Назад к побережью летели примерно такое же по продолжительности время. Что утвердило в выводах, что улучшенная кормежка значительно усиливает сайшьюнов. Или провоцирует их выкладываться в помощи владельцам браслетов с повышенным энтузиазмом. А если это так, то возникал вполне естественный вопрос: нельзя ли приручить духов настолько, чтобы они остались при своих наездниках больше обусловленного времени подчинения? Ведь при наличии постоянной плавбазы и какого-нибудь неприступного замка в центре материка иметь еще и таких воздушных извозчиков в постоянном распоряжении многодетному отцу хотелось в первую очередь. С такими помощниками-благодетелями не страшны любые дальние расстояния.

Но тут только и оставалось уповать на время и новые умения. При надлежащей возможности пошарить в третьем эфирном слое там наверняка можно еще несколько деликатесов отыскать, а значит, вопрос дальнейшего приручения остается открытым.

Восседающий сзади Лука заметил поблескивающий на солнце корабль-трофей издалека. И с ходу потребовал кучу ответов на массу важных вопросов, Так что когда опустились на палубу, земляк уже прекрасно знал, что делать, куда бежать и что обследовать в первую очередь. Вся его бригада Кулибиных устремилась за ним осматривать первым делом паровой двигатель и машинный зал. Все остальное они отложили на потом. Даже багаж со спин сайшьюнов Загребному пришлось снимать собственноручно. Конечно, уже после того, как он быстренько с помощью Люссии заполнил все имеющиеся емкости гигантским планктоном из третьего эфирного слоя.

Когда он складывал мешки и баулы в сторонке, приблизился улыбающийся Виктор и поинтересовался, как слетали. Пиратское нападение корабля королевства Саниеров вывело высшего лорда-барона из благодушного настроения, и он долго, со скрупулезностью выспрашивал все подмеченные детали. А под конец воскликнул:

– Чувствую, что упустили наши верховные надзор за саниеровцами! Преступно упустили! Это же как надо лопухнуться, чтобы разведка таких приготовлений к войне не заметила?!

– Не все правители такие умные, как со стороны кажется, – осадил его отец. – Ты лучше расскажи, чего такой счастливый был?

Парень выдохнул, отгоняя от себе неприятные мысли, и попытался опять улыбнуться:

– Новости из Салламбаюра последние получил. Столько всего интересного услышал, поневоле обрадуешься.

– Как же так? Почему меня не дождались? – расстроился Семен. – Я ведь тоже хотел послушать.

– Чего ты так возмущаешься? – удивился сын, пряча хитринку в глазах. – Вечером уже сам лично послушаешь.

– Почему вечером? Я уже хочу! Где этот граф Шенре?

С недоумением глядя на обиженно озирающегося отца, Виктор продолжил свое прерванное предложение:

– Послушаешь, как твоя любимая дочка ответит на все твои вопросы. Заодно поделитесь последними изобретениями, узнаешь у нее, как она умудрилась создать магический радар. – Затем сделал паузу, подморгнул недоверчиво на него смотрящей графине и добавил: – Конечно, если не хочешь общаться с императрицей, то я могу и Люссию взять в компаньоны на сеанс связи.

– Ах, вот оно что! – стал догадываться Загребной. – На корабле есть тумблон? Что же мне сразу не сказали?!

– Когда? Если ты сразу в столицу полетел за бароном и его бригадой. Так что теперь жди вечернего сеанса, я с Мармеладкой перед закатом договорился.

– Но в Граале уже будет ночь!

– Она сама сказала, что иного времени у нее не будет. А тумблонов на флагмане сразу три. – Брови отца удивленно поползли вверх. – Ну да, один для связи с Викторией, а еще одна пара для координации движения всей эскадры по моим командам. Считалось, что этого тумблона мне передадут сразу, а уж второго, со связью с императрицей, после победы. Ну, так как победа вроде наступила, то мы уже и это обсудили. Кстати, Мармеладка просто в восторге от нашего свидания и разговора с Лунной медузой, поговаривала, что и сама об этом вечном существе легенду где-то читала. И жутко нам завидует.

– Ты бы хоть слово сказал о здоровье сестры! – укорил Семен.

– А что говорить, – пожал Виктор плечищами с юношеской непосредственностью. – Все в порядке, роды еще не скоро. Недели через две примерно.

– Ну вот, – нервно сглотнул отец, – а ты говоришь в порядке!

