Мы вернулись в кабинет естественных наук во время обеда. Знали, что ученики будут работать там над проектами.

В классе были два мальчика и три девочки. И Бонни там была. Она пыталась восстановить роботизированную руку, которая всё ещё напоминала груду металла. Но сейчас Бонни выглядела лучше, чем утром.

Меня не особо заботят её чувства.

Я злая!

– Как дела с проектом? – спросил Тьяго у Бонни, когда мы подошли к её столу.

Бонни выронила металлическую деталь. Она ударилась о роботизированную руку и с лязгом упала на стол.

– Не очень, – тихо ответила Бонни. – Я ведь почти закончила работу над проектом. А теперь приходится начинать сначала.

– Мне жаль, что кто-то так с тобой поступил. Но ты уже сделала одну роботизированную руку – значит, сможешь сделать это снова! – попыталась подбодрить подругу Ава. – Я верю в тебя! Чем могу тебе помочь?

– Нам нужно поговорить с тобой, – сказала я. – Мы думаем, тот, кто испортил твой проект, сделал это сегодня утром.

Бонни подняла на меня глаза:

– Ты уверена?

– Да, – сказала я. – В пятницу ты работала над проектом до тех пор, пока класс не закрылся. Значит, всё случилось сегодня утром.

– А в выходные? Могли сломать и в выходные, – предположила Бонни.

– Школа по выходным закрыта, это маловероятно, – уточнила Ава.

– Когда ты пришла сегодня утром, в классе был кто-нибудь ещё? – спросил Тьяго.

Бонни переводила взгляд с Авы на Тьяго, потом на меня:

– Никого не видела.

– Может, что-нибудь показалось странным?

Бонни глядела на сломанную роботизированную руку. И перевела разговор:

– М-м-м… мне нужно чинить. Можем поговорить позже?

– Да, конечно, мы пока поговорим с другими ребятами, – сказала Ава.

Бонни кивнула.

За соседним столом девочка работала над вулканом.

– Классный вулкан, – сказала я. – Можешь показать, как он работает?

– Он пока не готов, – девочка мельком взглянула на Бонни, перевела взгляд на меня. – Ты всё ещё пытаешься узнать, кто испортил проект?

– Да. Ты что-нибудь знаешь об этом?

– Нет. Но это ужасно.

– Похоже, проект Бонни кому-то помешал. Кто мог позавидовать её проекту?

– Не знаю. Может, Джастин? Он всегда стремится быть лучшим в научном классе. Но он не из тех, кто ломает чужие проекты, – объяснила девочка.

– Люди иногда совершают странные поступки. Особенно те, от кого меньше всего ожидаешь. Когда Джастин сюда приходит?

– Обычно после школы. Вот его проект, – девочка указала на игрушечные машинки на другом столе. – Это машинка на солнечных батареях.

– Видала я и получше. В любом случае спасибо за помощь.

Ава и Тьяго всё ещё говорили с другими ребятами, а я вышла из класса и пошла в туалет.

В зеркале над раковиной увидела отражение Доброй Софии.

– Что ты делаешь? – спросила она. – Зачем всё выспрашиваешь?

– Я же говорила тебе. Мы с друзьями разгадываем очередную загадку, – улыбнулась я.

– Они мои друзья, – сказала Добрая София. Она выглядела расстроенной. – И мы обе знаем, что тебя не интересуют расследования. Что ты на самом деле задумала?

– Скоро узнаешь, – сказала я. – Собственно, именно за этим я сюда и пришла. Чтобы напомнить: очень скоро все тебя возненавидят. – Добрая София отчаянно стучала по зеркалу, но, как бы она ни старалась, вырваться ей не удавалось. Мне нравится издеваться над ней. – Увидимся, неудачница, – сказала я, выходя из уборной.

– Так-так… уж не София ли это… – произнёс кто-то, когда я возвращалась в кабинет естественных наук.

Повернувшись, я увидела ухмыляющихся близнецов Пайн.

– Почему вы всегда вместе, неудачники? У вас что, один мозг на двоих? – спросила я.

Дэнни усмехнулся:

– Забавно…

– Давай пообедаем вместе в следующий раз, – предложила Энни.

– Не могу. Занимаюсь новым делом.

– Что за дело? – Дэнни приподнял бровь.

– София, что происходит? – спросил Тьяго. Они с Авой вышли из класса.

– Ничего. Рассказывала этим двум болванам, что мы разгадываем очередную загадку. – Я повернулась к Дэнни и спросила: – Напомни, сколько дел вы уже раскрыли?

Дэнни усмехнулся:

– Это что, вызов?

– Если бы всё было легко, не было бы никакого вызова, – сказала я.

– Ладно, давай проверим, кто первым раскроет это дело.

Близнецы Пайн усмехнулись Аве и Тьяго, прежде чем уйти.

– София, что же ты наделала? – с тревогой спросил Тьяго.