После ее операции прошла уже неделя. Я следил за своей женой в оба. Старался лишний раз не выходить из дома, работал дистанционно, остальное поручал своим доверенным бойцам. Иногда, конечно, приходилось отъезжать ненадолго, но я приставлял к ней людей, в которых был уверен. Владу в этом плане я больше не доверял, только по работе!

Фрейя вела себя как обычно! Творила каждый день, что ей вздумалось, проверяя границы моего терпения. Но я никогда на нее не злился, а все эти проделки воспринимал как вызов и повод для секса.

И вот мы сидим в нашей комнате. Я постоянно поглядываю на нее, слежу за эмоциями и странными изменениями, если таковые возникали.

— Почему ты так хмуришься, женушка? — не выдержав, спросил ее я.

— Сцена в книге очень печальная...

— И чем же?

— Тебе не понравятся эти сопливые женские бредни, Тай! — усмехнулась она.

— Мне понравится все, что нравится тебе, женушка!

Она вздохнула, прежде чем сказать.

— Главная героиня ушла от своего возлюбленного, не сказав, что носит под сердцем его ребенка. Они встретились спустя три года, но он ее даже не узнал.

— Печально, — согласился я. — Расскажешь потом, чем закончилось?

— А что, если я забеременею, Тай?

Я оцепенел от ее вопроса. Такое могло произойти, потому что мы трахались без защиты. С Фрейей я не хотел никаких преград в виде латекса, а таблетки и другие виды контрацепции она не использует.

— Ты беременна? — с опаской спросил я.

— Нет! — уверенно ответила она мне сразу.

— Хорошо, потому что тогда тебе пришлось бы сделать аборт, Фрейя!

— Ты не хочешь детей? — с надеждой в глазах спросила меня она.

Каждая женщина хочет стать матерью, но в моем доме никогда не будет детей. И здесь дело не только в моей прихоти!

— В моём мире ребёнок — это роскошь, Фрейя! Я не стану хорошим отцом. Я конченный псих и убийца, какой ребёнок будет гордиться мной?

— Твой! — прошептала она тихо, но я услышал.

— Завтра поедешь с Владом к гинекологу, пусть пропишут противозачаточные или поставят спираль!

— Хорошо! — она согласно кивнула и притихла.

Этот разговор её разочаровал. Но я не хотел давать ей ложных надежд на прекрасное будущее. Чёрт! Я даже не знал, наступит ли это будущее завтра! Как я мог её обнадеживать?

До конца вечера мы просто молчали. Я занимался работой на ноутбуке, а Фрейя читала книгу и постоянно поглядывала на часы.

Что же ты задумала, женушка? Она чего-то или кого-то ждала...

Когда мы встречались глазами, она печально улыбалась мне, опускала взгляд на страницы и будто читала. Но я видел, что Фрейя не может сосредоточиться, потому что нервничает.

— Я пойду разогрею ужин, хорошо? Спустишься через десять минут?

— Конечно, дорогая!

Фрейя поспешно убрала книгу и пошла на кухню. Обычное дело! Мы ели по молчаливо принятому расписанию вместе, когда я был дома. И вроде ничего подозрительного, если бы я не спустился немного раньше, чем она сказала.

Моя жена капала в пустой стакан какие-то капли, по отражению экрана телевизора рядом с кухонной тумбой я видел, как её губы отсчитывали количество дозировки. Раз... два... три...

Я не стал себя выдавать, посмотрим, что она сделает, когда меня не будет!

В чёрном шёлковом платье а-ля Голливуд она порхала на кухне, расставляя тарелки с подогретой едой и графин с соком.

— Что будешь пить? Сок, вода, чай, кофе?

— Воды! — сказал я и уселся на своё привычное место.

Она поставила для меня тот самый стакан, а сама присела напротив.

— Приятного аппетита!

Даже и глазом не повела, чтобы проверить, пью ли я со стакана. Как же ты умеешь играть, женушка!

Я пристально на нее смотрел, пока она не почувствовала на себе мой взгляд.

— Что? Не вкусно? Могу заказать пиццу.

Я взял вилку и принялся за еду.

— Можешь мне принести соль?

Фрейя встала из-за стола. Я вылил стакан в цветок, пока она не видела, и налил снова воды, чтобы на ее глазах выпить.

Закончив ужин, я продолжал сидеть и ждать, пока она загрузит все в посудомойку.

— Знаешь, тебе не обязательно все это делать по дому, у нас есть домохозяйка!

— Ага, а у меня дел будто по горло с твоим домашним арестом и гиперопекой! Нет уж! Я хоть накрывать на стол буду, пусть готовит и убирается, но не более. Прислуживать мне тут не надо!

— Ты же сама понимаешь, что это временные вынужденные меры.

— Знаю я ваши меры, господин Асманов! — недовольно бубнила она себе под нос.

— Я всё слышу!

— Ну и прекрасно! Иди и не мешай мне убирать со стола!

Фрейя надеялась, что я пойду и вырублюсь в спальне, но каково было ее удивление, когда она увидела меня вполне бодрого за столом. Я снова сидел за работой в ноуте и делал заметки по заказам.

Но моя женушка не расстроилась, потому что у нее был план Б, о котором я тоже прекрасно знал.