторону.

– Зачем?! – в смятении воскликнул Бройд. Ему и в голову не могло прийти, что трезвомыслящий человек способен до такого додуматься.

– Следуют примеру своего отца-основателя. Он считал, что та сторона – неисчерпаемый источник силы, и, ну, в общем, это он проколупал дыру в защите вокруг Фаренцы, отчего произошло то, что произошло.

– Так, погодите, юная мисс, я не успеваю за вашими суждениями. Мистер Бреннон говорил мне, что этот человек мертв.

– А его последователи живы, и мы, в смысле Бюро, им не очень нравимся. Мешаем открывать порталы, преследуем, душим и уже настроили против них парочку правительств и Матерь нашу Церковь.

«Господи боже, – с тоской подумал Бройд. – Только банды колдунов мне тут и не хватает!»

Но тут ведь возник вопрос, который беспокоил его все больше и больше. Что эта банда бартолемитов делает в Риаде и зачем напала на поезд?

Вдруг Бройд вспомнил, что говорил ему покойный Лонгсдейл и что потом повторял Натан Бреннон. Чем больше невинных жертв, тем выше шансы открыть щель на ту сторону. Что, если…

– Крушение поезда с массовой гибелью людей может поспособствовать бартолемитам в их стремлении к той стороне?

Мисс Уикхем вздрогнула, закусила губу, отвела взгляд, и Бройд понял, что это еще одна вещь, о которой она и ее брат подумали в первую очередь, а ему не сказали. Даже ОРБ, не к ночи будь помянута, не была так помешана на секретности, как Бюро. Видимо, его сотрудники унаследовали эту страсть от своего отца-основателя – Энджел Редферн тоже был тем еще фруктом…

– Я обошел экспресс два раза и нигде не обнаружил никакой магии. Юная леди, – суховато добавил Бройд, – я вполне пониманию ваши опасения насчет секретов вашего Бюро, но мне будет довольно трудно работать с вами совместно, если вы будете скрывать от меня вообще все.

Диана вздохнула, пробормотала:

– Диг меня покусает, – и ответила: – Это было первое, о чем мы подумали. Но, к счастью, наш колдун Икс оказался слабоват по части нежити и призвал всего лишь никтаморфов, от которых пусть и с трудом, но можно отбиться, даже если вы не рекрут Бюро. Так что совсем уж массовые жертвы отменяются. Другое дело, если он хотел добраться до меня и Дига.

– Что ж, вы дали им весьма бодрый отпор.

– Да, но что, если он хотел не убить нас, а похитить? Недавно… ох… ну, ладно, наверное, вам можно сказать… недавно агенты Бюро взяли одного из бартолемитов, и после того, как миледи провела допрос, она и дала нам указания насчет экспресса, встречи с вами и всего этого.

«А ведь раньше мисс Шеридан не думала ни о чем, кроме женихов, сладостей и милых женских безделиц», – подумал Бройд. Кто бы мог предположить, м-да…

– То бишь если вы позволите мне перевести это на понятный старому полицейскому язык, банда бартолемитов пытается зайти на вашу территорию, чтобы установить здесь свое влияние?

– Да, – недовольно сказала мисс Уикхем, – хотя мы не банда, и они тоже. Но неважно. Вы правы в том, что мы должны сойти с поезда и отыскать того, кто сидит здесь. – Она коснулась точки на карте около кристалла.

– Тогда я соберу самое необходимое. Как только вернется ваш брат, покинем экспресс.

– Может, вы лучше останетесь?

– Нет, юная мисс, я обязан выяснить, что происходит в подотчетном мне полицейском округе, и присмотреть за тем, чтобы вы вернулись к миледи в целости и сохранности.

Айртон вышел из купе. Саквояж он решил оставить на попечение Данна, взять только то, что может пригодиться на охоте на преступников в лесу. И хорошо, что миссис Бройд никогда об этом не узнает.

У Бройда отлегло от сердца, когда он увидел Диего Уикхема и пятерых человек из экипажа, которые вели за собой толпу деревенских жителей. Хотя обитатели Этайн Дор были явно возмущены, а уж пассажиры и подавно, но лучше скандалы в экспрессе, чем еще одна гора трупов и свора нежити.

Уикхем проследил за тем, чтобы никто из жителей Этайн Дор не представлял опасности – никто из них, как он уверил Айртона и Данна, не превратится в никтаморфа или еще что похуже прямо в вагоне. Шеф полиции уступил свое купе семье с тремя детьми, перенес вещи к начальнику поезда и написал несколько писем, адресованных руководству Данна, шеф-инспектору полиции и начальнику ОРБ. А заодно узнал, что оборотни, во-первых, плохо умеют шептать, и во-вторых, Диего Уикхем крайне недоволен тем, сколько всего разболтала его сестра какому-то полицейскому. Порыкивающий бас перестал гундеть, только когда Бройд вышел из купе Данна.

– Начальник поезда любезно пригласил нас на обед, – сообщил шеф полиции. – После этого экспресс отправится в Бресвейн, а мы сойдем здесь – или же, как предлагает мистер Данн, немного подальше, на станции. Насколько я понял, у экспресса есть возможность краткой остановки.

– Лучше здесь, – поразмыслив, ответил Уикхем. – Отсюда ближе к тому месту, которое нашла Диана. Но мы, разумеется, не будем против, если вы поедете в Бресвейн, – торопливо добавил он.

– Не боитесь, что я там расскажу всем, кто захочет слушать, о бартолемитах, той стороне и прочих тайнах вашего Бюро? – добродушно спросил Бройд. – Ведь, полагаю, именно для этого меня и вызвал в столицу шеф-инспектор риадской полиции.

К чести молодого человека, он все-таки смутился и пробормотал:

– Я не имел в виду ничего оскорбительного, сэр. Это ради вашей же безопасности.

Айртон умилился. Много лет назад то же самое говорила Эмили, когда ему предложили пост шефа полиции Блэкуита.

– Вы что-нибудь узнали у жителей насчет гиблых или дурных мест?

– По этому поводу мнения разделились, – хмыкнул Диего. – Часть деревенских твердо уверена, что живут в рае на земле, а часть – что такого засилья нечистой силы, как вокруг Этайн Дор, свет не видывал.

– Я бы посмотрел на вашу технику допроса, – сказал Бройд. Диего покраснел. – У молодых полицейских часто страдает практическая часть. Но, к сожалению, на это нет времени. Обед подадут через несколько минут, а после этого мы покинем поезд.

Через час они втроем стояли на склоне насыпи и провожали взглядами экспресс «Файотт», стремительно набирающий ход. До темноты оставалось еще около двух часов; впрочем, Бройда весьма занимал вопрос: почему колдун Икс больше не предпринимает никаких попыток добраться ни до них, ни до экспресса? Может, дело в том, что поезд не представляет для него никакой ценности, а рекруты Бюро сами вот-вот направятся прямо к нему в руки?

Чем больше Бройд размышлял над происходящим, тем больше убеждался в том, что ни экспресс, ни желание колдуна устроить массовую резню к делу отношения не имеют. Айртон припомнил, что мисс Уикхем упомянула о корабле, на который они должны были успеть в Бресвейн. Так, может, причина в том деле, которое поручила мисс Шеридан своим рекрутам, и заключается оно вовсе не в том, чтобы найти престарелого шефа полиции?

Если, конечно, цель Уикхемов – на континенте и если вся эта история о бартолемитах – не выдумка. Тогда в интересах колдуна Икс помешать молодым людям добраться до порта – но Бройда смущало то, как нагло преступник действовал на чужой территории. Шеф полиции пережил несколько бандитских войн сразу после окончания войны Гражданской и по своему опыту знал, что когда одна банда ломится на территорию другой, то получает яростный отпор. Неужто бартолемиты не догадались, что их ждет то же самое?

