– Не верится. Ты только что предала своих друзей, – усмехнулся Дэнни. – Надо было видеть их лица… Бесподобно!

– Да, это было жестоко! – подхватила Энни.

Мы прошли по коридору к кабинету директора, чтобы убедиться, что Джастин говорит правду.

Я начинала получать удовольствие от расследования. Может, именно в этом и заключается настоящая причина, по которой Добрая София разгадывает загадки. Не потому, что ей нравится помогать людям, а из-за острых ощущений. Если это правда, она такая же эгоистка, как и я.

Мы зашли в кабинет и поговорили с директором Пайн. Она казалась одновременно и радостной, и слегка удивлённой тем, что я сотрудничаю с Дэнни и Энни.

– Ценю, что вы хотите помочь Бонни, но не могу просто так показать дело ученика. Это конфиденциальная информация, – сказала миссис Пайн. – Жаль, что не могу помочь вам в этом расследовании.

– Но мам!.. – возмутился Дэнни. – Мы должны разгадать эту загадку!

– Прости, Дэнни. Не могу, – сказала его мама.

В полном унынии мы вышли из кабинета директора и направились к автобусной остановке. Там уже собирались ученики.

– Ну и что мы теперь будем делать? – спросил Дэнни. – Я всё равно считаю, что Джастин – главный подозреваемый.

– Если он солгал, что его не было в школе сегодня, это только усиливает подозрения, – заметила Энни.

Я улыбнулась:

– Нам нужно проверить журнал посещаемости.

– Но ты же слышала нашу маму. Она не покажет, это конфиденциальная информация, – сказала Энни.

– Есть идея. Но не уверена, что вы согласитесь, – я хитро ухмыльнулась. – Думаю, у вас не хватит смелости это провернуть.

Дэнни фыркнул:

– О чём это ты? Мы никогда не отступаем!

– Не знаю, – сказала я. – Возможно, даже для вас двоих это будет слишком.

Энни внимательно посмотрела на меня:

– Что ты задумала?

– Всё просто. Вы отвлечёте вашу маму, а я прокрадусь в её кабинет и проверю журнал.

Дэнни и Энни переглянулись. Они любили казаться крутыми и сильными перед другими учениками, но я знала, что это всего лишь маска. Если я хочу, чтобы они решились на рискованный шаг, нужно их уговорить.

– Ну что? – сказала я, нарушив молчание. – Так и знала, что вам не хватит смелости.

– Хватит! – Дэнни повернулся к сестре. – Ведь так, Энни?

– Да, конечно! – подхватила Энни не слишком-то уверенно.

– Надо, чтобы нас не поймали. Мама расстроится, если заметит, – сказал Дэнни.

– Не волнуйтесь, – успокоила я. – Мы сделаем это завтра утром, как только придём в школу. Вы будете отвлекать маму, а я зайду в кабинет и выйду так, чтобы меня не заметили.

Энни согласилась. Но добавила:

– Если что-то пойдёт не так, мы скажем, что ты нас заставила.

Через несколько минут подъехал мой автобус. Я попрощалась с близнецами Пайн, сказала, что увидимся завтра. В автобусе села на то же место, где мы сидели утром с Авой.

– Поверить не могу, что ты вступила в сговор с близнецами Пайн! – сказало отражение Доброй Софии в окне. – Как ты могла?

– Просто немного развлекаюсь, – прошептала я, стараясь, чтобы никто не услышал.

– Скоро я выберусь отсюда, и ты горько пожалеешь обо всём, что сделала!

– Сомневаюсь. – Я отвернулась и сделала вид, что не замечаю Добрую Софию.

Ава вошла в автобус через несколько минут. Она быстро взглянула на меня и направилась к другому месту.

Я её не осуждаю. Я не планировала так быстро настраивать Аву и Тьяго против Доброй Софии. Но судьба предоставила идеальный шанс. Что может быть хуже, чем объединение Софии с близнецами Пайн?

Войдя в комнату Софии, я сдёрнула простыню с зеркала.

– Ну что, ты видела всё, верно? В школе много отражающих поверхностей, – сказала я.

– Конечно, всё видела. Как ты могла так поступить с Тьяго и Авой? Тебе это с рук не сойдёт! – сказала Добрая София.

– Боже, успокойся. Просто хотела узнать твоё мнение. Это Джастин, да? Это он испортил проект Бонни? Вероятно, хочет победить на научной ярмарке и боится, что Бонни его опередит.

– Ты правда хочешь помочь Бонни? – спросила Добрая София.

– Конечно нет. Любопытно, права ли я. Раскрывать тайны куда увлекательнее, чем я думала. Должно быть, ты этим потому и занимаешься.

– Я занимаюсь этим, чтобы помогать людям, – сказала Добрая София.

Я не поверила. Её роль хорошей девочки начинала действовать на нервы.

– Пожалуй, повешу простыню на зеркало, – сказала я.

– Нет! Прошу! – взмолилась Добрая София, но я уже набросила покрывало. И легла спать.