Когда я проснулась, чудесно выспавшаяся и с приятной ломотой в теле, даже мокрая промежность не вызывала отвращения. В общем-то, я даже не сразу вспомнила, что произошло, а лежала и наслаждалась незнакомым чувством. Потом, когда пошевелилась, и внутри отозвалось болью, воспоминания нахлынули будто ушат ледяной воды. Я охнула и подскочила на локтях, и всё равно в голове звучал низкий вибрирующий голос мужчины, который меня убаюкивал. Это успокаивало! Вопреки всей логике, мне было приятно вспоминать этот момент. Создавалась иллюзия, что я действительно рядом с ним под защитой, как маленькая девочка с большой злой овчаркой на поводке. Или кошечка под боком хозяина. Не знаю, но это бесило, раздражало и вызывало чувство жгучего стыда.

Я никогда не чувствовала это так с кем-то. Понимала, что это просто физиология. и да, наверное, это было плохой идеей

·   хранить девственность до двадцати шести. И впрямь уже слишком поздно, затянула. Но организм, дорвавшись до мужских гениталий, запустил все необходимые, обусловленные тысячами лет существования, механизмы, и теперь я вспоминала безликого насильника с приятным волнением в паху. И ожиданием, что он придёт снова.

·   А ведь придёт... - одними губами прошептала я, глядя в никуда. - Придёт ведь. Попал же ж как-то ко мне, хотя дверь

заперта. Значит, бандит? Или хакер? Или скользкий хрен пойми кто?! Ниндзя? Дельфин, ёпта? С брачным периодом!

Стиснула перила и поморщилась от того, как при словах о брачном периоде приятно ёкнуло под ложечкой.

- Я шлюха. Я не заслуживаю Серёжку. Просто не заслуживаю. Придётся... - склонила голову и всхлипнула. Резко положи-ла ладони на лицо, облокотилась о борт и расплакалась. - Придётся расстаться с ним! Я никогда себя не прощу! Просто не прощу!

Рядом никого не было, и это успокаивало. Основная масса пассажиров в это время либо грелась у бассейнов на шезлонrax, либо ещё кучковалась на обеде. Я сама пришла одна из первых. Со вчера была голодная, ещё и завтрак пропустила после бурной ночи. Плюнула и пошла. Всё равно меня это не спасёт. Стояла в очереди, смотрела на парней, но нигде не видела бледного светловолосого великана. Никто не подходил под описание. Хотя парни мощные были. Всякие из когорты как бородач, который так и не спас до конца ту рыжекудрую мадам. Даже несколько длинноволосых, но все без тату и загорелые до красноты.

Сюда я вышла специально, чтобы подышать и подумать. Не могла находиться в каюте. Там до сих пор был - запах. Запах его спермы, запах его пота, его волос, его кожи. Запах чужого мужика, который обмусолил меня всю, и теперь я тоже пахла им, хотя помылась с ног до головы.

К капитану я не пошла. И к корабельному доктору тоже. Мне нужно было разобраться в себе. И банально набраться сил, чтобы как-то пережить это всё. Снова пережить, но теперь уже не так, как в универе, а по-взрослому. Когда поимели на самом деле и кинули.    Я не заслуживаю тебя, Серёж... - всхлипнула я снова. - Я - просто подстилка, а ты...

·   Кобель, - раздалось злое над ухом, и меня сдавили удушающие объятия. Слишком знакомые, отозвавшиеся жаркими воспоминаниями сегодняшней ночи. - Не поворачивайся. Всем сердцем тебя прошу, не надо. Стой. Я тебе объясню почему.

Я сжалась, как кролик, боясь дышать. Я узнала и голос, и запах, и властную манеру. Это был он! Мой насильник! Прямо

при свете дня! Но в этот раз впервые он был одет, судя по ощущениям.