«Или же на континенте Уикхемы будут искать нечто настолько ценное, что колдун решил рискнуть?»

Они тем временем спустились с насыпи и углубились в лес. Диего уверенно вел их в чащу – вероятно, ориентировался благодаря звериному чутью. А может, просто очень хорошо читал карту, которую им отдал Эдмунд Данн.

Деревья сомкнулись над их головами, яркий дневной свет померк, снег поскрипывал под лыжами, а Бройд все никак не мог решить, стоит ли выяснять у рекрутов, что за дело им поручила мисс Шеридан. С одной стороны, именно из-за этого за ними охотятся, с другой – сам бы Айртон не обрадовался, если б его сотрудники выбалтывали первым встречным все, что им известно о расследованиях.

Наконец он кашлянул, привлекая к себе внимание:

– Мисс Шеридан в письме упоминала, что в этих краях она заметила некую подозрительную магическую активность. – И тут же подумал: «О боже мой, хорошо, что этого никто не слышит!» – Она отправила вас сюда, чтобы вы установили, в чем дело?

– Н-ну-у-у… – протянула Диана; ее брат громко, выразительно засопел. – Можно и так сказать.

– А что вы намерены предпринять, буде встретите целую банду этих ваших бартолемитов, тогда как вас всего двое?

– Не думаю, что их там целая банда, – сказал Уикхем. – Чем больше народу балуется магией – тем проще это заметить. Так что если мы встретим одного, двоих или троих, то постараемся взять в плен, а если не выйдет – то ликвидируем.

«Только что из учебного класса», – подумал Бройд и ностальгически вздохнул. Когда-то многие высмеивали идею насчет массового обучения полицейских, а ведь тогдашний шеф-инспектор был прав…

– Вы часто берете их для допроса?

– Не то что бы, – вздохнула Диана. – Но миледи велела стараться. Бартолемиты с ума сходят по секретности, а нам же надо откуда-то добывать сведения о том, чем они занимаются.

Это шефу полиции не понравилось. Неужели Бреннон хочет развязать войну между Бюро и этими бартолемитами? Хотя, может быть, дело не в его желании, а в упорстве бартолемитов?

Вокруг стало так темно, словно наступили сумерки. Кроны деревьев превратились в почти непроницаемый купол, под снегом то и дело выступали узловатые корни, и в целом вид был такой, что Бройд не удивился показаниям местных, которые под каждым кустом видели нечистую силу. Несколько беспокоило его то, что он уже не понимал, куда же они двигаются и где осталась железная дорога. Но, вероятно, Уикхем сумеет вывести их обратно к цивилизации.

– Осторожнее, – басом прошептал оборотень. – Мы приближаемся к месту.

Они остановились перед замерзшим ручьем. Через него был переброшен мост – поваленное дерево, стесанное по верхнему боку, чтобы можно было перейти на другой берег.

– Текучая вода замерзла, – сказала мисс Уикхем. – Никаких помех.

– И никаких признаков жизни, – пробормотал Бройд, разглядывая кусты напротив. Диего отстегнул лыжи и первым ступил на мост.

– Позвольте, сэр. – Диана кивнула на лыжи Айртона. Он снял их, протянул девушке, и она провела над ними рукой, что-то чуть слышно шепнув. Три пары лыж тут же уменьшились до размера спичечного коробка. Бройд едва сдержал восхищенный возглас. Мисс Уикхем сунула лыжи в карман и кивнула на ручей:

– После вас, сэр.

Бройд возмущенно запыхтел: он полагал, что будет прикрывать спину юной леди, а никак не наоборот. Но медлить не стоило, и он осторожно ступил на «мостик».

– Не идем ли мы прямо в засаду? – пробормотал Айртон, с опаской поглядывая вниз: он побаивался высоты, и даже путешествие на корабле его нервировало. Ведь до воды так далеко падать…

– Если вы хотите, но не можете куда-то попасть – сделайте так, чтобы вас привели туда силой, – жизнерадостно заявила мисс Уикхем. Бройд счел это весьма сомнительной стратегией. Он и Бреннону не раз об этом говорил, но тот продолжал учить этому своих рекрутов.

Они пересекли ручей и оказались перед густыми зарослями кустов, почти в рост Диего Уикхема. Ветви переплетались так плотно, что пробраться сквозь них было невозможно. Шеф полиции наклонился к кустам, с подозрением разглядывая сплетения веток. Оно выглядело не совсем естественно – хотя что он смыслил в ботанике.

– Я могу прожечь в них проход, – заявила юная мисс.

– Почему ты все время хочешь устроить пожар? – укорил ее брат и снова достал свою джамбию. Однако едва он коснулся кустов, как ветки мгновенно оплели клинок сверху донизу. Диего рванул оружие на себя, кусты затрещали, но выдержали, а ветки поползли выше, так что оборотню пришлось выпустить рукоять.

Понаблюдав, как она тоже скрывается под сплошным клубком веток, Бройд повернулся к мисс Уикхем и изрек:

– Жгите.

– Sphaera in ignis! – воскликнула девушка. Между ее ладоней появился прозрачный огненный шар. Диана развела руки, увеличивая его размер, а затем слегка подтолкнула к кустам. Шар нырнул в заросли, раздался характерный треск горящего дерева, поднялся пар и дым, в снег посыпались обугливающиеся и тлеющие ветки. Бройда обдало жаром, и он отступил подальше.

Шар прошел сквозь переплетения ветвей и выжег длинный лаз на уровне земли. Айртон уже хотел возмутиться, но тут шар, добравшись до конца зарослей, развернулся и поплыл обратно, прокладывая себе путь уже на высоте в пять футов. Огонь освободил клинок Уикхема, и оборотень подобрал его, обернув рукоятку носовым платком. Еще за два прохода шар выжег достаточно широкий тоннель, чтобы Диего смог в него протиснуться.

Мисс Уикхем хлопнула в ладоши, и огненный шар погас. Бройд с опаской заглянул в широкий и короткий тоннель, из которого пахло сгоревшим деревом и талой водой. Впереди виднелась утоптанная поляна. Снег едва припорошил кострище – человек, один или несколько, прятался тут совсем недавно.

Оборотень отстранил шефа полиции от прохода и пошел первым, напряженно принюхиваясь. Диана следом юркнула в дыру, Бройд, то и дело оглядываясь, держа наготове револьвер, двинулся внутрь последним.

– Здесь никого нет, – пробасил Диего. – Люди были недавно, пахнет двумя. Но уже ушли.

Они выбрались на крошечную полянку, посреди которой стоял шалаш. Перед ним было круглое кострище с импровизированным вертелом из трех палок. Вокруг был разбросан мусор, и по его количеству Бройд прикинул, что эти двое сидели тут не меньше недели.

– Смотрите! – Диана палкой разгребла в стороны снег около шалаша. – Вот оно!

В земле виднелись уже полустертые линии, складывающиеся в такой же рисунок, что получился у Диего Уикхема, когда он нанес на карту все отмеченные знаком дома в Вистери Мидж.

– А второй? – спросил Бройд. – Для другой деревни?

– Можно использовать этот же. Героны не одноразовые.

Шеф полиции промолчал, пытаясь усмирить волну удушающего гнева, поднявшуюся в груди. Это был тот же гнев, который толкнул его к службе в полиции, который заставлял его яро насаждать первые законы республики, из-за которого он принял пост шефа полиции, – гнев, который всегда вспыхивал в нем, когда он видел бессмысленные убийства тех, кто не мог дать отпор.

Диана положила руку ему на локоть. Бройд медленно выдохнул сквозь зубы.

