— Он здесь. — Выдохнул я, открывая глаза. Чтобы справиться с накатившей яростью мне пришлось взяться за край стены, и камень потрескался от давления. — Наконец-то!

— Регент Императора. — Проговорила Джи, мгновенно поняв о ком речь. — Вот теперь начнется настоящая война. Если немедленно не отступим, эта схватка окажется последней либо в его жизни, либо в нашей.

— Меня это полностью устраивает. Мы остановим войска Империи демонов здесь! — с противоположного берега фигурка трехметрового парового доспеха казалась не больше ногтя, но я был на сто процентов уверен, он смотрит именно на меня. Дьявол. Как же хотелось немедля спуститься и вогнать ему двуручный меч в голову, по самую рукоять.

— Объявить всеобщую тревогу? — спросил с беспокойством Вольха.

— Нет. В этом нет нужды. Лишившись флагмана и пары бомбардировщиков, они не смогут нам навредить ничем, кроме обстрелов. Холмов на противоположной стороне нет, мы на возвышенности, так что у нас выигрышная позиция. И пусть собственной артиллерии у нас почти нет — с их угрозой мы справимся.

— А я бы так уверена не была. — Мрачно сказала Буланская, показывая на несколько толстых столбов дыма, идущих за ближайшим леском. — Могу поспорить, они там не костры жгут. А до них около километра. Что может столько гари пускать?

— Паровые танки. Неужели один из монстров все же добрался до наших рубежей? — ответить мне было некому. Прошляпить десятиметровую стальную махину, чадящую так, что ее видно больше чем за километр, практически невозможно. И все же разведчикам это удалось. — Если это одна из движущихся крепостей, то она будет под нами через полтора, максимум два часа. И нашими пушками ее броню с такого расстояния при всем желании не пробить.

— Опять вылазка? — спросила, закусывая губу, Малуша. — Может стоит пустить вперед Омегалона? Я сумею справиться с любой угрозой.

— Вот только снесешь наши же укрепления. К тому же там не один дым, а около десятка. Что гадать? Джи, запусти вызванного шмеля для разведки.

— Уже попыталась. — Мрачно ответила Буланская, массируя виски. — Чернокнижники взяли под контроль все небо. И управляет ими явно кто-то очень сильный и умелый. Как бы мы не получили марионеток обратно в боеспособном состоянии и своим ходом. Если Вейшенг здесь, это вполне реально. Не даром он является ректором академии и магистром Души.

— Не важно, кто здесь еще. Главная угроза — Рейнхард. — Отрезал я. — Без его управления войско демонов обречено. Победим его и можно распрощаться с вторжением. Их танки не смогут пересечь реку, а значит, им придется атаковать с противоположного берега. Мы можем разместить пушки на самых высоких башнях, так чтобы они гарантировано оказались вне зоны поражения, и затем обстреливать врага с безопасного расстояния.

— Немедленно исполним. — Кивнул оборотень. — Мои братья докладывают, что сумели отравить несколько складов с продовольствием и залить водой бочки с алхимическим порошком. Всего несколько складов, но теперь противнику будет сложнее нормально биться.

— Погоди, почему залили водой, а не взорвали? — удивился я, Вспоминая, какие разрушения принесли всего несколько бочек с алхимическим порошком при диверсии у Новыша. — Так же эффекта было куда больше? Можно одним разом уничтожить сразу почти все запасы и одновременно убить или покалечить множество солдат врага!

— Вот только тогда моих братьев бы обнаружили и поняли, что по лагерю шастают чужие. — Чуть наставительно произнес Вольха. — А так. Зима. Мало ли, где в бочку воды натекло? Зерно имеет свойство отсыревать и гнить. На нас никто не подумает. А еще, пока суматоха, они ходят и режут палатки. Ночью из дырявых шатров теплый воздух выходит куда быстрее, а спать на морозе южане не привыкли. Пара ночей — и болезнь обеспечена.

— Хитро. — Пришлось признать мне. — Но ты думаешь на дальнюю перспективу. А у нас все может решиться уже сегодня.

— Как бы твой прогноз не оказался слишком медлителен. — Сказала Джи, ткнув пальцем в небо. — Они возвращаются. Всем скопом.

— Вашу мать. — Не сдержавшись, я выругался сквозь зубы. Дирижабли шли на низкой высоте, ни то не в состоянии подняться выше, ни то специально снизившись. — Какого черта происходит? Почему они так низко идут? Понятно же, что мы их при таких раскладах расстреляем?

— Не знаю, но лучше подготовиться. У нас осталось еще пять пылающих зарядов, если будем координировать канониров с помощью вызванных птиц, сумеем попасть минимум два раза. — Не слишком уверенно заявила Буланская. Кивнув, я наблюдал за тем, как медленно приближаются дирижабли. На расстоянии около километра они зависли, явно чего-то дожидаясь, и, только когда дымы за лесом приблизились почти к береговой линии, и стал слышен треск выкорчевываемых деревьев, тронулись вперед, все время ускоряясь.

— Приготовить пушки! — скомандовал я, помечая через интерфейс самый крупный из дирижаблей. — Возвышение сто двадцать, упреждение десять, ветер восточный двадцать!

Божественная система и здесь была главным подспорьем. Магия брала знания прямо из голов тысяч верующих по всему миру. И чем они ближе находились, тем скорее шел обмен и вычисления. Именно благодаря этой особенности даже неопытный лучник, благословлённый Светом, мог попасть в мишень с двухсот шагов. А уж если на твоей стороне не только знания, но и вера людей, предающая сил.

