— Копейщики, вперед! — услышал я зычный голос Гуанюя задолго до того, как оббежал клановый дом. На ходу скинув припасы в телегу, я скрутил части глефы и успел как раз вовремя, чтобы увидеть знаменитый залп копейщиков Фенг. Сотня дротиков единой волной ударила в подползающих к укреплениям трехметровых крабов, тянущих на себе гигантские ракушки — башни. На их вершине сидели наги, обстреливая обороняющихся. За один залп Фенг прикончили около десятка стрелков, но врагов все еще оставалось слишком много. И пусть действия воинов впечатляли, эффективность их оставалась далека от идеала, ведь против них шли не звери, а обученная и хорошо вооруженная армия.

— Цельтесь в глаза и головы! — крикнул я, перескакивая через небольшой вал, утыканный кольями, и направляясь к ближайшей твари, потерявшей седока. — И во всадников! Крабов можно убить и позже, они лишь животные.

— Куда ты⁈ — недоуменно крикнул Ичиро, державший оборону вместе с Куватом, а вот Гуанюй понял мою задумку без слов. Новоиспеченный владыка в несколько длинных прыжков обогнал меня и, когда я еще только приближался к крабу — а скорее, омару или лобстеру, — уже схватил тварь за ус, направляя на ближайшего противника.

Мне пришлось куда тяжелее — зверь повел себя крайне агрессивно: вероятно, не приняв меня за своего законного владельца. И с чего бы? Может, у меня хвоста змеиного нет, или одежда на теле? В любом случае допытываться я не стал, а, поднырнув под гигантскую клешню, прыгнул ему на голову, хватаясь за усы и разворачивая от укреплений на врага. Тварь сопротивлялась, стрекотала жвалами, но все же повернула куда надо.

И все равно Гуанюй оказался первым. С его стороны раздался треск, будто столкнулись две скалы, и, мельком оглянувшись, я понял, что почти так оно и было. Бронированные твари терлись панцирями, норовя превратить любого оказавшегося между ними в мелкую труху. Острые клешни щелкали в воздухе, а владыка лишь раззадоривал противников, тыча в их морды копьем.

Стараясь не отставать от мастера, я заставил своего зверя протаранить вражеского монстра и тут же, отрубив обоим усики, спрыгнул. Обезумившие от боли и потери управления существа с ревом кидались друг на друга и на всех окружающих, ломая ряды наг, и те быстро сообразили, кто главный виновник происходящего, накинувшись на меня с разных сторон.

Может, это были новобранцы, или вода ужа высохла на их телах и глазах, но морские воители оказались куда медлительнее, чем я ожидал. Нет, они все еще могли с легкостью прикончить меня или любого другого воина, просто взяв количеством, но благодаря вовремя нанесенному яду я без труда уходил от атак противника. Одного неглубокого пореза оказывалось достаточно, чтобы движения почти прекращались.

Хватая ртом воздух, враги хватались за горло и падали на землю, корчась в муках. Что не укрылось от глаз командира, на своем шипящем наречии немедля отдавшего приказ к атаке. На этот раз — гарпунами. Теперь уже мне пришлось несладко. Уворачиваясь от зазубренных наконечников, я активировал око урагана и армию призраков, посылая их перед собой.

Противники, безуспешно пытающиеся разрубить эфемерные тела, в панике посылали сотни дротиков, но ни один из них даже не коснулся меня, наблюдающего за бойней из-за кромки наспех возведенного вала. Воспользовавшись короткой передышкой, лучники Джен уже сменили опустевшие колчаны и теперь на борющихся с иллюзиями наг обрушились самые настоящие стрелы и камни из пращей.

— Это было рискованно, — неодобрительно покачал головой Ичиро, когда я прекратил поддерживать технику. — Неоправданно. Даже если они потеряют в результате сотника и с десяток раков, это не нанесет им серьезных потерь. Их десятки тысяч, как я слышал, а значит, и сражаться здесь — почти бессмысленно.

— Здесь — возможно, — усмехнувшись, хлопнул я товарища по плечу. — И все же моя выходка скорее пошла на пользу, чем нет. Не согласен?

— Владыка Фенг тебя полностью поддерживает, — хмыкнул Ичиро, показывая на Гуанюя, прыгающего от одного противника к другому и волочащего за собой гигантский шлейф крови, взрывающейся снопами игл. Даже закованные в броню воины оказывались беззащитны против крохотных игл, проникающих в самые мелкие щели доспехов, а стоило мастеру вскрыть копьем очередную шею, как к его снарядам добавлялись новые. — Видишь, как красуется. Должно быть, приятно высвободить весь накопленный за годы тренировок потенциал.

