Его привезли в Монастырь Спасителя.

Пока машина шла, подскакивая на колдобинах, и Дио трясся на пару с конвойным в темном, пропахшем сеном и мышиным пометом кузове, в кабине текла неспешная беседа. Флегонт благоразумно молчал о том, что случилось с Леком, но не мог удержаться и не похвастать порученным ему заданием. Дио сидел, придерживая дребезжащую канистру, и прислушивался, боясь упустить хоть слово. Сам мехос работал достаточно тихо, но, собранный впопыхах и кое-как не самым умелым из мастеров, он страшно гремел на тряской дороге, заглушая голоса собеседников. Дио мало что понял из услышанного. Узнал только, что человека, который встречал их, зовут Вилор.

Зато конвойный освоился и разглядывал Дио уже без страха, но с плохо скрываемым любопытством. Он, казалось, забыл об автомате в своих руках, и Дио прикинул, что при желании разоружить его будет проще простого. Если в Городе схарматы еще демонстрировали какие-то боевые навыки и действительно напоминали армию, то этот человек, очевидно, вообще не умел драться и обращаться с оружием. Это сквозило во всем: осанке, взгляде, движениях, том, как он положил автомат на колени… Дио смотрел украдкой и пытался представить себе, каково это: расти там, где твоей жизни ничто не угрожает. На это его воображения явно не хватало.

А парень маялся. Дио держался предельно спокойно, не совершал резких движений и избегал смотреть конвоиру прямо в глаза, зная, что подобное будет воспринято как вызов, и тот уверился, что пленник не так уж опасен, как думалось поначалу. А любопытство мучило все сильней.

— Спрашивай, — сказал Дио дружелюбно, когда парень в очередной раз вздохнул и передвинул явно мешавший ему автомат.

— Ты и вправду мертвяк? — спросил парень, нагнувшись ближе и понизив голос до сиплого шепота. Глаза его сверкали от возбуждения, язык облизывал пересохшие губы.

Дио не был готов к подобному. Ему показалось, что новое сердце его пропустило такт, а в ушах зашумело и кровь бросилась к лицу, обдав жаром.

— Нет, — ответил он, с трудом совладав с собой, и почувствовал, какой длинной вышла пауза. — Кто тебе такое сказал?

— Флегонт. — Парень откинулся назад, явно разочарованный. Интерес его к Дио заметно угас.

— Разве я похож на мертвяка? — спросил Дио, боясь ответа.

Парень окинул его оценивающим взглядом, и Дио испытал очень неприятное ощущение. Никто и никогда не смотрел на него так.

— Не-а, — ответил наконец парень. — Но люди брешут, будто бы Лек наловчился мастерить мертвецов, неотличимых от живого человека.

— Я не тварь, — отрезал Дио. Слова его прозвучали глухо.

Дио вглядывался в лицо парня, едва различимое в полутьме кузова, и пытался понять, поверил ли тот ему. Стоило труда сдержаться и не начать оправдываться, доказывать то, в чем Дио и сам все еще не был вполне уверен.

— Что это за место? — спросил Дио, чтобы сменить тему, хоть на минуту забыть о том, что за сердце гонит теперь кровь по его жилам.

— Город, — ответил парень, пожав плечами. — Раньше его называли «спасенным». Но после того как Монастырь Спасителя разгромили, его стали звать «освобожденным». А сейчас это просто город.

— Есть только один Город, — сказал Дио, пытаясь себе представить, как можно называть городом это жалкое скопище деревянных домишек, что он наблюдал из окна вагона.

— Ты про Мегаполис? — Парень снисходительно усмехнулся. — Я слыхал про большое поселение на юге, жители которого считают, будто их город такой один… Городов много, — добавил он назидательно.