– Давно они ушли? – спросил он. Диего Уикхем шумно втянул носом воздух.

– Несколько часов назад.

– Несколько часов?! – рявкнул Айртон. Мисс Уикхем вздрогнула, и он поспешил взять себя в руки: – Отлично, дети мои! У нас есть шансы их догнать! В какую сторону они…

– Они ушли не ногами, – хмуро сказал Диего. – Через портал. Тут пованивает озоном.

– Э… портал? – Бреннон говорил ему и даже пару раз из них появлялся; шефу полиции эти штуки крайне не нравились. – Гм… а можно как-то установить, куда именно они, э… перебрались?

– Да куда угодно. Могли вернуться в Илару, если их отправили из штаб-квартиры бартолемитов.

«Черт подери», – подумал Бройд. Вот потому-то порталы ему и не нравились. Какой полицейский будет в восторге от того, что подозреваемый может улизнуть на край света в любой момент?!

– Портал, особенно свежий, можно отследить, – быстро сказала Диана. – Давайте я попробую.

– А что, если они и впрямь ушли в Илару?

– Тогда я свяжусь с миледи или с нашими агентами в Иларе.

– Хорошо, мисс, займитесь. А мы пока поразмыслим…

– Над чем? – хмыкнул Диего. – Тут уже никого нет.

– Мыслить полезно, молодой человек, – наставительно сказал Бройд, отгоняя мысль о том, а человек ли это. – Например, мы установили, что атаку на деревни и поезд они готовили заранее. О чем это нам говорит?

Оборотень наморщил лоб, глаза у него светились в темноте желтыми огоньками под густыми черными бровями.

– Ну, мы же уже поняли, что они знали о нашей поездке…

– Это вы поняли, а вывод не сделали. Вывод же состоит в том, что либо у бартолемитов есть свои уши в вашем Бюро, либо они успешно следят за тем, что происходит в вашей штаб-квартире. Как бы еще они узнали о том, что именно в этом поезде, именно этим рейсом поедут рекруты Бюро с некоей миссией на континенте?

– Откуда вы знаете?! – вскинулся Уикхем.

– О миссии? Ради бога, об этом совершенно несложно догадаться. Правда, я не понимаю, отчего мисс Шеридан не отослала вас через портал.

– Она настаивала на том, чтобы мы встретили вас, – буркнул оборотень. – Портал доставил нас в Блэкуит, а там мы уже стали искать вас. А вы собирались сесть на поезд.

Бройд снял пенсне и принялся яростно его протирать. Надо же быть таким идиотом и не предположить, что за ним могли следить не только рекруты!

– А зачем вы, кстати говоря, сели на поезд? – с подозрением спросил Уикхем. Наконец-то и до него начало доходить!

– Видимо, затем, чтобы бартолемитам было проще накрыть нас всех сразу, – процедил шеф полиции. – Меня вызвали в столицу по вопросам, связанным с сотрудничеством между республикой и Бюро.

Диего присвистнул.

– Эти двое сидели тут неделю, – продолжал Бройд, пнув угол шалаша. – Они знали обо всем и неплохо все организовали. Просчитались только насчет того, насколько хорошо вы подготовлены.

Свою тупость он мог оправдать только тем, что ему и в голову не приходило, будто он может представлять интерес для каких-то магов или чародеев. Бройд не знал об этой стороне жизни почти ничего – и знать не хотел. Но, похоже, с этой иллюзией придется расстаться. Любой, кто хотя бы постоял рядом с Бренноном, теперь имеет отношение ко всей этой чертовщине.

Шеф полиции угрюмо посмотрел на девушку. Она делала что-то магическое с другой стороны шалаша – он не хотел всматриваться и выяснять, что именно. Вместо этого он снова достал из нагрудного кармана письмо шеф-инспектора и еще раз его прочел. Оно было коротким, и шеф-инспектор тщательно избегал любых слов, имеющих отношение к магии, – но он почти открыто просил консультации Бройда по поводу взаимодействия с Бюро.

«А если все это про бартолемитов – правда, то им совершенно ни к чему, чтобы у Бюро появлялись союзники», – подумал Айртон. Если же оценить ситуацию со стороны, то крушение поезда и массовая гибель пассажиров от рук нежити очень сильно дискредитируют Бюро в глазах и шеф-инспектора, и главы ОРБ, и министра внутренних дел. А глава ОРБ способен додуматься и до того, что Бюро само подстроило эту катастрофу – мало ли какую причину найдет старый параноик.

Сердце Бройда екнуло. Им всем повезло, что бартолемиты так недооценили рекрутов.

Из-за шалаша раздался изумленный возглас Дианы:

– Сэр, они недалеко!

– Как это – недалеко? Куда ж они делись?

– Не могу сказать точно, – с некоторым смущением ответила девушка. – Такое чувство, что они все время двигаются.

– Как это? – спросил Бройд. – Я же так понимаю, что из портала вы выходите как из двери. Как дверь может двигаться?

– Портал – это тоннель вне пространства и времени, – сказала мисс Уикхем, и Айртон поперхнулся. – Так нам поясняла на практикуме фройлен Эттингер. То есть когда мы отслеживаем портал, мы ищем точку его назначения, другой конец тоннеля. Ну так вот, точка, которую я нашла, все время куда-то ползет.

Шефу полиции понадобилось некоторое время, чтобы переварить услышанное. Идею насчет чего-то там вне пространства и времени он сразу отбросил как очевидно бредовую, а вот остальное его встревожило. Он подошел к Диане, и девушка показала ему зеркальце со стеклом сложной многоугольной формы. Внутри тоже были какие-то углы, словно гладь зеркала уходила вглубь. У Айртона закружилась голова, и он поспешно сосредоточился на зеленом шарике, который куда-то катился там, внутри зеркальца.

– Это она, точка выхода, – пояснила Диана.

– Так наша проблема в том, что мы не сможем их догнать?

– Наша проблема в том, – мрачно ответил Диего, – что открыть портал внутрь чего-то движущегося может только очень опытный чародей. Так что я бы хорошенько подумал, прежде чем за ним гнаться.

Мисс Уикхем насупилась:

– Если мы начнем звать старших на помощь при первой же трудности, то до старости пробегаем в рекрутах!

– А он? – Диего кивнул на Бройда. – Нам нужно будет защищать его, и к тому же у нас есть миссия на континенте, и если нас прикончат здесь, то нам будет трудновато ее выполнить.

– Ну почему же обязательно прикончат? Ты всегда сразу думаешь о плохом, что за пессимизм!

– Это называется предусмотрительность.

– Предусмотрительность! Пф-ф!

Бройд взял у мисс Уикхем зеркальце и отошел от молодежи подальше – они мешали ему думать. Хотя что тут думать! Если Диана не ошиблась и преступники убежали недалеко, то на мили кругом был только один объект, который мог двигаться с такой скоростью.

И, черт подери, именно этот объект они покинули ради безопасности пассажиров!

«Может, нас специально выманивали», – с досадой подумал Айртон и вмешался в разгорающуюся семейную склоку:

– Тихо, дети мои. Нам предстоит принять важное решение.

«Мне предстоит принять», – тут же добавил он про себя и вздохнул. Это ему решать, стоит ли охотиться за опасными преступниками в компании едва выползших из-за парты рекрутов, при том, что он сам не смыслил в магии ровным счетом ничего.

– Они переместились в поезд, – сказал Бройд и показал на шарик в зеркале. – Только экспресс может мчаться так быстро. А потому нам нужно решать, что делать, и побыстрее. Вы сможете доставить нас на экспресс? – спросил он у Дианы. Девушка вздрогнула:

– На экспресс?! Н-нет, я не смогу… он же двигается! Я могу открывать порталы, нас учили, но в движущийся поезд…

– Это опасно?

