— В данный момент мы укрепляем позиции по всему фронту. — Сказала уставшая, а потому раздражительная и резкая, Малуша. — Крестьяне работают неохотно, земля слишком твердая, но нам все равно удалось обезопасить берега на несколько километров вверх и вниз по течению. В основном смотровыми вышками и патрулями. Так что теперь незамеченными высадиться имперцы не смогут. Также дриадам удалось разбудить несколько десятков энтов, прятавшихся в лесах…

— Что совершенно бесполезно против пушек и дирижаблей. — Заметил с сожалением воевода Новыша. — Магические твари хоть и сильны, да только в рукопашной.

— И поэтому мы оставили их в рощах у воды. — Оборвала рассуждения эльфийская княжна. — Мы демонстративно показались разведчикам врага, так что теперь они в курсе о значительной магической и боевой мощи в ключевых местах и особенно удобных заводях. Но этого, конечно, не хватит, чтобы спокойно оставить рубежи.

— Нужно воздушное прикрытие. — Понимающе кивнул я. — Единственная причина, по которой боевые дирижабли противника еще не бомбят город — опасаются повторения истории с их флагманом. Но стоит им узнать, что я покинул Новыш и отправился в столицу, налет гарантирован. Какие будут предложения?

— У нас на все укрепления одна единственная пушка. — Мрачно заметил воевода. — Если даже поднять ее на самую высокую башню — не уверен, что это спасет нас от вторжения.

— Сто процентов что не защитит. Боюсь, придется опять прибегнуть к помощи Фифайзенов. И разделить войско драконидов. — Признал я, откидываясь на спинку трона. — А ведь мне хотелось сохранить их существование в тайне до решающей битвы. Но если моя страна не в состоянии защитить крупнейший речной порт, то в дальнейшем можно забыть о экспансии на юг.

— Значит, придется прибегнуть к помощи Эвы. — Недовольно поморщилась Малуша. Она вообще недолюбливала моих фавориток. Как и любая нормальная женщина. И если Джи княжна признавала равной, то с остальными отношения выстраивались по остаточному принципу. Буланская же вообще никого даже соперницами не считала. Ведь она старший демон, а значит, бессмертна, и сколько бы не прожили остальные жены, их век имеет предел. И только вместе с Джи мы проведем весь остаток вечности.

— Не гоже отказываться от помощи из-за личной неприязни. — Нахмурившись, сказал воевода. — Какие бы у вас не были прошлые обиды, их нужно отбросить во имя победы.

— Он прав. Тем более, что я не оставлю никого из близких. Пока смерть не разлучит нас. — Улыбнувшись, приобнял я за талию Малушу. — Ксиулан занимается восстановлением дирижабля. Эва морфизмом и тренировкой воинов. Дара ведет стаи волколаков, своих собратьев, к столице. И наконец Мария фон Эрталь, баронесса Сабора, является настоятельницей моего личного Пылающего ордена, почти целиком состоящего из фанатиков.

Каждая из фавориток занимается важнейшим для государства делом, которое требует предельной преданности и тотального контроля. Каждая из них, кроме Марии и Дары, связана с моей душой. Погибну я — погибнут и они. И если у меня еще появится возможность возродиться, когда слепок личности сформируется, то у девушек шанса на бессмертие нет. Вот и получается, что они единственные, кому я могу доверять безоговорочно.

— Как когда-то Лиске? — горько усмехнулась Малуша. — Той, чью душу ты разорвал и, соединив с новой личностью, создал себе ручную демонессу?

— Осторожнее со словами. — Предупредил я дриаду. — Кто из нас без греха? У каждого есть свои сильные и слабые стороны. И мы должны уметь прикрывать друг друга. В этом мире и так слишком мало людей, которым можно доверять. Если обвинять своих близких, можно остаться в гордом одиночестве. А один в поле не воин.

— Прямо как вы, господин? — гораздо веселее заметила Малуша. — Когда вырезаете врага ротами? Скольких убили во время вылазки? А до того, взорвав флагманский дирижабль. Сотни?

— Я исключение, из всех правил. И это не хвастовство, просто мне дозволено больше, чем остальным. К тому же если действовать по уму, то и один сможет сражаться с многими. Но не с армией, которую возглавляют старшие демоны. В последнее время меня особенно радует Макграг со своими разведчиками и диверсантами.

Как бы то ни было. Обороняться сейчас станет проще. Дара обещала пригнать стаи лютоволков в окрестные леса, так что их можно будет оставить на волколаков. А оперативной группы из сорока марионеток хватит, чтобы справиться даже с несколькими сотнями воинов противника на переправе. Пока враг не подтянет новые запасы алхимического порошка — город в полной безопасности. Главное перерезать их линии снабжения.

— Разве этим и не должен заниматься Бладстил? — удивленно подняла зеленую бровь Малуша. — Его отряды сейчас в глубоком тылу врага, он должен справиться.

— У него несколько сотен бойцов, распределенных по всему фронту. А у противника только на этом участке пятьдесят тысяч солдат. Может меньше с учетом предыдущих сражений, но ненамного. Пока враг выжидает поставок провизии и продовольствия и пополняет медицинские роты, мы должны нанести следующий удар, достаточный для победы.

— Как это вообще возможно? — спросил недовольно воевода Новыша. — У нас всех жителей с окрестными селами тысяч двенадцать. С бабами да дитями. А у врага только войска в пять раз больше! Пусть даже крепостницу мы удержим, даже думать о том, чтобы атаковать, глупо!