«Ты не знаешь, о чем говоришь», — хотел сказать Дио, но вовремя одернул себя. Все это было совершенно бесполезно. Ночь в поезде многое расставила по местам, заставив переосмыслить масштабы мира и свое место в нем. И Дио понимал теперь, что никакими словами не сможет объяснить подобное. Подобное можно только пережить самому…

Парень окончательно расслабился и все чаще смотрел не на Дио, а в маленькое зарешеченное окошечко, сквозь которое жиденьким ручейком затекал в темный кузов свет идущего на закат дня. Дио же пытался прикинуть, как далеко от Города завез его поезд. Ему даже не пришло в голову посмотреть по солнцу, куда они едут — ориентиров вне Города для него попросту не существовало. А теперь выходило, что база схарматов располагалась где-то неподалеку от легендарного Оленьего Ручья, и можно было бы попытаться реализовать план, еще недавно казавшийся ему невыполнимым. Нужно было только узнать, как действует колба с сердцем. Март утверждал, что схарматы смогут достать его всюду. Проверять правдивость его слов не хотелось. Слишком свежо было воспоминание о разрывающей грудь боли. Он боялся, что второго такого раза может просто не вынести. Приходилось признать: события последних дней подкосили его, лишив той невидимой внутренней опоры, что помогала ему держаться на плаву. Он страшно, чудовищно устал. Злость, в которой он всегда черпал силы, теперь лишь отнимала их.

Дернувшись, машина остановилась.

— На выход, — сказал парень буднично, закидывая автомат за плечо и распахивая дверку наружу.

Дио спрыгнул и огляделся. Вблизи монастырь Спасителя выглядел не так впечатляюще, как из окна вагона. Стали четче видны следы разрушений и пестрые, кое-как положенные заплаты в каменной кладке стен. Просторный двор, замощенный некогда камнем, теперь был разрыт. Высокий земляной вал огораживал большую его часть. Это укрепление, оставившее свободной лишь узенькую полоску земли по-над стеной, идущей от ворот к большому зданию в дальнем конце монастыря, выглядело по меньшей мере странно. Дио даже представить себе не мог, кому и зачем понадобилось подобное сооружение за крепостными стенами. Будто обитатели монастыря собирались защищаться от чего-то, притаившегося внутри.

— Я не вижу, чтобы что-нибудь изменилось, — голос Флегонта, когда тот вылез из кабины мехоса, звучал раздраженно.

— Зима близится, — Вилор отвечал с ленцой и как бы нехотя, — сперва урожай, потом лесозаготовки. Город забрал много людей на работы.

— Что значит «забрал»? — Флегонт взвился. — Что значит «забрал»?! — Схармат оперся о крышу кабины. Колбу, которая, очевидно, весила немало, он поставил на капот и теперь придерживал ту ладонью. Дио отвел взгляд. Ему было больно смотреть на то, как бьется кусок мяса, бывший некогда его сердцем.

— Флегонт, — тон Вилора стал резче, — я не только руковожу исследованием лабиринта, я еще и комендант. Я должен думать о том, что будут есть люди и чем они станут обогреваться.

— Придет зима, земля застынет. Работа встанет окончательно. Мы и так продвигаемся слишком медленно. Сколько людей от корней Тарна прошли лабиринт?

— Достаточно, чтобы понять уже: это ничего не дает! — Злость Вилора прорвалась наконец наружу.

— Конечно, не дает, если вы не продолжаете раскопки! — Флегонт хлопнул ладонью по крыше кабины.

— Полноте, друг мой, — Вилор вдруг пошел на попятный. Лицо его снова стало расслабленным и благодушным. — Мы целиком раскопали два сектора в это лето. Согласись, это не так уж мало.

— Мало, — Флегонт не собирался так просто уходить со взятой позиции, но и он подостыл чуть. Негодование в его голосе сменилось брюзжанием ворчливого старика. Дио с интересом наблюдал за перепалкой, гадая, куда клонит Вилор. Ответ не заставил себя ждать.

— Почему же? Это дало семипроцентное увеличение мощности! Да пойдем, посмотришь все сам, — Вилор шагнул навстречу, широким приглашающим жестом указав на земляной вал.

— Что? Прямо сейчас? — Флегонт бросил быстрый взгляд на Дио, и его пальцы крепче впились в округлый бок колбы.

— Ну а чего ждать? — обойдя капот, Вилор подхватил схармата под локоть. — У нас все готово. На вечер запланированы очередные испытания. Хочешь, возьмем твоего человека, посмотрим, как приборы реагируют на него?

— Да! — Флегонт загорелся идеей. Глаза его лихорадочно заблестели, а Дио ощутил нарастающую тревогу. — Снимем показания. Тогда уже сегодня я смогу отослать результаты Леку. А потом начнем готовиться к испытаниям. Вперед! — Флегонт приподнял колбу с сердцем обеими руками, и Дио понял, что выбора у него нет.