– Конечно! – воскликнула Диана. – Любой портал опасен! А когда вы пытаетесь с разбегу выпрыгнуть из него в движущееся что-то, то вас может просто впаять в стенку! Или бросить под колеса, или на крышу, или…

– У нас есть прыжковые амулеты, – сказал Диего. Его сестра замолчала, прикусив губу. – Ты сможешь его настроить.

– Нет, я смогу попытаться. – Она взяла Уикхема за руку и почти умоляюще взглянула ему в лицо снизу вверх: – Но ты понимаешь, что будет, если я хоть чуть-чуть ошибусь?

– А вы можете настроить амулет? – спросил Бройд у Диего.

– Я оборотень, – коротко ответил тот. – Я не слишком хорош в заклинаниях и этом всем. Простые могу, но чем сложнее – тем хуже.

Диана достала из сумки кожаный футляр, а из него – большой медальон со сложным чеканным узором, украшенным полудюжиной камней. Девушка сжала амулет в кулаке и посмотрела на брата.

– Мы не можем взять его с собой, – пробубнил тот, покосившись на шефа полиции. Айртон поднял брови:

– Вы бросите пожилого человека одного в зимнем лесу?

Диего замялся.

– Мы окажемся лицом к лицу как минимум с одним опасным магом, – сказала Диана. – Не говоря уже о том, что можем просто не пройти через портал.

– Так не ходите.

– Мы обязаны это сделать, – мягко ответила девушка. – Мы – рекруты Бюро. А вы – нет. Вы не должны.

Бройд умилился. Он не сомневался, что именно этому Бреннон их и учит. Он сам, черт возьми, всегда так делал!

– Если вы решились, то не будем медлить, – произнес Бройд и показал револьвер, заряженный «архангелами». – Я вооружен, так что смогу за себя постоять. Где мне встать?

– Поближе, – пророкотал Уикхем.

Айртон встал вплотную к девушке, ее брат обхватил одной лапищей его за плечи, а другой – Диану за талию. Мисс Уикхем, сосредоточенно хмурясь, крутила круглые камни и двигала узоры на амулете, а потом забормотала себе под нос. Камни с тихим щелчком замерли в своих гнездах, узоры засветились, а в центре медальона появилось темное пятно, похожее на кусок зеркала, в котором отражалось черное ночное небо с россыпью звезд. Бройд с интересом посмотрел на него через плечо Дианы. Вдруг небо вспыхнуло, звезды хлынули Айртону в лицо. Он зажмурился и успел подумать об Эмили.

Как-то Бреннон рассказал ему о зеркальной тропе – однако по ней предполагалось идти, а не лететь кувырком с бешеной скоростью. Бройд чувствовал крепкую хватку Уикхема на своем плече, лицо щекотали легкие волосы Дианы – но он не мог заставить себя открыть глаза. Так что для него путешествие «за пределами времени и пространства» происходило в полной темноте, изредка подсвечиваемой вспышками холодного света.

И вообще тут было холодно – но не так, как в зимнем лесу. Айртон ни за что бы не смог описать этот холод – вот уж действительно что-то из другого мира. Бройда уже начало знобить, когда воздух вокруг вдруг стал стремительно теплеть.

– Выход! – взвизгнула Диана и вцепилась в Бройда изо всех сил. Его как будто ударили раскаленным противнем в лицо. Шеф полиции машинально прижал к себе девушку и повернулся так, чтобы прикрыть ее хотя бы боком. Оборотень намертво стиснул их обоих в крепкой хватке.

Следом за жаром в лицо Бройду пахнуло раскаленным металлом, тлеющим деревом, подпаленной тканью – и тут их всех вышвырнуло в реальный мир. Они покатились по качающемуся полу, как горошины из лопнувшего стручка. Бройд несколько раз болезненно приложился ногами об острые углы каких-то коробок и сундуков, а локтями – об пол. Затем над головой Айртона раздался приглушенный рык и протяжный скрежет; наконец они остановились, и Бройд осторожно открыл один глаз, а потом и второй.

Они все замерли напротив большой железной клети, в которой погромыхивал в такт движению поезда груз садового инвентаря. Острые колышки ограды покачивались в паре дюймов от лица Бройда. Над его головой нависал оборотень. Айртон скосил глаза на его руку – точнее, огромную лапу: когти глубоко вошли в стенку вагона.

– Извините, – пробасил Диего. Лапа за пару секунд перетекла в руку – форма изменилась так быстро и плавно, что Бройд даже не уловил, когда конечность зверя стала человеческой.

– Слезьте, пожалуйста, – жалобно раздалось снизу, и мужчины поспешно вскочили на ноги.

У Бройда тут же закружилась голова, и он ухватился за клеть с инвентарем. Диего помог сестре подняться. Пол под ногами почти подпрыгивал.

– Мы в грузовом вагоне, дети мои, – объявил Айртон и прищурился.

Тут было довольно темно – свет пробивался через небольшие узкие оконца под самой крышей. А он еще и стал близорук с годами… Бройд невольно сунул руку в нагрудный карман, забыв, что носил пенсне не в пальто, а в сюртуке, – и с изумлением извлек на свет божий потертый футляр, в котором лежало его домашнее пенсне.

«Поразительная женщина», – благоговейно подумал он. В поездки его всегда собирала миссис Бройд, и в этом ей не было равных.

– Ну что, пойдем? – нетерпеливо спросила мисс Уикхем.

– Куда?

– Искать чародеев, куда же еще!

– Что показывает ваше зеркальце, мисс?

– Ничего, – с некоторым недоумением ответила Диана. – Мы же уже в поезде, что еще оно может нам показать?

– Тогда будем действовать по старинке, но осторожно. Начнем последовательный обыск. Меньше магии, чтобы не привлекать внимания оппонентов. – Айртон вытащил из кобуры револьвер и кивнул Уикхему на двери вагона: – Будьте так добры.

Диего взялся за дверные створки, оторвал их и аккуратно переставил в угол. У шефа полиции даже дух захватило. Таких бы на патрулирование в опасные кварталы да во время народных волнений!

В небольшом тамбуре никого не было. Выглянув в окошко на двери, Бройд поежился: стараясь наверстать потерянное время, Данн гнал экспресс на такой скорости, что деревья сливались в размытую полосу. Если бы Айртон знал, как стремительно летит экспресс к столице, он бы ни за что не решился на прыжок, а взглянув на Диану, понял, что она подумала о том же. Ее брат меж тем деловито принюхался и с недовольным видом проурчал:

– Слишком много запахов. Много людей, много вещей.

– Идем дальше, – решил Бройд.

Уикхем открыл межтамбурную дверь. Уши тут же заложило от грохота состава и свиста ветра. Внизу, между двумя узкими решетчатыми площадками, стучало сцепление двух вагонов, и вид этот Бройду не понравился. Делать, однако, было нечего. Первым перескочил на площадку следующего вагона оборотень и распахнул дверь. Шеф полиции примерился, оценил расстояние (великовато) и прыгнул – это в его-то возрасте! Сердце екнуло, когда внизу пролетело стучащее сцепление и рельсы.

«Слава богу, Эмили этого не видит», – мелькнуло у него в голове. Он повернулся и протянул руку Диане. Девушка, впрочем, перескочила сцепление куда легче и грациозней, чем Айртон.

– Надеюсь, мы движемся в верном направлении, – пробормотал он, захлопнув дверь. Они оказались в таком же крошечном тамбуре, из чего Бройд сделал вывод, что и этот вагон грузовой. Может, преступники прячутся здесь? Или уже затерялись среди пассажиров? Уикхем напряженно втянул воздух, и тут вдруг дверь распахнулась. Айртон едва успел разглядеть высокого темноволосого человека – и все потонуло в ослепительно-яркой вспышке.

