— Вообще-то нет, — я спокойно выдержал его взгляд. — Планирую коптить небо ещё долго. А в чём проблема?
Владислав не ответил. Побарабанил пальцами по доскам прилавка. Потом перевёл взгляд на браслет.
— Ты в курсе, кому принадлежала эта игрушка до того, как ты её экспроприировал? — поинтересовался он.
— Человеку, что связался с последними выродками, — ответил я.
— Подозреваю, о нём теперь можно говорить в прошедшем времени, — отозвался эльф. Уголок его рта дёрнулся. — Ты понимаешь, в какой именно улей сунул руку?
Я предпочёл промолчать. Не знаешь, что сказать — жди новых вводных. Классическая тактика на такого рода «переговорах».
Алхимик подцепил ногтем край браслета. Перевернул. Ткнул пальцем в вязь символов.
— Видишь? Клеймо. Его ставит «Искра», — проговорил он, смотря мне в глаза. — Они помечают каждый артефакт, что делают для их магов. Подпись по которой могут узнать своё.
Подпись на оружии тех, кто защищает работорговцев и убийц. Забавно. Может они там в своей «Искре» ещё и гордятся тем, что делают?
— Вижу, — ответил я. — И в курсе кто это. Поэтому спрошу прямо. Из-за этого не станешь брать? Или решишь, что сдать меня выгоднее?
Одна рука на рукояти ножа. Пальцы второй около рукояти револьвера. Зверь внутри собран как пружина. Тело готово — рывок к двери или к горлу, в зависимости от ситуации. Владислав всего в полутора метрах. Между нами стойка, бутылки, спиртовка на которой дымит какая-то трава. Если дойдёт до дела — опрокинуть спиртовку в лицо, прыгнуть через стойку и когтями в горло. Вот тролль за дверью — проблема. Из лавки есть второй выход? Запахи говорили, что за задней стеной ещё одно помещение. Возможно, с окном.
Эльф долго смотрел на меня. Я уже почти решил, что убийство — лучший вариант, когда он запрокинул голову и засмеялся. Внезапно и похоже искренне — его худые плечи вовсю тряслись.
— Япь, Рил-тап, — выдохнул он, утирая глаза. — Сдать тебя кому? Этим ублюдкам-мясникам?.
Он произнёс это так, как имя бывшего партнёра, который увёл клиентскую базу и обнулил совместный счёт. От запаха эльфа полыхнуло чем-то резким — злость. Настоящая и яростная. У них определённо было что-то личное.
Он достал из-под прилавка початую бутыль. Плеснул себе ещё. Выпил.
— Забираю оба, — сказал уже спокойнее, хлопнув ладонью по прилавку рядом с браслетом. — И вот что ещё.
Эльф наклонился вперёд, упёршись руками в стойку.
— Притащишь мне ещё хотя бы четыре штуки с таким клеймом — получишь постоянную скидку до конца твоей жизни, — улыбнулся он.
Пальцы разжались на рукояти ножа. Зверь отпустил пружину.
— Постараюсь, чтобы мои дни длились достаточно долго, — я позволил себе усмешку. — Ровно настолько, чтобы пустить твой бизнес по миру из-за этой скидки.
Владислав фыркнул. Плеснул себе снова. Этот парень точно когда-нибудь допьётся до цирроза. Конечно, если эльфы вообще от такого дохнут.
— Ладно, — я качнул головой в сторону полок, забитых склянками и коробками. — Что можешь предложить за оба?