Звук звякнувшего за стеной металла проник сквозь настежь открытое окно в опочивальню и заставил князя вздрогнуть. Он приподнял голову и стал настороженно прислушиваться.

Внутри и снаружи хоро́м стояла тишина. Звук больше не повторился.

Похоже, утомлённый тяжёлыми мыслями и заботами мозг никак не хотел давать телу отдых. Рюрик провёл ладонью по лицу, прогоняя остатки короткого тревожного сна, и посмотрел на дальнюю стену, отделанную ольховым тёсом.

На мгновение ему почудилось, что среди многочисленных сучков и свилеватостей он разглядел синие бездонные глаза Ефанды.

Князь потряс головой и сощурился. Видение исчезло. Но мысли о молодой красавице остались.

Рюрик сразу же вспомнил, как в самый разгар пира в доме конунга Крума молодёжь толпой повалила на двор, где уже ярко пылал огромный костёр.

– Прогуляйтесь и вы! – затормошила сыновей Мэва. – Не надо с женатиками сидеть да сказки об их давних подвигах слушать! Молодые должны держаться друг друга. Ступайте!

– Мне нечего там делать, – улыбнулся Трувор. – Я уже стар для гуляний.

– Что? – всплеснула руками женщина. – Ты ж младше брата!

– Так он же давно женат, и сын у него имеется! – захохотал Рюрик. – Его любушку Лесей зовут, а сынка Воиславом кличут.

– А у тебя кто-то есть?

– Ему не до женщин, – весело подхватил разговор Трувор. – Наш князь их далеко стороной обходит. У него только сражения, драккары, воины и крепости на уме.

– Эй, конунг, – тронул Рюрика за плечо проходящий мимо молодой мужчина высокого роста с аккуратно подстриженной бородкой на лице. – Меня зовут Хельги! Я младший сын конунга Крума. Пойдём на воздух, а то тут дышать нечем! С молодухами нашими тебя познакомлю. Глядишь, какая из них и приглянется!

– Ступай-ступай, – поддержала его Мэва.

Князь поднялся из-за стола и молча пошёл вслед за Хельги. Ему уже самому стало интересно поглядеть, как развлекается молодёжь в этом фьорде.

Выйдя в обширный двор усадьбы, Рюрик непроизвольно стал искать глазами высокую стройную красавицу, недавно виденную им в зале. Она была у костра в окружении подруг и нескольких молодых мужчин, среди которых князь узнал ярлов, пытавшихся шутить над ним за столом.

На мгновение Рюрику показалось, что он встретился с её ждущим призывным взглядом.

Великан остановился на месте, не в силах заставить себя двинуться в её сторону.

– Что замер, конунг? – потряс его за плечо вынужденный вернуться за ним от костра Хельги.

– Кто это? – сипло прохрипел Рюрик, глазами указывая на стоящую в центре толпы девицу.

– Тю-ю-ю! И ты туда же! – громко воскликнул викинг, поддерживая князя за локоть. – За ней все неженатые парни и даже многие ярлы ухлёстывают. Она красива, умна, да ещё и в придачу любимая дочь конунга Крума.

Хельги замолчал, вглядываясь в лицо Рюрика.

– А самое главное, это моя сестра! – весело хохотнул он. – Хочешь, познакомлю?

Князь ничего не успел ответить, растерянно обдумывая его слова, а голос викинга уже зазвенел по всему двору:

– Эй, Ефанда, подойди к нам! Поговорить надо!

Полной достоинства походкой девица приблизилась к ним, переводя взгляд с одного на другого.

– Ты зачем звал меня, Хельги? Вынудил уйти от друзей!

Ефанда оказалась чуть ниже своего брата. Голова её пришлась вровень с плечом Рюрика, но даже рядом с ним она не казалась подростком. Что-то величественное и гордое было во всём облике девушки, заставляя собеседника невольно робеть перед ней и становиться меньше ростом.

– Не обижайся, сестра! Я хочу тебя познакомить с моим новым другом. Это конунг Рюрик из далёкой Ладоги. Его фюльк расположен на окраине Биармии у самого Варяжского моря.

– Можешь больше ничего не рассказывать, брат, – хитро улыбнулась Ефанда. – Уши у меня есть, и я слыхала всё, о чём вы говорили на пиру!

– Вот такая она у меня, – смущённым и одновременно довольным тоном произнёс сын конунга. – Её совсем не просто обмануть!

Он посмотрел прямо в глаза сестре:

– Я и в самом деле хочу, чтобы ты присмотрелась к моему новому другу. Таких людей, как он, редко можно в жизни встретить. А чутьё, сама знаешь, меня ещё никогда не подводило! Рюрик – настоящий!

– Это и без твоего дара видно! – фыркнула Ефанда и, ничуть не стесняясь, начала пристально всматриваться в лицо князя.

– Хельги! – неожиданно прозвучал сбоку низкий гортанный голос. – Ты зачем от нас сестру увёл? Нам скучно стало! Хоть ты и колдун, но не делай так больше.