Он чуть помолчал, прислушиваясь к моему дыханию и, похоже, пытаясь определить, повиновалась я или нет, а после перехватил уже чуть слабее, но ласковее: прямо поверх моих рук, снова лишая возможности двигаться, но уже не сдавливая с силой. Коснулся губами уха, но не влажно, а почти целомудренно - нежно. Потёрся щекой о затылок, а после спокойным голосом начал:

- Тебе нельзя меня видеть. Пока что рано. Но я даю слово, ты увидишь меня и сама примешь решение. Сейчас же я пока

просто даю тебе привыкнуть

«Привыкнуть к чему? К насилию?!» - хотелось спросить мне, но я продолжала молчать, не в силах вытолкнуть ком в гор-

ле.

·   У нас с тобой всё... кое-как получилось. Я не хотел так. Я просто не выдержал. Но так быть не должно. Ты не должна бояться меня. Не должна испытывать боль... - Он отнял одну руку и провёл ладонью мне по животу к паху, но остановился над лобком, поглаживая именно напротив того места, где ночью болело. Я не двинулась, всё ещё парализованная страхом и горем. - Я бы хотел начать заново, но это невозможно. Нельзя исправить то, что уже свершилось. И я надеюсь, ты когда-нибудь простишь меня, что я поддался слабости и сделал всё так... - Он снова коснулся губами моего уха и продолжил: - Но сейчас я не об этом. Мы начали не так. Но я знаю, что для тебя важна честность. Это важно и для меня. И я хочу начать с честности с тобой. - Чуть помолчал и признался: - Я купил тебя.

·   Что?! - прорезалось наконец у меня, и рука на животе тут же поднялась и помогла второй прижать меня. Но я и не пробовала вырваться или повернуться. Теперь я хотела дослушать. Мне уже нечего было терять, так что я хотела знать, что он скажет и к чему вся эта идиотская игра. Поиздеваться надо мной смешнее? Пусть! Пусть издевается! Что ещё он может сделать со мной после всего, что совершил ночью?!

Оказалось, было что.

- Я купил тебя, - повторил мужчина, прижимаясь носом к моим волосам. - Это не значит, что ты моя собственность. Я говорю лишь о том, что был тот, кто мне тебя продал. Ты плачешь не о том.

·   Ты о чём сейчас? - холодея спросила я и тут же аж засмеялась, таким абсурдным показалось предположение. Но стоящий сзади подтвердил:

·   Ты уже догадалась, да? Кто мог.

·   Ты врёшь, - уверенно замотала головой я и попыталась обернуться, но мужская ладонь тут же хлопнулась мне на лоб,

прижимая затылок к широкому плечу.

- Не надо, пожалуйста. Я знаю, что у тебя проблемы с доверием. Но я даю тебе слово - отвечу на все твои вопросы. Про-

сто не сразу. дай мне шанс всё объяснить так, чтобы ты смогла понять.

·   На что ты намекаешь, тварь? - с ненавистью выплюнула я, но попытки обернуться оставила.

·   Прости, я виноват перед тобой, - выдохнул мужик и поцеловал в волосы. - Нужно было следовать плану, а я всё испортил. - Чуть постоял, вдыхая запах моих волос, а потом решительно втянул воздух, отнял одну руку и зашарил где-то у себя в кармане. - Просто слушай, - приказал он каким-то деловым тоном, и я краем глаза увидела мелькнувший в ладони смартфон.

Я уже догадалась, что услышу дальше. Это же было так очевидно - как в кино. Банально до невозможности. Но разве такое может случиться со мной? Это какая-то дешёвая комедия. Шутка. Розыгрыш! А может - пранк? Или проверка от жениха  перед свадьбой? Которую я завалила. Или завалил пранкер, которого мой Серёжа нанял, чтобы удостовериться в моей верности?

Раздались гудки громкой связи, а потом любимый голос чётко и совершенно без помех ответил:

·   Алё?

·   Это Джейден, - проговорил мой насильник над ухом, и я аж поёжилась под его тоном - со мной он разговаривал совершенно по-другому. Рука, которая держала меня, на миг неосознанно сжалась, прижимая меня теснее, а в трубке уже отозвалось:

·   Я в курсе. Чего тебе? Всё в силе?