Парень снял с плеча автомат, качнул дулом, указывая направление движения. Они пошли к насыпи. Приостанавливаясь чуть, Дио чувствовал ствол, утыкающийся ему в спину. Можно было бы легко разоружить конвоира, но тех секунд, что понадобились бы на то, чтоб расправиться с парнем, Флегонту вполне хватило бы, и Дио решил выжидать случая.

Земляные валы, насыпанные совсем недавно, не успели еще порасти травой. Укрепленные камнями, вывороченными прямо из мостовой, они круто взбегали вверх. Деревянные конструкции по типу пандусов предназначались, вероятно, для тачек, изрядное количество которых было брошено здесь же, у основания вала, но было заметно, что работы действительно не велись уже давно. Куча земли с воткнутой в нее лопатой успела покрыться сухой коркой и пойти сетью крупных трещин. Даже недавно прошедший дождь не смог размочить этот ссохшийся земляной ком.

На самом валу помимо деревянного настила был сооружен длинный, узкий сарай, занимавший изрядную его часть. Они шли туда.

— Этот ваш человек, он от корней Тарна? — Вилор говорил громко, не боясь быть услышанным, и Дио почувствовал глухую, давящую злость. К нему относились как к бессловесной скотине, которую можно не принимать в расчет и не обязательно звать по имени.

— Нет, но он может служить проводником. Я сам видел, как он перенаправляет потоки силы.

— Тогда, боюсь, ничего не выйдет, — сожаление в голосе Вилора было поддельным. — Куда он станет перенаправлять энергию? На что? Кровь людей от корней Тарна, как стрелка компаса, ведет к их прародине. Случайный человек не откроет лабиринта. Голос предков должен быть очень силен. Даже люди от корней Тарна, хранящие чистоту крови, не в силах пока сделать этого, а вы хотите пустить туда безродного бродяжку из Мегаполиса.

Дио затылком видел, как Вилор сокрушенно качает головой, но у Флегонта хватило ума, а может, природной осторожности, чтобы не проглотить наживку, не проболтаться о едва не начавшемся на арене сдвиге. Этим людям был нужен управляемый сдвиг. Дио окончательно уверился в этом еще в цехах металлургического завода, когда увидел на конвейере тела Мародеров — единственных существ, отваживавшихся жить в постоянном соседстве со сдвигами. Дио легко мог представить себе, какую власть получит тот, кто научится управлять внезапно возникающими пробоями меж реальностями. Если хотя бы половина из того, что рассказывали о сдвигах, было правдой, такой человек получил бы неограниченный доступ к ресурсам, возможность мгновенно перемещаться в пространстве и даже меж пространствами.

Дио не мог бы сказать, что он управляет собственными перемещениями, но даже возможность пройти иногда по грани миров давала ему огромное преимущество, позволила стать лучшим из охотников на тварей… Эти люди собирались использовать его способности, чтобы открыть какой-то лабиринт. Судя по тому, что успел наболтать Флегонт, ключ к лабиринту мог послужить ключом к темнице, в которой томился их Великий Схарм. Дио понял, что решительно не желает участвовать в этом. Нужно было как можно скорее разобраться с сердцем и бежать к кудесникам из Оленьих Ручьев. Других альтернатив он просто не видел.

Погруженный в мысли, Дио не сразу заметил, что почти достиг вершины вала, и лишь порыв ветра, резко ударивший из-за гребня прямо в лицо, заставил его вскинуть взгляд. Он невольно прибавил шагу, спеша разглядеть то, что мельком видел из окна поезда. Стены выше человеческого роста, сложенные из белого некогда камня, проведя много лет под землей, приобрели грязноватый горчичный оттенок, лишь на самом верху сохранив свой первозданный цвет. Переплетение узких коридоров занимало все обозримое пространство вплоть до противоположной стены монастыря. Накрытый сверху частой металлической сеткой, лабиринт контролировался еще и четырьмя наблюдательными вышками, воздвигнутыми по периметру. В центре всей этой конструкции возвышался какой-то шест.

— Где те два сектора, что вы успели отрыть? — спросил Флегонт, поднявшись и став поодаль. Схармат ни на минуту не забывал о колбе в своих руках и избегал подходить к Дио слишком близко. Это внушало надежды. Если Флегонт боялся, значит, власть его была не безгранична.

