Единый одноразовый налог. Ага. Нет, прикольно, конечно. Но доступ к счету у меня и в самом деле был. И даже при желании я мог оттуда деньги забрать. Правда, планировалось их тратить на нужды графства. Такие, как найм армии для освобождения. Я все одно планировал их так использовать, так что смысла ругаться больше не было. А вот то, что так просто, одним движением, не спрашивая, мои деньги превратились в казенные, напрягло и сильно.

Правда, тут же выяснилось, что единоразовый налог — штука экстренная и так называется, потому что лица, с которых он взыскан, не подлежат повторному списанию. Никогда. По сути, я получил налоговую амнистию, правда, лишился при этом состояния. И конечно, касалось это только графа Рейнхарда-старшего. Маркизы, князья и все прочие, окажись я в их власти, могут повторить подобный финт ушами. Так что получалось, что хранить деньги нужно дома. А еще лучше — подальше от любопытных глаз и сборщиков податей.

Но в целом страхи мои были развеяны, деньги, как оказалось, никуда не пропали, а просто из одного кармана перекочевали в другой. Как и большинство земель. Хорошо хоть, оба дома у меня остались. А вот участки, на которых жили дружинники, теперь были в собственности графства. Интересно, как обстоят дела с собственностью, арендой и прочим. В данный момент я, очевидно, не являлся основным управляющим и всех этих данных не имел. Да и не до грибов мне было.

Стоило убедиться, что меня не совсем обокрали, как вновь на плечи надавила склизкая тоска. Буквально к земле придавливала. Правда, была в ней и крохотная искорка надежды — мама жива. Как бы она ко мне не относилась. Каким бы чудищем не считала — она жива и здорова. Была здорова, до того как я ей собственноручно располосовал лицо.

И ведь чуть не убил. Попади я чуть ниже, в артерию — она уже была бы мертва. И правда выяснилась бы только после этого. Но раз жива Наоми, значит, и батя тоже вполне может быть еще на этом свете. Очень будет неприятно, если позже выяснится, что он тоже участвует в покушениях. Хотя вероятность такого события и была крайне мала — отвергать его нельзя.

Добравшись до дома, я понял, что все это дело наживное. Главный вопрос — что теперь делать? Зная, что меня пытается убить собственная мама, как поступить? В идеале очень хотелось бы больше не сражаться с ней. Но такой вариант маловероятен, помню еще, насколько она может быть упряма. Ходить все время с охраной, чтобы она опасалась напасть?

Был один вариант, который мне нравился куда больше — поймать и поговорить. Желательно обезвредить без боя. И здесь мне пригодятся трубки, сделанные для турнира. Разве что состав жидкостей придется сменить. Если получится, то и на турнире чести использую. Там же тоже нельзя убивать противников.

Стоило придумать план, как тревога ушла. Чего без толку думать? Прыгать надо! А после и об отце можно будет расспросить, да и вообще о ситуации в целом. Начиная с самого простого и одновременно сложного — как я такой-сякой на свет появился с эссенцией природы и демонов в одном флаконе. Да еще и с предрасположенностью к магии жизни.

— Господин вернулся! — встретила меня радостным криком Трия, стоило появиться на пороге.

— Как вы себя чувствуете? — подошла Василиса, преданно заглядывая в глаза.

— Хорошо, где остальные? — спросил я, заметив, что Лисандры и Эвы с Ксиулан внизу нет.

— Они еще не до конца поправились, отдыхают наверху, — ответила Васька, — ну а воровка ваша ушла куда-то, стоило солнцу сесть.

— Натворили чего, пока меня рядом не было?

— Нет вроде. Есть хотите? Или сразу того… — спросила, засмущавшись на последнем слове, девушка, — спать?

— Мыться и спать. Хотя… — Я вспомнил, какой завтра будет день. С полным желудком особенно не попрыгаешь. — Давай еды. Но не овощи, мяса какого. Так чтобы и не много, и при этом крайне сытно. С утра тяжело будет, лучше заранее приготовится.

— А что завтра? — спросила русалка, хлопая своими огромными глазами. Ого, а ведь у нее не два века, а целых четыре. Вон еще прозрачные есть.

— Испытание боли, — сказал я, отстраняя нагу. От постельных удовольствий тоже сегодня пришлось отказаться. Все для сохранения большего количества сил на завтра. Трия чуть не обиделась на такой отказ, но уже через минуту снова была рядом. Наелся я от пуза. Помылся и завалился спать. В этот раз обошлось без сновидений.

Но не без приключений, потому как проснулся я оттого, что одна соблазнительная чертовка пристраивается ко мне для совершения… При этом чертовка — это не характеристика, а определение. Лиска изменилась хоть и не до неузнаваемости, но теперь на демона она стала похожа еще больше. Вернее, на суккубу.

— Давай вечером, — нежно, но настойчиво я остановил ее поползновения, — сегодня реально не до того будет.

— А думаешь, после того как тебя отделают мечами пять десятков бойцов, — ехидно спросила Лисандра, поблескивая своими обновленными клыками, — тебе захочется чего-нибудь, кроме как целиком забраться в ванную, наполненную исцеляющими зельями?

— Очень на это надеюсь. И тебе советую. Говорят, мысли материальны.