Рюрик повернул голову и увидел двух подошедших ярлов. Тех же самых, что не понравились ему за столом.

– А почему вы его колдуном зовёте? – удивлённо спросил князь.

– Он умеет предсказывать будущее, сквозь годы наперёд всё видит, – ответил тот, что был повыше и значительно шире в плечах.

– Вот уж не всё, Сверр, – улыбнулся Хельги. – А только то, что боги мне открывают. Самую малость. Наверное, нельзя более.

– Не прибедняйся, – вступил в разговор второй мужчина, плотного телосложения с густой курчавой бородой. – Я помню, как ты отговорил моего отца идти в поход с соседскими ярлами и предупредил, что никто домой не возвратится. И твои слова сбылись!

– Да, Дьярви, пришло ко мне такое видение, и о нём я рассказал твоему отцу, а он меня послушал и не пожалел потом об этом.

– Ты и мне помог, – снова заговорил Сверр. – Сказал, где искать потерянный в лесу нож. Помнишь? У него рукоятка отделана золотой проволокой. Да и народ наш к тебе за советом идёт, по каждой мелочи норовит что-нибудь узнать, а ты никому не отказываешь.

– Всяко бывало, – кивнул головой сын конунга. – Я уж много чего и не припомню.

– Может, и я в твоих видениях появлялся? – задумчиво посмотрел на него Рюрик.

– И не ты один! – Хельги многозначительно посмотрел в сторону Ефанды.

Князь почувствовал, как жаром заполыхали щёки и учащённо забилось сердце, но он постарался не подать виду, что его смутили услышанные слова.

– Тут никаких видений не нужно, – сквозь зубы со злостью процедил Дьярви. – Ты увидел богатого жениха для сестры и решил не выпускать из своих рук привалившее счастье. Ну-ну, посмотрим, что на это скажет конунг Крум, захочет ли он отпустить дочь в далёкую Биармию и даже в Новогород? А не забыл ли ты, Хельги, что твой отец дал слово ярлу Хэлтору, владетелю полутора десятков драккаров, выдать за него Ефанду? Выкуп за невесту уже готовится! И не пристало конунгу брать назад свои слова! Да и ваш с сестрой старший брат Дрётт такие замыслы тоже не одобрит, а он скоро из похода должен будет вернуться!

– Мне кажется, ярлы, что дела моего рода вас не касаются! Мы сами решим с отцом и старшим братом, как нам надо поступать! Ваши советы без надобности. – Хельги раздражённо махнул рукой. – И не надо устраивать нам подлости, как Мэве!

– Что? – напрягся Рюрик. – Это вы оба не даёте покоя моей матери?

– А хоть бы и так, – раздражённо и вызывающе ответил Сверр. – Если ярла во фьорде нет, то женщина не должна в нём править!

– Это решил тинг или ты со своим другом? – навис над ним всей своей огромной фигурой князь. – За нанесённые Мэве обиды можно жизнью ответить!

– Ты нам угрожаешь, конунг? – Сверр почувствовал поддержку вставшего за спиной друга Дьярви.

– А хоть бы и так! – передразнил его князь. – Если у вас в головах мозгов нет, то и взять их негде! Ну а угрожать я не любитель, мне легче вам шею свернуть, как диким гусям!

– Остановитесь, или я позову конунга! – громко крикнул Хельги, чувствуя, что ссора может перейти в драку. – Поговорим обо всём этом завтра на тинге. Рюрик, сестра, пойдём на берег фьорда, не будем мешать ярлам развлекаться.

Враз притихшая Ефанда последовала за братом, а задержавшийся на несколько мгновений князь широким шагом пустился их догонять.

Вот он поравнялся с девицей, и тыльная сторона его ладони случайно коснулась её руки.

Давно забытое чувство томления и жжения шевельнулось в груди Рюрика, и он снова ощутил приливший к щекам жар, а вместе с ним частые удары молоточков в висках.

Ефанда не отдёрнула руку, а развернула её. Их пальцы встретились и переплелись.

Шедший чуть впереди них Хельги словно почувствовал это и тут же обернулся. Добродушная и почти счастливая улыбка промелькнула на его лице.

– Похоже, мне незачем сопровождать вас. Дорогу сами найдёте! – пробурчал он, отступая в сторону от тропинки и освобождая парочке проход. – Только не забудь, конунг, явиться с утра на тинг! Отец сказал, что из уважения к тебе жалоба ярла Харальда и Мэвы будет оглашена первой, а уж потом начнут решать насущные дела!

Сухость в горле не позволила князю ответить, и он лишь кивнул головой.

Медленно, шаг за шагом молодые люди удалялись в сторону фьорда.

Рюрик совсем забыл о тинге, нанесённых его родичам обидах и предстоящих на следующий день спорах. Ему казалось, что вот так, держа в своей ладони прохладную мягкую руку Ефанды, он может идти всю свою оставшуюся жизнь.