Не зная, что на такое ответить, барон Алпейци смешно почесал затылок и вопросительно уставился на демонессу. Мол, как его успокоить? И та успокоила:

– И в самом деле, раз дочь занимается государственными делами, значит, все в порядке. Наверняка за ней есть кому присмотреть. И не переживай, ни Теодоро, ни графиня Хазра Мармеладку в обиду не дадут.

– Да я это понимаю. Но переживаю, что она сама себя обидеть может. Ведь сейчас ей особенно пораньше ложиться спать надо, а она ночью собирается возле тумблона сидеть. Потом ослабеет, покачнется, там везде такие лестницы крутые.

– Ну все, – решительно его остановила Люссия. – У тебя фантазии как у малолетнего ребенка. Не пора ли нам в трюм спуститься и глянуть, что Лука делает. Что-то его долго нет.

Словно по заказу, раздался топот сапог по трапу и на палубе показался еще один иномирец. Прежде чем отчитываться, он сразу обратил внимание на Виктора и безошибочно определил:

– Похож! Вылитый батя! Ну, здоров, земляк!

Знакомить их не пришлось, да и обнялись они как родственные, давно не видевшиеся души. Хоть и виделись впервые. И только после обмена ничего не значащими приветствиями, вопросами и ответами общего характера Лука приступил к разговору по оценке состояния паровых двигателей:

– Починить и запустить можно. Все дело в сроках. Какие тебя устраивают?

– Завтра! – тут же ответил Семен.

Каменный пригорюнился, развел руками и признался:

– Не получится, не успею малость.

– И сколько эта «малость» потянет?

– Месяца два. – Хотя на пальцах барон показывал, что все три.

Но Загребной и не подумал раздражаться или переживать раньше времени. Лишь, сочувственно покачивая головой, продолжал торговаться:

– А за неделю успеешь?

– Хм! Можно и за неделю. Если ты мне полный комплект медных трубок уже к завтрашнему вечеру доставишь.

– Ага! Значит, дело все в трубках? И где же мне взять эти трубки?

– Возле столицы королевства Бультов пригород самых известных металлургов. Вот там лучшие трубки этого мира и делают.

– А все остальное?

– Кроме трубок, мы остальное и сами все спаяем, склепаем и даже выплавим прямо на месте, – пообещал Каменный, поглядывая на доедающих корм сайшьюнов. А затем с завистью добавил: – Да на этих зверях вы туда и обратно за одну ночь смотаетесь. Всего-то на каждого придется килограмм по четыреста нагрузить.

– Может, и смотаемся, – скривился от предчувствия дальней дороги Загребной. При этом он с надеждой посмотрел на демонессу, но та лишь утвердительно кивнула. – Тогда он быстро перечислил: – Размеры? Длина? Диаметр?

Словно он заранее и не сомневался в решении этого вопроса, Лука протянул листок с перечнем:

– Вот, самые основные трубопроводы. Остальные ребята сейчас меряют и подсчитывают. Там в основном мелкие в сечении и короткие по длине.

Беря листок в руки, Семен не смог скрыть на лице всю гамму своих переживаний и душевного расстройства:

«Только что настроился поговорить с единственной дочуркой, а тут опять сверхважное, неотложное дело. И ведь не отодвинешь в длинный ящик! Раз уж сам людей через весь континент гоняешь, то будь добр обеспечь работников и самых верных соратников всеми комплектующими. У них тоже и семьи есть, и дети, а вот ведь не стали отлынивать, примчались на край света по первому зову.

Так что и самому придется подтягивать пояс и…»

Загребной очнулся от своих мыслей, заметив, что листок дрожит в его руке, а сын, барон Каменный и любимая демонесса смотрят на него в растерянности. В таком сомнении они его еще никогда не видели. Пришлось спешно придумать причину такого поведения:

– Вот подумал: а не взять ли мне тумблона с собой? А на привале поболтаю с Мармеладкой. А?

– Не получится, – осадил его Виктор. – Возле каждого телепортера звуков свой укротитель, и, только сидя у него на коленях, тумблон может спокойно работать.

– Ах да, я и забыл, что приручать их можно только с маленьких. – Но тут же расстроенный отец воспрянул духом, вспомнив о чудесной долине в горных отрогах. – Кстати, Лука, скоро у нас будет постоянная связь как между собой, так и между нашими доверенными лицами.

