Варьеги опять вломились в камеру всем своим выводком. И было похоже, что они явились теперь уже не издеваться над людьми, а только получать удовольствие. Потому что не стали причинять сильную боль, а лишь деликатно прошлись прикосновениями под мышками своих жертв, как бы напоминая, что клиенты прибыли и пора приниматься за работу.

Вот только заключенные на этот раз повели себя совсем по-иному. Алексей устроил Зиновия у себя на груди, привязав полами тюремной куртки, и просто стоял у самой решетки. Когда демоны пощекотали его в первый раз, он тут же подошел к невидимой щели и наклонился над ней, показывая, что хотел бы туда залезть. При этом он распространял вокруг себя эманацию удовольствия. Но недолго, всего лишь парочку минут. Затем вновь вернулся к решетке.

Во второй раз демоны попытались пощекотать людей посильнее, но опять все повторилось по прежнему сценарию: демонстрация намерения залезть в щель, небольшая порция удовольствия и степенный отход на прежнюю позицию.

Вот тут уже варьеги разозлились не на шутку. Держащийся за шею сокамерника Зиновий удивился:

– И как это они собственные удары выдерживают? Мне кажется, эти идиоты так ничего и не сообразят и просто поубивают друг друга.

Но Алексей в течение двух часов с завидным постоянством только и делал, что выжидал пяток минут возле решетки, потом на пять минут склонялся над щелью и щедро посылал удовольствие в параллельный мир. А потом резко прерывал эманации и возвращался к решетке.

И только на третьем часу, когда казалось, что до тупых и слепых кротов так ничего и не дойдет, Зиновий осторожно прошептал:

– Мне кажется, их тут осталась только парочка, если вообще не одна особь.

– А куда делись остальные?

– Сиганули в щель.

Алексей облегченно вздохнул:

– Может, тогда присядем? Меня уже ноги не держат.

– Ага. Как раз самое время: слышишь, охранник топает?

– Конечно, теперь у них есть повод повеселиться, – прошипел иномирец и одним движением подкинул коротышку на его верхние нары. – Но теперь им обломится.

– А если щекотать начнут?

– Пару минут выдержу, а потом потрясу наше лежбище.

Как ни странно, варьеги людей пока не трогали. Охранник на цыпочках прокрадывался в самый конец коридора. Видимо, ему тоже хотелось стать очевидцем того зрелища, которое сподобилось наблюдать вчерашнему сменщику.

Только вот, увы, оба зэка сладко спали. Тяжело вздохнув, охранник поплелся назад, в дежурку. И, как он потом слезно утверждал, ничего подозрительного не заметил.

После его ухода Зиновий спрыгнул с нар и нагнулся к напарнику:

– Они уже все вернулись!

– Чем занимаются?

– Вроде как копошатся возле щели. Может, расширяют?

Алексей уселся на нарах и авторитетно заявил:

– Если они догадались принести сеть-потайку, то расширять отверстие не надо. И так протащат что угодно.

– Так чего нам ждать?

– А давай-ка, дружище, опять привяжемся, да покрепче. Не хватало, чтобы мы потерялись в тех мрачных подземельях.

Только Алексей успел привязать к себе коротышку тюремной курткой и вернуться на выбранную позицию у решетки, как Зиновий зашептал:

– Легко так к нам прикоснулись. Словно за собой зовут…

Алексей решительно выдохнул и спросил:

– Не боишься?

– Еще как боюсь! Потом от стыда повешусь, если обмочусь.

– Не смей! Вместе пострадаем. Закрой глаза и дыши спокойно. – Иномирец еще раз выдохнул. – Ну, в путь!

Затем, неся на себе коротышку, подошел к невидимой щели и улегся боком на пол под самой стеной. В следующий момент свет вокруг померк. Тела сокамерников мягко качнулись, потом плотно обжались невидимой сетью, и они словно ухнули в бездонную яму.

Стараясь не стучать зубами от нервной дрожи, Алексей пробормотал:

– Прощай, постылая тюрьма!

И в ответ услышал над ухом притворное хныканье Зиновия Карралеро:

– Здравствуй, неизвестное рабство!