Бройд открыл глаза. Веки поднимались с трудом, словно к ним были привязаны гири. В глазах все еще плыли разноцветные круги после вспышки, голова трещала, а все тело сковал тяжелый паралич. Айртон даже не понимал, лежит он или сидит, и не чувствовал ни рук, ни ног.

С некоторыми усилиями ему удалось сосредоточить взгляд на том, что было прямо перед ним, поскольку повернуть голову он тоже не мог. А прямо перед ним был складной табурет, около которого стояли трое мужчин и что-то тихо обсуждали. Айртон прищурился, пытаясь их рассмотреть.

– А! – вдруг сказал один из них, уставился на шефа полиции и добавил что-то на неизвестном Бройду языке.

Второй мужчина быстро и встревоженно ответил, но первый отмахнулся. Он сел на табурет, наклонился вперед, поближе к Айртону и что-то спросил на одном языке, потом на другом, на третьем и, наконец, на латыни:

– Как вы себя чувствуете?

Шеф полиции с некоторым удивлением осознал, что из его памяти еще не стерся благородный древний язык, крепко вбитый в голову лекторами в университете еще до революции. Откашлявшись, он прохрипел:

– Хорошо.

– Я бы так не сказал, – хмыкнул преступный тип, пробормотал пару слов, и узы паралича, сковывающие Айртона, несколько ослабли. – Кто вы такой?

– Шеф полиции города Блэкуита.

– О, знакомое название! – радостно воскликнул его собеседник; двое его подельников явно заволновались. – Значит, вы Айртон Бройд.

– Да. А вы?

– Педро Вальенте де Сантилья Суэра.

Бройд чуть не поперхнулся от такой наглости. Они уже и имена не боятся называть! Правда, один из сообщников колдуна издал несколько возмущенных восклицаний, но Педро Вальенте поднял руку, и глас разума затих.

– Не вижу смысла это скрывать. В конце концов, ваш друг, синьор Бреннон, уже знает мое имя. Хотя, – со смешком добавил колдун, – едва ли он рассчитывал, что я появлюсь здесь лично.

«Какого черта Бреннон мне о нем не доложил?!» – яростно вспыхнул Бройд, а потом вспомнил, что Натан больше не комиссар в его департаменте. Но предупредить-то все равно мог!

– Где дети? – спросил Айртон.

– Дети? А, рекруты. Не волнуйтесь, они тоже здесь. Справа от вас.

Шеф полиции повернул голову. Уикхемы лежали на полу около сундуков с грузом. Диана была парализована, как и Айртон, а ее брата опутали какой-то светящейся веревкой.

– Истинный оборотень, – проронил Вальенте. – Ценная, редкая добыча. Их почти не осталось.

– Отпустите девушку. Она всего лишь помощница.

– Не сомневаюсь. Впрочем, юная леди слишком хороша собой, чтобы я так быстро отказался от ее общества.

Диана сдавленно зашипела, гневно сверкая глазами. Ее брат глухо зарычал и дернулся в своих путах. Они прожгли его одежду, но почему-то не оставляли следов на коже, хотя вырваться Диего не мог.

– Но оставим их, – сказал дон Педро, – вернемся к более интересному вопросу, то есть к вам. Как вы-то впутались в это дело?

– Я всего лишь ехал в командировку по вызову начальства, – невозмутимо ответил Бройд. – А вы взяли и устроили вокруг поезда форменное непотребство. Долг обязывает меня выяснить – зачем.

Вальенте поднялся, он прятал руки в широких рукавах плаща, похожего на сутану священника. Колдун был высок, смугл, черноволос и черноглаз – на вид Айртон дал бы ему лет сорок – сорок пять, хотя кто знает этих колдунов… Покойный Редферн разменял двести пятьдесят лет, если не больше, – а выглядел весьма молодо для столь преклонного возраста.

– Едва ли вы поймете мой ответ, даже если я захочу сказать вам правду, – произнес Вальенте, – поскольку вы вряд ли знаете, кто мы и в чем, гм… состоит суть наших разногласий с синьором Бренноном.

– Насколько я знаю, основа их заключается в том, что синьор Бреннон ликвидировал того, кто пытался убить всех жителей Фаренцы.

– О боже мой, конечно, нет! – воскликнул Вальенте, он повернул голову, чутко к чему-то прислушиваясь, а потом продолжил: – Никакого желания убить сто шестьдесят тысяч человек у отца Бартоломео не было. Более того, ничего этого не произошло бы, если бы ваш комиссар и его банда не вмешались в процесс, суть которого совершенно не понимали.

– Я тогда тоже не понимаю, – сказал Бройд. – Дыра над Лигантой была? Была. Купол над ней был? Был. Какого че… простите, мисс, зачем же вы полезли ломать то, что работало?

– А, так вы уже понимаете, что у нас концептуальные разногласия, – обрадовался Вальенте. – Наш отец не считал, что от провалов нужно шарахаться, как от чумы. Они – источник огромной силы, и, приручив ее, можно изменить мир. А вмешательство вашего Бреннона помешало нам сделать это. Так что если кто-то и несет ответственность за трагедию в городе – то это ваш друг и его сообщники.

«Что-то тут происходит, – с тревогой подумал Айртон, – пока он заговаривает мне зубы. Они успели что-то сделать с поездом».

Он скосил глаза на Уикхемов. Диана слушала, широко раскрыв глаза, а ее брат обмяк в путах, словно впал в бессознательное состояние. Черты его лица странно плыли, будто все время меняли форму от звериной к человеческой, и фигура тоже казалась зыбкой.

– Ну хорошо, допустим, что ваша точка зрения имеет право на жизнь, – сказал Бройд. – На что вам поезд? Хотите убить всех пассажиров и организовать провал в Риаде – такой же, как над Лигантой?

– Для этого мне бы пришлось устроить катастрофу в Бресвейн, – с улыбкой ответил дон Педро. – У нашего ордена нет такой цели, как нет цели уничтожить человечество, что бы вам ни рассказывал ваш бывший комиссар. Но за то, что ваши друзья убили нашего отца, за то, как они это сделали, им придется заплатить.

– Вы хотите убить меня? – недоверчиво уточнил Айртон. Вальенте расхохотался:

– Разумеется, нет! Вы же не имеете к этому никакого отношения. Но, полагаю, для синьора Бреннона представляете некоторую ценность.

Сердце Айртона екнуло. А как же семья Шеридан?! Они ведь тоже «представляют ценность»!

– К тому же если говорить откровенно, то стремление синьора Бреннона втянуть в это светские власти кажется нам безумным и опасным предприятием. Поэтому мы решили позаботиться о том, чтобы каждый правитель, к которому обратится синьор Бреннон, дважды подумал, прежде чем соглашаться на сотрудничество с Бюро.

Вальенте отошел к своим сообщникам, и они тихо заговорили о чем-то своем на языке, Бройд его не знал. Как бы сейчас ему пригодился амулет-переводчик, о котором ему рассказывал Натан!

«Чертовы террористы!»

Айртон снова взглянул на Диану. Она-то прекрасно понимала, о чем Вальенте беседует со своими людьми, и ее это явно пугало. Девушка устремила на Бройда умоляющий взор, и шеф полиции запыхтел, изо всех сил пытаясь пошевелить хотя бы пальцем. Но тщетно: паралич все еще сковывал его от груди до пяток.

– Ну что ж, – сказал Вальенте, вновь повернувшись к пленным, – нам пора уходить. Было бы неплохо оставить рекрутов здесь, чтобы ваша полиция не очень мучилась с поиском виновных в трагедии, но увы. Оборотень слишком ценен, вы мне нужны как аргумент в переговорах с синьором Бренноном, а девушка слишком прелестна, чтобы я мог с ней так быстро расстаться.