— Есть один вариант. — Морщась, сказала дриада. — Природа — это не только сильные деревья и урожай, кормящий всех на земле. — Она помялась несколько секунд прежде, чем продолжить. — Отец рассказал мне о проклятье, унесшем больше половины населения в Лесу кошмаров. Именно из-за его возникновения начали убивать детей джиннов. Если оно распространится сверхмеры — могут пострадать сотни тысяч. Все Междулесье окажется под ударом.

— От войны пострадает не меньше. Если есть шанс уничтожить противника без вреда для себя, пока рядом нет магов Жизни — сделай это. Даже если есть риск, что проклятье перекинется на наших воинов. А для того, чтобы пресечь попытки переправы, поставьте несколько ладей на воду. В чаны налейте воды, а поверх них сделайте костры, на которые встанут заряжаться марионетки. И поднимите вверх по течению. Так мы быстрее сумеем добраться до любой точки побережья. Устройте там форт на пару сотен бойцов с пирсом.

— Понял, ваше величество. Все выполним в лучшем виде. — Поклонился воевода, быстро удаляясь. Малуша еще несколько минут стаяла в задумчивости. Ни то роясь в библиотеке интерфейса, ища записи о проклятье, ни то просто обдумывая дальнейший план действий. Поцеловав девушку, я оставил ее наедине с мыслями, а сам спустился в подвал.

— Дорогой! А я думала, ты не хочешь их видеть, пока все не выяснится. — Улыбнулась Джи, совершенно не смущаясь того, что даже лицо ее было забрызгано каплями крови. — Но ты как раз вовремя. Этот кусок мяса сдал нескольких своих подельников из бояр и купцов. В основном по мелочи, разворовывание казны, изнасилования простолюдинок. Но есть и более серьезные проблемы. Целый круг лиц, которые не просто хотят твоей смерти, но и активно ее приближают.

— И почему они еще не висят на крюках рядом с бывшим капитаном стражи? — спросил я, осматривая едва дышащее тело, исполосованное кнутом. — Как ты поддерживаешь в нем жизнь?

— О, ничего сложного. На самом деле на нем только мелкие порезы да десяток сломанных костей. — Пожала плечами демонесса. — Ничего, с чем организм не мог бы справиться самостоятельно. А что до заговорщиков, то тут есть проблема. Большинство из них уже сбежало из города. Видно, слух о том, что капитана стражи взяли, распространился быстрее пожара.

— Ну хоть беспокоиться о бунте не придется. — Облегченно выдохнул я.

— А вот тут мне придется поспорить. — Сказала Буланская, зачерпнув воды из бочки у входа. — Люди недовольны вашим правлением. Его началом. Постоянная война, потери, пожары и приближающийся голод не несут никаких положительных изменений. А уж новость о том, что демоническая Империя своими войсками приближается к самому городу. Народ в панике. Многие считают, что — если вас убить или сдать врагу — их самих не тронут.

— Наивные. — Хмыкнул я, глядя на бывшего капитана стражи. — Не понимают, что только вместе, единым государством, мы сможем выстоять против Императора и его прихвостней.

— Они просто хотят мира и не хотят за него сражаться. Это нормально для человека, который не видит картину в целом. — Вновь пожала плечами Джи. — Другое дело, что даже если начать объяснять — сейчас они вряд ли поймут, в чем дело. Они напуганы и подавлены. Но самое страшное, они могут быть не одни. Если в других городах ситуация такая же, как в Новыше — войны как таковой просто не случится.

— Значит, им нужен знак, что сражаться нужно? — спросил я прямым текстом. — Если дело в знамении, то я могу его дать.

— Было бы неплохо. Хотя и не думаю, что одного знамения станет достаточно. У нас впереди затяжная военная компания. Если постоянно не поддерживать боевой дух…

— Значит, решено. К счастью, с этим проблем у нас не будет. — Улыбнулся я, расправляя крылья. — Оставайся здесь и активируй ментальный блок.

Выйдя из пыточной, я взбежал по лестнице на самую высокую башню крепости. Жрецы и комиссары, подчиняясь моему приказу, уже выстраивались в сеть, покрывающую весь город. Врываясь во дворы, они поднимались на крыши. Каждый старался оказаться выше, чтобы его голос накрыл большую территорию.

Хотя это было не главное. Все они являлись глубоко верующими людьми. Хотя среди комиссаров преобладали дварфы, а жрецов — эльфы. Но объединяла их стойкая вера. А еще зачатки магии Души, которой и была молитва. Сотня ртов по единой команде начала читать молитву. Массовое заклинание волнами стекалось к центру — ко мне, и, когда энергия Связи переполнила мои ангельские жилы, я воззвал, открывая канал.

Сила. Мощная, всесокрушающая, сметающая все преграды. И одновременно ласковая, и нежная разрывала меня на части. Отклик от бога был непереносим простым смертным. Жилы ангела раскалились так, что стали видны даже под одеждой и доспехом. Щупальца за спиной превратились в сияющие полотнища, сливающиеся в единое целое. Ангел расправил крылья над Новышем. И город ответил.

Мольбами. Просьбами. Верой. За несколько секунд контакта с богом вера всего населения поднялась на тридцать процентов. Доспех на мне плавился. А сам я пылал и даже после того, как молитва была окончена, камень раскалялся под моими ногами до красна. Капелька божественного всемогущества. И приказ, который нельзя не исполнить.

«Я жду тебя в столице».