По телефонной договоренности с Голосом посылку для Маккоя Алексу должны были передать в придорожном кафе возле Выборга. Как именно это будет, Копылов не знал. И вот в означенном месте показалось нужное кафе — еще советская прямоугольная стекляшка с выщербленными бетонными ступенями и поблекшей вывеской.

Девушка Бонда сразу прошла в туалет, а Алекс подошел к стойке, кинув взгляд на пяток посетителей кафе, ковыряющих вилками пельмени и сосиски с картофельным пюре. Пока изучал ассортимент, почувствовал легкий толчок, оглянулся на проходящего мимо кудрявого парня в распахнутой куртке. Тот тоже оглянулся и сделал знак глазами: за мной. Помимо сумки на плече в левой руке у него была матерчатая сумка.

Алекс послушно последовал за парнем, разглядывая его спину и прикидывая, справится ли он с ним в рукопашной или нет. Выходило — легко справится.

В мужском туалете кудрявый толкнул дверцы обеих кабинок — там никого не было, после чего он обернулся к Алексу.

— Я Сева. Поступили новые вводные: я передаю тебе изделие, но еду за кордон вместе с вами. Подруге скажешь, что я напросился к тебе в попутчики. За сорок баксов. Желательно, чтобы она по этому поводу губы не дула. Сделаешь?

Накрылась медным тазом их стройная разработка — придется исхитриться передать, что их на границе будет не двое, а трое.

— А за кордоном как? До самой дачи?

— Нет. До ближайшей автобусной остановки. Так что с подругой? — взгляд Севы был напряженным.

— А это не пояс шахида, — Алекс глазами указал на матерчатую сумку нежданного попутчика. — Дай я все-таки наберу старшего товарища.

Он вставил в сотовый защищенную симку и нажал кнопку вызова.

— Тут какой-то Сева ехать со мной хочет.

«Все верно. Места в машине что, не хватает?» — спросил Голос.

— Я не один.

«Знаю. Сева уже сказал».

Больше у Алекса возражений не было.

— Жди у машины, — сказал он кудрявому. — Мы с утра только кофе пили.

Нежданный попутчик был полным сюрпризом и для Евы. Они намеренно не спеша поели, сканируя взглядами других посетителей и курящего снаружи под козырьком кафе Севу. Ева ограничилась блинчиками с мясом и двойным кофе со «сникерсом», Алекс же предусмотрительно взял полный обед.

— Какой-то он совсем сявый, — сказала Ева, глядя в окно. — Сборище малолеток.

Копылов ухмыльнулся — понравилось, что его тоже причислили к малолеткам:

— Мне кажется, его просто втемную используют: «отвези другу сумку и получишь сто баксов».

Тут же, не отходя от кассы, Алекс в блокноте набросал портрет Севы. Ева еще раз прошествовала в дамскую комнату, чтобы сообщить по сотовому о расширенном составе. После чего они вышли из кафе. Попутчик вопросительно смотрел на Девушку Бонда.

— Надеюсь, финская виза у тебя имеется? — поджав губы, бросила она.

— Обижаете, фройлен, — весело осклабился Сева, с готовностью закидывая свои сидорки в багажник и залезая на заднее сиденье.

Он сразу же подробно принялся рассказывать, что едет в Хельсинки за машиной, что это не первая у него такая поездка, и как у него там все схвачено, и сколько можно поднять денег с этого гешефта. Ева молчала, Алекс тоже почти не реагировал, но Севу это нимало не смущало, он продолжал хвастать своей удачливостью и искушенностью в автомобильных вопросах, даже делал какие-то мелкие замечания об их Катафалке.

Сначала Алекс пытался за таким поведением рассмотреть какой-либо тайный умысел, потом начал тихо злиться — уж слишком все это не походило на что-то серьезное. Немного отвел душу, когда Сева полез за сигаретой и зажигалкой.

— Курить нельзя!

— Уважаю, — легко согласился кудрявый, пряча пачку.

Через час они были уже на границе. Там пришлось всем троим топать к пограничному контролю и предъявлять свои паспорта с визами. Для большей надежности Ева сама скрытой камерой щелкнула их спутника.

Таможенный досмотр прошел без особого пристрастия, все три дорожных сумки и два пластиковых пакета заставили пропустить через сканер — и только.

На финской границе не было и этого. Там лишь попросили прямо в багажнике открыть одну из сумок и поинтересовались целью поездки.

В двухстах метрах от пропускного пункта находилась стоянка автобуса. Там Сева попросил его высадить и спросил Алекса, когда они думают возвращаться — вдруг получится вместе ехать. Про долларовую сороковку он также не забыл, хотя отдавал ее после напоминания с видимой неохотой.