Мисс Уикхем возмущенно вспыхнула.

– Это весьма смелый ход – устраивать теракт на территории Бюро, – сухо заметил Бройд. – Думаете, мисс Шеридан ничего не заметит?

– Мисс Шеридан всего лишь женщина и мало что собой представляет без мужчины, – пожал плечами Вальенте. – А синьор Бреннон очень удачно завяз в делах в Эсмеране, что и развязало нам руки. Но не будем медлить. Нам пора.

Он достал из кармана медальон, похожий на тот, каким воспользовалась Диана. Один из подчиненных Вальенте подошел к девушке. Мисс Уикхем приглушенно зарычала.

– Не трогайте ее! – рявкнул Бройд. – Заберите нас, но оставьте девушку!

– Хотите, чтобы она погибла вместе со всеми?

Вдруг вагон сотрясло от мощного рева. Вальенте, едва не выронив медальон, шарахнулся от Бройда и пораженно вытаращился на оборотня. Веревка, опутывающая Диего с головы до ног, уже не светилась, а мерцала слабыми урывками. Брат Дианы вырвал из пут руку и вцепился в сообщника колдуна, который наклонился, чтобы поднять девушку. Рука мгновенно превратилась в лапу, когти глубоко вошли в тело человека, разрывая плоть и сминая кости. У бедолаги вырвался пронзительный крик, хлынула кровь – на пол, на одежду Дианы и на лицо Диего, который жадно слизнул ее с губ.

Опираясь на согнувшегося человека, оборотень поднялся. Путы сползали с него вместе с человеческим обликом, одежда горела, как в костре. Он швырнул разорванное тело во второго помощника Вальенте, испустил такой рык, что стены содрогнулись, и опустился на все четыре лапы.

Бройд невольно вжался в пол. Между ним и Дианой стоял огромный черный медведь с горящими оранжевым огнем глазами.

Вальенте уже начал декламировать что-то на латыни, вокруг медведя снова замерцала сеть, но зверь не стал дожидаться, чем все кончится, и прыгнул. Он впечатал дона Педро в стенку вагона, у колдуна вырвался пронзительный, полный боли крик, а клыки медведя сомкнулись на его руке. Вальенте взвыл, сжал медальон и исчез в яркой вспышке. Оборотень выплюнул откушенную по локоть руку, глухо заворчал и кинулся на последнего уцелевшего помощника Вальенте.

– Не убивайте его! – крикнул Бройд.

Зверь навалился на бартолемита, который орал благим матом, позабыв все заклинания от одного вида алой медвежьей пасти над своей головой.

– Пусть освободит меня и мисс Уикхем! – крикнул шеф полиции.

Господи, он же обращается к медведю! Оборотень зарычал в лицо бартолемиту, и тот поспешно крикнул:

– Vincula untie!

Паралич, сковывающий Бройда, тут же исчез. Айртон, тело которого затекло за время лежания на полу, поднялся на четвереньки и пополз к мисс Уикхем, чтобы помочь ей встать. Ну, впрочем, это она ему помогла, если уж быть откровенным.

– Допросить! – прохрипел Бройд, опираясь на плечи девушки. – Скажите ему, что колдуна надо допросить, а не есть!

Медведь громко фыркнул и наступил лапой на горло бартолемита. Тот сперва задергался, а потом обмяк, потеряв сознание. Диана прислонила Бройда к стене и кинулась к Диего.

– Ох, Диг, Диг! – пролепетала девушка, обхватила руками шею медведя и зарылась лицом в черный мех. Зверь посопел и погладил огромной лапищей девушку по спине.

– Диана, осторожно! – вырвалось у Айртона.

Медведь взглянул на него, и шеф полиции попятился вдоль стенки подальше. Он вспомнил, что Диана говорила ему, будто ее брат не теряет разум после превращения, но Айртон сейчас не мог вот так на глазок определить, разумен этот мишка или не очень.

– Свяжите его, – поспешно приказал Бройд. – Свяжите этого человека, только не магией, ради бога! И приведите его в чувство, нам нужно выяснить, что они сделали с поездом!

Мисс Уикхем отпустила медведя и пнула бартолемита в бок. Он слабо застонал. Девушка опустилась на колено и принялась деловито обшаривать бессознательное тело. Медведь обнюхивал его с другой стороны и вскоре нашел то, что нужно: подцепил когтем карман пальто и выкатил из него некий кругляш в желтом металлическом корпусе и с гладким зеленым камнем посередине. Диана схватила его с пронзительным криком.

– Что это? – Бройд поправил пенсне, не рискуя, однако, приближаться к Уикхемам.

– Бомба! – крикнула Диана. – Они заминировали поезд! А ну очнись, урод! – Она отвесила бартолемиту затрещину, и тот со стоном открыл глаза. Девушка ткнула ему в лицо кругляш: – Когда они взорвутся?!

– Это… это… дистанционное… – еле ворочая языком, просипел сообщник Вальенте. – Экселенс запустит… когда вернется…

– О, черт вас всех побери! – Диана вскочила на ноги и бросилась было к двери, но тут в нее яростно заколотили с другой стороны, а потом раздался срывающийся голос Эдмунда Данна, начальника поезда:

– Откройте! Немедленно! Кто вы такие и какого черта у вас там происходит?!

Гневное выражение на лице Данна сменилось крайним изумлением, когда Бройд немного приоткрыл дверь и встал в проеме.

– В-вы? – с запинкой выдавил начальник поезда. – Но как вы тут… что вы снова здесь делаете?!

– Расследование инцидента завершено, – изрек шеф полиции, строго глядя поверх пенсне на Данна и кучку его подчиненных, вооруженных до зубов чем бог послал: ружьями, пистолетами, топорами, молотками и даже палками. – Подозреваемый взят под стражу.

– Он там? – Данн попытался заглянуть в вагон поверх головы Бройда, но Айртон решительно пересек его поползновения:

– Мы установили, что ваш поезд заминирован.

– Что?! – взвыл Данн.

– Да господи боже, как проклял кто! – простонал кто-то из его подчиненных.

– Без паники, – сказал Бройд и показал Данну кругляш. – Вот образец бомбы. Вам и вашим людям нужно срочно прочесать весь состав, найти все эти устройства и выбросить их в лес как можно дальше от поезда. Мы не успеем обезвредить их все.

– Но они же все равно взорвутся!

– Да, однако все-таки не внутри, а снаружи.

– О боже, – прошептал Данн. Судя по его лицу, он уже глубоко сожалел о решении связать свою жизнь с работой на железной дороге.

– Живей! – поторопил его Бройд. – Мы не знаем, сколько у нас времени до того, как они активируются.

– Активируются? Господи… а где мисс Уикхем? – спохватился Данн.

– Мистер Уикхем охраняет преступника. Я и мисс Уикхем обыщем вагоны, следующие за этим. – Айртон ткнул пальцем через плечо. – А вы займитесь делом наконец!

Начальник поезда покорно повернулся к своему экипажу и принялся раздавать указания. Бройд тихонько перевел дух и закрыл дверь.

Диана лихорадочно рылась в своей сумке. Медведь сидел около бессознательного подельника Вальенте. Нечего было и думать о том, чтобы такая огромная зверюга протиснулась в пассажирский вагон – не говоря уже об эффекте, который произведет ее появление.

– Держите! – Диана бросила шефу полиции амулет. – Он поможет вам найти остальные бомбы.

– А вы что будете делать?

– Я свяжусь с миледи и постараюсь взломать вот эту бомбу, чтобы отключить все остальные.