— Думаю, придется вмешаться самому. — Нехотя признал я, посчитав количество судов противника. Повинуясь мысленному приказу, доспех раскрыл правую ладонь. Десятки зеркал, словно бутон мака, окружали сквозную щель, идущую к моему собственному запястью. Дварфы хорошо постарались, переделывая паровой доспех под индивидуальные нужды. Хоть это и стоило огромных затрат по времени, но только так я мог использовать собственное магическое искусство, не снимая стальных рукавиц.

Придерживая левой рукой правую, я вдохнул полной грудью и приказал Пламенному ордену начать молитву. Заемная сила от нескольких сотен верующих огнем разлилась по ангельским жилам. Пульсируя в висках, она у меня чуть не из ушей выплескивалась, и более подходящего времени для создания заклятья не нашлось.

Резак! — многократно усиленный, концентрированный луч ударил по одному из катеров. Я помнил опыт предыдущего столкновения и бил не по крупным дирижаблям, в которых жесткая конструкция внешнего шара лишь прикрывала тысячи небольших пузырей, а по идущим во флотилии полужестким и мягким дирижаблям.

Расстояние до них чуть больше километра по прямой, и рассеивание луча оказалось не столь критично. Третий глаз помогал направлять движение рук, сужая круг прицела до крохотной точки. Одним росчерком кисти я распорол ткань, и два передних катера резко пошли вниз. Оставалось еще двенадцать. Но когда я один за другим выжег пять катеров, рука перегрелась. В воздухе остались только бомбардировщики жесткой системы, и они продолжали медленно снижаться.

— Как только пушки будут готовы, открывайте огонь! — приказал я, с сожалением глядя на раскалившуюся до красна ладонь. Магия не давалась просто так. За все приходится платить. Продержи я луч секундой больше, и кисть выгорела, а рука вышла бы из строя на несколько дней. Допустить такое, когда главный враг стоит у ворот — немыслимая глупость.

— Смотрите, что за чертовщина? — проговорила Джи, показывая на бомбардировщики. — Что происходит?

Творилось и в самом деле нечто странное. Державшиеся до этого момента кучно дирижабли разошлись в стороны и резко сбавили ход. Все, кроме одного. Гигантское воздушное судно, резко набирая обороты двигателя, неслось вниз. Не сноси его ветер — оно бы двигалось прямо на меня. А так должно оказаться… я прикинул расстояние. Черт подери да он несется прямо на стену! Они что? Самоубийцы? Зачем такое делать, разве что…

— В сторону! Всем убраться со стены! Бегом! — заорал я что есть мочи, дублируя приказ через интерфейс. — Быстрее!

Подхватив Джи и Малушу, я спрыгнул на этаж ниже, а затем еще и еще, перелетая за счет усиленных конечностей лестничный пролет и даже не прикасаясь к ступенькам. Гады подсмотрели трюк с дополнительными шарами и объединили все свои усилия для того, чтобы доставить к месту назначения единственный корабль. Но что может быть столь тяжелым, чтобы его тащили на себе семь бомбардировщиков? Ответ мне крайне не нравился, и я постарался убраться от стены как можно дальше. И не зря.

Дирижабль врезался в стену Рубежа, прошла секунда, и прогремел взрыв. Шар пламени поднялся над городом. Ударная волна снесла смотровые вышки и несколько башенок. Развалила деревянные дома по бревнышкам и сорвала крыши. Даже несмотря на мое предупреждение, десятки бойцов умерли на месте мгновенно. Сотни навсегда лишились слуха и получили тяжелейшие повреждения внутренних органов. Почти все войско, занимавшее позиции рядом с взрывом, оказалось контужено.

Но если людей на этом участке еще можно было заменить, то восстановить укрепления за короткий срок никому не под силу. В десятиметровую воронку, оставшуюся на месте стены, уже залилась вода от реки. В огромном проеме виднелся противоположный берег с ликующей армией врага. Они отомстили за уничтожение флагмана и гибель своих солдат. Теперь ни у кого сомнений не останется — это противостояние окажется быстрым. О неделях осады тут и думать нечего.

— Всем обратно на стену! Раненых к магам, мертвых на пустырь для захоронения! Не стоим на месте! Не стоим! — крикнул я, прикидывая объем потерь. Выходило, что за одно мгновение я лишился не только значительной части укреплений на самом ответственном участке, но и огромного количества бойцов. — Морфы, ко мне! Прикроем провал!

Опустив девушек на снег, я подбежал к зияющей в стене дыре, через которую было прекрасно видно противоположный берег. Боевые собратья Вольхи и дракониды Крега вставали за моей спиной нестройными рядами. Рыцари-морфы, все как на подбор, гиганты почти вровень со мной, а я ведь был в паровом доспехе! У каждого по башенному щиту и двуручному молоту или мечу, которые эти гиганты спокойно использовали и одной рукой.

Тощие порождения Вольхи, морфы-оборотни, закованные в полные латы и твердые внутри настолько же, как и снаружи. Под броней из стали они прятали толстый слой хитина, внутри которого вились мышцы прочнее железной проволоки. Почти не убиваемые обычным оружием они были готовы броситься в любой бой и выйти из него победителями.

Вот только врагу было чем ответить. Продавливая толстыми гусеницами землю берега к реке выполз гигантский танк. Несколько секунд он покачивался на возвышении, а затем пополз вперед и, подняв фонтаны брызг, рухнул в воду. И… я даже не поверил своим глазам — поплыл.