– Получился радиопередатчик? – расширил глаза барон.

– Увы, пока нет. Зато нашли целое царство тумблонов в неприступных горах и уже после возвращения постараемся отловить несколько выводков.

– Да? Ну ладно, пусть так, – пожал плечами земляк. – Хотя о радио даже во сне мечтаю.

– Ха! Хорошо, что ты еще телевизором не успел заболеть. Сейчас без «Спокойной ночи, малыши» и заснуть бы не смог.

Про чудесный ящик с живым изображением Каменный знал из рассказов, о пагубном пристрастии потомков к просмотру – тоже. Даже про детскую программу перед сном ему Семен еще при первом знакомстве рассказывал. Поэтому вполне оценил шутку и посмеялся вместе со всеми. Но после того как выслушал сжатую историю прошедшей ночи, ошеломленно затряс головой и с нескрываемой завистью пожаловался:

– Ну почему мне так не везет? Нет чтобы еще вчера вечером сюда добраться! Семь лет у меня никакого сдвига в умениях не было, только неделю назад каким-то чудом шагнул на тридцать шестой уровень, и все! А тут сразу пять бонусов был шанс заработать простым пением.

– Что сделаешь. Зато нам повезло и еще в общей сложности двум с половиной сотням человек.

– Здорово! – Лука в очередной раз оглянулся по сторонам. – То-то я смотрю, все носятся как угорелые, словно им силы девать некуда.

– Не привыкли еще, только осваиваются.

– Слушай, а откуда вы с графиней тех каракатиц для кормежки шмелей доставали? Во втором слое таких нет.

– Вестимо, что нет, – хмыкнул Семен и признался: – Из третьего.

– О-о-о-о, – затянул в восторге Каменный, сразу сообразив, о каком уровне идет речь. – Вот это тебе обвалилось! Слушай! А ты меня проведи с собой? Ну, хоть разочек?

Загребной оглянулся вначале на Люссию, потом поглядел на пустые чаны возле сайшьюнов и согласился:

– Ладно, все равно надо духам еще корма подбавить. Дорога дальняя предстоит. И если их не усилить до максимума, то мы только через двое с половиной суток вернемся.

Инструкция оказалась короткой, после чего два земляка довольно быстро опять наполнили емкости гигантским планктоном. Как ни странно, шмели набросились на угощение с таким азартом, словно и не ели только что. Зато Лука после возвращения из Эфира выглядел счастливым и возбужденным.

– Это сколько теперь нужных веществ и ингредиентов натаскать можно! – Причем обращался он в основном только к демонессе, которая, по его мнению, считалась главным авторитетом в теории эфирных слоев. – Вы уже хоть наметили первоочередные задачи? Или, кроме этих противных каракатиц, ничем больше не интересуетесь?

– Ну почему же! – Люссия достала у себя из кармана лист бумаги и стала его разворачивать. – Вот посмотри, что мы собрались доставать.

Они вдвоем стали оживленно обсуждать каждое вещество, тогда как отец удивленно фыркнул:

– Когда она только успела список составить? – И обняв сына за плечи, отвел его на пару шагов в сторону. – Будешь вечером разговаривать с Викторией, передавай от меня большие приветы. Извинись за меня, что не смог сам поговорить, объясни, что мне пришлось по срочному делу улетать.

– Ой, пап, да не переживай ты так. Мармеладка и сама все прекрасно понимает. Вы там, главное, в дороге себя берегите, а нам, молодым, все по плечу.

– Ха! Ты так говоришь, как будто сомневаешься, что и я молодой! – сделал вид, что обижается, Семен. – Да и за кого мне переживать, если не за вас? Я-то уже свое пожил, а вот вы…

– Тебя не поймешь, – рассмеялся сын, – то ты молодой, то жалуешься, что пожил много! Определись как-то!

Опять послышался топот ног по трапу, и на палубы поднялись технические помощники Луки Каменистого. И вскоре списки нужных трубопроводов оказались укомплектованы полностью. К финалу обсуждений и сайшьюны с леностью отвернулись от свежих чанов, оставив треть от последней порции недоеденной. Постепенно и объемы максимальной кормежки перед наездниками представали в конкретных цифрах.

Прощание сократили до максимума, ведь ненадолго расстаются, и вскоре уже все остающиеся махали руками вслед удаляющимся точкам шмелей-транспортников.