·   Я трахнул твою невесту сегодня ночью. Насильно. Дважды. А вчера в жопу.

В трубке раздалось молчание, а следом чуть уязвлённое:

·   Мне тебя чё, поздравить? Или что? Если тебе консультация, то это уже не ко мне, мне она ни разу не дала. Так что совет да любовь, ёпта. Ты вторую половину когда переведёшь? У меня план горит, поставщики все мозги вытрахали. Ты же не собираешься меня кинуть?

·   Нет, не собираюсь, - спокойно, как тигр перед броском, ответил мой насильник. - Перевод уже сделан, в течение суток средства поступят на счёт. - Хмыкнул. будто ухмылялся. - Спасибо за сотрудничество. Приятно иметь дело с надёжным партнёром.

·   Обращайся, ёпта, - со смешком ответил Серёжка и... бросил трубку.

Воцарилось молчание. Джейден спрятал телефон в карман и снова обнял меня обеими руками.

·   Всё слышала? - спросил он ровным тоном. Я кивнула. - Рад, что теперь ты знаешь. Кстати, твой прекрасный Серёженька, которого ты «не заслуживаешь», провернул интересную схему по уходу от налогов. На очень большую сумму. Скоро к нему придут интересные ребята в форме и через некоторое время он узнает, как ощущается палка в жопе, которой ты мне ночью грозила. Мне просто показалось, что человек, который готов продать собственную невесту чужому подозрительному мужику, заслуживает экскурсию в тюрьму. А формальный повод не важен. Как ты думаешь, нежная моя? Я прав?

·   А-ху-еть, - проговорила я, глядя расширенными глазами в горизонт, а следом обмякла в его руках.

· 7. Разговор на полу

· Сознание я не потеряла, хоть и хотелось. Просто упасть в обморок и избавить себя хоть ненадолго от всего, что необходимо осознать и принять, как часть реальности. Это случилось. Мой жених реально продал меня какому-то мужику! Сознательно, бессовестно. И даже не удивился, когда узнал, что тот меня изнасиловал! Принял, как данность! Просто провернул сделку!

· Тело ослабло, и я повисла в руках у собственного насильника. Он тут же присел, перехватывая меня так, чтобы я не по-вернулась случайно, а после бережно усадил прямо на пол, сев за мной и расставив ноги. Я покосилась и увидела острое колено, обтянутое джинсами, а под ним волосатую мощную голень и лапищу в кожаном ботинке. Обычная человеческая нога.

· Разве что длинная, но при таком росте это нормально. Меня мой... покупатель был выше на голову примерно.

· Джейден скорее придерживал меня, чем сжимал, лишая возможности двигаться. Чуть покачивал, успокаивая, и касался губами ушной раковины. Не шептал, но дышал, как шёпот. От этого было немного щекотно и тепло. Человек, который хочет поиздеваться, не будет сидеть на полу при всех вместе со мной. Человек, который хочет поиздеваться, не будет пытаться успокоить немые слёзы. Или будет?

· Сейчас мне было всё равно. Даже как-то не больно. Просто бесконечно пусто на душе. Была опора - и нет её. Был жених, цели, планы - и нету. Была любовь, а теперь исчезла. Осталась лишь пустота. И саднящая боль в животе от того, что совершил со мной чужой мужик, по вине которого я сейчас потеряла всё, что было мне дорого.

·   Что ты со мной сделаешь? - с пугающим безразличием спросила я.

·   Сегодня? Сегодня ничего. Приду к тебе ночью и постараюсь не трогать. Тебе надо выспаться. И чтобы у тебя там зажило всё. Я большой, у меня габариты не подходящие. Наверное, я тебе там всё разодрал, обезьяна похотливая! - Он с досадой зашипел, но не выдержал и снова уткнулся в волосы. - Прости меня, пожалуйста. Я очень старался быть бережным, но у меня кукушка от тебя едет. Я не удержался вчера. Хотя знал, что одного раза более чем достаточно...