— Вот, — Вилор с готовностью указал в сторону каменной башенки, возвышавшейся в самом дальнем конце двора. — Раскопки еще не завершены, но мне кажется, лабиринт простирается за пределы монастырских стен. Надеюсь, когда мы отроем его полностью, поток энергии увеличится и машина начнет работать на полную мощность.

— Такими темпами мы не отроем его никогда. — Близоруко щурясь, Флегонт всматривался в указанный участок. — Ладно, — он наконец отчаялся разглядеть что бы то ни было, — давайте уже поскорей приступим. Дел еще невпроворот.

Конвоир толкнул Дио ладонью в плечо, приказывая разворачиваться и идти к сараю. Стоило труда сдержаться и не сломать ему руку. «Рано, рано, рано», — уговаривал себя Дио, всеми силами пытаясь не сорваться.

Сарай этот, несмотря на свою примитивную форму, был сработан на совесть. Собранный из бревен, укрытый односкатной крышей, он смотрел на лабиринт большими застекленными окнами с двойными рамами. Отсюда можно было наблюдать все творящееся внизу, не боясь ни морозов, ни непогоды. Дио оценил толщину стен, когда проходил сквозь небольшую калитку в воротах этого сарая. Заметил и характерные следы на дощатом настиле вала: через эти ворота в сарай достаточно часто завозили объемные и тяжелые грузы. Колеса мехосов выкрошили полотно досок, и поврежденное дерево подгнивало, двумя черными полосами обозначив след колеи.

Обстановка внутри точь-в-точь копировала обстановку той комнаты, в которую Март водил Дио перед боем. Не хватало лишь массивного кресла по центру, все остальное присутствовало в полном объеме. Приборы непонятного назначения, табло, реле, экраны, провода и даже трое схарматов в своих балахонистых одеяниях с глазом Схарма, намалеванном на груди. Они возились с приборами, а рядом, присев на самый краешек стула, скучающе разглядывал помаргивающие огонечки машин человек, одетый в кожаную куртку грубой выделки и широкие полотняные штаны. Он вскочил, как только увидел Вилора. Пригладил пятерней растрепанные светлые вихры. В глазах его плескался испуг.

Дио шагнул в сторону, став у дверей так, чтобы по возможности видеть все происходящее в комнате. Его конвоир встал рядом. Ствол автомата смотрел на Дио, но сам парень, разинув рот, оглядывался по сторонам. И без того тесное пространство сарая, заставленное громоздкими корпусами приборов, давало шанс подобраться к Флегонту достаточно близко, чтобы попытаться отнять у него сердце. Дио собирался использовать этот шанс.

— Сиди, — Вилор едва взглянул на вскочившего ему навстречу человека, прошел мимо, к приборам, и тот, отвесив неловкий полупоклон, поспешил вновь опуститься на краешек стула.

Флегонт замер на пороге, часто моргая. И пока он стоял, адаптируясь к полумраку помещения, пытаясь сориентироваться в незнакомой обстановке, Дио начал действовать. Он шагнул в сторону, уходя с линии огня, и одновременно дернул дуло автомата вниз, вырывая оружие из безвольных пальцев. Автомат легко скользнул в ладонь, ремень соскочил с плеча. Разворачиваясь, Дио успел заметить изумленные глаза парня и его приоткрывшийся рот. Он ударил прикладом под подбородок, услышал, как громко клацнули зубы, и обернувшись, увидел Флегонта, глядящего ему прямо в глаза. Не думая, Дио кинул автомат ему, крикнув «Держи!», и схармат разжал пальцы, выпустив колбу с сердцем из рук.

Та рухнула на деревянный настил, приземлившись прямо на тяжелое металлическое основание. Жидкость внутри плеснула, издав булькающий звук. В следующий момент Дио почувствовал резкую боль в затылке и упал на пол, полностью отключившись.

Он очнулся всего через несколько секунд, но и этого оказалось достаточно, чтобы ему скрутили руки. Кто-то навалился сверху, безжалостно выворачивая локти из суставов и захлестывая их ремнями. Дио рванулся, но был тут же прижат к полу.

— Держи его! — взвизгнул Флегонт, окончательно забывший от страха, что и сам способен при желании остановить Дио.

