Я спустилась где-то на метр, когда меня настигла паника. Руки помертвели и ослабли. Перевязанная рука плохо удерживала веревку, и та слишком быстро проскальзывала через тормозное устройство. Я врезалась в бетонную стену. Ноги беспомощно искали опоры. Чудом прекратила скользить вниз и зависла, вцепившись в веревку и упираясь ногами в стену. Я прислонилась лбом к веревке. Мои костяшки белели в полумраке. Руки горели. Веревка немного скользнула вверх. Я взвизгнула и посмотрела на свои болтающиеся ноги.
Зря.
Вот чуть ниже заканчивается веревка, а дальше – сотни метров пустоты. Над моей головой раздался громкий скрип. Я посмотрела вверх. Сердце заколотилось. Это перетиралась о край веревка? Это ломался карабин? Назад пути не было. У меня никогда в жизни не получилось бы вытянуть себя обратно: слишком слабая хватка и слишком мало сил. И времени.
– Давай, Кейт, – прошипела я.
Не переставая дрожать всем телом, я стала неумело шагать вниз. Веревка резала мне ладони, колени тряслись, пальцы ног свело от напряжения. Я остановилась. Сглотнула. И продолжила спуск.
Чтобы не сойти с ума от страха, я стала думать о Марке. О его голосе в телефонной трубке и о том, какое это невозможное чудо, что он жив. Потом мне вспомнилось, как он врал и как дал мне жить пятнадцать месяцев с мыслью, что он мертв, и из глубины души вынырнула жаркая злость. Я любила его, но в ту минуту это не мешало мне его еще и ненавидеть. Потом мои мысли перескочили на Люка, на пустые от страха глаза, которыми он смотрел на меня из лифта, и во рту появился привкус желчи.
– Давай, Кейт, шевелись.
Нога опять сорвалась. С криком я вцепилась в веревку мертвой хваткой. Я лягалась. Меня разворачивало и прокручивало. Я нашла опору. И продолжила спуск. Мучительно, сантиметр за сантиметром, веревка с шумом проходила сквозь тормозное устройство, пока наконец я не приблизилась к отверстию над реверсом дверей подо мной. Я пыталась нащупать ногами край выемки. До светящейся ручки оставался примерно метр. Веревка в моих руках мелко задрожала. Скуля от усталости, я опустилась еще немного. Теперь я оказалась примерно напротив центра верхней панели двери. Покрепче сжав веревку там, где она выходила из тормозного устройства, я разжала вторую руку и попробовала схватиться за ручку. Промахнулась. Меня повело по кругу. Я врезалась корпусом в двери. Попробовала еще раз, еще раз и снова промахнулась. В голове била в барабаны паника. Я вцепилась в веревку двумя руками, обвязка больно врезалась мне в бока. И посмотрела вниз. Горло перехватило от ужаса. Я не могла заставить себя отнять руку от веревки. Но моя правая нога была совсем близко к ручке. Я думала, что дотянусь. Вытянувшись, я попыталась пнуть ее. Не получилось. Мне не хватало пары сантиметров. Я стиснула зубы и выпустила еще несколько сантиметров веревки. Меня развернуло спиной к дверям. В животе как будто образовалась невесомость. Трясущиеся руки едва не выпустили веревку. Локти все еще болели и не желали принимать на себя вес с тех пор, как Джоэль заломил мне за спину руки. Все суставы будто кричали от боли. Лягаясь и барахтаясь, я наконец смогла развернуться к дверям лицом. Напрягла пресс и, используя ноги, раскачалась, как маятник. Вытянутыми пальцами ног я сумела достать до ручки. От моего пинка она отскочила в сторону.
Двери слегка приоткрылись, и в темную шахту пробился луч света. Взвизгнув от радости, я всунула в щель пальцы ног, потом ступни, раздвигая ноги как ножницы.
Зазор расширялся. Не до конца. Но должно было хватить.
Верхнюю часть моего тела разворачивало и опрокидывало назад. Я боролась с силой тяжести, стараясь перегнуться вперед и одновременно протиснуть ноги как можно глубже в зазор. Получилось только с одной ногой. Вторая болталась в воздухе, пока мне не удалось оседлать нижнюю панель двери.
– Нет!
Силы оставили меня. Руки соскользнули. Веревка полетела сквозь тормозное устройство. Я дернулась вперед, пригибая голову. Я задела лбом верхнюю панель двери, а нижняя подалась вниз под моим весом.
Я рухнула на грубый бетон, больно ударившись подбородком, ладонями и коленями. Руки шарили в поисках опоры.
Я лежала, раскинувшись как морская звезда, не смея пошевелиться, как будто была посередине замерзшего озера.
Меня била дрожь. Тело сводило от шока и страха. Сердце колотилось с такой силой, что приподнимало меня над полом. Вокруг не было слышно ни звука, кроме низкого гула машин. Было тепло как в утробе.
Я подняла голову.
Моим глазам предстали металлические трубы и электрощиты, изогнутые алюминиевые панели и гигантские гудящие машины.
А за ними я увидела кое-что еще.
– Мэгги?