Айртон недоверчиво посмотрел на кругляш. Магия магией, конечно, но…

– А если у вас не получится?

– Давайте не будем думать о плохом, – нервно сказала Диана. – А, ну вот они! – Она вытащила из сумки кожаный сверток, из которого выглядывали некие инструменты. – А вы отыщите все бомбы, какие успеете, и выбросите их из поезда. Мало ли что у меня выйдет.

Бройд отдал девушке кругляш, поспешил к тамбуру, который вел в следующий грузовой вагон, и споткнулся о валяющуюся на полу руку.

– Надеюсь, – пробормотала мисс Уикхем, – этот гад все же не успел активировать взрыватели.

«Может, ему сейчас не до того, с откушенной-то рукой», – подумал Айртон. Да и ребра всмятку тоже как-то отвлекают от террористических актов; хотя в глубине души Бройд сожалел, что мишка не успел добраться до горла Вальенте.

Размер грузового вагона привел Бройда в отчаяние. Даже с амулетом, который тут же засветился и указал направление, одному человеку просто не успеть…

«Отставить панику!» – одернул себя Айртон и ринулся к груде ящиков, к которым тянул его амулет. Шеф полиции схватил одну бомбу, и медальон тут же повернулся на цепочке, показывая на другой конец вагона. Бройд рысью бросился туда, выкопал второй кругляш из мешков с каким-то тряпьем, выскочил в тамбур, распахнул дверь и со всей силы швырнул обе бомбы как можно дальше в лес. Впереди было еще три грузовых вагона. Айртон стиснул зубы и кинулся в следующий.

Он почти слышал в голове тиканье часов: никто не знал, сколько еще времени осталось. Бартолемиты оставляли бомбы в разных концах вагонов, и хотя не особо старались их прятать, Бройд просто физически ощущал, как утекают бесценные минуты на поиск, вытаскивание, галоп до тамбура и открывание дверей. К тому же, когда он добрался до следующего вагона, ему показалось, что бомбы, которые он нашел, стали заметно теплее.

«Если я успею найти еще один, – подумал Айртон, – то взорвутся только два. Два вагона в самом конце. Ох, Эмили!»

Отогнав мысли о жене, он устремился вперед по указаниям амулета, который метался в его руке, как пойманная птица. Бройд нашел бомбу между двумя ящиками с плиткой. Она была уже не просто теплой: в глубине зеленого камня по центру кругляша вился водоворот золотистых искр. Шеф полиции схватил бомбу, зашипел и уронил – она обожгла ему ладонь. Айртон стянул шарф, замотал в него кругляш и ринулся за следующей бомбой. Дорогу ему освещал не только свет из окошек, но и ежесекундно усиливающееся зеленое сияние, пробивающееся сквозь шарф.

«Боже, боже!»

Вторую бомбу Бройд обнаружил за багажом пассажиров. Айртон нашел в багаже чей-то зонтик, вытолкал им бомбу из-за чемоданов и зажмурился от ярко-зеленого света, ударившего в глаза. Жар от другой бомбы коснулся его рук даже через шарф, раздался слабый гудящий звук. Бройд бросил первую бомбу на пол рядом со второй, упал на них животом, вспомнил Эмили и…

Один за другим послышались два слабых щелчка. Айртон, вжимая всем весом бомбы в пол, ждал, но ничего не происходило. Бройд открыл глаза, приподнялся на локте и взглянул на бомбы. Зеленые камни погасли, жар быстро затухал. Шеф полиции недоверчиво потрогал бочок кругляша пальцем. Ничего.

Он сел, взял бомбы в руки и озадаченно на них посмотрел. Он пока не мог понять, какое чувство сильнее – облегчения или недоумения, но в конце концов решил, что для прояснения этого вопроса ему нужна помощь специалиста.

По дороге в вагон, где остались Уикхемы, Айртон выбросил погасшие бомбы подальше в лес – на всякий случай, а то вдруг они снова оживут. Однако судя по тому, что поезд все так же мчал по рельсам к столице, а в лесу ничего не горело и не дымилось, ни один заряд так и не рванул. Значит, у Дианы все получилось?

Но, к удивлению Бройда, первой, кого он увидел, войдя в вагон с Уикхемами, оказалась не Диана, а мисс Маргарет Шеридан. Племянница Натана держала в руке вскрытую бомбу и задумчиво что-то ворошила в ее внутренностях тонким стеком.

– А, Бройд, – заметила девушка, не отрываясь от своего занятия, – заходите, будьте как дома.

– Добрый день, мисс, – ответил Айртон. Его удивление усилилось – такое поведение было совсем на нее непохоже, да и разговаривала она обычно другим тоном. Может, это от нервного напряжения – предотвращение массового убийства за считаные минуты, шутка ли!

«Но не похоже, что она взволнована», – тут же подумал Бройд. Мисс Шеридан с завидной невозмутимостью изучала механизм бомбы, словно они находились посреди никхатской пустыни, а не в поезде, под завязку набитом людьми. Даже мисс Уикхем все еще была бледной – она стояла рядом с племянницей Бреннона навытяжку, как солдат, и глаза девушки-рекрута буквально светились от восхищения.

Диего же все еще пребывал в медвежьем обличье и караулил пленного, который уже пришел в себя, но лежал на полу кулем, полностью парализованный, и только таращился на мисс Шеридан так, словно видел нечто из ночных кошмаров. Шеф полиции приблизился к нему с некоторой опаской – размеры медведя и длина его когтей внушали почтительный трепет. Взгляд зверя, впрочем, был совершенно разумным, и Бройду медведь кивнул очень по-человечески.

– Ну как? – спросил Бройд.

– Еще немного – и от поезда осталась бы только большая дыра в земле, – ответила мисс Шеридан. – Но сейчас вы уже можете не беспокоиться.

Бройд перевел дух:

– То есть они не взорвутся?

– Нет. Теперь их можно использовать разве что в качестве сувениров. Неплохо, – наконец сказала мисс Шеридан Диане, та зарделась. – Во всяком случае, вы пытались, пусть ваши попытки и были абсолютно бесполезными.

– Простите, миледи, – пробормотала девушка. – Я не была уверена, что смогу.

– И потому позвали того, кто сможет. Здравая оценка своих сил – это похвально.

Диана слабо улыбнулась.

– А вот две сотни потенциальных жертв – уже не очень, – добавила Маргарет, улыбка мисс Уикхем погасла. – Впредь старайтесь не доводить дело до такой крайности.

– Хорошо, миледи.

– Как вы смогли выключить все бомбы с помощью одной? – недоверчиво спросил Бройд.

Маргарет взглянула на него и так странно усмехнулась, что ему стало не по себе.

– Это не настолько трудно, как может показаться юному рекруту. Принцип подобия, только и всего. – Мисс Шеридан бросила бомбу в сумку на полу, из которой выглядывала вмороженная в лед рука Вальенте.

Бройд нахмурился: Маргарет обычно держала себя совсем иначе.

– Пленного я заберу с собой, – продолжала племянница Бреннона, бедолага побелел и покрылся потом. – Руку тоже. Плоть и кровь Вальенте – это очень ценный приз. Благодарю. – Она кивнула медведю. Тот тихонько засопел.

– Кто это такой? – спросил Бройд, с растущим подозрением рассматривая Маргарет. Может, это не она, а кто-то под ее личиной? Мало ли на что способна магия…

– Это? – Девушка ткнула носком сапожка пленника. – Или вы имеете в виду дона Педро?

– Дона Педро. Почему сообщник называл его «экселенс»?

– Этот титул носил отец Бартоломео до того, как Бреннон сжег его заживо. Потом сие нескромное звание перешло к Вальенте, ближайшему соратнику Бартоломео.