·   Мне не больно, - перебила я, и он удивлённо замер. - Мне было больно. Немного. Не в этом дело. Ты не понимаешь, да? - Я двинулась, но не стала поворачиваться - просто дополнила интонацию жестом. - Не в боли дело. Ты изнасиловал ме-ня. Ты меня использовал. А теперь лишил всего, что было мне опорой. Мой мир рухнул. Ты его обрушил. И я сейчас спрашиваю: что ты со мной будешь делать? Что дальше? У меня не осталось ничего. Ты взял меня как вещь. Использовал меня без согласия. Купил меня. Заставил пережить предательство. Что теперь? Что ещё ты собираешься сделать со мной? - чуть по-вернулась, и он уткнулся носом мне в ухо, не давая увидеть себя. - Джейден? Так тебя зовут?

·   Да.

·   Джейден, зачем я тебе? Скажи сразу, пока я ещё могу что-то услышать. Добей меня, давай. Что ещё ты собираешься со

· мной сделать?

· Он молчал. Может, думал, может, обижался на мою холодность и прямоту, режущую самолюбие. Я продолжала сидеть оглушёнрая, не обращая внимания на толпу, вокруг нас. Люди, которым приходилось нас обходить, удивлённо роптали, но никто не решался спросить напрямую, какого хрена мы сидим на палубе и мешаем движению.

· - Я всё сделал не так, - наконец выдохнул он и погладил меня по предплечьям. - Прости меня, нежная моя. Я даже не думал, что всё настолько испортил. Мне казалось, что тебе так же хорошо, как и мне. Я же... Мне сложно понять, я не могу быть на твоём месте, у меня вообще совершенно другая жизнь. Но я думал, что тебе будет приятно. И это поможет нам друг друга понять. Я ошибся. Я всё сломал.

· Полный сожаления выдох согрел шею, и мягкие губы накрыли кожу над ключицей. Поцелуй вышел трепетным, но при

· этом откровенным, недвусмысленным.   - Я люблю тебя, - выдохнул он тихо. - Я люблю тебя с тех пор, как увидел впервые. И у меня нет шансов против тебя. Ни единого. Я уже обречён. - Он провёл губами по ушной раковине. - А у тебя есть. - Чуть помолчал и продолжил: - Я хотел, чтобы мы узнали друг друга. Хотел дать тебе привыкнуть ко мне, попробовать, как это - со мной. Распробовать это сладкое единение мужчины и женщины вместе. Впервые для нас обоих. И для меня это стало волшебством. А для тебя... кошмаром.

· Так? Я стал для тебя кошмаром?

· От тихого ласкового голоса слёзы сами собой успокаивались. Он напоминал мне шум прибоя, под который я засыпала последние дни. И пусть он исходил из груди моего насильника, этот звук действовал на меня почти магически. Как вчера. Вроде действия вполне однозначные и враждебные - он трахал меня без согласия! Насильно! Но при этом тело считывало совершенно противоречащие этому сигналы и принимало этого мужика как благо! «Защитник, надёжный сильный самец, давай с ним трахаться срочно!» - это выражало моё тело при каждом прикосновении мудака.

· Вспомнила, как слышала о культурах, где женщину буквально продавали мужу, и он делал с ней, что хотел, и снова вспыхнула застарелая ярость. Я и тогда, в школе, когда познакомилась с этим фактом, была шокирована и возмущена до глубины души, а когда подросла и узнала, что именно они делают с жёнами, вообще впала в депрессию. И вот, со мной происходило что-то такое же - меня взяли силой ночью и теперь обнимали, будто ничего не произошло. А у меня нет ярости. Мне хорошо от его объятий. Не должно быть, но хорошо. А может, дело в том, что он всё же проявлял уважение? Как бы странно это ни звучало после всего, что произошло