Слепозрение, не подводящее меня уже долгое время, внезапно дало сбой. Стены и пол, кроме камня на выходе, были совершенно одинаковой температуры. Даже простукивая каждый булыжник, некоторые из которых были с меня размером, я не добился от них разного звука. Все камни были цельными, здоровыми, и для того, чтобы через них пробиться, понадобились бы кирка и несколько недель работы. Да и снаружи такие работы вряд ли остались бы незамеченными. А по всей логике путь должен был открываться именно тайный.

Всё это время мой невольный напарник тихонечко сидел на поверженном уголовнике, привалившись к стене, пока его ручная змейка шуршала по углам, заставляя оставшихся заключённых испуганно поджимать под себя ноги. Мне даже показалось, что он заснул, пока неожиданно под сводами каземата снова не раздался его хриплый голос:

— У дальней стены несколько травинок пробилось. Видишь?

— То, что тут трава растет, еще ничего не значит, — пожал я плечами. — Может, кто с собой сорняки принес?

— Поверь мне как садоводу с огромным стажем — без воды да на голых камнях даже хрен не растёт, уж до чего неприхотливое растение! Здесь каждый булыжник так плотно друг к дружке подогнан, что и волос не просунешь. А стыки раствором на птичьих яйцах замазаны для пущей крепости. Единственное исключение — дыра под выгребной ямой, откуда крысы шастают. Но не думаю, что уважающий себя уголовник станет через сортир смываться.

— Определился бы уже — король ты или садовник, — напомнил я ему собственные слова.

— Одно другому не мешает, — хмыкнул заключённый. — Не представляешь, до чего унылая эта работа — царствовать… В общем, поверь умному и скромному человеку — вот эта травка не спроста там колосится.

— Значит, под этим камушком что-то есть?

Я с сомнением уставился на здоровенный булыжник, который, судя по внешнему виду, весил никак не меньше полутонны. Поднять такой даже вдвоем — нереально. Жилы порвем.

— Судя по всему — под ним полость, откуда растение получает влагу и свежий воздух, — кивнул Гавр. — Ставлю полцарства на лаз, поддержишь? Ах да, ты ж безземельный, забыл… Вот только размерчик заглушки меня немного смущает. Твой богатырь туда часом не в обнимку с конем залезать планировал?

— Он детина немаленький, так что места много нужно, хоть я и не понял, про какого такого коня ты говоришь.

— Забудь, у вас такие зверюги не водятся.

Встав на колени, я попробовал засунуть кончики пальцев в щель между камнями, где пробились травинки, но совершенно безуспешно. Если и планировалось, что камень должен быть убран, то это точно не наш вариант.

— Можно, конечно, попробовать пробить его заклятьем, — предложил я вслух, — у тебя есть что-нибудь такое, чтобы камень пробить?

— Нет, такую сильную магию мне дома пришлось оставить, — вновь не совсем понятно ответил заключённый. — Вместе с губозакаточной машинкой. А вообще — вода камень точит. Можем попробовать скрестить струи, и через пару лет, глядишь…

— Тебе бы всё хохмить!

— Я думал, ты пошутил про заклятье, — он развел руками. — Вот и решил поддержать…

— Ладно, черт с ним, — я вздохнул, разминая запястье.

Прошлое использование огня чуть не свалило меня с ног, и перекусить после этого не удалось. Так что и сил не прибавилось. Но с другой стороны, других вариантов у меня как таковых похоже не осталось.

— Отойди от плиты подальше. Черт его знает, может и зацепить.

— Зацепить ЧЕМ, прости?

— Надеюсь, увидишь.

— М-да, а меня ещё хохмачём называл. Что вообще происходит?

— Попробую выполнить один фокус, — вытянув указательный палец так, чтобы он продолжал воображаемую линию руки я отошел к самой стене и, задержав дыхание да прикрыв левой ладонью, начертил воображаемый глиф огня. Едва успел щелкнуть в последний момент, хотя подготовку мной заклинания можно было отследить и по светящимся в темноте белым жилам.

Проверка выносливости. База: 3 (+1 выносливость, +5 жилы ангела, −3 ошейник). Бонус: −4 эпическое заклинание. Бросок: 3. Требование: 2. Успех.

Проверка восприятия. База: 11 (+3 элита, −3 ошейник, +4 восприятие, +4 эпическое заклинание, +2 магия Крови, +1 магия Души). Бонус: −10 каменная плита. Бросок: 2. Требование: 2. Успех.

Грохот выпускаемого заклинания слился с треском каменной плиты. Облако каменной крошки и пыли поднялось в воздух, закрывая обзор, а звуковая волна оглушила не хуже, чем удар дубиной по голове. Сколько я провалялся в отключке не знаю, но когда открыл глаза надо мной сидел ухмыляющийся король непонятно чего. Увидев, что я очнулся, он покровительственно похлопал меня по плечу.

— Могуч ты, парень, хоть и на голову больной. Но в следующий раз лучше не предупреждай пространно с загадочным лицом, а излагай подробно, как именно на тот свет отправиться собрался. Чтоб я меры какие-нибудь принять успел или убраться подальше.

— А что не так? — вздохнув, я раскашлялся от засевшей в легких пыли.