– А что он тогда тут делал? – удивленно спросил шеф полиции. – Разве это подходящее занятие для главы… что это у них – орден?.. для главы ордена – бегать за мелкими сошками и делать их работу?

– Самоуверенность, – хмыкнула Маргарет, – губит даже самых умных. Мне ли не знать, черт побери!

Бройд поперхнулся. Ну и манеры у юной леди!

– Дон Педро не слишком высоко нас ценит. Но, полагаю, в этом он уже раскаивается, – сказала Маргарет, подняла пленного за шиворот одной рукой и окинула его насмешливым взглядом. – Мы с этим господином уже встречались. Однако он так и не смог донести до своего экселенса, почему от нас стоит держаться подальше и не гадить на нашей территории, когда мы ненадолго отвернулись.

Мисс Шеридан вытащила из кармана сюртука амулет вроде того, которым пользовалась Диана, и нажала большим пальцем на пару камешков. Перед ней раскрылся портал, похожий на провал в темный колодец. Племянница Бреннона швырнула туда пленника, отправила следом сумку, покрутила узор на амулете, и портал захлопнулся.

Это все и так могло свести с ума человека мало подготовленного, не говоря уже о поведении благовоспитанной девицы, с другой стороны, рекруты реагировали на это совершенно спокойно, как будто так и надо. Бройд настороженно спросил:

– Маргарет, с вами все в порядке?

– Маргарет? А, да. Конечно. Минуту. – Девушка склонила голову и замерла.

Ее веки слабо дрогнули, из груди вырвался долгий вздох, и она открыла глаза.

– О, мистер Бройд! – воскликнула юная леди и шагнула к нему, протягивая руку. – Как я рада вас видеть! Надеюсь, вы не пострадали?

– Ничуть, мисс, – пробормотал Айртон, пожимая ей руку. Она была странно холодной – даже сквозь перчатку.

– Мне очень жаль, что все так вышло, – уверила его мисс Шеридан. – Я вовсе не хотела впутывать вас во все это и очень благодарна, что вы присмотрели за нашими рекрутами. Они не доставили вам хлопот?

– Ну что вы, мисс, всегда рад чем могу, – отвечал Бройд все еще в замешательстве от такой резкой перемены. Неужели Маргарет всегда так себя ведет? Гм, раньше он такого за ней не замечал.

– Вы правильно решили выбрасывать бомбы из поезда, – продолжала Маргарет. – Лучше подстраховаться. Мало ли что могло произойти при попытке взлома, особенно когда этим занялась мисс Уикхем.

– Миледи! – простонала девушка.

– Так пассажирам и экипажу больше ничего не угрожает?

Мисс Шеридан очаровательно улыбнулась:

– Они в полнейшей безопасности. И вы тоже.

– Вы уверены, что Вальенте не предпримет новой попытки нападения?

– Теперь – вряд ли, к тому же мы присмотрим за поездом. Жаль, что не удалось взять самого дона Педро, – вздохнула Маргарет и шутливо упрекнула оборотня: – Вам следовало откусить ему другую руку, с амулетом!

Уикхем фыркнул и многообещающе оскалил клыки. Мисс Шеридан бесстрашно положила ладонь на плечо зверюги и уже серьезно сказала:

– На самом деле хорошо, что вы не стали. Вальенте вам пока еще не зубам. Мы займемся им лично.

«„Мы“, – подумал Бройд. – Интересно, она имеет в виду „я, дядя Натан и консультанты“?»

– Однако мне пора. – Девушка склонила голову набок и прислушалась, почти как Лонгсдейл. – Сюда спешит мистер Данн. Не хотелось бы нарушать его душевное равновесие еще сильнее. Спасибо, мистер Айртон. – Она снова пожала Бройду руку, отступила на шажок и коснулась амулета. Короткая вспышка, от которой у шефа полиции перед глазами поплыли радужные круги, – и мисс Шеридан исчезла, оставив Бройда со множеством незаданных вопросов, включая и то, как она услышала шаги Данна сквозь стук колес.

«Все-таки в покачивании поезда и перестуке колес есть что-то умиротворяющее, – подумал Бройд, поднося к губам чашку с чаем, – особенно когда не надо мчаться по качающимся грузовым вагонам, чтобы найти бомбы».

За окном совсем стемнело, лес проносился мимо, как темное грозовое облако, над которым мерцали звезды и светила круглая луна. Ночь была ясной. Айртон наслаждался чаем в купе Уикхемов после ужина у начальника поезда. Чай, джем и пироги прислал им Эдмунд Данн из личных запасов. Диего Уикхем, в новой одежде и человеческом облике, уписывал за обе щеки самый большой пирог с бараниной, словно ел последний раз не полчаса назад, а на прошлой неделе.

«Такое разорение с одеждой, должно быть». – Бройд покосился на полную луну. Он слышал или читал где-то о том, что полнолуние действует на оборотней не лучшим образом. Однако за вычетом зверского аппетита Уикхем никак не проявлял свою животную натуру. Диана заботливо положила ему на тарелку печенье.

– И все-таки как вам удалось освободиться от пут? – полюбопытствовал шеф полиции.

– У истинных оборотней очень малая чувствительность к магии, – ответила Диана. – Потому Диг так плохо и редко колдует, но и его заколдовать довольно трудно.

– Гм… вы полагаете, что Вальенте этого не знал?

– Но вы ведь специально отвлекали его разговором! – воскликнула юная леди, и Айртон смущенно закряхтел от незаслуженной похвалы. – Он так старательно распускал перед вами перья, что позабыл…

– Я думаю, это миледи, – перебил ее Диего. – Я вдруг почувствовал, что они ослабли, и смог вырваться.

– Ну ты же не считаешь, что она следила за нами?

– Почему бы и нет? – спросил Бройд. – На обучение и подготовку рекрутов наверняка уходит немало много времени и средств, чтобы разбрасываться такими вложениями. Особенно если мисс Шеридан поручила вам некую миссию на континенте.

– Но тогда бы она вмешалась сразу! – возмущенно воскликнула мисс Уикхем.

– Можно подумать, у нее других дел нет, – хмыкнул Диего. – Если она за нами присматривала, то пока мы сами справлялись – зачем ей вмешиваться?

– Мисс Шеридан – загадочная леди, – сказал Бройд. – Она всегда так себя держит?

– Так – это как? – озадаченно нахмурилась Диана. – Я ничего необычного не заметила. Миледи всегда такая.

«Ну, допустим», – подумал Айртон. Занятия магией, видимо, сильно меняют людей. Бреннон тоже заметно изменился – но хорошо бы, вздохнул Бройд, чтобы у него это не зашло так далеко, как у Маргарет.

– Спасибо, что присмотрели за нами, – с улыбкой сказала мисс Уикхем. – Хотя Диг все время за вас волновался.

Оборотень смущенно уставился в тарелку. Бройд постарался отогнать мысль о том, что он буквально откусил человеку руку собственными зубами – и еще неизвестно, не загрыз бы он подозреваемого. А может, потом бы и съел…

– Я всегда рад помочь мисс Шеридан и ее друзьям, – галантно ответил Бройд. – Но если уж мы заговорили о помощи и обмене опытом, то я бы уделил внимание вашей технике допроса. Она явно не из лучших, и раз у нас есть время, то я бы дал вам несколько рекомендаций на этот счет.

– Сейчас?! – вскричала Диана.

– А когда же еще? Вы нескоро вернетесь в учебные классы, да и меня едва ли туда пропустят. Начнем с того, как использовать известные вам сведения, дабы выудить из подозреваемого неизвестные. – Бройд наставительно поднял чашку с чаем: – Я неоднократно замечал, что невозмутимость следователя при ведении допроса производит глубокое впечатление как на свидетелей, так и на подозреваемых…