— Два работающих на полную катушку ядра — это тебе не шутки, — покачал я головой, наблюдая за тем, как командир наездников на крабах ее лишается. Гуанюй вырос на порядок по сравнению с тем мужчиной, что встретился мне на пепелище у внешней стены. И даже сейчас, когда сам я из беспомощного мальчишки превратился в сильного и ловкого воина, его сила не переставала удивлять и вдохновлять.

По одному велению его мысли капли крови, окружающие кровавым туманом копейщика, сливались в гигантские сосульки. С громким хлопком они отбрасывали лишнюю влагу, одновременно посылая снаряд вперед и создавая завесу от стрелков противника. Из врагов же кровь не вытекала на траву, а поднималась в воздух. Такого уровня могущество мне только снилось, хотя большинство техник из арсенала владыки я и сам прекрасно знал. А вот применить с такой дьявольской эффективностью не смог бы.

— Лучники, готовься! Ветер справа, на два пальца, — донесся до меня знакомый девичий голос. Оглянувшись, я не поверил своим глазам. Стеснительная Фенг Юн, моя названная сестра, хотя скорее бывшая — ведь она прилюдно отказалась от родственных связей — стояла с наложенной на тетиву стрелой в нескольких десятках шагов от меня.

Ее черная челка была аккуратно заколота набок, чтобы не мешать прицеливанию, глаза сосредоточенно прищурены, а рука максимально отведена назад. Поверх ученического халата на девушке красовалась деревянная броня в родовой расцветке Фенг — темный фон с красными точками, означающими капли крови. И даже появившаяся широкоплечесть не портила идеально сложенной фигуры.

По ее сигналу два десятка стрел ушли в вышину и по широкой дуге обрушились на ряды наступающих в трех сотнях метров от нас. Наги, лишившиеся командира и потерявшие основные штурмовые силы в виде крабов с ракушками, нерешительно топтались на месте, но на передние ряды давили подходящие сзади новые воины, и когда толпа накопила критическую массу, ей пришлось двинуться вперед.

Крутящийся как юла Гуанюй вырезал всех противников, до которых дотягивался своим копьем, и вокруг мастера образовался кровавый круг смерти, усеянный трупами. Вот только его обходили со всех сторон, грозя взять в полное окружение и закидать дротиками. Несколько он уже отбил, но с лавиной, рвущейся со всех сторон, боюсь, не справится даже он.

— Господин, у нас все готово, — заявил Бом, подкатывая тележку. — Если мы пойдем немедленно, то сумеем миновать противника до того, как нас обойдут или дом будет сдан.

— Мы не можем бросить войска здесь. Нужно эвакуировать как можно больше людей, — помотал я головой. — Есть идеи, как можно затруднить продвижение противника? Аи? Куват?

— Я осмотрела все наши припасы, — быстро сказала медсестра. — И, кажется, у меня есть предложение. Наги живут в океане, так ведь? Даже выползая на сушу, они продолжают поглощать кислород из окружающей среды не только легочным дыханием, но и через кожу, и делают это куда эффективней, чем мы, жители поверхности. Скорее всего, это связано с врожденной способностью, доставшейся им от далеких предков.

— Не тяни кота за хвост, — бросил я, — переходи к сути, у нас не так много времени.

— Пф! — обиженно фыркнула орчиха, уперев руки в бока. — Дай мне яд и дым, а затем закинь в самую толпу. Они если и не задохнутся, то отравятся.

— А что, это отличное решение и как раз в моем вкусе, — удивленно признал я. — Хорошо. Так и поступим. Возьми большую завесу, она должна разлететься метров на сто в диаметре. Ветер вроде на нашей стороне, но на всякий случай закинуть нужно подальше.

— Я даже знаю, куда именно, — мрачно произнес Куват, показывая на поле брани. — Смотрите.

Вначале я не понял, на что показывает соратник, но тут холм метрах в двухстах шевельнулся и двинулся вперед. Приглядевшись, я понял: все то, что я принимал за колышущиеся мелкие деревья и кусты, на самом деле море щупалец по-настоящему гигантского кракена. Чудовище оказалось совершенно непредставимых размеров. Оно закидывало щупальца вперед, а затем вытягивало себя, оставляя обломки деревьев и вывороченные из земли булыжники за спиной.

— Да оно же настолько громадное, что даже само себя нести не может! — ошарашенно пробормотал я. — Как с таким монстром вообще можно сражаться?