— Конечно, особенно если это мысли мага и они формируются в рабочей области, — хмыкнула она, слезая в сторону. — Вот уж не думала, что ты мне откажешь в сексе.

— Я не отказываю, а прошу подождать. При этом не так много. Сколько времени, кстати? Солнце вроде еще не встало.

— Шесть утра. Через полчаса запланированный подъем, просто хотела сделать твое пробуждение чуть приятнее, — улыбнулась девушка.

— Уже сделала, спасибо. Нет, правда. Очень приятно, что ты хотела доставить мне удовольствие.

— И то хлеб, — вздохнула суккуба, — что теперь, будешь досыпать?

— Нет, пожалуй, пора готовиться. Как раз есть два часа, чтобы себя в порядок привести. Помыться, проверить зелья. Даже не знаю, надевать ли кольчугу. — Я задумчиво поскреб пальцем по коже, под которой отчетливо чувствовался второй слой. Странное ощущение, хотя не сказать, что неприятное. Но пока оно не воспринималось естественным.

— Что ты решил? — спросила Лиска, аккуратно пробираясь между другими девчонками. Блин, а я и не думал, что на мою кровать вшестером забраться можно. И вообще, можно ли теперь ее моей считать при таких раскладах? — Будешь проходить испытание в броне и с тупыми мечами или возьмешь пример с варваров великой пустыни?

— Еще не решил. Все будет зависеть от эффективности эликсира Гроаса. Если при смешении с шаманским зельем мастера Чидаза боль будет достаточной — тогда и броню надеть можно. Ну а если нет — рискну.

— Опасно. Как ни крути. Думаешь, это того стоит? — с сомнением спросила Лисандра. — Так рисковать ради получения опыта.

— Стоит, тем паче там не просто опыт, я сам сражался с мастером оружия. Если получится овладеть за один день мечом так же, как он, тогда я понимаю тех, кто добровольно шел на самоубийственный риск. Тем более что мне-то ничего, по сути, не грозит. Если возникнет реальная опасность смерти, можно будет остановить ритуал.

— Это радует, — вздохнула суккуба. Так странно было от нее получить подобную реакцию. Связано ли это с изменениями ее строения и как следствие — мышления? А может, все проще и она просто соскучилась? Поймав себя на этой мысли, я подошел и обнял девушку, которая от удивления даже вздрогнула. Но стоило погладить ее по голове, тут же отстранилась.

— Ты чего?

— Разве тебе не противно? — замявшись, спросила она. — Хотя чего я спрашиваю, видно же, как жалеешь. Как ребенка по голове погладил. А я, между прочим, девушка, а не монстр!

— Мне просто захотелось тебя обнять, и дело совершенно не в жалости. И если уж на то пошло, не будь предстоящего испытания, ты бы до девяти из кровати не вылезала.

— Так тебе что, демоны нравятся? Извращенец гребаный…

— Ты мне нравишься. И давно. Сама же знаешь.

— Правда? Даже такая? — спросила с надеждой Лисандра.

— Тебе даже идет, ты всегда той еще чертовкой была.

— Да ну тебя, дурак, — отмахнулась Лиска, но щеки ее заметно порозовели. После этого она вдруг с силой прижалась ко мне и, вздохнув через секунду, вырвалась из объятий. — Все. Пора готовиться.

— И то верно, — согласился я. Времени и в самом деле оказалось в обрез. Пока все собрал. Только одежды и брони нужно на три варианта битвы было собрать. И основная проблема — выбор оружия для освоения. Мастером чего мне сегодня стать? Что сделать своим основным разящим клинком?

Двуручный меч? Жертвенный и так был моим любимым вооружением. Но у него ряд негативных моментов. В первую очередь, конечно, тяжесть. Да, с моей выносливостью это не было проблемой, но противники могут попасться разные. Пришлось бы мне сражаться с тем же Кроком, победил бы я без применения пауков? Совсем не факт.

Короткий? Основная его проблема вытекает из названия. К некоторым врагам просто не подойти будет. Хотя учитывая, что обращение с ним очень схоже с битвой на длинных кинжалах — освоить очень желательно. Ну и конечно, сами стилеты и прочие ножи я даже не рассматривал. Мне в городе осталось жить месяцев пять, а потом война.

Оставался самый очевидный — длинный меч, который еще часто по-простому называют военным. Если брать средний вариант, то практика потом и с короткими мечами поможет разобраться, и с двуручником. Правда, есть такая вещь, как отсутствие у меня денег на достойный клинок. Осталось меньше двадцати золотых, а сковать я мог максимум хороший. Тот же Бохай за подобную работу возьмет… даже боюсь представить сколько. В общем, у меня столько нет.

Девушки постепенно просыпались, все больше отвлекая меня от мыслей, и уже к восьми никакой возможности сосредоточиться не было. А потому, переодевшись, я решил не ждать судьбы и явиться на арену пораньше. Как выяснилось — не зря. Краз уже гонял по песку полусотню. От зеленых новичков до опытных профессионалов. И был он не один.

— Доброе утро, ваша светлость, — поприветствовал меня мастер оружия, подходя ближе. — Надеюсь, у вас все готово?

— Безусловно, — ответил за меня Гроас. — Не познакомите с вашим знакомым? — кивнул магистр на человека, буквально увешанного оружием.

— Моим? — удивился Чидаз. — Это виконт Ионгзенг. Говорит, вы его знаете.