— Да держу же, — ответили ему, и Дио понял, кто повалил его наземь. Это был тот самый человек, что сидел так робко на стуле, что вскочил с такой поспешностью и которого Дио совершенно не принял в расчет. — Не извольте беспокоиться, — продолжил тот. — Меня медведь ломал, не заломал! И этого удержу уж как-нибудь.

Другие руки опустились на плечи, прижимая к полу, кожаный ремень проскользнул наконец в петлю и затянулся с коротким свистом, когда кожа скользнула по коже. Человек, всем своим весом впечатавший его в деревянный настил, поднялся наконец, и Дио почувствовал, что может вздохнуть. Грудь болела так, будто у него были переломаны ребра. Дио попытался перевернуться на бок и зашелся в кашле. Его подняли, подхватив с двух сторон под руки, поставили на ноги. Вилор, едва не впервые, смотрел Дио прямо в глаза.

— Однако, Флегонт, — сказал он, не спуская глаз с Дио, — резвый у тебя парнишка.

— Зато твоя охрана не отличается расторопностью, — схармата все еще трясло. Он все еще держал в руках автомат, очевидно, не представляя, что с ним теперь делать, и руки его заметно дрожали.

— Позвольте, — сказал светловолосый, аккуратно вынимая оружие из рук Флегонта, и тот охотно отдал его.

Забрав автомат, человек бросил короткий взгляд на парня, сидящего на полу и пальцем пересчитывающего остатки зубов в заполненном кровью рту, и перекинул ремень через плечо. Дио пристальней всмотрелся в его лицо, запоминая. Едва не впервые в стане схарматов ему встретился действительно достойный противник, не понаслышке знающий, с какой стороны нужно браться за нож. Человек ответил ему прямым, ничего не боящимся взглядом. Дио пытался и не мог понять, как это отсутствие страха в глазах могло сочетаться с той предупредительностью, готовностью служить, которую этот человек демонстрировал постоянно.

— Присмотри за ним, Иван, — сказал Вилор, вновь отходя к приборам, и светловолосый кивнул. Он стоял расслабившись, глядел внимательно, но Дио прекрасно понимал: шанс был упущен и второго ему не предоставят.

Вилор щелкал тумблерами, смотрел, как колеблются стрелки приборов. Флегонт с трудом поднял колбу и взгромоздил ее на лавку у стены. Сел рядом, устало облокотившись об округлый бок. Забившиеся в угол схарматы потихоньку вернулись к своим занятиям, стараясь, однако, держаться подальше от Дио.

— Дохлый номер, — Вилор медленно крутил круглую ручку верньера, щелкавшую при переходе с деления на деление. Стрелки прибора рядом вздрагивали, но каждый раз возвращались на ноль. — Стоило тащить его сюда? Он абсолютно бесполезен. Приборы даже не реагируют на него. Вы могли проверить это на месте.

— Мы проверяли, полный ноль, — вынув большой белый платок, Флегонт отер взмокший лоб, — но когда он вышел на арену… — по плечам схармата прошла невольная дрожь, и он замолчал, уставившись в пространство невидящим взглядом.

— Что? — спросил Вилор, глядя пытливо.

Флегонт вскинул испуганный взгляд. Провел языком по губам.

— Там что-то было. Машина записала всплеск. Довольно мощный всплеск на грани пробоя. Я привез перфоленты.

— Мы его лабиринтом скорее прогоним, чем обработаем твои бумажки, — Вилор смотрел безо всякого выражения во взгляде, и его глаза странным образом напомнили Дио глаза леканов. — Давай, Флегонт. У нас все готово. Мы даже можем устроить ему арену. Выпустим на прогулку парочку волков? Я хочу на это посмотреть.

«Он хочет меня убить, я мешаю ему своим появлением», — понял Дио и тут же услышал, как Иван снимает автомат с предохранителя. Вилор даже не шелохнулся. Он смотрел на Флегонта. Дио просто видел, как колеблются чаши весов и как нехотя перевешивает только что пережитый страх и давняя затаенная ненависть. Флегонт отрывисто кивнул, соглашаясь. Дио перевел взгляд. Белобрысый стоял, вскинув оружие к плечу и держа палец на спусковом крючке. Он смотрел на Дио сквозь прорезь прицела, и этот взгляд был красноречивее любых слов: «Даже не думай», — говорил он.