— Великими баллистами, — бросил Ичиро, поглядывая на горизонт и на существо. — Он доберется сюда в течение часа, и не уверен, что даже владыка Фенг с ним справится.

— Нет, если мы ему не поможем, — сказал я, отбросив лишние мысли. — Аи, занимайся гранатой. Я хотел сказать, дымом. Только здесь его не выпусти… и постарайся, чтобы капсула среагировала на удар, а не на выпуск стрелы из лука. Юн!

— Что? — резко обернулась лучница, но, увидев меня, зарделась и прикрыла лицо сорванным с пояса боевым веером. — Прошу прощения за грубость, господин Гуанг Валор. Я не хотела вас обидеть или оскорбить.

— Не время для кокетства. Ты сможешь закинуть двухсотграммовую шашку с дымом вон в того монстра? — оборвав девушку, спросил я. Юн недоверчиво посмотрела на меня, затем на кракена, и, послюнявив палец, подняла его над головой.

— Да, господин. Но не сейчас. Минут через пять, когда он подойдет хотя бы на двести метров. Или я могу одна подойти ближе, если таково ваше желание, — последнее она сказала, спрятав глаза, и уверен — не будь мы на поле боя — давно распустила бы челку.

— В этом нет необходимости, мы пойдем вместе, — сказал я уверенно. — Куват, строй!

— Щиты! — взревел коренастый, потерявший всякую детскость орк. Он все еще был здоровенным для своего возраста и сейчас почти в два раза шире меня в плечах. Так что и его метательный колючий щит значительно увеличился в размере. Братья-дварфы, отказавшиеся от метательных модификаций в пользу башенной защиты, встали по обе стороны от него, создав небольшую стенку, и я уже собирался выйти вперед, как по приказу Ичиро его соклановцы тоже встали с нами плечом к плечу.

— Что бы вы ни задумали, я не дам вам умереть из-за собственной глупости и вытащу, — резко сказал младший наследник Пинг. — Или предпочитаешь идти в гордом одиночестве? Нет? Вот и прекрасно. Раз! — все щитоносцы, как один, сделали шаг вперед, и вскоре мы уже отбивались от редких атак прорывающихся по бокам от Гуанюя наг, прикрывая его тыл.

— Достаточно, — уверенно сказала Юн, накладывая на тетиву стрелу с примотанной дымовой шашкой вместо наконечника. Несколько секунд девушка прицеливалась, выбирая наилучший угол, а затем выстрелила в кракена. Шум битвы поглотил звук разорвавшейся шашки, а вот черный маслянистый дым был легко виден даже с такого расстояния. — Готово, что теперь?

— Нужно отступать к исходным позициям. Отрава их ненадолго задержит. Надеюсь, с десяток или два подохнут в муках, а зверь ослабнет. Но нам нужно уходить, — ответил я, глядя на кашляющих и падающих на землю воинов врага. — Мастер, мы уходим!

— Что? Куда? — крикнул наслаждающийся своими новыми способностями владыка. Ему понадобилось лишь мгновение, чтобы, обернувшись, понять происходящее. — Хорошо, я возглавлю оборону и уведу все и всех, кого смогу спасти, можешь положиться на меня!

— Спасибо! — крикнул я, отходя к баррикадам. — Куват, Аи, уходим.

— Мы с сестрами идем с вами, — сказала Юн, а потом, замешкавшись, добавила: — Это даже не обсуждается, господин. Прогоните — мы все равно последуем за вашим отрядом. У вас же нет ни одного лучника.

— Нет. Идут только члены моего клана, которым я могу полностью доверять, которые беспрекословно выполнят мои указания и сохранят мои тайны.

— Тогда я хочу войти в ваш клан! — настойчиво сказала девушка. — Господин Фенг Гуанюй, отпустите меня с сестрами к Гуанг?

— Нет. Я сказал. Только тем, кому доверяю. А с тобой мы последние четыре года почти не общались. Я не знаю, чего от тебя ожидать.

— Лучше возьми, — покачал головой владыка, подходя ближе. — Все равно же пойдет. А если отвлекаться будешь, чего доброго, еще миссию провалишь.

— Твою мать! — я прикрыл ладонью глаза. — Ладно. Клянись передо мной и своим господином, что не откроешь того, что произойдет на сегодняшней вылазке, даже под страхом смерти.

— Клянусь могилами своих родителей и солнцем в небе. Если я хоть кому-то проболтаюсь, то сама вырежу себе язык! — яростно проговорила Юн.

— Если проболтаешься, то вырезать будет не у кого, — покачал я головой. — Оставляю все на вас, господин Фенг Гуанюй. Выдвигаемся!