— Это ж надо такое удумать — в замкнутом помещении так бабахать! Радуйся, что я заслон перед тобой успел сплести, а не то сейчас бы напоминал фаршированного каменной крошкой мудака. Наши соседи вон, все вповалку лежат…

Отнекиваться я не стал. Тем более что напарника из-за оглушения расслышал через слово, поэтому жестами предложил ему не сотрясать воздух, а помочь разобраться с каменюкой. Вообще при таком шуме вполне логично было бы, что стражи заглянут внутрь, но никто и носа не показал. А минут через пять, когда с огромными усилиями, подцепив не самый крупный из осколков, мы-таки сдвинули камень вверх. Оказалось, что он не толще трех пальцев толщиной. Под ним действительно оказался темный, глубокий лаз. Хорошо, что у меня не оказалось при себе лишнего полцарства.

— Ну надо же, — проговорил я, продолжая сплевывать каменную крошку, похрустывающую на зубах. — Предусмотрительный Илья оказался, чертяка. Хорошо. Будем надеяться, что ход ведет куда нужно, и мы выберемся не посреди двора перед стражами. Хотя будем откровенны, им сейчас не до того.

— То-то я смотрю, они с кормежкой запаздывают…

Отодвинув в сторону вторую половину плиты, мы залезли в небольшой коридор, поросший мхом. Судя по всему, когда его строили, не рассчитывали на особое удобство. Да оно и понятно, все же он был предназначен для одного-единственного путешествия в жизни. И обязательно в один конец. Поэтому удивляться, что ползти приходится на четвереньках, по локоть в воде, каких-то водорослях и тине, не приходилось.

— Знаешь, я люблю воду, — поделился со мной Гавр. — Но в такой студеной, и простатит подхватить можно. Одно хорошо — мы здесь точно не протухнем.

— Уж лучше так, чем головой на плаху ложиться, — пробормотал я, едва держа рот выше уровня воды, — но спасибо я ему обязательно скажу. Пламенное.

К счастью, во всем происходящем был не только плюс в том, что мы вообще выживем, но и в том, что рука от холодной воды не так сильно ныла. Вообще учитывая, что я второй раз за сегодня использовал заклинание, у которого перезарядка должна была составлять не менее недели — крайне радовало. Да и пробивная его способность была выше всяческих похвал. А вот то, что я теперь остался без заклятий Крови и Души было крайне печальным фактом.

Мой бывший сокамерник, а теперь беглец-напарник не отставал и даже что-то недовольно бубнил себе под нос на непонятном мне языке. Откуда? Учитывая что даже гордые эльфы использовали наречие Империи. Хотя, если подумать, в видении Силерантилов я тоже слышал понятную речь. И тогда Валтарсией правили совсем не демоны.

— Что там? — спросил вполголоса Гавр, когда мне пришлось остановится.

— Ход подниматься начал, а это странно.

— Ничего странного, если бы он вниз шел, то вода бы тут не стояла, — резонно заметил лже-король, садовник и приручитель змеек.

— Не это странно, а то, что он вообще вверх идет, — нетерпеливо ответил я, вспоминая, проползали ли мы каменные отрезки, и по всему выходило, что проползали, еще полпути назад. — Твою же мать, похоже, мы сейчас под княжеским теремом!

— Отлично! — хрипло хохотнул Гавр. — Это лучший план побега на моей памяти, десять из десяти, без вариантов. Я-то наивный полагал, что мы к местной речке выползем… Но не поворачивать же назад?

— Тоже верно, — пришлось согласиться мне.

Здесь лаз чуть расширялся, а в конце и вовсе обнаружилась деревянная лесенка во вполне приличном состоянии. Пусть и невысокая. Крайне осторожно отодвинув в сторону засов, я откинул в сторону крышку люка и чуть не выматерился от распирающего меня счастья.

Илья, хитрый разбойник, всё же знал, куда нужно ход рыть. Это, конечно, была не совсем княжеская сокровищница, но с золотыми побрякушками нам сейчас играться совершенно некогда. А вот оружейня — совсем другое дело.

В комнате нашлись мечи, копья, кинжалы, булавы. Броня на любой вкус и размер, луки со стрелами. Все, правда, только хорошего качества. Но выбирать было из чего.

Через пять минут, когда мы оба прибарахлились, на мне уже снова была кольчуга, а поверх кираса. Что было малость тяжеловато и неудобно — но куда лучше, чем щеголять голышом. Мокрую одежду пришлось скинуть, ее заменил поддоспешник. А мой сокамерник, оказавшийся какой-то странной смесью наги, орка и вроде как эльфа, судя по серо-стальному цвету кожи, чуть заостренным ушам и светящимся небесно-голубым глазам, оказался поджар, мускулист и вполне крепок. Несмотря на все свои заявления о монаршем происхождении. Возраст в силу сильного смешения крови определить было невозможно, но его закат явно находился еще далеко за горами.

Облачился Гаврила под стать своей внешности — накинул прямо поверх вымокшей рубахи толстую подбитую куртку стрелка, надел на голову легкий шлем со стрелкой, а в руки, укрытые наручами, взял широкий каплевидный щит. И всё.

Свободную его руку продолжала обвивать змея, благополучно пережившая наше путешествие под землёй и водой.

— Ты не хочешь взять что-нибудь посерьезнее? — не выдержав, спросил я.

— Увы, но на мне лежит серьёзное проклятье, — на полном серьезе заявил Гавр. — Я не могу брать в руки оружие, даже самое завалящее. Только средства обороны и королевские регалии. Так что — если увидишь вдруг где-нибудь бесхозный скипетр потяжелей — свистни.

— А драться-то ты можешь?

— Не беспокойся, я тебе кого-нибудь оставлю, позабавиться, — отпрыск разных народов кровожадно оскалился, поигрывая щитом. — Ну что, куда теперь?

— К князю, — решительно сказал я. — Похоже закончить эту войну быстрее уже не получится. А там, может, и с его противниками мир заключить удастся.